Ренард. Цепной пёс инквизиции

Глава 21

Торговец не обманул. Где-то, через час, лесная тропа вывела де Креньяна к холму, на котором расположился замок. Деревья вокруг были вырублены на полёт арбалетной стрелы, из снега торчали лишь разномастные пни.

После многолюдья и гранитной мощи Иль-де-Вилона, резиденция Орлинского комтурства производила впечатление захудалого хутора. Куцый пятачок, обнесённый облезлой стеной, убогая арка ворот и неказистая башенка рядом. В центре пятачка возвышался донжон — единственное угловатое сооружение в пять этажей: с плоской крышей, каминными трубами и без малейшего посягательства на изящность.

Над зубцами привратной башни курился дымок, и торчали две алебарды — очевидно, стражники грелись у костра. За стеной раздавался топор дровосека, доносился стук разлетавшихся чурок — кто-то пополнял запас дров.

Ренард ещё не подъехал, как лязгнул запор, створки дрогнули и, нещадно скрипя, начали открываться наружу.

«Встречают. Надо же, как служба поставлена», — подумал де Креньян и пришпорил коня, чтобы не задерживать охрану.

Понял, что поспешил с выводами, когда чуть не столкнулся с выскочившим из ворот всадником. Чад, не дожидаясь команды, скакнул вправо, дестриэ незнакомого рыцаря взвился на дыбы и недовольно заржал. На шум выбежал привратник с топором в руке, стражники на башне наставили на Ренарда свои арбалеты.

Пока скакуны успокаивались, а охрана дожидалась приказов, де Креньян успел рассмотреть, кому заступил дорогу. Кольчуга, шлем с открытым забралом, полуторник на боку, сюрко с красным крестом и белый меховой плащ на плечах. Пёс Господень. И судя по властному взгляду — начальство не из последних. До габаритов Дидье рыцарь слегка недотягивал, но суровости у него хватало на троих.

- Кто таков?! — рыкнул он, прервав наблюдения Ренарда.

- Прибыл по месту службы, сударь, — отрапортовал де Креньян и протянул назначение. — Оруженосцем в триал Юдона.

- Наконец-то сподобились, — проворчал рыцарь, изучил документ и спрятал его в седельную сумку. — Проштрафился, что ли?

- Простите, не понял? — не уловил сути вопроса Ренард.

- За что тебя в нашу глушь сослали, спрашиваю?

- Да не сослали. Сам попросил.

- Вон даже как, — удивлённо качнул головой рыцарь и посмотрел на де Креньяна внимательнее. — Это ты погорячился, парень. Арбалет-то твой где, оруженосец?

- Сказали, здесь выдадут…

- Сказали ему… — недовольно пробурчал всадник, развернулся в седле и гаркнул во весь голос: — Саин!

- Слушаю, комтур! — откликнулся один из двоих наверху.

- Стрелялку свою дай оруженосцу на время!

- Ага!

Саин вытащил болт, спустил тетиву и сделал, что приказали. Только не дал, а швырнул, не сходя с места. Ренард изловчился, поймал — благо башенка была невысокой — и уже по весу оружия понял: арбалет тяжёлый пехотный.

«Это как я его натягивать буду, да ещё и с коня», — подумал он, но ничего не сказал, молча приторочил к седлу, чтобы не подняли на смех.

- Болты нать? — крикнул Саин.

- Сам-то как думаешь, дурья башка? — язвительно поинтересовался комтур.

- Ага!

- Освящённые? — уточнил Ренард, поймав подсумок с болтами.

- Кто ж такому балбесу освящённые-то доверит? — ухмыльнулся рыцарь, очевидно, подразумевая исполнительного стражника, и тронул коня. — Давай за мной, нам дотемна успеть надо.

- Простите, э… сударь… комтур… Куда успеть?

- Зови меня Госс, и можно без лишних расшаркиваний, — бросил тот через плечо. — Тебя-то как звать-величать?

- Ренард, — представился де Креньян и поскакал следом.

***

По лесной дороге без труда проехала бы и телега, но двум дестриэ было тесно, поэтому скакали уступом. Первое время молчали, но у Ренарда накопилось много вопросов и он, наконец, не утерпел.

- Так куда мы всё-таки едем, комтур?

Несмотря на полученное разрешение, Ренард не назвал командира по имени, выдерживал дистанцию. Тот хмыкнул такому соблюдению субординации, но поправлять не стал, ответил по существу:

- В Эпинель. Может, слыхал?

- Это туда отряд храмовников отправили? — вспомнил рассказ торговца де Креньян.

- Храмовников... — со спины не было видно, но судя по тону, Госс пренебрежительно скривился. — К ним и едем. Выхватили они там по первое число. Сегодня в обед от них гонец прибежал с просьбой о помощи.

- С чем помочь-то надо?

- Да бес его знает. Сказал только, что налетела на них какая-то нечисть. Многих побила, остальные еле спаслись. Он и сам едва живой был, когда добрался. Сказал и вырубился. Не добудились. Я туда, кстати, твоего Юдона послал, так что в Эпинеле с ним и познакомишься.

- А сам… сами, чего поехали?

- Как чего? — непритворно удивился Госс. — Людей на всё не хватает. Это только название громкое: Орлинское комтурство, а бойцов у меня — раз два и обчёлся. Четыре триала всего, да стражи неполный десяток, а хлопот — полон рот. То одно приключится, то другое, а здесь перегоны не короткие. Вот и носимся, как угорелые… Кстати, ты-то сам с чужанами уже сталкивался? Вживую, я имею в виду.

- Да уж сталкивался, — кивнул Ренард. — Лешего ещё дома прибил, а в Иль-де-Вилоне с ундинами познакомился, и ещё Ругару у нас из застенка сбежал. Но там я не дрался, сам тогда едва выжил. А уже по пути сюда Гауэко в трактире прогнал, да в Бурше со снежной нежитью схлестнулся.

- Да ты силён, братец, — впечатлился его успехами комтур. — В твои годы, мало кто таким похвастаться сможет. Если, конечно, не врёшь.

- А чего мне врать? — усмехнулся Ренард, ничуть не обидевшись. — У меня доказательства есть.

- И какие, не постесняюсь спросить?

Вместо ответа де Креньян, прямо на ходу, отвязал свёрток с трофеями и передал его Госсу.

- Лапа Ночного скитальца и Холодное сердце.

- Эвон как… Ты точно не шутишь, — задумчиво протянул комтур, рассмотрев, что скрывалось под мешковиной, и на этот раз в его интонациях прорезалось уважение. — Это я у себя оставлю. Командору потом пошлю, пусть знает, что мы здесь не просто жалование проедаем.

Беспардонная наглость Госса позабавила Ренарда, но против истины тот не сильно грешил. Де Креньян уже принадлежит комтурству, а значит, его успехи считаются. Да и трофеи ему ни к чему, не на стенке же их развешивать.

За разговорами Ренард перестал следить за дорогой, и время пролетело незаметно. Успели в аккурат, как и хотел Госс. Дотемна. Солнце только-только тронуло горизонт, как впереди показалась деревня..

***

Эпинель — село, как бы, не меньше Бурша. Два десятка домишек, в беспорядке разбросанных среди леса, да церквушка. Деревня и деревня, с виду обычная. Сеновалы, коровники, кучи навоза. Огородики, сейчас занесённые снегом. Полей не видать — местные наверняка больше от леса кормились, чем от сохи.

Вот только трубы дымили едва в половине домов, собаки не лаяли, и скотина молчала. И это наводило на определённые мысли. Нехорошее предчувствие закралось Ренарду в душу, и он опустил ладонь на эфес меча.

- Креста нет, — мрачно заметил Госс, махнув рукой на церквушку.

Ренард поднял голову — островерхая крыша действительно пустовала.

Символ веры нашёлся, когда подъехали ближе — расколотый надвое крест лежал у крыльца дома Божьего. Истоптанный снег алел кровавыми пятнами. В багровых потёках на ступенях, так же без труда угадывалась засохшая кровь. Де Креньян натянул узду и заглянул в проём выбитой двери. Внутри словно стадо кабанов бесновалось: всё, что можно сломать — сломано, что нельзя — перевёрнуто и разбросано в беспорядке.

- Это кто ж на такое осмелился?! — не удержался от восклицания Ренард.

- Самому интересно, — недобро процедил Госс, — Смотри.

Комтур обратил внимание спутника на редкую вереницу из красных капель, убегающую вдаль по дороге. Словно отсюда кто-то унёс худое ведро, полное крови. А может, наоборот, принёс. В любом случае проверить стоило.

Они тронули коней и медленно поехали дальше по следу. Госс смотрел под ноги, Ренард озирался вокруг. Понятное дело, злодеев он не увидел, но зато услышал, как недалеко скрипнули петли, и тут же хлопнула дверь.

- Там! — показал направление Ренард и первым подскакал к нужному дому.

- Хозяева! — рыкнул Госс, осаживая жеребца у забора.

- Чего хотел-то? — послышался изнутри сварливый голос.

- Выходь, разговор есть.

- Не об чем мне с вами разговаривать, — категорично отрезал хозяин.

Следом лязгнул засов, звякнул крючок, что-то негромко стукнуло — похоже, дверь ещё и подпёрли. Кто бы там ни сидел, выходить он точно не собирался.

- Да и бес с тобой! — разозлился на такое поведение комтур. — Скажи, где мне старосту сыскать?

- А я староста и есть, — сообщил голос из дома. — А вот кто вы такие будете, мне неведомо.

- Из Орлинского комтурства мы! Псы Господни! — в сердцах рявкнул Госс. — Прибыли с вашей бедой разбираться!

- Вот и разбирайтесь! А я до утра дверь не открою, даже и не проси.

- Выходи, мерзавец! Тебе по чину положено оказывать содействие служителям Триединого! — потерял остатки терпения комтур.

- На твоё положено дерьма лопатой наложено. Проваливайте, говорю!

- Я вот натравлю на тебя отцов из Святого Дознания, посмотрим, как запоёшь.

- Натравит он. Ты доживи сначала, — не задержался с ответом староста. — Вон храмовники тоже грозились, и где они таперича?

- Где?

- А я почём знаю? Раны где-то зализывают, едва половиной отряда. Всё, прощевайте, утром договорим, коли вернётесь.

- Чтоб тебя Анку задрал, барана упёртого, — шёпотом выругался Госс и добавил, уже в полный голос: — Скажи хоть, где настоятеля вашего найти?

- Не было у нас настоятеля никогда. Причётник токмо.

- Ну причётника.

- Так схарчили его надысь, как есть, до последней косточки. Мимо церквы, поди, проезжали? Значит, и сами всё видели.

- Я сюда ещё двух бойцов посылал, не встречались тебе?

- Шарахались тут какие-то два, да я, поди знай, твои то бойцы или какие самозванцы ряженые. А спрашивать мне недосуг.

- Где их искать-то? — спросил Госс, не сильно рассчитывая на ответ.

Староста и не ответил. Противный мужик. То ли действительно глубже в дом ушёл, то ли из вредности затихарился. Пока определённо выяснить удалось только одно — неведомая опасность страшила его больше гнева церковников. Ничем другим его поведение не объяснишь.

- Может, дверь выломаем? — предложил Ренард, после минутного ожидания.

- Я те выломаю! — тут же откликнулся староста. — Встречу вилами в бок, узнаешь тогда!

- Смотри, ты, какой боевой, — усмехнулся Госс и кивнул де Креньяну. — Поехали, оруженосец, чего уж теперь. С этим потом поквитаемся.

- Это мы ещё поглядим! — донеслось из дома им вслед.

***

С наступлением сумерек деревня затихла окончательно. Не окуталась умиротворяющей сонной дремотой, а словно затаила дыхание в преддверии грядущей беды. Из жилых домов не доносилось ни шороха, разорённые избы будто скорбели о потере хозяев. Казалось, даже солнце стремилось быстрее покинуть это мрачное место.

Сугробы насытились закатным багрянцем, алые капли сделались чёрными и вывели Псов к деревенскому кладбищу. Длинные тени от старых крестов переплелись в жуткую клетку, слова «могильная тишина» приобрели пугающий смысл. Леденящий озноб продрал Ренарда до костей. Но амулет молчал, и де Креньян, до боли сжимая рукоять полуторника, ехал вперёд. Когда стало совсем невмоготу, и желание убраться подальше почти победило, след оборвался…

…кровавым кругом с вписанными в него рунами.

- Да ты ж… Семеро меня забери, — негромко выругался комтур и втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Ритуал тёмного вызова.

- Ритуал... — повторил Ренард шёпотом. — Осталось понять, кто вызывал, зачем и кого.

- Кабы знать, парень, кабы знать, — задумчиво протянул Госс, осматриваясь по сторонам. — Приходили оттуда… Следы… Несколько человек. И видать не один раз приходили. Пока одни кровью метили дома в Эпинеле, другие вызывали чужан. Потом уходили.

Ренард проследил взглядом тропинку до ближайшего перелеска, оценил размеры вытоптанной вокруг знака площадки, вспомнил кровавые мазки на дверях опустевших домов... А комтур между тем продолжал рассуждать:

- Тёмный ритуал — преступление против Истинной Веры. Это неминуемая казнь, причём показательная. А кто на такое решится? — сказал он и замер, осенённый догадкой. — Колдун объявился, леший его задери. Точно, он, больше некому!.

- Не Вейлир, часом?

Де Креньян догадался, о ком зашла речь, но всё же решил уточнить. На всякий случай. Мало ли здесь колдунов.

- Знаешь его? — подозрительно прищурился Госс. — Откуда? Ты, вроде, только приехал.

- Кровник мой. Давно с ним встречи ищу, — ответил Ренард и помрачнел лицом. — Из-за него сюда и приехал.

Комтур ещё немного посверлил его взглядом, но, в конце концов, объяснение принял и успокоился.

- С ним многие встречи искали, парень, да всё не складывалось никак. А вот нам, похоже, свезло, — сказал он и загорелся азартом. — Глядишь, сегодня и прищучим ублюдка. Осталось придумать как.

- Засада, — высказал очевидное решение де Креньян. — Лучше ничего не придумаешь. Только сам он вряд ли придёт, через подручных станет действовать.

- С чего ты взял?

- Жути нагнать на глухую деревню? Не по его размахам задача, — невесело усмехнулся Ренард, припомнив давнишний разговор с колдуном. — Да и осторожный он. Подготовит всё, научит, а сам схоронится где-то или другим чем займётся. Думаю, так: его приспешников надо живыми брать, а потом допытывать, где Вейлир обретается.

- Пожалуй, ты прав, — согласился Госс, недолго подумав. — Есть ещё дельные мысли? Давай, парень, прояви себя, раз уж начал.

- Здесь спрятаться негде, только спугнём. — прикинул Ренард, по-быстрому оглядевшись. — Вон тот двор подойдёт… в самом доме неудобно… а вот в сеновале можем встать вместе с конями. Надо проверить.

- И то верно, — не стал возражать комтур. — Поехали, посмотрим, что там к чему.

***

Крайний двор встретил поваленным забором и распахнутой настежь калиткой. Дом чернел мёртвыми окнами, по комнатам гуляли сквозняки, и деловито шуршали вездесущие мыши. Входная дверь повисла на одной петле и нет-нет мерзко скрипела, хотя ветра и близко не было. Порог блестел лаковыми потёками высохшей крови.

Хозяева, скорее всего, погибли одними из первых. Оно и немудрено — погост вот он, под боком.

В дом Псы даже заходить не стали, сразу направились к сеновалу.

Позиция и впрямь оказалась удачной: сена ещё и половины не подъели, но места хватало с избытком, а через щелястую стену отлично просматривалось кладбище. Коням же здесь вообще, рай — и кров, и стол разом. Ренард спешился, отворил воротину и завёл Чада внутрь. Госс заходить не стал.

- Ты тут устраивайся, а я ещё проскочу по округе. Юдона поищу. Да, может, о храмовниках что разузнаю. Да ты не боись, парень, я скоро буду, — подбодрил он Ренарда напоследок и ускакал.

- Да я и не боюсь, — буркнул де Креньян ему вслед, скинул плащ и проверил, как меч выходит из ножен.

Чад фыркнул и потянулся к хозяину.

- Что дружище, устал? — потрепал его Ренард по бархатистой морде. — Давай отдыхай, пока время есть. Напоить бы тебя, да мне отлучаться нельзя. В засаде мы, понимаешь?

Жеребец мотнул головой, словно действительно понял, шагнул ближе к сену и захрумкал душистой травой. Да так аппетитно, что у Ренарда подвело желудок. Де Креньян обтёр коня на скорую руку, перетянул подпругу, а потом полез в седельную сумку. Там ещё оставалось угощение хозяйки из Бурша.

Скрип снега на улице застал его врасплох, и стало не до еды. Потому что лучше живой и голодный, чем сытый, но мёртвый. Ренард бросил сумку, схватил арбалет, рванул крепление… болты достать не успел. В сеновал зашли двое.

- Натянуть-то силёнок хватит? — презрительно усмехнулся первый, беспечно сложив руки на широкой груди. — Ты кто таков будешь, щенок?

- Да, кто таков? — поддакнул второй, что был пожиже и пониже, но арбалет в его руках смотрел Ренарду прямо в лоб.

Весомый аргумент, но в драку де Креньян не полез совсем по иной причине. Перед ним стоял его новый триал. Других Псов в Эпинеле попросту не было.