S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса - 3

Глава 7

Проснувшись утром, Батя женщину рядом с собой не обнаружил, как и вообще следов её пребывания – если, конечно, не считать таковыми разбросанную одежду самого командира, которую он обычно аккуратно складывал перед сном. Мэри, как обычно, ушла ещё затемно, оставив после себя только этот беспорядок и запах секса, пробивающийся даже сквозь аромат копчёной курицы, так и не съеденной вечером.

Одевшись, Батя позавтракал остывшими мясом и кашей, сделал большой глоток из фляги с пойлом и вышел на улицу.

В крепости уже царило оживление – сразу три группы готовились к выходу в рейды. У ворот, рыча и чадя двигателями, расположились машины и танки – Горелый выполнял финальную проверку техники. Чуть в стороне, под большим брезентовым навесом, бойцы забивали патронами магазины и подсумки, одна из африканских женщин в плетёной корзине несла заполненные пойлом фляги – по одной на каждого, кто идёт в рейд. Заметив командира, подошла и к нему.

Взяв фляжку, Батя направился под навес.

– Доброго утра, бойцы!

Занятые своим делом парни повскакивали с установленных под навесом скамеек. Раздался нестройный гул голосов:

– Доброго, Бать.

– Привет, командир.

– Здравия желаю, Бать.

– Готовы? – дождавшись тишины, спросил Батя.

На этот раз ответили практически хором.

– Так точно! Готовы!

И рассмеялись, сами удивившись тому, как синхронно вышло.

– Тогда по машинам. Задачи свои все знают, повторять не буду.

Первым направился к блестящему хромированными деталями элитному электрическому седану. Собирался сесть за руль, но вовремя обнаружил, что там, помахивая командиру рукой, уже расположился Кола.

Да уж, вот было бы удивительно, если бы бывший стритрейсер предпочёл место пассажира.

Резко изменив траекторию, Батя уселся справа от Колы, а Ворон, Семён и Мэри. Кола нажал кнопку включения двигателя и повёл машину к воротам крепости. Батя бросил быстрый взгляд в зеркало на двери и увидел, что следом выезжает группа Винта – Псих и его отряд, как те, кому и ехать ближе всех, и работать на самом безопасном лоскуте, пропустили вперёд всех остальных.

Убедившись, что на старте не случилось ничего нештатного, командир заставил себя выбросить мысли о других отрядах из головы – ещё во время борьбы со своим двойником он научился делегировать часть ответственности бойцам, и те, как до, так и после, ни разу его не подвели.

За окном замелькали унылые пейзажи африканской саванны. В стороне мелькнула гниющая голова элитника – одна из многих, разложенных по Африке вокруг крепости, чтоб отпугивать тварей рангом поменьше. На земле виднелись следы многочисленных шин, недвусмысленно указывая единственный безопасный путь к крепости. Вокруг всё было обложено противотанковыми и противопехотными минами, которые Сотня заботливо собирала перед очередным обновлением Африки, а после – раскладывала на те же самые места. Мины особо не маскировали – главным (и, возможно, единственным) врагом тут были твари, а они не сильно разбирались в человеческих технологиях, хоть и демонстрировали иногда неожиданную смекалку и соображалку.

А для таких вот умных дорога, ведущая по минному полю, извивалась, как пьяная змея, предотвращая возможность лобовой атаки и снижая вероятность дохода противника до частокола крепости почти до нуля.

Ехать быстрее двадцати километров в час по этому серпантину было практически невозможно, но Кола, как образцовый стритрейсер с большим стажем и наличием насмерть сбитой бабки в послужном списке так медленно ездить просто не умел. Поэтому стрелка спидометра, державшаяся около сорока, ни Батю, ни других пассажиров давно уже не пугала. Это была минимальная скорость из подходящих Коле, а таланты уличного гонщика, помноженные на возможности машины, позволяли ему полностью контролировать процесс езды.

Спустя полчаса электрический седан, покинув Африку, нёсся по улицам Небоскрёба. Здесь Кола уже топил от сотни до двух, притормаживая только перед очень резкими и узкими поворотами, и то скорее для того, чтоб не завизжали от нагрузки шины, выдавая тихую, спрятанную под батиной невидимостью машину снующим по сторонам тварям.

В одном ряде лоскутов от Троечки повернули на север, к гнезду.

– Ворон, твой выход. Собирай тварей. Штук пять сможешь к этому уроду подвести одновременно?

– Если элитников, то сорвутся, когда эта свиноматка хобот свой вытянет, – с сомнением протянул боец. – Пару штук только, наверное...

– Одного, – мотнул головой Батя. – И пусть срывается. А остальных про запас.

– Так вот что ты хотел проверить, – расплылся в ухмылке Ворон, догадавшись, что задумал командир. – Насколько далеко он за жратвой поползёт...

– Именно. Всё, ищи тварей. Кола, Ворон скажет, куда сворачивать. Мэри, мы с тобой на стрёме.

– А мне что делать? – спросил Семён, которому приказов не досталось.

– Пока – смотреть и запоминать. Ты, я надеюсь, нам в этой операции не понадобишься, – строго свёл брови Батя, и Семён обиженно примолк.

Пока добирались до гнезда, Ворон успел не просто найти достаточно элитников, но ещё и повыбирать, какие ему более послушны и вообще. В итоге к гнезду заявились в компании сразу семи элитников и двух моллюсков, прихваченных просто на всякий случай.

– Так, Кола, ты за рулём и никуда не выходишь, – распорядился Батя. – Семён, ты тоже в машине до особого приказа. Ворон, тварей по одной к брандашмыгу, что делать с ними – сам знаешь. Мэри, следи за окрестностями.

Снайперша кивнула, вылезла из машины и скрылась в подъезде ближайшего дома. За её безопасность Батя не переживал – тварей вблизи брандашмыга нет и не будет – боятся они этого монстра хуже огня. В принципе, брать Мэри было необязательно. Но этот мир изменчив, в любой момент на любом лоскуте может произойти обновление, и рядом внезапно окажутся ищущие спасения люди, которые ещё не превратились в тварей и не научились бояться брандашмыга. Сами они вред батиным людям вряд ли нанесут, но могут их обнаружить и случайно выдать. А этого допустить было нельзя. Поэтому командир и взял американку – чтоб в оба своих зорких глаза глядела по сторонам и либо сообщала о подозрительных личностях заранее, либо снимала их без предупреждения.

Маловероятно, что такая ситуация наступит, но Батя решил перестраховаться.

Сам он тоже вылез из машины и направился в подъезд дома напротив того, который выбрала Мэри. Кола тут же подогнал седан вплотную к подъезду, облегчая командиру задачу по сохранению машины в невидимости – чем ближе она оставалась к командиру, тем легче ему было применять свой Дар. Винт тоже подвёл своих «подопечных», чтобы и они попали под невидимость.

Поднявшись на пятый этаж, Батя, стараясь не наступать на разбросанные костяки и осколки стекла (сказалась привычка ходить бесшумно, хоть здесь и было почти безопасно), прошёл к окну с видом на гнездо и, вооружившись биноклем, занял наблюдательную позицию.

– Ворон, давай первого, – произнёс он в рацию.

Прошло совсем немного времени, и появился элитник. Молодой, но уже полностью покрытый пластинами естественной для высокоуровневой твари биологической брони. Длинные и острые когти скребли по асфальту при каждом шаге, хвост с гребнем неровных пластин мотался из стороны в сторону, как у недовольной кошки, рогатая башка с кошмарным оскалом вертелась из стороны в сторону. По движениям твари было хорошо видно, что она не особо счастлива идти туда, куда ей приказали. Она уже чуяла запах брандашмыга, и все её естество противилось необходимости приближаться к монстру. Но Ворон не оставил ей ни одного шанса на побег.

Брандашмыг был в гнезде – Батя видел его колышущееся, противно-розовое тело, время от времени приподнимающееся над крышами зданий, окружавших выбранное для родов место. Все проходы между этими зданиями уже были завалены обломками, среди которых теперь виднелись и остовы машин, в том числе те, что ещё не потеряли свой лощёный хромированный вид.

– Врьемьеньи он нье тьерьял, да, Батья? – поинтересовалась по рации Мэри и тут же, чтоб продемонстрировать, что не пренебрегает прямыми обязанностями, добавила. – С тыла всьё чьисто.

– Следи дальше, – приказал Батя, хотя никакой необходимости в этом не было.

А сам продолжил наблюдение.

Элитник был уже метрах в пятидесяти от гнезда, но брандашмыг всё ещё не проявлял никаких признаков недовольства.

«Рожает он там, что ли?» – с досадой подумал Батя.

Но не успел даже навскидку прикинуть, что будет делать в этом случае – монстр, наконец, зашевелился активнее.

– Ворон, держи наготове второго.

– Есть, Бать. Возьму моллюска, он тупее, не так сильно сопротивляется.

Элитник тем временем сократил расстояние до брандашмыга ещё метров на пять. Брандашмыг тоже не бездействовал, колебания его туши ускорились, их амплитуда выроста, и стало понятно – он тоже учуял элитника и пытался разобраться, представляет ли тот опасность. Или, возможно, пытался оценить степень его гастрономической ценности с точки зрения усилий, которые придётся приложить для его поимки.

– Давай, – одними губами прошептал Батя, не отрываясь от бинокля. – Вылезай, гадина!

И брандашмыг вылез. Один из завалов зашевелился, сложенные друг на друга обломки покатились вниз один за другим, и вот уже это стало похоже на горную лавину. Вместе с облаком бетонной пыли поднялся грохот, да такой, что Бате захотелось зажать уши.

Ожила рация, но слов было не разобрать. Переспрашивать тоже не имело смысла, так что командир просто пусти ситуацию на самотёк – Ворон и Мэри и без него разберутся, что им делать, а к Водиле с Семёном он успеет спуститься, если вдруг.

Сквозь пыль, вставшую плотнее, чем кисляк, показались смутные очертания огромного тела. Элитник задёргался сильнее и даже сумел на шаг отступить, но Ворон удержал его в подчинении. Вперёд, навстречу монстру, не погнал, заставив оставаться на месте – в конце концов, сегодня никто не собирался кормить брандашмыга элитником.

Король местной пищевой цепочки грузно перевалил через собственный завал и остановился, поводя из стороны в сторону башкой с вытянутым на максимум хоботом.

– Ворон, отпускай потихоньку, пусть дёргается, – велел Батя. – Но сбежать пока не давай.

Элитник, почуяв, что поводок ослаб, отбежал на несколько шагов и снова остановился. Опустился на четвереньки, упёрся задними лапами в асфальт, пытаясь освободиться. Но Ворон держал его крепко, поэтому попытка оказалась безуспешной. А вот брандашмыг повёлся. Поверил, что еда вот-вот убежит, и целенаправленно двинулся к твари.

– Сейчас! – дождавшись подходящего, по его мнению, момента, рявкнул Батя.

Элитник сорвался с места, словно чемпион мира по спринту, услышавший выстрел из сигнального пистолета, и набирая скорость, помчался прочь. При этом он не издал ни единого звука, что добавило зрелищу кошмарности. Хотя куда уж больше в этом и так на все сто процентов состоящем из кошмаров мире?

Брандашмыг, увидев, что добыча убегает, сунулся было следом, но тут увидел сжавшегося от страха моллюска. Остановился, попереводил взгляд с одной твари на другую...

– Бать, остановить? Пока ещё могу, – сообщила рация голосом Ворона.

– Пусть уходит, – твёрдо сказал Батя. – Смотрим дальше.

Брандашмыг, решив, что моллюск в руках лучше элитника на лоскутах, и снова задвигался, на этот раз направившись к моллюску.

– Готовь ещё элитника, но пока не показывай, – велел Батя. – А моллюска отпускай, когда метров десять до него останется. Чтоб сожрать его не успел...

Пока Батя говорил, брандашмыг как раз преодолел отделяющее его от моллюска расстояние, так что дальше события развивались быстро. Ворон отпустил тварь, и та с громким урчанием, в отличие от элитника, понеслась прочь, сразу опустившись на все четыре лапы. Брандашмыг разочарованно остановился, тело его заколыхалось, выдавая досаду от того, что ушла уже вторая еда. За моллюском, в отличие от элитника, он даже не попытался броситься в погоню – видимо, питательная ценность слегка подкачала.

– Ворон, давай ещё элитника, – торопливо произнёс Батя, заметив, как монстр стал разворачивать своё грузное тело обратно к гнезду.

Новый элитник из приведённых кинологом вынырнул из невидимости, и брандашмыг тут же изменил своё поведение. Он не смог повернуть к новой жертве голову, поскольку та была прямым продолжением его туловища, но пищевой хобот оказался гибче и сразу вытянулся в сторону элитника.

– Хорошо. Теперь пусть чуть отступит.

Ворон дал элитнику отбежать на несколько метров. Брандашмыг начал разворачиваться.

– Мэри, готовься. Как скажу – бегом в машину.

– Ест, коммандэр, – отчеканила снайперша. – Готова в льюбой момьент.

Брандашмыг тем временем немного приблизился к элитнику, и Ворону пришлось отвести того ещё на несколько метров. И тут король пищевой цепочки что-то заподозрил. Он не стал уменьшать расстояние, а вместо этого чуть приподнял переднюю часть тела и ещё сильнее вытянул хобот. Постоял так. А потом... снова стал разворачиваться обратно к гнезду.

– Не понял, йопта – прокомментировал в рацию Кола.

А вот Батя выкупил ситуацию сразу.

– Ворон, второго! Элитника!

Боец повиновался. И количество, как ни странно, перевесило подозрения – брандашмыг снова заинтересовался тварями.

– Отпускай первого! – тут же пошёл ва-банк Батя.

Брандашмыг, заметив, как еда сначала соблазнительно удвоилась, а теперь первая её половина улепётывала со всех ног, потерял способность к критическому мышлению и, собрав своё огромное тело, словно пружину, молниеносно выстрелил к элитнику.

Не долетел буквально метр, плюхнувшись на асфальт так грузно, что Батя почувствовал, как зашатался под ним пол.

– Отпускай! – заорал он Ворону уже на бегу в сторону лестницы.

Но второй элитник и сам уже умудрился сорваться с поводка и сваливал от опасности на всех парах.

Спустившись на первый этаж, Батя выскочил из подъезда и застал фантасмагоричную картину: прилепившийся к подъезду электромобиль, жмущиеся к нему твари и ползущий мимо огромный, вызывающий омерзение брандашмыг, чья высота даже в горизонтальном положении превышала рост элитника в два с лишним раза. Пока монстр полз за добычей, командир успел запрыгнуть в машину, хотя дверью пока хлопать и не стал. Мелькнула мысль, что надо было всё-таки взять Водилу, а не Колу, чтоб поставить на монстра метку для простоты отслеживания. Но что уж теперь...

– Ждём Мэри, – произнёс Батя в ответ на вопросительный взгляд гонщика. – Как только она сядет, езжай за брандашмыгом, но на безопасном расстоянии. Ворон, оставшихся тварей пока держи, вдруг пригодятся. Подозреваю, что если доведём этого жирного глиста на ножках до нужного места, придётся второго моллюска ему скормить.

– Почему не элитника? – удивился кинолог.

– Чтоб ещё сильнее не разжирел, – буркнул Батя.

Мэри появилась, как только брандашмыг миновал подъезд, в котором она пряталась. Закрыв лицо рукавом, чтоб не надышаться пылью, американка без страха перебежала дорогу и залезла в машину. Кола тут же нажал на кнопку, включив двигатель, но сразу нажимать на газ не стал, дав брандашмыгу немного удалиться, и только потом двинулся за ним.

Погоню монстр прекратил через два лоскута. Просто внезапно остановился, как вкопанный, печально проводил взглядом улепётывающих элитников и, расслабив хобот, снова принялся разворачиваться, благо, что происходило это на площади, поэтому от его движений пострадали только скамейки, мусорные урны и чахлые деревца, торчащие из крохотных кругов земли, окружённых вездесущим асфальтом.

Кола, чтоб уберечь машину и пассажиров от перспективы быть раздавленными, резко принял в сторону.

– Давай моллюска, – обернулся к Ворону Батя.