Санитары

Глава 9 Бонус и клиф

Мент ухмыльнулся, и махнул рукой кому–то. Шлагбаум пошел вверх. Пошарив в кармане, он протянул мне пластиковую карточку с каким–то дурацким логотипом, типа змеи, кусающей себя за хвост.

— Можете ехать. На постах просто показывайте карту, и вас пропустят. Удачи. Но, прежде чем уедете, сначала скажите — что значил этот ребус про все, что угодно и за что такое дают?

— А… да все просто. Мы вшестером вычистили банду в сотню рыл, и спасли семьи людей Полковника. За это могли просить что угодно. Дважды.

— И что ты попросил?

— Звание майора и право убивать любого, задающего тупые вопросы.

— Понял. — Мент посмурнел. — Вы в курсе, что ношение любого оружия, кроме пистолетов, в городе незаконно?

— Нет. И что нам делать?

— При въезде в город придётся сдать в арсенал. Шендеровский не любит, когда чужие с оружием ходят. Вам выдадут квитанции, потом заберёте обратно, когда уезжать будете.

— А если мы не захотим сдавать?

Мент посмотрел на меня долгим взглядом.

— Тогда вас развернут. Или не знаю…вызовут босса. Тот рад точно не будет. Выбор за вами.

Я переглянулся с Серёгой. Тот пожал плечами. Мы не собирались устраивать тут войну, так что…

— Хорошо, — согласился я. — Сдадим.

Мент кивнул, махнул рукой. Шлагбаум поднялся, и мы поехали дальше.

— Джей, — позвал Макс, когда мы отъехали от поста. — А это нормально? Что оружие забирают?

— В их ситуации — да, — ответил я. — Шендеровский строит новый порядок. Ему не нужны вооружённые группы, которые могут его оспорить. Контроль над оружием — это контроль над территорией.

— Но мы же от Полковника. Мы свои.

— Свои — это понятие относительное, Макс. Сегодня свои, завтра — враги. Политика, знаешь ли.

Серёга усмехнулся:

— Вот поэтому я и не лезу в эти игры. Стрелять умею — и достаточно.

Мы ехали дальше по трассе. И вот тут я заметил то, о чём говорил старик. Столбы. Вдоль дороги стояли деревянные столбы, а на них… На них висели тела. Человек двадцать, может, больше. Кто-то был уже мёртв давно, кто-то — недавно. На груди у каждого висела табличка с надписью: «Мародёр», «Бандит», «Убийца», «Насильник». Предупреждение. Жёсткое, кровавое предупреждение.

— Твою мать, — выдохнул Пэйн. — Вот это жесть.

— Средневековье, — пробормотал Макс. — Как в Средневековье.

— Эффективно, — заметил Серёга. — Один раз повесишь пару десятков — остальные десять раз подумают, прежде чем грабить или убивать.

Я не стал ничего говорить, но внутри что-то сжалось. Да, эффективно. Да, работает. Но это… это переход черты. Черты между порядком и тиранией. И я не знал, что хуже — хаос, который был раньше, или этот новый порядок.

Ещё через полчаса мы увидели город. Чернопокупск. Раньше он был крупным областным центром — два миллиона двести тысяч населения, заводы, склады, школы, больницы. Теперь… Теперь он выглядел как средневековая крепость. Вокруг города был выстроен забор из металлических листов, бетонных блоков и колючей проволоки. На въезде — массивные ворота, укреплённые стальными балками. На стенах — вышки с пулеметами. А за забором виднелись крыши домов, дым из труб, движение людей. Блин, это первый город, похожий на город, который я вижу после начала зомбеца.

Мы подъехали к воротам. Охранник — молодой парень в камуфляже, с АК на плече — поднял руку, останавливая нас.

— Документы.

Показал карту, не выпуская ее из пальцев. Парень изучил ее, сверился с каким-то списком, кивнул.

— Вас ждут. Проезжайте прямо к центру, там усадьба Шендеровского. Оружие сдадите на арсенале, он сразу после ворот, справа.

Ворота открылись, и мы въехали в город.

Внутри было… неожиданно. Чисто. Улицы очищены от мусора, завалов нет. Люди ходят по тротуарам, работают — кто-то чинит дома, кто-то носит воду, кто-то торгует на импровизированном рынке. Везде — порядок. И везде — охрана. Патрули по улицам, посты на перекрёстках, вышки на крышах. Всё под контролем.

— Вот это да, — пробормотал Макс. — Как будто и не было апокалипсиса.

— Был, — возразил я. — Просто этот Шендеровский сумел навести порядок. Железной рукой.

— Джей, а я тут подумал…давай не будем сдавать пушки? — Пейн лукаво ухмыльнулся, и я вопросительно поднял бровь. — Да как бы все просто. Досматривать нас никто не может. Значит, что? Правильно, кладем стволы внутрь кунга, при себе только пистолеты.

Мысль была кстати недурна, меня тоже идея остаться почти безоружными вообще не радовала. И вряд ли нам кто–то предъявит претензии за такое мелкое нарушение, учитывая сколько этого самого оружия было напихано внутри кунга МПЛ.

Усадьба Шендеровского была в самом сердце Чернопокупска — большой двухэтажный особняк, окружённый высоким забором. Раньше здесь, наверное, жил какой-нибудь местный олигарх или чиновник. Теперь это была резиденция нового хозяина города.

Ворота усадьбы открылись, как только мы подъехали. Охранник махнул нам рукой, и я заехал во двор. Просторный двор, мощёный плиткой. Слева — гараж с несколькими машинами. Справа — какое-то хозяйственное здание. А прямо — крыльцо особняка, на котором стояли ещё двое охранников.

Мы вылезли из кабины. Один из охранников — высокий, широкоплечий, с лицом профессионального боксёра — подошёл к нам.

— Джей это же вы?

— Я.

— Идите за мной. Шендеровский вас ждёт.

Я переглянулся с Максом, Серёгой и Пэйном. Мы пошли за охранником, но он сделал останавливающий жест рукой.

— Простите, приказ только насчет вас. Друзья могут подождать тут или прогуляться по городу

Ребята остались, а я пошагал вслед за «боксером». Он провёл меня через холл — дорогая отделка, картины на стенах, ковры на полу. Потом по коридору, потом ещё по одному. Наконец остановился у двери, постучал.

— Войдите, — послышался голос изнутри.

Охранник открыл дверь, пропустил нас вперёд. Мы вошли.

Комната была большая, светлая. Панорамные окна во всю стену, выходящие в сад. Письменный стол, кресла, диван. У окна стояло трое людей спиной к нам. Один — мужчина средних лет, в дорогом костюме, широкоплечий, с короткой стрижкой. Рядом с ним — Анька, ее я узнаю из миллиона. И третий — мужчина постарше, в белом халате, с седыми волосами и умным лицом. Учитель Ани, врач по прозвищу Реаниматор.

Мужчина в костюме обернулся, и я рефлекторно ухватился за кобуру отшатываясь назад. Широко улыбаясь, на меня смотрел Шеин.