Сердцу не прикажешь

16 Глава

Моника

Эта ночь прошла спокойно, хоть я и засыпала от мысли, что сегодня Вадим ночует в одной из спален недалеко от меня. Вчера оставила его одного за просмотром фоток, показалось, что ему необходимо побыть наедине. Как бы я не желала, чтобы он знал о Белле, но, смотря на них двоих, мое сердце разрывается на части. Буквально ненавидя себя за то, что отняла их друг у друга. Я не обманула, поделившись с ним своими эмоциями во время родов. Мне очень нужна была тогда поддержка, я была одна, и когда мою крошку положили ко мне, захотелось этим поделиться именно с Вадимом.

С утра были смешанные чувства. Выходки Вадима сильно рушат стену, что я возвела между нами. Вспоминая, как он трогал меня и смотрел, словно я единственная девушка на планете. А может, дело в долгом воздержании? Когда Егор приедет, я даже думать не буду, просто пересплю с ним, чтобы избавиться навсегда от мыслей о мужчине, с которым нам не быть вместе.

Папа с Лидой и детьми уехали провожать Стасю с семьёй на самолёт ещё рано утром. А я иду на кухню выполнять свой ежедневный ритуал — готовка завтрака.

До восемнадцати лет я привыкла жить на все готовое, и как же быстро я научилась все делать самостоятельно.

Мой телефон вибрирует на столе, пока я готовлю сырники, сегодня хочется удивлять. Кого? Сама не понимаю.

На дисплее светится номер Егора, не скажу, что рада, но становится так спокойно на душе во время наших разговоров.

— Малышка, привет. Соскучился по твоему голосу.

— Привет, малыш. И я по тебе очень сильно скучаю, ты ведь приедешь?

Включаю громкую связь, так как привыкла так разговаривать. Руки вечно заняты делом, а зажимать его между ухом и плечом чревато потом больной шеи.

— Я постараюсь, у нас сейчас очень выгодный контракт. Сделаю все, что в моих силах, без тебя не могу, малышка, приеду и залюблю тебя!

Смеюсь и отвечаю, что жду не дождусь, когда он начнет меня залюбливать. И слово же такое придумал, в моем понимании он так намекает «секс», но прямо спросить стесняюсь.

В какой-то момент становится очень душно, и от затылка до пяток закололо, словно иголками провели. Поворачиваюсь и наталкиваюсь на мрачный взгляд Вадима, Егор что-то говорит в трубке, но у меня в ушах шум, я не различаю слов.

— Как там Белла? Малышка, ты тут?

Прихожу в себя и снова возвращаюсь к разговору, Вадим продолжает стоять в проходе и смотреть на меня.

— Белла в восторге, боюсь, со слезами придётся уезжать, она тут ко всем привыкла.

— Можно будет раз в год приезжать и видеться с твоими родными или они к нам.

Он собирается весь разговор слушать?

Скрип стула означает, что Вадим подошёл ближе и сел за стол.

— Малыш, прости. Я тут завтрак готовлю, позже созвонимся? С Беллой поговоришь.

— Конечно, скучаю по вам, мои малышки. Люблю.

— Люблю, малыш.

Егор нас разъединяет.

Переключаю внимание на сковороду, где жарятся сырники. Вздох страшно сделать. Ощущаю себя так, словно на измене поймали, какая дурость!

— Малыш? У него все так плохо в штанах?

Вздрагиваю, не ожидая что-то услышать. В его голосе слышится сталь с иронией.

— Очень остроумно. Пойду разбужу дочь.

Выключаю плиту и несусь со всех ног с кухни.

Находится с ним в маленьком пространстве невыносимо.

Вадим не уезжал и только делал, что нервировал меня своим присутствием. Уже думала собраться и уехать с дочкой на квартиру, но разлучать с ребятами не хотелось, неизвестно, когда мы ещё раз так встретимся.

Позвала дочку прогуляться до пруда, помню, мелкой бегала туда купаться, отец, конечно, об этом не знал. Местные парни научили меня плавать, нырять, а я уже давно не была на море. Надела купальник, поверх белую прозрачную тунику, Белла выбрала сама розовый сарафан, от купальника отказалась, но и не уверена, что получится с ней поплавать.

Хочется побыть наедине с природой, подумать. Белла хоть прогуляется, а то бегают торпедой по участку. Лида с детьми отказалась идти, Матвей лезет в воду, а он плавать не умеет, папа занят по работе в кабинете.

Поэтому мы пошли вдвоём, но планам не суждено сбыться. В зале нас встретил Вадим.

— Вы гулять?

— Да, мы на прудик с мамочкой. Пошли с нами?

Моя радость не могла проявить свою воспитанность.

Вадим посмотрел на меня, видимо, искал ответы на моем лице, но я специально сделала покер фейс.

— Конечно пойду.

Белла обрадовалась, прыгнула к отцу на руки и обняла его сильную шею своими маленькими ручками. Сколько же счастья в ее глазах и у него, снова чувствую себя мерзко. Иду за ними под лепет нашей малышки.

До пруда идти прилично, километра три, может меньше. В детстве всегда казалось, что ты до него не дойдешь. Дочурка мелкими перебежками шла впереди и ловила бабочек, мы же оба молчали, пока Вадим не нарушил тишину.

— Насколько у вас серьёзно с твоим малышом?

— У нас свадьба осенью.

— Ты уверена?

Он будто насмехается надо мной, так и хочется ударить. Смотрю на гравий под ногами, рука так и тянется взять камушек и кинуть в его ухмылку.

— В Егоре я уверена на миллион процентов!

— И любишь его?

— И он любит меня. Это то, о чем я мечтала.

Вслух не произношу, что именно за этим я и уехала от него подальше. От его безразличия и бездействия.

Дальше идем снова молча, пока наконец не доходим до пруда. За четыре года ничего не поменялось, тут хорошо следят за природной зоной, на другой стороне оборудован пляж, прокат лодок, байдарок, катамаранов. Здесь же тишина, местные отдыхают от суеты, сегодня тут нет никого, и мы занимаем хорошее местечко на поляне, дальше в воду песок и гравий, его специально завезли на берег, в середине пруда песок, и можно легко уйти на дно.

Белла садится на песок в своем розовом сарафане и начинает лепить куличики. Прикрыв глаза, стараюсь не делать замечание, вещь можно постирать, зато ребёнок счастлив.

Тунику снимать не спешу, зато Вадим стягивает футболку, показывая мне свой накаченный пресс. Четыре года назад у него не было такого рельефа, но я все равно теряла голову. Шорты сидят низко, показывая, куда уходят косые мышцы, щеки жжет, и я отворачиваюсь, смотря на гладь воды.

Жарко очень.

— Расскажи, от кого сбежала, почему от меня скрыла Беллу?

Перевожу взгляд на дочь, она недалеко от нас, хмурится, сжимая песок в маленьких ладошках. Моя крошка, как же быстро она растет, вроде недавно только узнала, что беременна…

— Хотела учиться и заниматься тем, что мне ближе. С детства хотела учиться в Королевской академии. Преподаватель рекламировала так, что, закрыв глаза, представляла себя там. В реальности, конечно, далеко до идеала, но я взяла оттуда самое лучшее, и когда заказчики узнают, где я училась, повышают стоимость.

Да, я горжусь, что смогла хоть чего-то добиться. Не думаю, что сейчас была бы рада торчать с утра до вечера в каком-нибудь суде.

— Ты же вроде на юриста училась, как и Стася.

— Когда мне было шестнадцать, папа познакомил меня со своим юристом — Громовым. Я была им так восхищена и решила, что буду тоже адвокатом, начала учить законы, забросила рисование. Была глупой и ничего не понимала…

Вадим хмурит брови, подмечаю, что Белла с таким же лицом очень на него похожа. Солнце слепит глаза, а я как назло забыла очки, приходится прикрываться рукой.

— Стас? Муж Стаси? У вас что-то было?

Выпрямляется, готовый идти в бой. Беспокоится, что его сестру обманывали?

— Ничего у нас с ним не было. Одно неудачное свидание, а со второго он уехал с будущей женой. В тот день, кстати, мы с тобой познакомились.

Мурашки осыпали кожу от воспоминания. Вадим задумался, взял в руки камушек и стал его рассматривать. Пока не видит, рассматриваю его пухлые губы с четким контуром, хочется целоваться и облизать их, раньше могла себе позволить, сейчас нет. Щетина ему очень идёт, с первого дня, как мы встретились, он её немного укоротил.

— От него сбежала? Любила?

Не понимаю сначала, о ком он. И с чего вообще взял, что я любила кого-то, поэтому и уехала?

— Любила, но не Стаса.

— А кого?

— Какое это имеет значение?!

— Мне просто интересно, из-за кого ты уехала, из-за этого человека я не знал о существовании дочери.

Так и хочется ему кричать, что это ты! Ты этот человек, но молчу.

— Я не сказала о беременности, потому что тогда бы отец принудил тебя на мне жениться. И я бы не выучилась, опять бы моя мечта не сбылась.

— Ты бы отказалась выйти за меня замуж?

— Да. Пойду окунусь.

Резко встаю и снимаю тунику, живот и ягодицы покалывает от взгляда Вадима. Подхожу к дочери, игнорируя мужчину.

— Дочь, мама пойдёт поплавает, а ты будь тут и никуда не уходи!

— Хорошо, мамуль.

— Моя принцесса.

Целую в макушку, поправляя косынку, и бегу в воду. Сзади слышу шаги, стараюсь не придавать значения, он ведь не начнет распускать руки при дочери?

Вхожу медленно, вода сначала кажется холодной, по коже идут мурашки, делаю выпад и ныряю полностью. Так мечтала об этом, в Стокгольме времени не было ходить куда-то развлекаться, Беллу ведь одну не оставишь. Агнес почти всегда помогала своим детям с внуками, только на время учебы сидела с моей дочкой. Сейчас, можно сказать, я оттягиваюсь по полной.

Недалеко от меня слышу всплеск воды, и, открыв глаза, наблюдаю, как ко мне плывёт Вадим.

— Не замёрзла?

Мы смотрим друг на друга, солнце падает на нас, от берега отплыли прилично, но Беллу видно.

— Нормально, самое то.

— Ник, ты серьезно замуж за него выйдешь?

Хочу отплыть и не продолжать странный разговор. Но Вадим, обхватив меня ногами, не даёт сдвинуться с места. Одной рукой обнимает за талию, пресловутые бабочки оживают где-то на дне, и я изо всех сил пытаюсь их игнорировать.

— Вадим, прекрати.

Смотрит на губы, их покалывает. Наглая рука рисует узоры на моем животе и очерчивает ложбинку груди, кислород перестаёт поступать, в его глазах чернота, и я тону. Слишком близко, горячее дыхание на моих губах, отодвигает лифчик купальника и касается горошины соска, чуть ли не стону от удовольствия. Меня давно не ласкали его руки, это невыносимая пытка.

— Ты же хочешь меня, не меньше моего.

Хриплый голос раздается над ухом. В живот упирается твёрдое доказательство его слов, открыв глаза, чувствую себя пьяной, ласки становятся требовательнее, он ждёт отмашку, я почти готова сдаться, но краем глаза замечаю, как дочь бежит к воде.

— Господи! Белла, не подходи к воде!

Что есть мочи отодвигаю мужчину и плыву к дочке. Мать-кукушка! Оставила без присмотра, ещё чуть не отдалась мужику за невинную ласку.

Подплываю к берегу, когда Белла уже стоит на кромке воды.

— Я ведь сказала никуда не уходить! Там глубоко!

Меня трясёт не только от страха, что моя дочь могла утонуть по моей вине, но ещё и от того, что Вадим что-то разбудил внутри меня.

Дочь начинает плакать, а меня трясёт.

— Не кричи, Ника. Ты больше напугала ее своим ором. Белла, иди ко мне, все нормально.

Вадим прижимает крошку к себе и целует в щечку, лобик. Доченька успокаивается, сильнее ручками обнимая папу. Вот ещё я стану плохой в ее глазах, а Вадим накинет себе пару очков за то, что хороший.

— Все хорошо, Белла, не плачь.

— Я увидела вас и хотела плийти к вам.

Ноет дочка.

— Принцесса, там очень глубоко, ты не смогла бы пройти. Давай я научу тебя как-нибудь плавать?

— Давай.

Вместо слез на лице дочери появляется улыбка. Я тоже немного успокаиваюсь, поднимаю тунику с земли и натягиваю на мокрое тело.

— Ник, все нормально?

Вадим обхватывает мое запястье, и все снова трескается.

— Не нормально, Вадим! Зачем ты трогаешь меня?! Что тебе нужно? Для секса у тебя есть невеста Арина! А я чужая невеста, запомни это!

Замечаю, как дёргается его кадык, и лицо вмиг меняется. Тяжёлый взгляд, под которым хочется свернуться в комочек. Наклоняется так, чтобы слышала только я.

— Запомни, Ника. Если ты выйдешь замуж за малыша, то наша дочь останется здесь со мной. Захочешь быть рядом с дочерью, я буду не против, но без всяких малышей.

Натягиваюсь, как струна. Да что он себе позволяет?! Бросить в него горсть гравия не кажется уже плохой идеей. Отпускает руку, в том месте, где сжимал, наверняка останутся следы. Одевается быстро, резкими движениями.

— Ты не имеешь никакого права! Может, я соврала, и она не твоя дочь! Ты поверил на слово, даже ДНК-тест не стал делать.

Меня снова смывает его гнев, но я стойко выдерживаю давление.

— Мне его делать не надо. Белла моя дочь, а ты скрыла факт ее рождения, хочешь решить вопрос в суде?

— Думаешь, суд встанет на твою сторону?! Не забывай, что Белла гражданка Швеции.

Меня трясёт сильнее, и уже это вряд ли после воды. Он ведь не посмеет выполнить то, что говорит, просто хочет задеть меня.

— Завтра же начну процесс удочерения, у нее будет моя фамилия и отчество, и российское гражданство.

Вадим идёт к дочери, что быстро забыла о том, что чуть в воду не бухнулась, и принялась лепить песок. Он взял ее на руки, что-то говоря, и прошёл мимо меня, задевая плечом. На меня даже дочь не обратила внимание, а что, если она действительно захочет остаться здесь с ним?