Сердцу не прикажешь

17 Глава

Моника

И вот уже как неделю моя доченька носит фамилию родного отца, и я не посмела запретить Вадиму. Я все еще переживаю за то, что разлучила их, не оставила ему даже шанса. Кто знает, как бы было, останься я здесь и сообщи о беременности. Хоть я и склоняюсь к тому, что было бы ещё в миллион раз хуже, а может, у нас бы и получилось сохранить отношения. Может быть, Вадим полюбил бы меня?

Не хочу ворошить прошлое и думать, как бы оно все сложилось. Надо жить настоящим, думать о предстоящей свадьбе и забыть Вадима.

Но…

Забыть о нем не получается, ежедневно он появляется на пороге моей квартиры, завтракает с нами, играет с дочкой, гуляет после обеденного сна и укладывает ее спать.

Благодаря Вадиму у меня появилось больше свободного времени. Я могу сходить расслабиться, сесть за заказы, переделать миллион дел в квартире, но я предпочитаю исподтишка наблюдать за отцом и дочерью. Вадим справляется, и я даже никак не на подхвате, просто хочу быть с ними.

Впервые отпустив их вдвоем на прогулку, я наблюдала на балконе, хорошо, что он выходит во двор. Вадим меня, конечно, заметил, потом не удержался съязвить в духе «хотел бы, давно украл». У меня и мыслей таких не было, я переживаю за Беллу в первую очередь, пусть и знаю, что она в нем души не чает.

После похода на озера у нас напряженные отношения, я стараюсь минимум сократить общение, но как, когда у нас общая дочь и мы должны как-то взаимодействовать. Вадим в этом плане мне не помогает, каждый раз, когда я с ним начинаю разговор, чувствую, что унижаюсь, скверно на душе становится, а он лишь ухмыляется, ему доставляет удовольствие.

В прошлые выходные ездили к родителям, и папа меня ошарашил, когда назвал Вадима зятем. Всем было весело, а у меня дым из ушей валил от гнева.

— Пап, насколько мне известно, твой зять сейчас в Греции отдыхает с твоей старшей дочерью, а Анюта ещё мала. Я что-то пропустила? У тебя ещё одна дочь есть?

Папа смеётся, Вадима сдают смешинки в глазах, он даже в мою сторону не смотрит. Хотелось их ударить обоих, смеются, будто знают то, чего я не знаю!

— Конечно, средняя есть, самая любимая, пока остальные не слышат.

Старается сгладить углы, но меня это расшатало сильно.

— Можно попросить тебя следить за тем, что ты говоришь. Вадим не твой зять, он просто отец твоей внучки.

— Ой, это дело времени.

— Папа!

— Ник, не спорь со старшими. Им всегда виднее.

Подмигивает, гад!

Я обиделась на папу и игнорировала пару дней Вадима. Что значили его слова? Зачем он играет на чувствах?

Все его попытки флиртовать и подкаты обижают меня, словно он смеётся над моими чувствами. Неужели не понимает, как действует на меня? Таким поведением дает мне надежду, но я же понимаю, что это просто игра с его стороны и ничего серьёзного.

С утра Белла заведенная бегает по квартире, Вадим обещал ее отвезти в детский центр в ТЦ и накормить мороженым. Соответственно, я иду с ними, как настоящая семья проводим время вместе. С одной стороны я рада, ведь много раз представляла нас, мы безумно влюбленные с Вадимом в друг друга, и наша принцесса самая счастливая девочка, только из этого правда, что наша принцесса действительно счастлива.

— Мамуль, там голки будут! И батут!

С горящими глазами Белла ела кашу. Сегодня наш папа не пришёл на завтрак. В груди ноет от мысли, что ночью и сейчас он проводит время со своей невестой. Не хочу об этом думать, но мысли вопреки лезут в голову.

Вадим приходит после дневного сна дочери. Я это время потратила на то, чтобы привести себя в порядок. Нашла летний сарафан, короткий, ядовито-розового оттенка с открытыми плечами. Волосы убрала в хвост. На улице очень жарко, хоть в купальниках ходи.

С предвкушением открыла дверь бывшему любовнику, а он лишь кивнул и мимо прошёл к дочери в комнату. Я не успела поймать его взгляд, он, похоже, даже не заметил меня! Покрываясь от досады красными пятнами. Хлопаю дверью громче, чем следовало, так что по руке идёт вибрация, а потом понимаю, что это мой телефон в руке вибрирует.

Егор.

Сделав глубокий вдох, отвечаю нарочито громко. Прохожу мимо комнаты и иду к себе, не закрыв двери. Мы каждый день созваниваемся, и Егор рассказывает, что сейчас происходит у него в компании. Офис у них небольшой, я там была один раз, и коллектив из пятерых человек, все они по образованию айтишники и раньше учились вместе. Мне без разницы, что слушать, лишь бы не думать о том, что рядом со мной, в одной квартире находится мужчина, от которого я схожу с ума, себе врать не стану.

Жениху я ещё не говорила, что отец Беллы проводит с нами время. Хочется сообщить лично. Егор передает Белле привет, и я зачем-то предлагаю ему сказать ей лично. Бегу к ним и так же игнорируя Вадима передаю дочери телефон.

— Тебе Егор хочет что-то сказать.

Наклоняюсь к дочке, забыв совершенно, какой длины сарафан. Белла берет телефон и жмёт отбой и бежит к Вадиму, растерянно смотрю на гаджет и разворачиваюсь к ним.

— Белла, что это такое?

Надула губки, взгляд исподлобья. Вадим обнимает дочь, прожигая своим взглядом меня, сговорились!

— Не хочу! Егор не нравится!

— Но…

Я не успеваю и слова сказать, как меня перебивают.

— Все правильно, принцесса. Ты не должна делать то, к чему не лежит твоя душа.

— Я не хочу, чтобы он был моим папой.

Вадим поправляет волосы дочери, она наклонилась на его грудь и водит маленькими пальчиками по его крупной ладони.

— Он никогда им не будет.

Твёрдо обещает.

— Я хочу, чтобы ты был моим папой.

Наши взгляды с Вадимом встречаются, и я даже слышу, как мое сердце вдребезги разбивается. Мы не сказали ещё дочери правду, я думала, мы уедем, и она забудет Вадима, а он, если захочет, будет приезжать к ней. Видимо, я совсем глупая.

— Белла, я буду только рад такой дочке.

— Улааа!!! Мамуль, Вадим теперь мой папа.

В руках снова вибрирует телефон, но я не отвечаю.

— Поехали гулять, отметим это радостное событие!

Отец с дочерью вышли раньше меня, а я смотрела на пару босоножек на шпильке и кеды, раздумывая, что надеть. Глупая, наивная восемнадцатилетняя девочка во мне хотела во что бы то ни стало свести с ума Вадима, а взрослая, здравомыслящая я, похоже, не хотела ей противостоять и выбрала шпильки.

Каблуки я сто лет не носила и, пройдя путь от парковки до развлекательного центра, хотела побыстрее от них избавиться. Изображать пантеру выходило туго, со стороны я скорее была мешком картошки.

Пока детки резвятся с аниматором в этом огромном раю для детей, родители могут спокойно посидеть в кафе и покушать, чем мы и занялись с отцом Беллы.

Заказав себе фисташковый лонг с орешками, наслаждалась вкусом мороженого. Сладкий допинг из солёной карамели пробуждал мои вкусовые рецепторы, а доза дофамина побежала по венам.

— Ник, можно попросить тебя не навязывать своего малыша нашей дочери?

Весь кайф обломал!

— А как мы, по-твоему, будем жить вместе?

— Всё просто, Белла не будет жить с вами. Я тебе говорил об этом. Напомнить?

— Воронцова?! Да ладно!

Наш диалог был грубо прерван. Отложив ложку, поднимаю глаза на стройную брюнетку — моя бывшая одноклассница.

— Привет.

Без спроса садится за столик, поглядывая на Вадима с интересом. Ленка всегда была такой беспардонной.

— А я слышала, ты уехала куда-то в Европу жить, вернулась, что ли?

— Да, я четыре года жила в Стокгольме, училась в академии. Приехала повидать родных.

Ленка кивает, делает вид, будто ей интересно. Хотя ее всегда интересовала чужая жизнь.

— Ты вообще вовремя приехала. В эти выходные мы собираем наших, пять лет выпуску. Ты обязана прийти!

По правде говоря, ни с кем я искренне не дружила из класса. Пару человек, возможно, да, а с Ленкой я ещё в классе восьмом поняла, ей со мной выгодно дружить, потому что я активистка. После девятого мой круг общения резко сузился.

— Я не знаю, смогу ли я.

— Почему нет? Или твой мужчина против?

Её томный взгляд скользнул в сторону Вадима, захотелось схватить ее за волосы и оттаскать только лишь, что посмела на него так посмотреть. Мой мужчинабезразлично смотрел на свой стакан с коктейлем.

— У меня дочка, если с ней посидят, то приду.

— Охренеть, ты ещё и мамой стала? А мы думали, ты там карьеру строишь! А ты замуж и семью сразу. Отец нашёл тебе мужа?

Почему-то совсем не хотелось разубеждать ее, что Вадим мне никто. Не хватало, чтоб ещё клешни свои в его сторону тянула.

— Нет. Лен, я подумаю и напишу тебе.

— Ты номер свой скажи, добавлю в наш чат.

Я бы уже давно послала Ленку и весь свой бывший класс, но безразличие Вадима меня сильно задело. Он тоже, кстати, не стал отрицать, чтоне мой мужчина. И не обращал внимание на кривляние Лены, она ещё та шалава, пока с ней общалась в школе, она со всеми старшеклассниками перевстречалась.

В который раз за день я делаю то, к чему не лежит душа, а всё потому, что хочу обратить внимание на себя одного мужчины! То он лезет ко мне, то полное безразличие. И самое главное, меня и так, и так задевает!

Бывшая одноклассница ещё минут пять что-то рассказывала и наконец оставляет нас. Мой лонг почти растаял, и вкус стал слишком сладким. Аппетит пропал.

— Пойду пройдусь по отделам. На встречу выпускников что-нибудь присмотрю.

— Окей.

Надо было остатки мороженого на него вылить.

Прошло минут тридцать, я обошла три отдела, и мне ничего не понравилось. Настроение испортилось окончательно. Наверно напишу Лене, что не смогу прийти, не заставит ведь она меня.

Прохожу мимо витрин и натыкаюсь на невероятный комбинезон на манекене. Не раздумывая захожу вовнутрь и осматриваю вид сзади, открытая спина и повязан бантик сзади. Приятная на ощупь ткань. Хочу!

Девушка-консультант выносит со склада мой размер, и я в предвкушении надеваю на свое тело. Короткие шорты, из которых вшиты две полоски ткани, прикрывающие грудь, они завязываются на талии. Очень рискованно и экстравагантно. Смотрю на себя в зеркало, сочный бирюзовый оттенок очень сочетается с моим слегка загорелым телом.

Расплачиваюсь на кассе с вернувшимся настроением.

Пока иду к развлекательному центру, где сейчас Белла, предвкушаю реакцию Вадима на мой наряд, такое его точно не оставит равнодушным.

Беллу увезла к отцу, с Вадимом оставлять боюсь, вдруг у него что-то не получится, а там люди опытные, да и по Ане с Матвеем соскучилась.

О встрече выпускников договорились на пятницу вечер в одном из популярных ресторанов района для богатеньких. С утра привожу себя в порядок, можно было записаться в салон, сэкономить время, но я привыкла все делать сама.

Перед выходом оцениваю свою работу, упругие локоны достают чуть плеча, яркие стрелки на веках и сочная алая помада на губах, комбинезон завершает образ. Подмигиваю себе в отражение, мысленно пожелав удачи, сегодня я хочу оторваться на всю мощность.

Пока закрываю входную дверь, из соседней квартиры вышли. По тяжёлой энергетике стало ясно, кому дома не сидится.

— Кхм.

Разворачиваюсь к человеку за спиной, улыбаясь белоснежной улыбкой. Вадим сканирует меня, словно я прохожу таможню, серьёзный и бровью не поведёт. Настолько я ему безразлична?

— Ты куда?

— На встречу выпускников, помнишь брюнетку, встретили пару дней назад в ТЦ?

Кладу ключи в небольшую сумочку-клатч и стараюсь не смотреть на мужчину.

— А Белла с кем?

— Дома одна посидит, пока я не нагуляюсь.

Смысл моих слов долго доходили до Вадима, он нахмурился, и даже венка на шее стала дёргаться. Как же он раздражает.

— Серьёзно подумал, что я оставлю дочь одну и уйду развлекаться?

— Я не подумал, ты сама захотела, чтобы я так думал. Можно было ответить и без твоего сарказма.

— Оу, сорри. Если без сарказма, то Белла у дедушки. А мне пора.

Делаю шаг к лифту, а Вадим шаг ко мне, тем самым перегородив путь.

— Ты так пойдёшь на улицу?

— Что-то не так? Вроде не зима, чтобы так удивляться летнему наряду.

— Подвезти?

— Ну подвези.

Не знаю, почему согласилась на его предложение, такси ждать уйдёт время, а я и так самая последняя приеду.

В лифте становится душно и тесно, а если верить бумажке, что наклеена в кабине, то здесь помещается около шести человек.

— Много вас собирается?

По пути к ресторану интересуется мой водитель на сегодняшний вечер.

— Не знаю, вряд ли весь класс придёт. Большинство за границей или в Европе живут.

— Золотая молодёжь.

— Типа того.

— Я могу забрать, мне не сложно.

В воздухе до сих пор витает тяжёлая аура. Чувствуется, что этот вечер какой-то обречённый. Вадим паркуется у тротуара рядом с рестораном, душа и сердце тянется к нему, хочется остаться с ним, но головой же понимаю, что это бред.

— Не стоит, я не знаю, когда вернусь. Спасибо, что подвёз.

Прежде чем выйти из авто смотрю в его хмурые глаза, брови сложились домиком. Интересно, о чём он сейчас думает?

Иду не оборачиваясь, иначе вернусь и вряд ли послушаюсь голосу разума.

Как и предполагала, приехала я последняя. Нас было всего семь человек из тридцати. Ленка со своими закадычными подругами, после школы все ещё дружат, и я немного удивлена. Трое ребят, с ними мы общалась лишь в стенах школы и то когда были последние экзамены, и мы поддерживали друг друга, как могли.

В общем весь вечер я общалась только с ними, а Ленка с подружками промывали кости тем, кого нет сейчас с нами. Парням это не интересно, у нас нашлась общая тема — дети. По разговорам понятно, что они семейные и долго сидеть тут не собираются. Мне отвешивают комплименты, а я снова вспоминаю, как смотрел Вадим, будто я пустое место. Пью второй бокал вина и понимаю — это мало. Я хочу напиться до беспамятства, чтобы забыть наконец этого мужчину.

— А поехали в клуб? Тут так тухло, потанцевать охота. Моника, ты как?

В другой бы раз послала всех, но сейчас хочу веселья.

— Я за!

— Ого! Мамочка пошла в отрыв?

— Типа того.

С девчонками покидаем ресторан, нас ждёт такси и море алкоголя с танцами. Последний раз была в клубе ещё до рождения дочери, кажется, было в другой жизни.

Клуб находится в том же районе через пару кварталов от места, где мы сидели. Важные секьюрити, огромная очередь раздетой молодёжи. На парковке тачки от десяти лямов и большинство спорткары. На улице слышны биты музыки, и вся эта вакханалия тянет к себе. Нас пропускают быстро, находим бар, берём алкоголь и занимаем столик недалеко от танцпола. Один Сингапурский коктейль, и я наконец расслабляюсь, тело, как пластилин. Встаю и иду на середину, люди толкаются, прыгают, кричат, и я отдаюсь этому пороку.

Я всегда любила танцы, натура я творческая. Помимо художки, я посещала танцы, вокал, аэробику и всякие кружки для развития. Папа видимо хотел вырастить из меня вундеркинда.

И танцы моя стихия, где я растворяюсь и мое тело живет другой жизнью. Через несколько минут все меняется, сгущается атмосфера, становится напряженнее, и ноги вот-вот ослабнут совсем. На оголенный участок талии ложатся мужские руки, и все мое тело вмиг воспламеняется.

Этот вечер обречён.

.