Глава 11

Катя

Мы спустились на подземную парковку, где нас поджидал еще один внедорожник — роскошный перламутрово-белый «рендж-ровер» с черной крышей. Увидев его, я поперхнулась и замерла. И этим монстром мне сейчас придется управлять?! Не ожидала, что директор рискнет усадить меня за руль такого огромного и дорогого автомобиля. Да это же целый космический корабль!

На пару минут стало страшно. Вдруг не справлюсь или вообще — боже упаси! — стукну…

Дракон-интриган посматривал на меня с интересом — не дам ли задний ход.

— Все в порядке? Поехали? — спросил он.

Надо же, какой смелый! Неужели не боится, что я раздолблю ему машину? Она, конечно, застрахована, но тем не менее…

— Поехали, — умирая от страха, кивнула я.

— Хочешь в оба конца? Или только обратно?

— Можно в оба.

— Ты боишься, что ли, Катя? — улыбнулся директор.

— Я? Вовсе нет! С чего вы взяли!

…Но все вышло как нельзя лучше. К тому моменту, когда мы пересекли черту города, я уже полностью освоилась за рулем и начала получать удовольствие от управления мощным, но послушным зверем. Он готов был выполнять все мои желания и беспрекословно повиновался. Это кайф! А уж какой я крутой себя чувствовала — не передать словами.

Первые десять минут поездки Кирилл Андреевич еще за мной следил, а потом занялся делами — принялся звонить партнерам или сотрудникам, листал страницы на планшете, называл цифры, перечислял наименования, отдавал указания.

Стало ясно, что экзамен по вождению я сдала удачно. То есть, почти сдала. Надо же еще доехать до Екатеринбурга, а потом вернуться обратно.

Накосячила всего разок — не сориентировалась перед перекрестком и наехала на стоп-линию. Высунулась аж на полкорпуса, остальные автомобили предусмотрительно замерли метра на два позади меня. Четыре видео-камеры зло пялились сверху блестящими, как черная икра, глазами. Нас, конечно же, сфотографировали. Эх!

— Простите, — виновато оглянулась я на директора. — Штраф теперь будет.

— Ничего, Катя, у тебя зарплата большая, я из нее вычту, — ласково пообещал босс.

…Мокрая серая лента шоссе с разделительной полосой убегала вдаль. Лететь по дороге на этом белом красавце и в компании милого шефа было сплошным удовольствием. Пока мы ехали, директор успел решить миллиард рабочих вопросов, а я не произнесла ни слова. Замечаний он мне не делал, не дергал. А ведь мужчины это любят: почему так быстро, почему так медленно, почему не перестроилась, почему не пропустила… Нет, Кирилл Андреевич был полностью поглощен своими делами, а обо мне словно забыл.

В самом Екатеринбурге, окутанном сизым облаком смога, забитом автомобилями, пропитанном бензиновой гарью, исторгающем монотонный гул промышленного гиганта, мне пришлось немного попыхтеть. Но шеф сразу пришел на помощь — превратился в навигатор, сообщая приятным голосом, куда поворачивать и где тормозить.

В конце концов наш красивый ручной монстр замер на парковке у ресторана. Я заглушила мотор и посмотрела на директора.

— Умница, — похвалил Кирилл Андреевич. — Чудо-ребенок. Водишь отлично. Ставлю пять с плюсом.

— А стоп-линия? — напомнила я.

— Да, я учел. Иначе поставил бы пять с тремя плюсами.

Я облегченно выдохнула и зарделась. Но потом к горлу подкатил комок — вдруг вспомнила о бывшем муже. Сколько раз мы проделывали вместе с ним эту дорогу до Екатеринбурга. Для меня это превращалось в мучение. Вадим въедливо фиксировал все мои промахи, а так как я знала, что он за мной следит, то психовала и постоянно ошибалась. Я прекрасно понимала, во что для меня выльются все мои ошибки, какая меня ждет ночь. Поэтому к концу любой поездки уже ощущала себя жертвой, приговоренной к мучительной казни, и тряслась от страха.

— Катюша, все нормально? Что с тобой, малыш?

— Все хорошо, Кирилл Андреевич.

Ресторан был дорогим, с красивой, абсолютно новенькой отделкой и многочисленными картинами на стенах. Из динамиков лилась приятная музыка, персонал порхал и очаровывал улыбками.

— Катя, садись вот здесь, — скомандовал директор.

В сопровождении услужливого администратора мы подошли к столу у стены, накрытому на четыре персоны. Блестели фужеры и высокие бокалы, сверкали белые тарелки. Кирилл Андреевич положил на диван, обтянутый коричневым флоком, сумку с ноутбуком.

— Закажи себе обед. Занимайся своими делами. Мы сядем отдельно, так как у нас будет суровый мужской разговор. Этот товарищ умеет общаться только на особом диалекте.

— Матерится? — поняла я.

— Вроде даже как бы и не матерится, — пожал плечами Кирилл Андреевич. — Просто он так разговаривает. Тебе лучше этого не слышать. Даже мои опытные уши иногда отваливаются и с грохотом падают на пол. А что тогда будет с твоими чудесными маленькими ушками? — директор посмотрел на мои уши так жадно, словно хотел их откусить и съесть.

Вот каннибализма не надо! Сейчас будет нормальный обед!

— Веди себя, Катя, прилично, водку не заказывай, к чужим мужикам не приставай. Я буду за тобой следить. Ладно, пойду его встречу, он важная персона.

Следующий час я провела в интернете, а директор — в компании представительного толстого мужика, пожилого, очень хорошо одетого, с блестящей лысиной и в очках с золотой оправой. Они сидели за столом у противоположной стены, довольно далеко от меня, и их разговора я не слышала. Официантка бегала, как подстреленная куропатка, обслуживая гостей. Других посетителей, кроме нас, в ресторанном зале не было.

Когда я увидела, как зарумянилась и оживилась девица, поговорив минутку с моим шефом — он смотрел на нее снизу вверх, над раскрытым меню, и что-то уточнял с легкой улыбкой — мое сердце внезапно полоснуло ревностью.

«Она просто чувствует, что заработает хорошие чаевые, поэтому перевозбудилась», — успокоила я себя. Однако разум подсказывал, что дело вовсе не в чаевых, а в том, что мой начальник, с его отнюдь не самой привлекательной физиономией, действует на дам как валерьянка на кошек.

Хм… почему-то мне это не нравится… И даже возмущает. Нет, лучше сказать — бесит! Не понимаю, почему я так расстроилась, увидев, как хорошенькая официантка радостно гарцует у стола, где сидит мой шеф.

Да чтоб она грохнулась!

С горя я заказала салат «Цезарь» с креветками и капучино — решила устроить разнузданный пир. От неприятных мыслей отвлекли подружки. Они позвонили и предложили выйти в скайп.

Девочки тоже устроили себе обед. Я показала им вилку с толстой и мясистой королевской креветкой. А они мне — салат оливье. Полина и Машка бодро ковыряли его из контейнера, пользуясь отсутствием Глеба. Если бы директор «Аванты» был в офисе, он не потерпел бы такого жуткого безобразия: никому не позволено жрать салат прямо из контейнера! Его надо выложить на тарелку аккуратной горкой, красиво утрамбовать, желательно украсить листиком петрушки. На столе обязательно должна лежать салфетка. Есть медленно, а не так, чтобы изо рта вываливалось!

А ведь точно — иногда что-нибудь да вываливается, если спешишь и поесть, и новостям поделиться. Полина один раз кусок коржика во рту не удержала, рухнул прямо на клавиатуру — и как назло в тот момент, когда Глеб вышел из кабинета. Боже, что тут было! Мы пережили третью мировую войну, бушующий апокалипсис. Страшно вспоминать.

Но сейчас Глеб отсутствовал, поэтому девочки отрывались по полной программе — таскали салат двумя вилками из одного контейнера и радовались жизни.

Что они мне рассказали! Наш необыкновенный Глебушка познакомился… с пожарным! Таким образом, интимная жизнь налаживается не только у меня и Маши, но и у нашего неотразимого друга. У Маши — Игнат, у Глеба — пожарный, у меня — Кирилл Андреевич.

А что, я за последний месяц два раза ночевала у босса. Правда, один раз была пьяная и в отключке, а второй раз закрылась в спальне. Тем не менее, ночевала же! Значит, можно твердо сказать, что у нас с директором интим! Хотя… что-то мне подсказывает, что Кирилл Андреевич с этим утверждением категорически не согласится.

— Ой, как здорово! — подпрыгнула я на диване. — Как я рада за Глебушку!

— Ага, он летает! А пожарник какой роскошный, глаз не отвести, — вздохнула Полина. — Особенно когда он в этой своей пожарной амуниции. Производит сильное впечатление.

— Вы его видели в костюме пожарного? — удивилась я.

— Еще бы! — Полина выразительно посмотрела на Машу, а та виновато уткнулась взглядом в контейнер с оливье. — И в костюме, и с брандспойтом. Бегал по лестнице вверх-вниз.

— Девочки, что произошло?! — с нехорошим предчувствием спросила я.

— Эта клуша решила испечь яблочный пирог, — Полина снова сердито зыркнула на подругу. — Результат: у Глеба новый бойфренд. Андрей, пожарник.

— Вот видите, в конце концов, все получилось очень даже не плохо! — воскликнула Маша. Она мужественно держала удар. — И кухня у Игната не так чтобы сильно пострадала. Сгорели только занавески. И плита. Ну и холодильник немножко оплавился.

— Так ты у Игната пекла пирог?

— Ага. Я у него ночевала, а потом захотела устроить ему сюрприз.

— И устроила! — кивнула Полина. — У тебя получилось!

— Когда это произошло?

— В воскресенье. Машка сразу же позвонила мне, тебе и Глебу. А уж соседи вызвали пожарных, когда дым из окна повалил. Ты не ответила, очевидно, уехала к маме, — сказала Полина. — Уволилась, и теперь до тебя не доберешься. А мы с Глебом сразу помчались к Маше. То есть, к Игнату.

— Наверное, пропустила звонок, — расстроилась я. У подруг такое происходит, а я остаюсь в стороне. Обидно! — И что Игнат?

— Игнат молодец, — сказала Полина.

— Все отлично! — бодро доложила Маша. — Он купил новую плиту, холодильник, шторы и заказал генеральную уборку в клининговой компании. Кухня преобразилась!

— И все благодаря Маше, — хмыкнула Полина. — Потратился мужик капитально на нашу девушку.

— Я отработала, — сказала Маша, и ее щеки порозовели.

— И очень качественно! — заметила Полина. — Она мне подробно все рассказала. Ты, Катя, в обморок бы упала, если бы услышала.

У Маши затуманился взор.

— Но Игнат настолько доволен полученной компенсацией, что готов пережить еще один яблочный пирог, — заметила Полина.

Я подумала, что и меня вечером ждет отработка. Вот только не знаю, как все будет происходить. Машиным методом, пусть даже он и доказал свою эффективность, я отрабатывать точно не смогу. Сразу умру.

— Кстати, предполагалось, что это будет яблочный пирог по рецепту мамы твоего Кирилла Андреевича, — сказала Полина.

— Вот как!

— Кирилл всех друзей парит этим рецептом. Мама постоянно в детстве пекла. А теперь родители во Франции, а твой Кирюша тоскует — то ли по пирогу, то ли по детским воспоминаниям, то ли по предкам. Наверное, все в комплексе.

— Так давайте мне рецепт, я испеку! — воскликнула я. — Вот еще проблема — яблочный пирог!

— Как выяснилось, для кого-то — большая проблема, — многозначительно посмотрела Полина на Машу. Маша показала подруге язык.

— Катюша, я тебе скину рецепт, — пообещала она. — Хочешь шефа порадовать?

— Хочу. Он очень милый. Столько всего для меня делает.

— Да, яблочный пирог — это именно то, что ему от тебя нужно, — заметила Полина.

— Ну, пусть хотя бы пирожка поест, раз с минетом облом, — сказала Маша.

* * *

Я расправилась с салатом и капучино, закончила болтать с девчонками по скайпу, и тут мне позвонил… Кирилл Андреевич. Я удивленно посмотрела на него через зал и ответила в телефон:

— Да?

— Катюша, а ты не могла бы к нам подойти? — голос шефа звучал бодро, однако я распознала в его тоне нотку хорошо замаскированного беспокойства.

Так опытный сомелье без труда выделяет дополнительный оттенок в богатом букете вина. Что там у них произошло? Зачем я понадобилась?

Кстати, узнала лысого толстяка. Погуглила, чтобы подтвердить догадку, и убедилась, что память меня не подвела. Являясь директором крупного машиностроительного предприятия, этот товарищ год назад приезжал на один из заводов нашего города, чтобы заключить перспективный контракт. А меня пригласили переводить встречу, так как в переговорах участвовали также и итальянцы.

Я выбралась из-за стола и направилась к шефу и его собеседнику.


Кирилл

— Твоя лапа? — Денис Геннадьевич кивнул в Катину сторону, разорвал обертку на мятной зубочистке и принялся ковырять в зубах.

— Моя.

— Хорошенькая, аж сердце замирает. Секретарша?

— Переводчица.

— Да ну! Хочешь сказать, она и язык иностранный знает?

— Даже четыре, — усмехнулся Кирилл.

— С такой-то внешностью могла бы не напрягаться. Четыре языка выучить — огромный труд.

— Я тоже так думаю.

— А зовут как?

— Екатерина.

— Катюша. Ей подходит.

— Да, очень.

— Сладкая… Маленькая совсем… Поделишься?

— Нет, — отрезал Кирилл.

«Вот же козел лысый! — возмутился он про себя. — Дать бы в нос за такие фантазии!»

Денис Геннадьевич удивленно приподнял брови и откинулся на спинку дивана. Он явно не ожидал услышать столь категоричный отказ.

— Нет?

— Нет.

— А чего мы такие жадные?

— Это даже не обсуждается.

— Хм… — Теперь Денис Геннадьевич рассматривал уже не хорошенькую блондиночку за столом у противоположной стены, а строптивого собеседника. — Кирилл, ты серьезно? На кону офигительный контракт, а ты мне отказываешь? Да ну, брось!

— Ничего не могу поделать.

Денис Геннадьевич удивленно поерзал на диване, потом замахнул еще одну стопку, налитую из запотевшего штофа, закусил соленым грибочком, вытер губы белоснежной льняной салфеткой и отшвырнул ее в сторону.

— Кирилл, ты шутишь! Тебе ведь нужен этот договор. Мы с тобой его месяц обсуждаем. А теперь ты готов испортить со мной отношения из-за такой ерунды?

«Вот же привязался, упырь! Надо было ехать с Николаем, — расстроился Кирилл. — Тупанул».

— Денис Геннадьевич… Нет.

— Милый ты мой, от нее не убудет! Девочки, знаешь, какие сейчас прыткие, за денежку на все согласны. А ты ей, наверное, ого-го какую зарплату платишь, за четыре-то иностранных языка! Никуда не денется, прикажешь — послушается.

— Денис Геннадьевич, давайте закончим этот разговор, — Кирилл тоже отодвинулся от стола и скрестил руки на груди. Теперь он сверлил неудавшегося компаньона тяжелым взглядом. — Значит, ничего у нас с вами не получится. Все, проехали.

— Да ты с ума сошел! Такие деньги на кону.

— Вот именно.

— Ладно, ладно, не кипятись! Мне этот контракт тоже нужен, не тебе одному, — Денис Геннадьевич поднял со стола листы с договором и бросил обратно. — Это шутка была, шуточка! А ты уж прямо на дыбы встал! Горло готов старику перегрызть из-за какой-то куклы.

— Шутки у вас, Денис Геннадьевич!

— Позови свою блондиночку. Хоть посмотреть поближе на это диво дивное, из-за которого мы так ругаемся.

Пока переводчица пересекала зал, мужчины пристально ее рассматривали. Почему-то им было трудно отвести взгляд от стройной блондинки с длинными волосами, одетой в короткое обтягивающее платье и ботфорты.

— Здравствуйте, Денис Геннадьевич, — весело поздоровалась Катя, заливая все вокруг солнечным светом, и Кирилл удивленно посмотрел на нее: откуда знает имя? — А я год назад переводила ваши переговоры с итальянцами.

— Здравствуй, милая, — нежно проворковал лысый боров. Его глазки маслянисто блестели, покрасневшее лицо лоснилось. Он приподнялся и двумя руками пожал девушке ручку. — Да что ты, лапушка! Ой, у меня столько этих переговоров…

— Сядь, — Кирилл потянул Катю за локоть и усадил на диван рядом с собой.

— На итальянцев вы произвели неизгладимое впечатление, — улыбнулась Катя. — Они вас потом долго обсуждали.

— Вот как? И что говорили? — заинтересовался Денис Геннадьевич.

— Обалдели, когда во время экскурсии по территории завода вы им слету перечислили все технические характеристики новой модели: материал, вид поплавков, диаметр технологического люка, размер горловины и так далее. Какая-то автоцистерна их заинтересовала. Честно говоря, я и сама тогда обалдела, не хуже итальянцев! — засмеялась Катя, сверкнув белыми зубами.

— А! — Денис Геннадьевич польщенно улыбнулся.

— Итальянцы потом таращили глаза и шептались — вот это память, вот это профессионализм, вот это внимание к производственному процессу! — снова засмеялась Катя и откинула назад волосы. — Ой… А что вы на меня так смотрите?

— Любуемся, — вздохнул Денис Геннадьевич. — Давай, Кирилл, что ли, контракт уже подмахнем. Засиделись мы с тобой, а времени нет, другие дела ждут.


Катя

— Вау-у-у, мы контракт подписали! Кирилл Андреевич, вы довольны? — поинтересовалась я на обратном пути.

Едва вклинилась со своим вопросом. Неутомимый труженик вновь включился в работу, и его телефон звонил, не переставая. А я уверенной рукой гнала обратно к городу наш перламутрово-белый космический корабль.

Уже надвигался вечер, фиолетовые сумерки опускались на поля и дорогу невесомым театральным занавесом, превращая все вокруг в загадочный иллюзорный мир. Приборная панель «рендж-ровера» горела разноцветными огнями, мне было так приятно сидеть за рулем. Жаль, что завтра утром опять придется втискиваться в переполненную маршрутку. Где моя любимая ярко-синяя «шкода»? Что с ней сделал Вадим? Продал?

Возможно, Кирилл Андреевич потом еще раз пустит меня за руль. Я ведь его не разочаровала, зарекомендовала себя хорошим водителем.

Милый директор не подавал никаких признаков алкогольного опьянения, наверное, выпил совсем немного.

— Да, Катя, я очень доволен, — подтвердил он. — Наконец удалось подписать этот контракт. Ты очень вовремя выступила с лекцией о безумных достоинствах Дениса Геннадьевича. Разрядила обстановку.

— Классно!

— И ехать с тобой так приятно, Катя. Так бы и ехал — еще три тысячи километров. А давай махнем на Байкал?

— Сейчас?! — испугалась я. — Ой, нет… Вам точно туда надо?

— Нет. Но хочется. Представь, какое путешествие — через всю страну?

— О, да…

…Мы загнали шикарный «рендж-ровер» обратно на подземную парковку бизнес-центра, выбрались из него. Я жалобно посмотрела на директора. Мы стояли посреди огромного пространства, заставленного автомобилями. Тянуло бензином и сыростью, от бетонного пола поднимался холод, над выходом горел красный глаз сигнализации.

— А что теперь, Кирилл Андреевич? — нерешительно пробормотала я, и почувствовала, что начинаю дрожать, как заячий хвост. То ли от страха, то ли от холода.

— Такси сейчас вызовем, — ответил шеф. Он достал телефон и через приложение заказал машину.

Автомобиль с фирменной символикой одной из служб подкатил к бизнес-центру едва ли ни одновременно с нашим появлением из здания.

Господи, куда же мы поедем? В «Легион»? К нему домой? Как придется расплачиваться за новую мамину работу? Что он придумал?

Через пять минут такси остановилось у автосалона, чей вход был украшен ярко-желтой прямоугольной аркой и огромным серебряным ромбом.

— А зачем мы сюда приехали, Кирилл Андреевич? — с подозрением уставилась я на директора. — Нам здесь делать нечего!

— Кто-то обещал молчать и не сопротивляться! — напомнил босс.

Я презрительно фыркнула.

— Юная леди, прошу на выход! — шеф открыл передо мной дверь автомобиля и подал руку. — Солнышко, давай же, хватит выпендриваться.

Я нехотя выбралась из такси, всем своим видом демонстрируя протест.

В сверкающем зале автосалона, как и в ресторане, мы сразу же очутились в центре заботливого внимания.

— Катя, мне ужасно не нравится, что ты ездишь на маршрутке. Поэтому сейчас мы купим тебе автомобиль.

Я злобно засопела. Не надо ничего покупать! Хватит заниматься благотворительностью!

— И незачем так свирепо щуриться! Ты у меня коброчка, что ли? Никогда не поверю. Посмотри, вот этот красавчик тебе подойдет! Нет, я бы тебе, конечно, предложил другого красавчика, погорячее… — Кирилл Андреевич патетически вздохнул, а я тем временем быстро засеменила к выходу. — А ну, стоять!

Директор мгновенно меня настиг, схватил за руку и потащил обратно к выбранному автомобилю. Видимо, давно уже пристрелял нужную модель. Я тормозила подошвами, но бесполезно — все равно ехала вслед за шефом по скользкому полу. Перемещать меня в пространстве ему было не труднее, чем тащить за собой на ниточке воздушный шарик.

— Екатерина, что ты брыкаешься? Прекрати, ты же обещала!

— Вы же знаете, брыкаюсь я по-другому. А это деликатное выражение несогласия. Не хочу я никакой машины!

— Надо, Катя! Столько микробов в общественном транспорте. Вирусы! Еще и на остановках тебе мерзнуть. Мужики всякие, опять же, — Кирилл Андреевич нахмурился.

Два консультанта — парень и девушка — улыбаясь и переглядываясь, наблюдали за нашей возней. Наверное, всякого насмотрелись.

— Екатерина! Прекрати сопротивляться. Ты же обещала!

Мы остановились у ярко-синего джипа-паркетника, блестящего, как новогодняя игрушка. У него тоже была черная крыша, как у сегодняшнего «рендж-ровера». Вероятно, это модная фишка.

Ах! Действительно, красавчик! А ведь шеф точно сейчас его купит. Он же упрямый, не отвяжется.

— Ладно, расслабься, — успокоил Кирилл Андреевич. — Оформлю на фирму, пусть это будет служебная машина. А ты будешь пользоваться.

Оу! Так это все меняет! Идея очень мне понравилась. Если это служебная машина — значит, я ничем никому не обязана. И сразу же взглянула на автомобиль другими глазами: неужели теперь каждый день я буду колесить по городу на этой прелестной игрушке?

Чудесно!

— Оформите на вашу компанию?

— Да. А ты будешь ездить.

— Классно!

— Договорились?

Я отчаянно закивала, однако не удержалась от язвительного замечания:

— Сколько же у вас служебных машин, Кирилл Андреевич! А вам все мало! Прямо остановиться не можете, коллекционируете их, как фигурки из киндер-сюрприза.

— Катя, рот закрой. Или я сам тебе его закрою…

Я изумленно вскинулась, посмотрела на него и тут же представила, как он наклоняется ко мне и целует — ведь это самый эффективный способ заставить девушку замолчать. Целует сердито и страстно, а не ласково и волшебно, как в прошлый раз. У меня остановилось сердце. Я ощутила этот поцелуй на губах, он расцвел горячей алой розой.

— Да, — выдохнула я.

— Что? — удивился коллекционер служебных автомобилей.

— Хочу эту машину.

— Слава богу, договорились!

— Она так мне нравится!


— Правда? — обрадовался директор. — Вот и славно! Наконец-то моя вредина уступила!

— И цвет потрясающий!

— Садись, посиди за рулем.

Удивительный день! Он вместил поездку в другой город на одном роскошном авто и покупку другого, рассказ о пожаре, заключение контракта, сражение в автосалоне, мечту о поцелуе…

Сколько впечатлений и эмоций, сейчас мое сердце не выдержит.

Загрузка...