Риелтор от бога

Глава 19

— Они вычислили его, нельзя было отправлять его, они оказались не настолько глупы, чтобы не понять кто он, — выругался я.

— Не знаю насчёт стражников, но идиотом оказался Леон, — холодно отрезала Ари.

— В смысле? — нахмурился я.

— Этот олух напился и напал на королевского стражника, едва не убив того, — сказала она.

— Что он сделал⁈ — воскликнул я.

— Вот-вот, — кивнула эльфийка. — Мне удалось выяснить, что он набросился на пьяного стражника и едва не заколол того ножом для мяса.

Леон, какого чёрта ты натворил? Зачем напал?

— Надо быстрее вытаскивать его, — строго сказала Ари, чем сильно удивила меня.

Я скорее ожидал, что она скажет что-то саркастически-ехидное и предложит бросить его тут, но точно не то, что она первая бросится ему на помощь.

— Этот идиот знает обо мне и о том кто я, — словно читая мои мысли, сказала она. — Так что надо спешить, пока этот болтун не рассказал обо мне всему городу.

А вот теперь всё встало на свои места, вот теперь мне всё понятно. Эльфийка печётся о своей шкуре и ни о ком больше. Что же, самое главное что сейчас она замотивирована вытаскивать Леона как никто другой, а почему она это делает меня мало беспокоит. И говорить ей о том, что я на миллион процентов уверен что Леон никогда нас не сдаст я пожалуй не буду.

— Мне нужно замаскироваться, — задумался я и Ари тут же бросила в меня комок тряпок.

— Главное рот не открывай, — сухо добавила она.

Развернув комок, я понял что это одежда, причём женская, а ещё точнее — старушечья. Я тут же с укором посмотрел на эльфийку.

— Что смотришь? Так надёжнее, никто даже не посмотрит в сторону старухи, — прокомментировала она, а затем добавила: — Потом вернём, моралист блин.

Не смотря на глубокую ночь, город не спал. Повсюду сновали местные солдаты с факелами, жители кричали и возмущались из-за шума, а местные пьяницы, выволоченные солдатами из таверн, причитали о посягательстве на их право пить где и когда они хотят.

— Пока мы не найдём беглого преступника, никто не покинет стен этого города, — слышался грозный ответ одного из солдат проезжему торговцу.

— Дела плохи, — шепнул я Ари, когда мы подошли к таверне, где должен был находиться Леон.

— Что, понял наконец? — хмыкнула эльфийка. — Знаешь чем известен Тир?

— И чем же? — устало спросил я.

— Своими городскими стенами! — ответила Ари громче, чем хотела.

Я обратил внимание что она очень сильно нервничает. И это было непривычно, учитывая её пофигистичное отношение ко всему происходящему. Что-то в этом городе пугало её, что-то, из-за чего она не хотела оставаться запертой в его стенах.

— Со стенами разберёмся, главное — надо вытащить Леона пока не поздно, — строго сказал я.

— Есть идеи? — хмыкнула Ари.

— Может и есть, но для начала надо выяснить где он находится, — ответил я.

Через два часа мы уже стояли через дорогу от здания городничего.

— Леон бы узнал, что пленник сидит в доме городничего куда быстрее, — тихо заметил я.

— Вот только если бы я пыталась убить золотого доспеха, то довела бы это до конца и не сидела бы потом за решёткой, — холодно возразила она. И в её словах была такая уверенность, что я не сомневался, что именно так бы всё и случилось.

Оказалось, что в отсутствии Леона выяснять у местных какую-либо информацию было куда сложнее, чем казалось. Уверен, ему бы не потребовалось и десяти минут, чтобы выяснить, что все городские ворота закрыты, повсюду стоят стражники и город находится на осадном положении. У нас же на это ушло пара часов.

— Там на втором этаже есть комната для временного содержания преступников, — сухо говорила Ари, не сводя взгляда со здания.

— Боюсь спрашивать откуда ты это знаешь, — сказал я.

— Правильно боишься, — чуть улыбнулась эльфийка, а затем спросила уже серьёзно. — Как вытаскивать этого буйного рыцаря будем?

— А как же «давай я просто всех убью»? — усмехнулся я.

Эльфийка с укором взглянула на меня и строго сказала:

— Не время для шуток, что делать-то будем?

Я смотрел на трёхэтажное каменное здание, вокруг которого стояло несколько стражников в поношенных доспехах. Их грязная броня была жалкой пародией на могучие золотые латы столичной стражи, но тем не менее шансов справиться с ними у нас объективно не было.

Смотря на дом, где держали Леона, я перебирал варианты его спасения. Второй этаж и множество охраны по периметру явно намекали, что мой дар человека-крота тут бесполезен, а значит придётся использовать свою вторую способность — мозги и логику.

— Ну и? — нетерпеливо произнесла рядом Ари, которая продолжала нервничать и нервировать меня.

— Есть мысль, — медленно проговорил я, как внезапно послышался мужской голос рядом:

— Вы что тут делаете? Городничий час — до утра на улице нельзя появляться.

— Это кто сказал? — недовольно заявила Ари, а я резко одёрнул её и скрипучим голосом ответил:

— Прости, милок, разбудили нас с внучкой, вот и вышли воздухом подышать, чтобы уснуть поскорее.

Горбясь и скрывая лицо под безразмерным платком, я мысленно надеялся, что ночь скроет огрехи моей маскировки.

— Внучкой? — нахмурился солдат, окинув эльфийку оценивающим взглядом. — Да она вам в дочери годится.

Ох и зря он это сказал конечно. По глазам Ари я понимал, что она готова убить его прямо на месте, но к моему счастью она не отличалась импульсивностью Леона, поэтому ничего не сказала, лишь презрительно хмыкнув.

И вот когда мне уже показалось, что опасность миновала, солдат произнёс:

— Постойте, ваша внучка подходит под описание одной из сообщник беглого преступника.

Стоя к нему спиной, я тяжело выдохнул. В ночной тишине послышался шорох, солдат положил руку на рукоять своего меча.

Не давая ему даже шанса понять что происходит, я с разворота ударил его по лицу. Из носа брызнула кровь и стонущий солдат схватился за разбитое лицо. Мы же с Ари уже неслись по улице.

— Это беглянка! Девгите её! — вопил сзади стражник, держась за разбитый нос.

За нашими спинами послышались крики и топот охранников. Мы неслись что есть сил по тёмным улочкам Тира. Я то и дело врезался в углы, столбы, бочки и прочую дрянь, которая словно специально была разбросана на улицах, чтобы задержать нас.

— Не отставай, — доносились крики Ари, бегущей где-то впереди.

— Простите, я тут вообще-то впервые, — выплюнул я с явным намёком.

— Твою мать, приехали, — раздался раздосадованный выкрик эльфийки уже гораздо ближе.

Пробежав ещё метров пять в кромешной тьме переулка, я врезался во что-то мягкое.

— Эй, смотри куда прёшь, не видишь что ли? — возмутилась Ари, которую я буквально впечатал в кирпичную стену перед нами.

— Вообще-то я ничего не вижу, ты завела нас в какую-то непроглядную за… — я не успел договорить, потому что её рука закрыла мне рот.

Кожа на её ладони была непривычно нежной и бархатистой, а ещё она пахла… приятно, в отличие от всего окружающего меня в этом мире.

— Тс-с-с, — шёпотом произнесла она, отодвинув нас в сторону.

Позади нас, из того переулка, откуда мы выскочили появились отблески факелов, а следом и стражники.

— И чего ты сама то под бабку не нарядилась? — задал я риторический вопрос, пока мы выжидали, чтобы стражники ушли.

— Я? Пф-ф-ф, не дождёшся, — презрительно шикнула она.

Эти её аристократические замашки начинают основательно раздражать и мешать делу.

— Всё, пошли, — тихо сказала она, когда уже несколько минут не было слышно ни одного стражника.

И ровно в тот момент, когда мы вышли из тёмного укрытия, в начале переулка появились новые огни факелов и теперь их было много и все они двигались в нашу сторону.

— Если ты знаешь ещё пару тайных троп, то самое время ими воспользоваться, — обратился я к Ари, скорее пошутив из-за нервов, но к моему удивлению она тяжело выдохнула, а затем постучала в одну из гнилых дверей, что всё это время была рядом с нами.

— Что, так просто? А сразу нельзя было постучаться? — возмутился я.

— Всё совсем не просто, — холодно сказала она, даже не оборачиваясь. — Много лет назад я поклялась никогда больше не заходить в эту дверь.

Какая же она скрытная и странная, — пронеслось в моей голове, прежде чем замок двери щёлкнул. Но ровно в тот момент, когда дверь начала открываться, я почувствовал, как что-то твёрдое ударило по моей голове. Голова закружилась и я провалился в пустоту.

— И что это твою мать было? — с нажимом спросил я, едва очнувшись в нашем номере в таверне. — И как ты меня сюда притащила?

За окном уже было утро. Эльфийка сидела рядом со мной, прикладывая к шишке на моей голове мокрую тряпку.

— Скажи спасибо, что ты не за решёткой, — недовольно шикнула она, сильнее надавив на шишку, отчего я поморщился:

— Ну спасибо, только вот за голову не спасибо. Ты ревновала что Леон стукнул меня по голове, а ты нет? Почему нельзя было просто зайти в ту дверь, раз мы были рядом всё то время?

Голова страшно гудела и проявленная холодной эльфийки забота в виде мокрой тряпки не сильно помогала.

— Поверь, тебе лучше было сдаться стражникам, чем узнать что находится за той дверью, — сухо произнесла она, слегка поёжившись.

Да что блин такого там располагалось, если даже Ари реагирует подобным образом. Впрочем, сейчас у меня болела голова из-за другого. И нет, это не огромный шишак, а схваченный Леон.

— Что у тебя был за план? — тут же спросила эльфийка. — Надо спешить.

— Тогда бери деньги и пошли, — сказал я, отбрасывая мокрую тряпку. — И на этот будь добра замаскироваться!

Через пятнадцать минут две «бабульки» уже стояли в толпе недовольных горожан.

— Ты что, всерьёз собираешься платить им? — не могла поверить Ари.

— Не всем, нам надо чтобы лишь часть из них подняли бунт, дальше начнётся цепная реакция, — коротко сказал я, решив не пытаться объяснить сказочному создания все детали этого социального феномена. — Так что мы заплатим самым болтливым и шумным, чтобы они распространяли слухи про стражников, мол те убили короля и теперь ищут в Тире его наследника, чтобы убить.

— И ты серьёзно думаешь что это сработает? — Ари посмотрела на меня как на сумасшедшего.

— Готов поспорить, что уже к вечеру город будет полыхать, — протянул ей руку.

Она недоверчиво посмотрела на мой жест и задрала голову:

— Делать мне больше нечего, как спорить с людьми. У вас ни чести ни благородства.

— Боишься проиграть? — улыбнулся я, смотря как один из подкупленных нами забулдыг уже горланил на всю улицу вести о том, что стражники предали короля и нужно спасать королевство.

Мой план заключался в том, чтобы повторить уже сработавший трюк. Хаос, что я устроил в таверне, позволил нам незамеченными уйти через окно и теперь я собирался сделать тоже самое, но в масштабе целого города. Я устрою бунт, который захлестнёт Тир и стражникам будет не до охраны одного болтуна. Именно в этот момент мы вытащим Леона и незамеченно уйти из города. И я уверен, что наследник, не будь дураком, сделает тоже самое.

— Но зачем ты рассказал им о том, что наследник в Тире? Стражники ведь могут схватить его? — снова спросила меня Ари, старательно не замечая, как мой план претворяется в жизнь.

— У меня есть стойкое ощущение, что наследник не станет с нами встречаться, а значит нам надо выманить его из укрытия, — объяснял я. — После появления слухов, что стражники пришли за ним, он точно не станет здесь оставаться и обязательно постарается покинуть город как можно скорее и вот именно в этот момент нам надо быть начеку и не упустить его самим.

— Это если наследник вообще здесь, — хмыкнула она.

Мы разделились и еще целый час ходили по улицам, подкупая самых шумных и недовольных жителей, чтобы те распространяли нужный нам нарратив. Вот только несмотря на все наши усилия, ситуация так и оставалась «крайне напряжённой», никак не желая вспыхивать. Нужна была спичка и я знал, где её взять и куда бросить.

Вернувшись в нашу комнату в таверне, я развязал огромный позвякивающий мешок и достал заботливо сложенный Леоном золотой доспех.

— Прости, Леон, но я воспользуюсь твоей игрушкой, обещаю не сильно царапать, — улыбнулся я и принялся одеваться.

Жители, собравшиеся на городской площади кипели праведным недовольством, но их недовольство выражалось лишь в криках:

— Долой стражу!

— Пошли вон отсюда!

— Слава королю Георгу!

Довольные мужики, что разнесли весть о предательстве и убийстве короля, уже сидели в ближайшей таверне и пили свой заслуженный эль, а некоторые жители, хоть и были недовольны закрытыми воротами и тотальными проверками, никуда не собирались уезжать, поэтому покричав для приличия стали расходиться.

— Люди добрые! Молю, спасите! — истошный женский крик прорвался сквозь гул голосов. — Убийцы! Они все убийцы!

Толпа тут же затихла и внимательно уставилась на молодую девушку красоты, она кричала, пытаясь вырваться из железной хватки стражника в золотом доспехе.

— Они убили моего мужа, когда он не позволил забрать меня к ним, чтобы… — девушка разразилась душераздирающим плачем.

— Заткнись уже, сколько тебе говорить, — грубо оборвал её стражник, утаскивая за волосы прочь от площади.

Жители молча смотрели на эту картину, как внезапно кто-то выкрикнул:

— У него кровь на мече! Убийца! Убийца!

Толпа взорвалась:

— Долой стражу! Долой предателей и убийц!

Точка невозврата была пройдена. Люди бросились на опешившего стражника, который, быстро оценив перспективы, бросил девушку и уже бежал прочь.

Недовольные и разгорячённые жители сплошным потоком двигались по улицам, обращая в бегство всех встретившихся на пути солдат и поглощая тех, кто не был столь расторопен.

— Девушка, вы в порядке? Давайте я осмотрю ваши раны, — молодой парень участливо наклонился к сидящей на брусчатке девушке, разглаживающей свои густые волосы, которые ещё недавно сжимал стражник.

Когда он протянул руку, девушка сильно ударила по ней и злобно процедила:

— Не смей меня касаться, человечишка.

Леон сидел в самом углу небольшой комнаты без окон. Он не двигался вот уже несколько часов. Когда через небольшое отверстие в решётке ему кинули буханку хлеба и бутылку воды, он даже не повернул головы.

— За последние пять часов он даже не пошевелился, — раздался из-за решётки голос надзирателя. — Честно говоря порой кажется, что он умер.

Алгор посмотрел на пленника. Молодой парень не моргая смотрел в стену напротив себя. Он знал этот взгляд, это был взгляд мёртвого человека, вернее человека с мёртвой душой.

— Ты и есть тот Леон? — бросил рекрут, входя в камеру.

Пленник даже не шелохнулся, словно по прежнему сидел в полном одиночестве.

— Она говорила о тебе, хотела спасти тебя, — произнёс Алгор. — Спасти от меня.

Он сделал паузу, внимательно изучая парня, сидящего в кандалах перед ним: молодой, с небольшим брюшком, но с крепкими руками. Лицо в синяках и ссадинах, впрочем это уже сделали люди Алгора.

— Знаешь, она так кричала, — шёпотом сказал он, кровожадно улыбнувшись. — Умоляла не убивать её.

Леон никак не реагировал, он словно не слышал что говорил стражник и это лишь забавляло рекрута. На его лице появилась зловещая усмешка и он наклонился совсем близко к Леону и сказал:

— Она звала тебя, кричала: «Леон, спасибо меня, Леон! Почему ты меня бросил, Леон?».

И в этот момент голова пленника медленно повернулась и его безжизненный взгляд заглянул куда-то глубоко внутрь Алгора, в самую душу.

— Что, ничего не увидел? — усмехнулся тот. — А всё потому что её у меня нет.

С этими словами он достал свой кинжал, на котором ещё оставались высохшие капли крови, что принадлежали Изабелле и с нескрываемым удовольствием произнёс:

— А теперь, Леон, я заставлю тебя рассказать всё, что тебе известно.