Разыскивается незнакомка

41

Иван как чувствовал — в квартире Пичугиных все сразу пошло не по отработанной схеме.

Мальчик Вадик пяти лет сам открыл им дверь и впустил внутрь.

— А где родители? — Иван поставил пустой мешок на пол и оглядел большую гостиную, соединенную с кухней. Взрослых дома не было.

— Скоро вернутся! — Вадик подбежал к большой разлапистой елке. Иван и Полина озадаченно переглянулись — подарок им вручали родители сразу у порога. Придется занимать сорванца, пока старшие Пичугины (в их фирме работали оба — и мать, и отец) не вернутся.

— А пока поиграем! — задорно объявил Вадик и с силой толкнул табурет, стоявший у елки.

Иван не поверил своим глазам — табурет покатился по полу, как санки по снегу. А в следующий миг Вадик запрыгнул на табурет с ногами — и во весь опор понесся прямо на Ивана. Иван даже среагировать не успел, как табурет с силой врезался ему в колени, а голова мальчика — в живот. Он широко взмахнул руками в широких рукавах кафтана и плашмя рухнул на спину. На него упал Вадик.

Полина, вскрикнув, бросилась к ним и помогла мальчику встать. Вадик не пострадал — он скатился с Ивана и виновато пробормотал:

— Не рассчитал!

Иван со стоном коснулся шапки. Меховая опушка смягчила удар об пол.

— Иван Андреевич, — побледнев, пробормотала Полина, наклоняясь к нему, — у вас на голове, у вас…

Он потрогал затылок. Пальцы увязли в чем-то липком и красном. Похоже, он пробил голову.

— Только не вставайте! — испуганно вскрикнула Полина. — Я сейчас вызову «Скорую помощь». — А затем сделала шаг в сторону, поскользнулась на ровном месте и упала навзничь рядом с Иваном.

— Слишком много желе, — удрученно пробормотал Вадик и, увидев вернувшихся родителей, виновато спрятался за елку и прижал к себе любимого динозаврика.

Супруги Пичугины ошеломленно взирали на открывшуюся их взору картину. Дед Мороз и Снегурочка барахтались на полу, не в силах подняться.

— Да как же можно довести себя до такого свинского состояния! — гневно воскликнула Анна. Никогда в жизни она не видела, чтобы люди так сильно напивались. И хуже всего — это были не просто какие-то актеры из агентства, а их начальник Иван Андреевич Царев с помощницей Полиной.

На работе оба славились кристально чистой репутацией, никогда не были замечены в пристрастии к спиртному, и теперь Пичугины не могли поверить своим глазам.

— Это вы у своего сына спросите, — совершенно трезвым голосом ответил Царев.

— Вадик, ты где?! — вскрикнула Анна, почуяв неладное.

Сын показался из-за елки, с виноватым видом шмыгнул носом.

— Мам, ты только не ругайся…

— Вадик! Немедленно объясни, что здесь происходит! — Анна шагнула к сыну и почувствовала, как земля уплывает из-под ног. Еще секунда — и она лежала рядом с Иваном и Полиной. И тоже беспомощно барахталась, натыкаясь ладонями на какую-то скользкую и липкую гадость, облепившую весь пол. А ведь еще утром Анна намыла его к приходу Деда Мороза!

— Анечка! — кинулся к ней супруг, тоже поскользнулся и упал

— Вадик! — вскричала Анна. — Что ты тут натворил?

— Что-что… — Мальчик бочком подошел к ним и виновато взглянул на поверженных взрослых сверху вниз. — Я всего лишь катался на желе.

Иван лизнул пальцы с красной слизью и облегченно рассмеялся:

— Точно, желе! Вишневое!

Ему наконец-то удалось найти точку опоры, не измазанную скользким, и сесть. Он поднялся сам и помог Полине.

Супруги Пичугины, кряхтя и ругая сына, тоже встали на ноги.

— Все целы? — Анна с тревогой оглядела супруга и гостей.

— Вроде, — ответил за себя Иван и взволнованно взглянул на Полину.

— Я в порядке, — кивнула она и с изумлением уставилась на пол.

Только теперь все взрослые заметили, что от елки к порогу через всю гостиную тянулась блестящая прозрачно-вишневая дорожка. Именно по ней так быстро и легко скользил табурет, на который запрыгивал находчивый Вадик.

— Мое желе! — простонала Анна Пичугина, которая с утра приготовила целую вазу лакомства, чтобы угостить им гостей. — Вадик! Это же надо додуматься!

— Папа сказал, что на горку мы сегодня не пойдем, потому что ждем Деда Мороза, — объяснял мальчишка. — А я случайно уронил вазу с желе, когда доставал из холодильника, поскользнулся…

— И решил устроить горки дома, — хмуро закончила Анна и набросилась на мужа: — Ты почему Вадика одного оставил? Обещал же следить за ним, пока я в парикмахерской!

— Да я всего на полчаса отлучился, за сигаретами, — оправдывался Алексей.

— Курить вредно! — серьезно сказал Иван. — Можно и ноги переломать!

Взрослые рассмеялись, а Вадик с улыбкой заглянул в глаза родителям:

— Значит, вы не будете меня ругать?

— Буду тебя воспитывать! — заявила Анна. — А ну быстро бери тряпку и исправляй все, что натворил.

Вадик послушно умчался куда-то в глубь квартиры. Родители решили, что за свою шалость мальчик должен быть наказан, и впервые за два дня работы Дедом Морозом Иван не подарил ребенку подарок.

— Подарок заслужить надо, — объяснил он притихшему Вадику на прощание. — Веди себя хорошо, слушай родителей, не катайся на желе — и тогда через год я исполню твое желание.

— Избаловали мы сына, — покачала головой Анна, проводив Царева и Полину и вернувшись в гостиную. Вадик ползал на корточках по полу и усердно отчищал желе — наказание скорее было для него очередной игрой. — Сегодняшняя его выходка превзошла все предыдущие, этого с рук спускать нельзя.

— Я с ним поговорю. Знаешь, Ань, — муж обнял ее за плечи, — Вадик таким растет, потому что он у нас один.

— И что ты предлагаешь? — Анна несмело подняла глаза на мужа. Она давно мечтала о втором ребенке, дочке — милой и послушной.

— Подарить ему сестричку. Или братика. — Алексей порывисто притянул ее к себе и горячо шепнул: — Я уложу его спать. А ты меня дождись, хорошо?

Анна счастливо кивнула. Алексей увел сына в детскую и закрыл дверь, а она приняла душ, надела соблазнительную шелковую сорочку и стала ждать, прислушиваясь к голосам сына и мужа через стенку.

Наконец воцарилась тишина, тихонько скрипнула половица в коридоре. Анна улыбнулась, представляя, как Алексей на цыпочках крадется по коридору, чтобы не разбудить сына. Дверь спальни приоткрылась. Она приподнялась навстречу мужу… и торопливо натянула одеяло до подбородка.

На пороге стоял сын в пижаме, в руке он держал плюшевого динозавра, в озорных глазах не было ни намека на сон.

— Мам, папа уснул. А мне что-то не спится. Почитаешь мне сказку?

А это будет непросто, подумала Анна, подарить ему братика или сестричку.

— Вот уж не ожидал, что Дед Мороз — такая опасная профессия! — сказал Иван, когда они с Полиной сели в машину. — Еле ноги унесли.

— А представьте, каково родителям! — Полина озорно улыбнулась. — Теперь понятно, почему его мать все время вызывают в садик, а отец как-то пришел на работу с накрашенными ногтями. Он потом бегал по всему офису и спрашивал у женщин жидкость для снятия лака.

— Мы еще легко отделались! — перевел дух Иван.

Он чувствовал себя так, словно невредимым выбрался из опасного сражения.

— А вы в детстве, конечно, были примерным сыном? — Полина бросила на него любопытный взгляд.

— Всякое бывало, — признался Иван, с улыбкой припоминая свои шалости. — На желе, конечно, не катался, но как-то муку по всей кухне рассыпал, обои новые разрисовал… Как тогда мама сокрушалась! Они с отцом за этими обоями целую ночь в очереди стояли, такой дефицит в те годы был. А отец меня защищал. — Иван помрачнел — вспомнил о затянувшейся ссоре с отцом.

— Что-то не так? — Полина мигом почувствовала перемену в его настроении, а Ивану захотелось поделиться с ней наболевшим.

— Мы с отцом уже три дня не разговариваем… Поссорились, и Новый год впервые будем встречать порознь.

— Надо помириться, — убежденно сказала Полина. — Новый год же! Все ссоры нужно оставить в старом году, чтобы в Новом году не было никаких обид.

— Вы так считаете? — Иван задумчиво взглянул на нее. — Знаете, Полин, моя мама говорила так же. Я уже и забыл об этом. А вы сказали — вспомнил.

— Помиритесь с отцом, Иван Андреевич, — посоветовала Полина.

А Иван подумал, что его мама этого бы хотела. Наверное, если она наблюдает за ними из лучшего мира, ей очень горько от того, что ее муж и сын не разговаривают друг с другом накануне самого семейного праздника в году, а в гостиной стоит не наряженная до конца елка.

— Полина, поможете мне нарядить елку? — вырвалось у него. Секунду спустя, глядя в удивленное лицо Полины, он подумал, что это неудобно — приглашать ее к себе домой, что уже поздно — почти девять вечера, что девушка и так устала за этот безумный день, чтобы помогать ему навести порядок в его жизни. Он уже хотел махнуть рукой и сказать: забудьте, глупости!

Но тут на лице Полины расцвела улыбка, способная обогреть целый мир.

— Конечно, Иван Андреевич. Наряжать елки — это мое самое любимое занятие на свете.