Регент. Право сильного (СИ)

Глава 23

Илияса шатало от усталости и отвращения. Он даже не воспротивился тому, что северянин силой повлек его по коридорам. В себя верховного жреца вернул звук закрывающейся двери. Он растерянно осмотрел достаточно уютное помещение: то ли караульная, то ли комната для отдыха стражи.

Регент почти силой усадил своего невольного спутника на лавку у стены, подошел к полке в углу, взял с нее бутылку, откупорил, понюхал содержимое, удовлетворенно хмыкнул, налил полный стакан и сунул его в руки Илияса.

— До дна. И не спорить.

Кисловатое и не самое вкусное в мире вино заставило жреца скривиться и закашляться. Ульф от души хлопнул его по спине, а затем устроился прямо на столе напротив.

— Если вам есть что сказать, то я слушаю.

Илияс едва отдышался и поднял на регента удивленный взгляд.

— Сказать? О чем?

— О чем хотите. Но так, чтобы я поверил.

— Это отвратительно, — Илияс обессиленно закрыл глаза и уронил голову на сложенные руки: в ушах звенело то ли от переживаний, то ли от дешевого вина, но чувствовал жрец себя мерзко. — Чего ради вы заставили меня на это смотреть?

— Чтобы вы поняли: мои вежливость и терпение не безграничны.

— Знаю я это, знаю! — вспылил Илияс. — И хотел бы забыть — да не могу! Я изо всех сил стараюсь рассмотреть в вас человека! И, видят Стихии, иногда мне это не удается!

Ульф молчал. Просто молчал и смотрел.

— Мне не о чем рассказать, — продолжил Илияс чуть тише. — Я не скрываю от вас ничего. Даже если мы вернемся в ту комнату и я займу место этого несчастного, толку не будет. Мне до безумия страшно сейчас. Допросов я не выдержу, но и устраивать тут бойню с магией не стану, — он покачал головой, — я очень устал от смертей, что бродят вокруг. Если хотите звать стражу, то я не буду сопротивляться.

— Было бы нужно — давно бы позвал, — невозмутимо откликнулся Ульф. — Но мне кажется, что этого они и добиваются.

— Кто “они”? — опешил Илияс.

— Пока не знаю, но они упорно пытаются бросить на вас тень подозрения.

Ульф сложил пальцы рук в замок и начал перечислять факты с откровенно скучающим видом:

— Для старой и новой знати Адиль ценнее золота. Юнец, из которого легко воспитать карманного правителя, если убрать Арселию и меня. Отличная возможность мирно захватить трон, сохраняя видимость законной власти десятилетиями. Смерть ребенка выгодна только тому, кто мог бы занять его место. Венец императора — огромная награда и немалая ответственность, мало его получить — надо суметь удержать. Лорд Зафир, к примеру, отлично это понимает, потому хочет видеть на троне мальчика из рода Фаррит, а не рисковать благополучием собственных сыновей. Особенно учитывая недавние события. Император обязан хранить равновесие между мирами, и, как выяснилось, это может стоить ему жизни.

— Вы ведете к тому, что народ и армия не признает слабого?

— Особенно — слабого мага. Новый император должен будет доказать свое право на венец повелителя Стихий.

Илияс кивнул как-то безнадежно.

– А теперь вспоминайте, с чего все началось. Сперва магия Арселии вырывается из-под контроля, и вы получаете возможность находиться на территории женской половины дворца на правах наставника и желанного гостя. У вас есть время найти новых союзников среди стражи, слуг и евнухов. Вы также являетесь членом малого совета, вас любят и уважают в народе. И вы не скрываете того, что ваши Стихии становятся сильнее с каждым днем.

Возражать было нечего, оставалось только слушать.

— А потом происходит покушение, преступник пойман, да вот незадача: исполнитель нем, причем голос его разрушен магией, а не природой.

— Если смотреть на вещи под этим углом, то вынужден признать, что я и в самом деле могу быть виновен. По крайней мере, оправдываться мне нечем, — вздохнул верховный жрец. — Но я все еще не в кандалах, значит, вы умолчали о чем-то важном?

— Верно. К примеру, я читал отчеты тайной службы и хорошо знаю, что ваша семья долго была в заложниках у императора. Несмотря на это вы рискнули своей жизнью, чтобы остановить надвигающееся безумие и начали искать союза с герцогом Недоре, а затем поддержали мои притязания на титул регента и главы совета. Сегодня вы могли бы убить исполнителя ненароком, распутывая плетение, но не стали. В конце концов, я сейчас беззащитен, но вы в мою сторону даже искры не кинули, более того, готовы сдаться без боя.

— Так вы намеренно провоцировали меня?!

— Да. Почему бы не разнообразить эти скучные разговоры делом? — Ульф откровенно забавлялся. — Признаю, в какой-то момент я допускал вашу причастность к происходящему. Доказательств у меня не было, а так получить их проще всего. И быстрее.

— Я уже говорил, что вы безумны? Или в Недоре принято совать голову в петлю, чтобы проверить, крепка ли веревка? — Илияс от возмущения даже привстал. — Я мог предположить, что это уловка — и сдержаться. Знать наверняка, что у вас нет доказательств. Испугаться за семью, в конце концов. Возможно, я и теперь продолжаю отчаянную игру, в надежде на ваше милосердие или случайное везение?

Ульф хмыкнул:

— И поэтому пытаетесь очернить себя лично? Забавно выходит.

— Не сказал бы, — отрезал Илияс. — Ровным счетом ничего смешного. Тут есть просто вода? От этой кислой дряни желудок свело.

— Вы до этого не пили вино? — Ульф приподнял одну бровь.

— Редко. На юге это не принято. Слишком тяжелый напиток для жары. Конечно, наемники, торговцы и путешественники своим привычкам не изменяют, но я родился в Золотых Землях и многие ваши традиции не разделяю.

— Похоже, местная стража состояла из наемников. В любом случае, вряд ли вода тут свежая, а пить затхлую я бы вам не советовал.

Илияс тяжело вздохнул и устало облокотился о стену, регент между тем продолжал:

— На самом деле я всерьез подозревал вас в двойной игре. Однако есть маленькая деталь, которая все портит. Деталь, о которой знаете вы, но которая неизвестна заговорщикам: Адиль не последний магически одаренный представитель семьи Фаррит.

— Вы имеете в виду ребенка леди Мейрам, сестры Сабира?

— Верно. Малыш Саад унаследовал силы матери. И вы отлично знаете, что эти силы были огромными, хотя и запечатанными. Если умрет Адиль, трон достанется его двоюродному брату.

— А если на Саада совершили покушение также, как и на Адиля?

— С ним все в порядке, это я знаю наверняка, — Ульф отрицательно качнул головой. — Мейрам и Малкон уже несколько дней в городе. Малыш под их надзором, и ему ничего не угрожает. Из оставшихся в живых после войны, о ребенке знают четверо: я, Арселия, бен Хайри и вы. И ни один из нас ему не опасен.

— Я так больше не могу! — едва не взвыл Илияс. — Пытка какая-то. Озвучьте уже, чего вы от меня хотите?

— Мы сейчас выйдем отсюда. Оба. И поднимемся наверх. После этого ваша семья покинет город. Мои люди проводят их в любое безопасное место, которое вы выберете. Если хотите, могут даже остаться с ними как личная охрана. Меньше всего мне нужно, чтобы наши враги получили хоть малейший шанс давить на вас. Затем вы передадите мне все, что необходимо для проверки разрушенных магических источников. Продолжите искать способ восстановить разрушенную магию храма, чтобы Стихии вернулись в равновесие. И будете искать того, кто обладает достаточным задатками, чтобы претендовать на трон. Но запомните: мы должны создать очень убедительную иллюзию если не вражды, то хотя бы отчуждения. Пусть все видят, что наш союз дал трещину.

— Значит, вы верите, что я не враг вам? — на лице Илияса смешались недоверие и облегчение.

— Да, — твердо ответил Ульф. — Верю. Очень хочу верить. Потому что без вашей помощи у меня слишком мало шансов победить.

— Спасибо… — Илияс на несколько мгновений спрятал лицо в ладонях, пытаясь справиться с чудовищной слабостью.

— Знаете, — Ульф встал и протянул верховному жрецу руку. — Один очень важный для меня человек сказал, что жить в вечных подозрениях нельзя. И, пожалуй, я прислушаюсь к этим словам.