Глава 7

Катя

Итак, первый день в компании «Импульс». Несмотря на то, что мой стаж составляет семь лет, это будет всего лишь второе место работы с момента начала трудовой деятельности.

Так как Кирилл Андреевич, заманивая к себе, пел сладкоголосой сиреной, я почему-то решила, что в первый рабочий день он торжественно доставит меня в офис на своем крутом джипе. Как особо ценного сотрудника. Все покажет, введет в курс дела и познакомит с новыми коллегами.

Угу, размечталась! Ничего подобного!

Такого предложения не поступило, и я добиралась до бизнес-центра на маршрутном автобусе. Подпрыгивала на дерматиновом сиденье, смотрела в окно, залепленное рекламой, и улыбалась. Не покидало ощущение, что вернулись старые добрые времена, и сейчас я еду на работу в «Аванту». Выходить на той же остановке, но идти теперь в противоположную сторону, туда, где сверкает черно-синими стеклянными панелями бизнес-центр.

Начало ноября ознаменовалось легким морозом и кратковременной метелью, подарившей ощущение чистоты и праздника: серое месиво на тротуарах и дорогах ненадолго прикрыло нарядным белым покрывалом.

А у меня есть что надеть! Как здорово! Перед выходом сняла с вешалки на колесиках, подаренной Глебом, норковую куртку-автоледи. Правда, я теперь совсем не автоледи, но это неважно.

Отправляясь к девяти утра в офис, я волновалась — удастся ли гармонично вписаться в чужой коллектив? Но, с другой стороны, меня столько раз приглашали на перевод в различные компании и фирмы, и я всегда нормально общалась и с клиентами, и с их гостями.

Нарядилась — черная юбка-карандаш, сиреневая блузка с пышными рукавами и бантом. Соорудила строгую прическу, чтобы никто не сомневался в серьезности моих намерений: да, я собираюсь вносить весомый вклад в развитие компании, а не просто украшать собой офис.

Украшать… конечно, тоже буду!

В зеркале отражалась такая кукла, что мне вдруг стало жаль Кирилла Андреевича. Будет ходить вокруг, как голодный тигр, щелкать зубами и поливать слюной офисные пампасы… Вот интересно, а насколько он голоден? Есть ли у него сейчас постоянная подруга? Куда он отправился после того, как растравил себе душу (и еще кое-что!) и наставил мне синяков?

В ванной комнате его апартаментов на двенадцатом этаже «Легиона» все готово к приему девушек — там есть и новенькие зубные щетки, и ватные диски, и мицеллярная вода, и фен. А уж презервативов у него в бумажнике и карманах, наверное, целый склад — готов к подвигам в любой момент дня или ночи!

В груди неприятно кольнуло. И еще раз. А потом я почувствовала, что в мое сердце вонзается железный штырь.

Так, тихо! Сексуальная жизнь Кирилла Андреевича меня не касается. Особенно теперь, когда я приступаю к работе в его офисе. Очень хорошо, что он предложил дружбу, это станет моим спасательным кругом. Будем поддерживать корректные отношения, далекие от разнузданной и пошлой парадигмы «директор-секретарша». Правда, мы немножко пообнимались у меня дома, потому что оба соскучились за одиннадцать дней разлуки. Но с небольшой натяжкой это тоже укладывается в дружеские рамки.

И что? Пусть водит в гости девиц? Почему-то теперь я не могу об этом спокойно думать.

* * *

…В офисе меня встретили с распростертыми объятьями Николай и Антонина Романовна. Кабинет директора, как ни странно, был закрыт. Я на мгновение испытала разочарование. Словно Кирилл Андреевич обо мне забыл. Заманил и бросил!

— Босс умчался в мэрию, — объяснил Коля, внимательно и жадно меня осматривая. — Ох, Катя, как же я рад, что теперь ты будешь работать у нас! Давай обнимемся, пока деспот не вернулся.

— А давай не будем? — я выставила вперед руки и нахмурилась.

— Понял, уже отстал. Кир Андреич поручил ввести тебя в курс дела. Сам он приезжает к восьми утра. Мы — к девяти. Смотри, вот приемная. Нравится? Да, тут красиво, прямо как на картинке.

Действительно, большая и светлая комната с современной мебелью и дорогими гаджетами являла собой иллюстрацию к каталогу «Ваш стильный офис».

— А это, наверное, для тебя, — Коля кивнул на коробку, перевязанную шелковым бантом и оставленную на секретарском столе.

«Катюша, добро пожаловать!» — прочитала я на маленькой карточке. Узнала четкий почерк Кирилла Андреевича, и внутри разлилось приятное тепло.

Открыв коробку, мы с Колей обнаружили там чудесную композицию — с одной стороны плотно лежали бутоны белых, розовых и чайных роз, а с другой — французское миндальное печенье «макарон» всех цветов радуги.

Какая прелесть!

Коля тут же ухватил фиолетовый «макарон» и сунул в рот.

— Вкуснятина! — оценил он. — А тут смотри, кофе-машина. Наконец-то шеф не будет носиться за мной, как злобная русалка, и требовать с меня кофе. В кофе надо две ложки сахара. В черный чай — одну. В зеленый — ноль.

— Надо записать, вдруг не запомню.

— Обязательно запиши. Ты же переводчица, тебе секретарскую науку еще долго постигать. Придется освоить массаж плеч и, особенно, ушных раковин!

— Какой массаж? — упавшим голосом выдавила я.

— Регулярный! Наш монстр пашет, не поднимая головы, чтобы нам хорошая зарплата на карточку капала. Твоя задача — заботиться о нем, создавать комфортные условия работы.

Я представила, что кладу ладони на широкие плечи Кирилла Андреевича, чувствую через одежду его тепло, начинаю делать массаж… Как ни странно, эта фантазия вовсе не вызвала всплеск возмущения. Напротив — она была очень приятной. Так, пиджак он, конечно, снимет. А рубашку?

Не понимаю, о чем я думаю и что ощущаю. И в мыслях, и в чувствах полный бардак.

— Кать, не зависай! Я пошутил, — Коля подергал меня за локоть.

— Пошутил?

— Конечно! А ты уж прониклась! Если все-таки надумаешь делать боссу массаж, сначала попробуй на мне. Я подскажу, как лучше.

— Коля, иди к черту! И убери волосатые лапы из моей коробки! Это мне подарили, между прочим! А ты беззастенчиво жрешь!

— Катя… Какая ты классная, когда злишься! Идем, познакомлю тебя с остальной публикой. Там у нас одни мужики, половина неженатых. Ха, вот они сейчас обрадуются!

Мы вышли из приемной.

Да, если не считать бухгалтера, в главном офисе «Импульса» работали исключительно мужчины — двенадцать человек разных возрастов. Николай был самым молодым. Ко мне сразу выстроилась очередь — все говорили комплименты, кто-то пожимал руку, кто-то даже прикладывался к ней с поцелуем. А один пожилой товарищ, седой, с внешностью профессора, покровительственно потрепал по щеке.

Кошмар!

Еле пережила это страстное паломничество. Жаль, что босс занят в мэрии, он бы ни за что не допустил, чтобы ко мне прикасались.

Милый директор позвонил в одиннадцать:

— Катя, привет, как ты там? Все нормально?

— Здравствуйте, Кирилл Андреевич! — обрадовалась я. — Да, все хорошо. Николай провел экскурсию и познакомил с коллективом. Спасибо, за подарок! Такая прелестная коробочка!

— Тебе понравилось?

— Да. Только Коля уже половину слопал, — я мстительно прищурилась.

Сдала парня. Так ему и надо! Печеньки ворует, за талию хватает.

— Убью.

— Убейте его, Кирилл Андреевич, так, слегка. Как же классно у вас в офисе! И коллектив приятный. Но мужчин слишком много.

— Это точно, девочки у нас в дефиците. Теперь их, к счастью, стало в два раза больше. Насчет мужиков не переживай, я всех построю. К тебе ближе, чем на десять метров, никто не подойдет.

Наивный! Уже подошли, всей толпой. Коля так и вовсе повиснуть на мне пытался, замучилась отбиваться.

— В общем, Катюша, ты пока осваивайся. Кристианчик сейчас прислал три страницы с новым деловым предложением. Его внезапно осенило. Ты мне, пожалуйста, переведи этот эпический опус. А я приеду в районе пяти.

— О, так поздно! — разочарованно воскликнула я.

— Да, сейчас еще три встречи подряд, потом надо в банк и налоговую. Раньше пяти не управлюсь.

— Хорошо. Тогда буду сидеть и переводить.

— И разберись там с кофейным аппаратом, хорошо? Они же издевались надо мной, Катя. Кофе мне не давали! — трагически пожаловался Кирилл Андреевич.

— Совести у людей нет! Но ничего, теперь все изменится, — твердо пообещала я. — Буду о вас заботиться.

— Ты ж моя милая… — растаял директор.


Кирилл

В мэрии Кирилл встретился с замом главы города по дорожному хозяйству и удачно решил один шкурный вопрос. Но, конечно, не просто так. Чтобы заручиться поддержкой чиновника, ему пришлось пару недель повертеться и выстроить сложную схему. Тропические лианы в сельве Амазонки не сплетаются так плотно и замысловато, как деловые связи в среде российской коммерческой и чиновничьей элиты.

Из мэрии Кирилл вышел с довольной физиономией, с удовольствием вдохнул воздух, наполненный ледяной влагой недавней метели. Сел в машину, завел мотор и понял, что образовалось время до следующей встречи — целых сорок минут. Разбрасываться таким богатством нельзя, надо использовать. Набрал номер друга.

— Стас, привет!

— Кир, привет, мой дорогой!

— Помнишь, полмесяца назад ты помог развестись моей переводчице, Екатерине?

— Конечно.

— И еще выяснил, что муж у нее не простой, а со связями?

— Да. Он успел подкатить к судье раньше, чем это сделали мы.

— Говорят, у него какие-то влиятельные родственники. Ты не знаешь, кто это?

— Так… Он у нас… Вадим Александрович Скворцов.

— Да, — поморщился Кирилл. — Он самый.

Он непроизвольно сжал кулак. Рука начинала чесаться каждый раз при мысли о Катином бывшем. Как же хотелось набить ему рожу! И ведь это нетрудно — надо только подловить у дома или офиса, оба адреса Кириллу известны. Перед глазами сразу же появлялось заплаканное Катино лицо, пунцовые щеки, мокрые реснички-стрелочки, красивая хрупкая спина, исчерченная тонкими полосками… И внутри у Кирилла все переворачивалось, а сердце словно попадало меж двух раскаленных каменных жерновов. Он понимал, что если начнет бить этого урода, то вряд ли сможет остановиться…

— Кстати, — вдруг вспомнил приятель. — А не сын ли он того самого Александра Скворцова? Крутой был мужик, и в области хорошо известный.

— Слушай, а ведь точно. Мой папаня с ним пересекался и даже когда-то дружил.

— Он занимал какой-то высокий пост. Умер лет десять назад. Думаешь, Вадим — его сын?

— Если так, значит, сын гнилым уродился. Хотя отец был классным.

— Хорошо, Кирыч, сейчас я все разузнаю и тебе перезвоню. Отбой.

— Стасик, подожди, подожди! Заодно выясни, пожалуйста, почему мою переводчицу на работу никто не взял. Она попыталась куда-нибудь устроиться, но везде получила категорический отказ.

— А разве она не у тебя работает?

— Когда ко мне приезжали французы, я приглашал ее на устный перевод. Сейчас взял в штат. А до этого муж ей отомстил — выпер из перевод-бюро, где Катя проработала семь лет.

— Не простил, что от него сбежала?

— Нет.

— И теперь ты думаешь, что Вадим подсуетился и внес твою красавицу в какой-то черный список?

— Типа того. Иначе непонятно. Она и переводчик отличный, и молодая, и умная, и шустрая.

— А еще — хорошенькая блондинка, — добавил Стас. — Я же ее фото видел.

— Вот именно, хорошенькая блондинка. Однако ей отказали в восьми конторах.

— Ого! Тут, действительно, что-то нечисто. О’кэй, Кир, сейчас все проверю. Жди.


Стас перезвонил через двадцать минут. Кирилл за это время успел переговорить с поставщиком из Калининграда и крупным заказчиком из Краснодара. А потом связался со злополучным тюменским филиалом и наорал на непутевого директора.

Теперь он неусыпно следил за Максом, запретил выключать видеокамеру, контролировал все действия, не давал самостоятельно подписать ни одного документа — перевел все на себя. И постоянно угрожал расправой. Макс относился к тому типу людей, которые по-хорошему не понимают.

Это, конечно, не работа, а сплошные мучения. «Ничего, — упрямо подумал Кирилл. — Или я его перевоспитаю, или он взвоет от такой жизни и сам сбежит».

Наконец, перезвонил Стас.

— Кирюха, я все узнал. Мы угадали, Александр Скворцов — отец нашего противного муженька. Вернее, отчим. Он его усыновил в раннем детстве. Мамашка Вадима — вдова Александра Скворцова, важная чиновница из областного правительства. Говорят, у нее особые подходы к самому губернатору. Могу даже предположить, какие. Офигенно красивая баба! С сыночком они на одно лицо. Я, опять же, фоточки позырил. Ирина Анатольевна Белоусова. Наверное, именно она везде и составляет протекцию своему единственному сыночку.

- <…> <…>, - выдавил сквозь зубы Кирилл. — <…> <…>

— Чувак, ты чего там бормочешь?

— Да так… Творчески осмысливаю полученную информацию, — Кирилл снова тихо выругался.

— Переживаешь? Понимаю. Ты организовал Екатерине развод, а значит, перебежал дорожку сыну этой чиновницы. Он-то развода не хотел. Но, возможно, они и не узнают, что мы здесь руку приложили. Заранее-то не волнуйся. Но да, с этой шикарной мадам лучше не ссориться. Блин, какая же красивая! Скинуть тебе фотку?

— Не надо, — буркнул Кирилл.

Зачем ему фотография, если он имел возможность в течение получаса любоваться оригиналом? И даже подарил даме роскошный букет. А бриллиантовое колье она гордо отвергла… Кирилл почему-то вспомнил, что Ирина забрала со стола не только цветы, но и кленовый лист — огромный, красно-желтый, мокрый…

— Не хочешь — как хочешь! А я вот открыл ее фото на большом экране, смотрю и удивляюсь. Как поверить, что ее сыну тридцать три года? Ей самой от силы тридцать. Может, это фотошоп? Да, скорее всего, фотошоп.

— А что насчет Кати?

— Извини, брат, но опять расстрою. Что касается твоей Екатерины… Тут тоже все плохо.

— Что? — нахмурился Кирилл. — Неужели ей все-таки выписали волчий билет?

— Не знаю… Тут всплыла одна старая информация… Очень неприятная. Знаешь, лучше бы тебе от этой очаровательной куклы побыстрее избавиться.

— Чего это вдруг?

— Уволь ее пока не поздно.

— Слушай, Стас, не интригуй, а?! — вспылил Кирилл. — Быстро признавайся! Что ты узнал?

— Да ничего хорошего.

Загрузка...