Ренард. Цепной пёс инквизиции

Глава 12

- Как ты думаешь, что с ним? — Этьен кивнул на отца Нихаэля, поправлявшего что-то под рясой характерным жестом.

- Думаю, кастрировали его, как поросёнка,— равнодушно пожал плечами Ренард. — В назидание. Чтобы другим неповадно было,

- Чушь не неси, — тут же встрял в разговор Аристид, ревновавший де Креньяна к Этьену. — Я слышал, что его к кузнецу водили. Ну, перед тем как совсем отпустить.

- Хочешь сказать, что ему там всё молотом расплющили? — содрогнувшись от ужаса, спросил де Безьер.

- Да нет, он бы там сразу и умер тогда, — с сомнением покачал головой де Креньян, — Я помню, как-то пнул одного между ног, так он потом два дня отходил, а тут молотом…

- Хочешь сказать, что я вру? — мгновенно взвинтился Аристид.

- Я ничего не хочу сказать, де Лотрок, — осадил его взглядом Ренард. — И очень тебе советую последить за языком, и, вообще, я не с тобой разговариваю.

- Тише, тише, друзья мои, не горячитесь, — рассудительный Этьен погасил нарождающуюся ссору. — Давайте лучше подумаем, как нам этот вопрос прояснить.

- Да что тут думать! Сегодня же ночью в кузню и сходим, может, чего и найдём, — горячно предложил Аристид. — Заодно разберёмся, вру я или не вру.

- Не самое умное решение, — покачал головой Ренард, проигнорировав злой взгляд де Лотрока. — Во-первых, не факт, что найдём, а во-вторых, как ты с дежурным сержантом договоришься?

- Так и знал, что ты струсишь, — скривил брезгливую мину Аристид. — Можешь не идти, мы с Этьеном и без тебя обойдёмся.

- Ты сейчас договоришься у меня!

Ренард сжал кулаки и дёрнулся к де Лотроку, но его придержал Этьен, мягко положив руку на плечо.

- Решено, — подытожил он разговор, убедившись, что де Креньян успокоился. — Идём сегодня же ночью.

Аристид торжествующе фыркнул, Ренард же лишь равнодушно пожал плечами. Затея ему не особенно нравилась, но и отговаривать товарищей он не стал — какое-никакое, а развлечение.

План вылазки составил Аристид. Простой и понятный. По его разумению нужно было выждать, пока дежурный сержант не заснёт, потихоньку улизнуть из казармы, а там уже, куда кривая выведет — так далеко де Лотрок не заглядывал. Ожидаемо, задумка посыпалась на первом же этапе. Сержант не заснул. А когда отроки все втроём попробовали отпроситься в отхожий сарай, сославшись на заболевшие животы, тот пошёл с ними. Поэтому не получилось.

Но отроки не унывали и в ближайший день обязательных работ напросились в кузню.

***

- Мы уголь принесли, куда складывать?

С этим глупым вопросом Аристид первым просунулся в приоткрытую дверь мастерской. С глупым — потому что новобранцы всё уже давно знали. Но юным авантюристам нужно было понять, есть кто внутри или нет, а ничего лучшего де Лотрок не придумал. Он переспросил ещё раз и когда снова никто не ответил, бросил полные вёдра прямо у порога, махнул рукой товарищам, а сам полез шарить по полкам.

Он-то первым и нашёл, правда, сразу не понял, что именно.

- Благочестивые отцы к святочному маскараду, что ли, готовятся? — громко спросил Аристид, загремев чем-то в дальнем углу, — смотрите, какая штука.

С этими словами он водрузил себе на голову странную конструкцию.

Основанием служило стальное кольцо из двух разъёмных пластин. Они соединялись подвижной петлёй, похожей на дверную, только поменьше, и замыкались на замок. Тоже небольшой. Перпендикулярно, полукольцом, была напаяна ещё одна полоса. С дыркой, которая сейчас располагалась на затылке Аристида, и конусообразной, изогнутой трубкой с обрезанным кончиком, которую он почему-то принял за нос.

Де Лотрок пропустил прядь волос в отверстие и повернулся к товарищам профилем, чтобы тем было лучше видно.

- Я сказочный лю-каркуль — заявил он и замахал руками, изображая драконьи крылья.

- Ты сказочный долбоклюй, — отреагировал на его клоунаду Ренард и добавил, брезгливо поморщившись: — Вон, у тебя даже клюв есть. Сними это сейчас же, дурень. Это не для головы.

- Ты мне просто завидуешь, де Креньян, потому что сам ничего интересного не нашёл, — пренебрежительно фыркнул де Лотрок, продолжая валять дурака.

- Боюсь, он прав, Аристид, — поддержал товарища Этьен. — Это не маска.

- А что тогда? — удивился де Лотрок, между делом поправив конструкцию у себя на плечах так, чтобы трубка поглубже залезла на нос.

- Эм-м-м… — замялся тактичный Этьен, подбирая правильные слова. — Вот этот, как выразился Ренард, клюв, он не для носа. Туда причиндалы засовывают. А вот это отверстие сзади, оно для выхода испражнений. У тебя на голове, Аристид, мужской вариант пояса верности. У нас в Пределах такими обычно насильников и распутников наказывают, только те приспособления ещё и с шипами… Так что лучше сними.

Увидев, как исказилось лицо де Лотрока, Ренард не утерпел и захохотал в голос. А тот, содрогнувшись в отвращении, сорвал с себя «карнавальную маску», швырнул её в стену и принялся лихорадочно отряхивать волосы.

- Надеюсь, отец Нихаэль успел этой штуковиной воспользоваться по назначению, — выпустил очередную шпильку Ренард, смахивая с уголков глаз слёзы, — когда примерял.

- Ты грубое животное, де Креньян, — не остался в долгу де Лотрок. — Только попробуй кому-нибудь разболтать!

- Не переживай, Аристид, мы никому не расскажем, — попытался успокоить приятеля Этьен, — Ведь, правда же, Ренард, не расскажем?

Тот согласно кивнул, но судя по его довольной улыбке, твёрдо на это рассчитывать было нельзя. Этьен уже хотел взять с де Креньяна клятвенное обещание, но отвлёкся — под ногами задрожал пол, инструменты на верстаке задребезжали, во дворе послышался грохот копыт.

Приятели, позабыв про недавний казус, выскочили на улицу.

В глазах тут же зарябило от мельтешения ног, переливов могучих мышц под лоснящейся шкурой, и развевающихся на ветру грив и хвостов — то погонщики загнали табун вороных в главные ворота замка.

У всех троих промелькнула догадка, настолько смелая, что от предвкушения перехватило дыхание. И они, не сговариваясь, поспешили за скакунами.

***

По дороге нагнали Леджера.

- Это для нас? — Ренард мимоходом тронул сержанта за плечо.

- Для вас, для вас, — добродушно усмехнулся в усы Леджер. — Не спеши, торопыга, сейчас все соберутся, старший наставник сам и расскажет. Тогда и узнаешь.

Тем временем погонщики делали свою работу: загнали жеребцов в конюшни, расставили по стойлам, после чего вышли и встали за спиной у Дидье. Тот, в свою очередь, дождался, пока последний новобранец из «воинов» не встанет в строй, поднял руку, а когда все притихли, загремел торжественным голосом:

- Щенки, сегодня у вас особый день! Сегодня каждый из вас получит спутника, с которым разделит все тяготы и невзгоды дальнейшей службы! Это, — он показал на ворота, — больше, чем просто конь! Это — верный товарищ, могучий соратник и преданный друг! Он поможет вам сокрушить врага, вынесет с поля брани, а то и спасёт от неминуемой гибели…

Такое выражение на лице старшего наставника Ренард видел лишь единожды — в день, когда он перечислял прелести кровавой сечи. Оказывается, есть ещё вещи, которые могут затронуть его очерствевшую душу…

За размышлениями Ренард не услышал, как его окликнули.

- Храмовник, леший тебя задери, о чём размечтался?! — рявкнул Дидье, похоже, уже во второй раз.

- Простите, старший наставник, — выскочил из строя де Креньян и вытянулся в струну. — О скакунах размечтался, уж больно хороши!

Его выходка вызвала усмешку не только у сержантов с погонщиками, но даже Дидье довольно колыхнул бородой.

- Тогда чего ждёшь? — прогудел он. — Иди выбирай.

Второго приглашения де Креньяну не потребовалось. Юноша сорвался с места, словно за ним нечистые гнались, скрылся в конюшне, но тут же вернулся, подбежал к Пухлому и требовательно протянул руку:

- Дай. Я знаю, у тебя есть. За ужином верну вдвое.

Пухлый поворчал для порядка, но упоминание двойной отдачи сделало обжору сговорчивым. Он порылся за пазухой, вытащил краюху чёрного хлеба и вручил Ренарду, а тот счастливый убежал снова.

- А чего это всегда де Креньян начинает? Я, может, тоже хочу выбрать первым, — полетел в спину брюзжащий голос Аристида.

- Одолеешь Храмовника в поединке, тогда и будешь первым, а пока заткнись и не вякай. Не доводи до греха, — окоротил его Дидье, кивнул старшему погонщику и пошёл за своим новобранцем.

А Ренард уже медленно шёл вдоль загонов, внимательно заглядывая за перегородки. Первый жеребец даже не высунулся, злобно заржал и мощным ударом задних копыт чуть не вынес двойную дверь в стойло. Второй выглянул, но едва де Креньян повернулся к нему, раздражённо фыркнул и шарахнулся назад. Зато в третьем загоне юношу встретил внимательный изучающий взгляд. Мощный зверюга с минуту рассматривал человека, потом потянулся к нему бархатистыми губами.

- Да ты мой хороший, — не сдержал улыбки Ренард. — Подожди, сейчас я тебя угощу.

Он откусил маленький кусочек от хлеба, остальное, под одобрительное хмыканье Дидье и погонщика, протянул жеребцу. Вороной не стал манерничать, взял подношение крепкими зубами и довольно захрумкал, быстро сжевал и потребовал добавки.

- Нет у меня больше, — развёл руками де Креньян и, погладив коня по морде, пообещал: — В другой раз обязательно принесу. Тебя как зовут?

- Чад его зовут, — ответил за коня старший погонщик. — Настоящий дестриэ, взрощенный на сочных лугах Южных Пределов и обученный для боя коневодами Прованса. Он десяток пехоты сомнёт — не заметит, и разгон набирает вмиг. Береги его, отрок, такого жеребца на базаре не купишь.

- Так он действительно мой? — дрогнувшим голосом спросил Ренард.

- Твой, твой, — успокоил его Дидье, — Не переживай, никто его у тебя не заберёт.

***

Забот у новобранцев прибавилось, но то были заботы приятные. Ренард, скучавший по своему Флану, каждую свободную минуту пропадал на конюшнях. Там занятий всегда хватало: выгулять, на водопой сводить, накормить, да просто загон вычистить — тоже надо. А когда дел совсем не оставалось, де Креньян расчёсывал длинную гриву и хвост или чистил шелковистую шкуру специальной скребницей и щёткой.

Но чем больше времени Ренард проводил с новым питомцем, тем больше росло его желание вырваться на свободу. Чад оживил воспоминания о былой вольнице — когда ветер в лицо, из-под копыт пыль, а за спиной словно выросли крылья. И никого не нужно спрашивать, как поступать и что делать. Де Креньян не знал, что чувствует вольная птица, закрытая в клетке, но испытывал нечто подобное. С каждым днём каменные стены давили всё сильнее, занятия казались всё бестолковее, а раздражение уже едва удавалось сдерживать.

И однажды оно прорвалось.

Тот день начинался, как многие ему предшествующие. Новобранцы, как обычно, спустились в подземелье, дежурный сержант (в тот раз это был Леджер) и отец Нихаэль, как обычно, заняли свои места, Эрейнир с неизменным сопровождением, как обычно, начал урок. По рукам пошёл лист пергамента с изображением несуразного волосатого коротышки с непропорционально большими ступнями.

- На рисунке вы можете увидеть, как выглядит барбегази. Это безобидные и неопасные чужане, обитающие в предгорьях и холмистой местности, — со скучающим выражением на лице загундосил старец. — Они сторонятся людей и стараются лишний раз не попадаться им на глаза. Но их несоразмерные ноги оставляют гигантские отпечатки, люди же думают, что это следы великанов, и устраивают хитроумные ловушки, чтобы уберечь свои поселения. В настоящее время встретить живого барбегази, большая удача, их очень мало осталось...

- Да сколько можно то, — недовольно пробурчал себе под нос Ренард и, даже не посмотрев на рисунок, передал его дальше.

И получилось, что пробурчал несколько громче, чем рассчитывал.

- Ты что-то хочешь сказать, отрок? — с неприязнью в голосе спросил друид, не забывший первый день их знакомства. — Тогда скажи так, чтобы все услышали.

- Да хочу и давно, — не стал юлить де Креньян и решительно поднялся с лавки. — Сколько можно нас вот этими бесполезными рисунками пичкать? Мы то зелиген изучаем, то лесных духов, теперь вот барбегази… Мало того, что они безобидные и для людей неопасные, так их ещё и встретить практически нельзя. Зачем нам это? Мы же вроде Псы Господни. Или вы думаете, что нам предстоит за лесными духами с сачком гоняться и с зелигенами танцевать?

- О чём я думаю, не твоего ума дело, щенок, — с угрозой процедил Эрейнир, заиграв желваками. — А последний вопрос лучше задай своим наставникам, мне тоже интересно послушать.

Ренард перевёл требовательный взгляд на сержанта.

- Ты на меня так не зыркай, Храмовник, — спокойно посоветовал ему тот. — Не то живо загремишь на штрафные работы.

- Да всё лучше, чем бесполезно штаны просиживать, — не унимался де Креньян. — Сержант, вы же сами из Псов, должны понимать, что все эти знания для нас яйца выеденного не стоят. Давайте уже что-то дельное изучать начнём. Или нечего больше?

Леджер вытянул шею, почесал бороду и неохотно ответил:

- Да есть, как не быть. Вот только разрешения надо у Дидье спрашивать.

- Ну так спросите. Или давайте, я быстренько сбегаю.

- Ты мне тут покомандуй ещё! Сбегает он, — погрозил ему пальцем сержант. — Вот после занятий и спросишь, коли желание останется, а пока охолонь. Сядь на место и замолкни, не мешай колдуну проводить урок.

Ренард наставника не послушался и замолкать не собирался. И так уже молчал, дольше некуда. А тут, раз уж всё так сложилось, надо идти до конца. А там пусть хоть отчислят, он найдёт чем заняться. Де Креньян упрямо набычился, сжал кулаки и набрал полную грудь воздуха, но прежде чем успел вымолвить слово, вмешался отец Нихаэль. Клирик выступил вперёд, звякнув под рясой недавней обновой, и выпростал к Ренарду руку в призыве к спокойствию.

- Отрок во многом прав, сержант, — произнёс церковник медоточивым голоском, — и не стоит его порицать за излишнюю любознательность и пытливость ума. Думаю, ничего страшного не произойдёт, если неофиты познакомятся с опасными сущностями.

Тут уже набычился Леджер.

- У меня приказ старшего! — в интонациях сержанта лязгнула оружейная сталь. — Неофитов без присмотра не оставлять! Опасные для жизни занятия проводить по особому распоряжению и под усиленным надзором!

- Тогда и спорить не о чем, — благодушно улыбнулся отец Нихаэль. — Опасности я не предвижу, надзор усилен отцом Амораем и братом Безье — Псом не из последнего ряда — а особое распоряжение выдам я, как старший по должности инквизитор.

- Но мой командир — Дидье!

- Пустое. Здесь моя сфера ответственности, а ваше дело — надзирать и присматривать, — отмахнулся, словно от назойливой мухи, клирик и смерил сержанта надменным взглядом. — Или вы хотите оспорить волю Святой Инквизиции?

Леджер хотел, но не мог. Отец Нихаэль хоть и подозревался недавно в непристойных поступках, но был полностью оправдан. И в сане его не понизили, а значит, формально он в своём праве. Так что сержанту пришлось уступить, хоть и с большой неохотой. Напоследок Леджер взглядом попросил помощи у Безье, но тот лишь пожал плечами — мол, извини, дружище, у меня тоже приказ.

- Вот и ладно, — самодовольно улыбнулся отец Нихаэль и сделал знак отрокам. — Пойдёмте, дети мои, я проведу для вас крайне познавательную экскурсию. У нас здесь, знаете ли, очень неплохой виварий собран, интересные экземпляры попадаются.

Друид бросил на него странный взгляд, но отец Аморай подтолкнул его к выходу, вышел сам и вскоре загремел ключами на лестничной площадке. К нему присоединился отец Нихаэль, следом — воины, начали по одному подтягиваться новобранцы. Ренард покинул учебный зал последним. Возможно, поэтому он сразу заметил, как напряглась спина Аморая, как Безье буквально прилип к плечу Эрейнира, как рука сержанта непроизвольно стиснула эфес меча из небесной стали.

Потеплевший амулет толкнул Ренарда в грудь.

К чему бы? Может он зря всё это затеял? Но отступать уже поздно.

Щёлкнул замок, пронзительно заскрипели мощные петли, тяжёлая дверь медленно распахнулась внутрь. Та самая, третья, от которой постоянно несло густой псиной. Створка ещё только приоткрылась, как дохнуло опасностью. Да такой, что оберег ожёг кожу раскалённым железом, по спине де Креньяна пробежали мурашки, а отроки из первого ряда ломанулись в последний.

- Не стесняйтесь, дети мои, — сделал приглашающий жест отец Нихаэль, как ни в чём ни бывало. — Проходите, проходите.

На его предложение не откликнулись даже смелые.

Друид смерил новобранцев презрительным взглядом, плюнул себе под ноги и первым скрылся в тёмном проёме. И это подействовало, сродни отрезвляющей пощёчине. По крайней мере, Ренард встряхнулся, сбросил с себя оторопь нерешительности и начал протискиваться вперёд.