Сердцу не прикажешь

19 Глава

Моника

Смотрю на напряженную спину Вадима, не понимаю, что я сделала не так?

Минуту назад нам было хорошо, я слишком много позволила себе. Пока не знаю, что буду делать дальше, о последствиях разберусь позже.

Тучи над нами сгущаются, я замерла и не дышу совсем. Наверно, жду от мужчины худшего, ведь что в его голове — непонятно. У самой сейчас там каша.

Признаюсь себе, что специально спровоцировала и добилась нужной мне реакции, но на душе обида огромных размеров, и даже простое «прости» ее не перекроет.

— Вадим, что происходит?

Наконец реагирует на меня и оборачивается. Страшно в глаза смотреть, там такое пламя полыхает, боюсь сгореть. Прикрываю обнаженное тело одеялом, весь залп пропал, стеснение и робость вернулись на свои места.

— А что, по-твоему, происходит, Моника?

Садится напротив у кровати. Такого Вадима я не знаю и боюсь.

— Ты мне объясни. Все было прекрасно, и я хотела сделать приятное тебе, а ты…

Внезапно хватает за шею и нависает крупной льдиной. Кладу на его руки свои, безрезультатно пытаясь убрать.

— И многим ты приятное так делала? А?! Малышу этому тоже сосала?!

Чувствую, как от соленых слез начинает драть кожу. Захват на шее слабеет, и я все силы прилагаю, чтобы оттолкнуть мужчину от себя.

— Блядь!

Ругается, когда, пошатываясь, оступается и чуть не падает на комод позади себя.

— Ты не имеешь никакого права мне что-то предъявлять!

— А тебе мне есть что предъявить?

Я, может, и выпила достаточно, но не настолько, чтобы творить дичь, хотя все, что происходило до, ещё хуже. Чувствую себя блядью, но живой.

— Есть, Вадим, и если я начну, ты охренеешь!

— Давай жги!

Под пристальным взглядом накидываю на голое тело халат, похоже, продолжение у нас будет в другой плоскости.

Сдуваю волосы, что лезут на лицо, я должна контролировать свои эмоции, но я устала нести в себе этот груз из обид и вечных ожиданий.

— Когда я ездила к тебе, думая, что у нас какие-никакие, но отношения. Ты не стеснялся и даже не скрывал, что перетрахал все село! Даже с друзьями при мне их обсуждал! Телок своих деревенских, а я что, должна верность тебе хранить все эти годы, даже не зная, встретимся ли мы когда-нибудь ещё?!

В общем-то, я это и делала, но ему знать не обязательно.

— Что? Кого я тогда трахал? Да мне не до телок было.

Мне вот должно быть все равно, что было, то было. Пусть говорит, что хочет. Ведь это ничего не изменит. Но сердце так бьётся, а бабочки восстают подобно фениксу.

— Когда я в последний раз приезжала, ты сказал, что на свидание собрался, и я тебе планы сорвала. Потом другу сказал, что девчонка какая-то обиделась на тебя, к кому-то заскочить собирался. Ещё скажешь, что не было никого?!

Какого-то хрена я помню диалог четырехлетней давности слово в слово.

На лице Вадима сначала растерянность появляется, а потом снова злится. Отходит от комода к кровати, я же ежусь и двигаюсь к стенке.

— Забыла, как намекала, что я был тогда у тебя не единственный? Мы же были не в отношениях, значит, можно было и налевак сходить, не твои слова?

— Я так сказала, чтобы ты…

Для признания я робею, алкоголь полностью испарился в моей крови.

— Чтобы я что?

Он так близко и давит своей энергетикой. Резко встаю с кровати и отхожу на безопасное расстояние.

— Я это сказала тогда, чтобы ты не догадался, что отцом Беллы являешься ты. Я очень обижена на тебя до сих пор!

— Расскажи, чем я тебя обидел? Блядь, что я сделал? Я не понимаю! Я не Ванга и не умею читать мысли!

— Наверно, своим безразличием?

Мне слышится звериный рык, это реально издал Вадим? Обнимаю себя за плечи и смотрю в его темные глаза, он все ещё голый, и у него эрекция. Вниз стараюсь не смотреть.

— Ник, до встречи с тобой я жил в колонии, ты от меня чего ждала?! Тебе рассказать, как проходили мои будни? И что хорошим манерам там никто не учит. Никто не объяснял, как ухаживать за куклами вроде тебя, там в принципе не разделяют человека на половые принадлежности. Всем доставалось одинакового. Девчонки твоего возраста, наверно, ждут цветов и походов в рестораны, но у меня тогда ни хрена не было, ты все прекрасно знала сама.

— А я что-то просила у тебя?! Мне не нужны чертовы цветы и рестораны. Да мне ничего не надо было, я просто хотела, чтобы ты любил меня, любил и не отпускал!

— Ника.

Из-за слез не вижу его лицо, и, наверно, так лучше. Я падаю куда-то в пропасть, после признания я хочу остаться одна, но Вадим, похоже, не хочет уходить.

— Мне было всего восемнадцать, и я влюбилась во взрослого, казалось бы, мужчину, как и у тебя, у меня опыта — ноль! В общем, сейчас это все не имеет значения.

Вадим подходит ко мне, прижимаясь плотнее, его эрекция упирается в живот.

— Почему ты не сказала о своих чувствах тогда?

— Может, потому что тебе было не до этого?

— А может, надо было все-таки об этом поговорить? Например, чтобы избежать того, что о дочери я узнал только сейчас?!

Мне не нравится, что наш разговор на повышенных тонах. Прикрываю ладошками лицо, больше нет сил.

— Вадим, ты тоже ни слова не сказал о своих чувствах ко мне, а биться о закрытую дверь я устала.

Отнимает мои руки от лица. Теряю твердую почву под ногами, Вадим берет меня на руки и несет на кровать, не сопротивляюсь. Этой ночью я приму все, что он даст мне, а потом… Потом меня начнет есть совесть, я даже морально готова.

Молча распахивает халат, по моему телу гуляет легкий ветерок. Неотрывно наблюдаю, как мужчина целует щиколотку, коленки, ведёт губами выше. Я вспоминаю сон, тот самый, где Вадим меня ласкает языком, руками, губами.

Он знает все мои эрогенные зоны. Даже я свое тело не знаю настолько близко, как он.

— Я готов искупить свою вину, Ника. Любыми способами.

Шире разводит мои ноги, ложится между них и аккуратно давит на чувствительную точку. Водит пальцем вокруг входа. Изгибаюсь, ловя ртом воздух, так сладко, будто до этого не кончала совсем.

— Вадим.

Шепчу или стону.

К пальцам присоединяется язык, и меня уносит водоворот удовольствия. Сосредотачиваясь в одной точке, меня подбрасывает вверх, волны разносятся по всему телу.

Блаженство.

Сама тянусь за поцелуем. Смешивая мой вкус с его, обсасываю язык, дразню. Ещё один подход я не осилю. Прерываю поцелуй и кладу голову на подушку.

— Спи, принцесса.

Проваливаюсь в сон моментально.

Секс творит чудеса. Я просыпаюсь с отличным настроением и, кажется, даже выспалась.

Может, секс тут ни при чем? Просто мамочка вчера отдохнула не по-детски.

Бегу в душ, после завтракаю. Вадим не ночевал со мной, и я даже рада, что дал мне время прийти в себя.

Чувствую себя ещё той тварью, ведь ни капли не жалею и про Егора не думаю. Я сейчас в полной прострации, реальность где-то далеко, словно застряла между мирами.

Не хочу ничего решать, я хочу пожить.

Звоню Лиде, чтобы узнать, как моя малышка. Соскучилась ужасно! Так надолго мы не расставались.

Давно не было такого состояния. Счастья?

— Привет, мамуль! А мы в басике плаваем.

Отвечает Белла. От ее голоса на душе разливается теплота, моя девочка тоже счастлива. Теперь у нее есть папа, а у меня… Рано об этом говорить и думать тоже.

— Долго в воде не сиди, нам ещё не хватало заболеть. Я приеду сегодня, соскучилась по маме?

— Папа Вадим тоже приедет?

У нас же теперь номер один — папа Вадим, и как я забыла.

— Хочешь, чтобы мы вместе за тобой приехали?

— Даа, мамулечка!

— Хорошо. Приедем.

Дочка сразу отключается.

Хотела момент нашей встречи оттянуть как можно позже, но, видимо, не судьба.

Ищу в своем небольшом гардеробе сама не знаю какую одежду. Хочется выглядеть на миллион, чтобы Вадим… Блин, да какое вообще имеет значение мнение Вадима? Эта ночь ведь ничего не изменила?

Раздражаюсь на пустом месте, выбираю в итоге джинсовые шорты голубого цвета и в тон им майку.

Волосы оставляю распущенными. От солнца они выгорели, и пора уже в салон освежить тон.

Игнорирую зеркало на выходе, но все равно останавливаюсь, чтобы поправить одежду. Глупостями страдаю, он вчера трахал меня, вертел по-разному, и вряд ли ему было важно, как я выглядела. Он меня любую видел.

Сердце бахает, ладошки потеют, пока иду к его квартире. Пфф, волнуюсь страшно.

Звоню один раз. Прислушиваюсь к звукам в квартире.

Шаги и щелчок.

— Привет.

Тяну глупую улыбку, Вадим не пропускает меня и стоит как вкопанный. Как-то резко меняется вокруг атмосфера, что-то не так.

— Привет. Давай я минут через пятнадцать зайду?

Сначала думаю, он по телефону, но его нет в руках, это он мне. А потом на мои глаза попадаются туфли. Женские.

— Занят?

— Эм, немного. Ник…

Останавливаю жестом руки и прохожу внутрь квартиры. В его спальне на кровати сидитневеста Арина.

Первое желание — накинуться на неё, выкинуть из окна. В меня словно демон вселился, никогда прежде я не чувствовала такую ненависть.

— Это что такое, Вадим?!

Нет, в этот раз я не прощу.

— Послушай, Ник. Я все тебе потом расскажу. Иди пока домой.

Берет меня за руку и тянет на выход.

— Да ты охренел в край! Ты вчера мне признался, что не изменял мне, и сейчас все повторяется вновь. После меня ты идёшь к другой в объятия! Иди ты на хер!

— Ника, твою мать!

Ничего больше не хочу знать. Смахиваю слезу, выходя из его квартиры.

Похоже, судьба ещё раз даёт мне понять, что с этим мужчиной я не буду счастлива.

Врываюсь к себе и начинаю хаотично собирать вещи. Заберу Беллу, и уедем ближайшим рейсом. Больше сюда ни ногой. Пусть только попробует забрать дочь.

Ненавижу, как же я его ненавижу.

Наступаю на обломок статуи. Психую.

Надо убрать.

Забронировать билеты.

Скинув вещи в чемодан, оставляю пока открытым. Захожу на сайт, бронирую билеты на утро, вот и замечательно.

— Ника, какого хрена? Что ты делаешь?

Вадим появляется на пороге моей квартиры, похоже, забыла защелкнуть дверь.

— Завтра утром мы с дочерью возвращаемся в Стокгольм.

— Серьёзно? Ты даже не выслушаешь? Опять сбегаешь!

Специально не смотрю на него. Делаю заказ такси до дома отца.

— А что слушать? Как она оказалась в твоей спальне?!

— Ты ревнуешь?

— Мне похрен!

— Поэтому психуешь?

— Я пришла позвать тебя забрать Беллу, но у тебя были дела важнее. Прости, что опять сорвала планы.

Беру сумочку и иду на выход.

— Ника, куда ты?

— За дочерью, такси ждёт.

— Отмени, вместе поедем.

Как же он действует мне на нервы.

— Иди к своим шлюхам! Оставь меня в покое!

Ору на весь коридор, плевать, что соседи услышат. Забегаю в лифт, пока он закрывает дверь.

Таксист ещё как назло подъехал на другую сторону, придётся переходить дорогу через светофор.

— Ника, остановись!

В спину летит, оборачиваюсь к Вадиму и показываю средний палец. Решаю не идти к светофору, а быстро перебежать дорогу, расстояние небольшое.

Жду, когда стихнет поток машин, и бегу на другую сторону.

— Ника!!!

Резкий визг шин. Тело, как пушинку, подбрасывает, вокруг крутится мир, в ушах звон и темнота.

.