Системный Друид

Глава 13 Две недели

Обратный путь занял больше времени, чем я рассчитывал. Тело требовало отдыха после интенсивного расхода маны, а испытание новой способности оказалось куда более затратным, чем ожидалось. Я двигался размеренно, выбирая тропы, где можно было идти без лишнего напряжения, и к вечеру второго дня добрался до окраин Вересковой Пади.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в медовые тона. Деревенские крыши темнели на фоне этого золотого полотна, из труб поднимались ленивые струйки дыма. Обычный вечер в обычном поселении на краю Предела.

Я направился прямиком к лавке Сорта, который еще работал.

Колокольчик над дверью звякнул привычно. Алхимик поднял голову от какого-то пергамента, разложенного на прилавке, и его лицо озарилось тем особым выражением, которое появлялось у него при виде потенциальной прибыли.

— А, молодой Вик! — Сорт отложил перо и потёр ладони. — Судя по твоему виду, поход вышел удачным?

Я молча достал из котомки мешочек с Солнечным Колокольчиком и положил на прилавок. Алхимик потянулся к нему с видом ребёнка, которому показали сладость, но замер на полпути, бросив на меня вопросительный взгляд.

— Можно?

Я кивнул.

Сорт развязал мешочек бережно, почти благоговейно. Когда золотистое сияние лепестков выплеснулось наружу, он втянул воздух сквозь зубы.

— Превосходный экземпляр, — прошептал он, склоняясь ниже. — Срезан в момент пика цветения, сохранён идеально. Вик, ты меня поражаешь.

Обычного торга не было. Сорт прекрасно понимал ценность того, что лежало перед ним, и пытаться сбить цену было бы глупо с его стороны. Пять золотых перекочевали в мой кошель, тяжёлые и приятные на ощупь.

— Заходи в заднюю комнату, — алхимик махнул рукой. — Чай поставлю, поболтаем. Выглядишь уставшим.

Я прошёл за прилавок, миновал занавеску из плотной ткани и оказался в знакомом пространстве, заставленном ретортами и склянками. Сорт засуетился у небольшой печки, подвешивая над огнём медный чайник.

— Ты знаешь, — начал он, доставая глиняные кружки, — я много лет в этом деле. Видел разных сборщиков. Деревенские парни, которые таскают всё подряд, лишь бы продать. Охотники, которым трава нужна только для приманок и ядов. Изредка попадались толковые ребята из соседних городов, но даже они…

Он удрученно покачал головой, разливая кипяток по кружкам.

— Ты другой. За последние недели принёс мне больше качественного сырья, чем все остальные за полгода. И ведь знаешь, когда срезать, как хранить. Откуда?

— Учился, — ответил я уклончиво, принимая кружку.

Сорт хмыкнул, явно не удовлетворённый ответом, но настаивать не стал. Он отхлебнул чая и откинулся на табурете.

— Травники из Медвежьего Лога, это поселение в четырёх днях пути на юг, присылают мне партии раз в месяц. Думаешь, что там? Половина пересушена, четверть собрана в неподходящую фазу луны, остальное и вовсе не понятно что, — он махнул рукой с отвращением. — А цены ломят как за первосортный товар.

Я молча кивнул, поощряя продолжение. Люди любят жаловаться, и в процессе обычно выбалтывают много полезного.

— Мы тут, на отшибе, привыкли обходиться тем, что есть, — Сорт понизил голос. — До столицы отсюда месяц, а то и все полтора пути, если повезёт с караваном. Новости доходят с опозданием в недели. Королевские указы и вовсе иногда теряются где-то по дороге.

— Далеко от центра, — согласился я.

— Именно! — алхимик хлопнул ладонью по колену. — Графство де Валлуа считается пограничным владением. Формально — подчиняется короне, а на деле граф здесь сам себе король. Судит, казнит, милует. Налоги собирает исправно, а в остальном столица и не вмешивается.

Он снова отхлебнул чая, морщась от горечи.

— Раньше хоть ученик был, — старик вздохнул. — Талантливый парень, схватывал всё на лету. Думал, оставлю ему дело, когда состарюсь окончательно. А он взял и сбежал. В город, видите ли, захотел. Лёгкой жизни, — Сорт сплюнул в угол. — Дурак. В городе таких, как он, десятки. А здесь был бы единственным мастером на всю округу.

Я слушал, запоминая. Информация о местной политике, экономике, связях между поселениями — всё это складывалось в общую картину мира, который мне предстояло освоить.

— Кстати, о графе, — Сорт почесал подбородок. — Слышал, его люди снова что-то затевают. В таверне болтали, что видели отряд в полном вооружении, двигавшийся к северо-востоку. Охота, судя по всему.

Мои пальцы чуть сжались на кружке. Восточные распадки. Тихая Роща. Раненый тигр с порезами от мечей и ожогами от магии.

— Охота на кого?

— А демон их знает, — алхимик пожал плечами. — Графские забавы меня мало касаются. Лишь бы платили вовремя да не громили лавку по пьяни.

Я допил чай и поднялся.

— Благодарю за разговор. И за честную цену.

— Заходи ещё, — Сорт кивнул. — Если найдёшь ещё что-нибудь вроде того же Колокольчика, неси сразу. Заплачу щедро.

Я уже протянул руку к занавеске, когда входная дверь лавки распахнулась с грохотом.

Колокольчик над ней взвизгнул, едва не сорвавшись с крепления.

Человек, вошедший внутрь, заполнил собой всё пространство между полками. Высокий, широкоплечий, в дорожном плаще из тёмно-синего сукна с серебряной застёжкой. Под плащом угадывалась кольчуга, на поясе висел меч в богато украшенных ножнах. Лицо было жёстким, с тонкими губами и холодными серыми глазами, которые оценивающе скользнули по комнате.

За его спиной маячили ещё двое, в кожаных куртках и с короткими мечами на бёдрах.

Я мгновенно отступил в тень, к дальним полкам, делая вид, что разглядываю выставленные склянки. Обычный деревенский парень, зашедший прикупить мазь от мозолей. Ничего интересного.

Но внутри меня что-то сжалось.

Воспоминания прежнего Вика всколыхнулись мутной волной. Это лицо. Эти холодные глаза. Человек, который сидел за столом в таверне, наливая вино в кружку глупого мальчишки. Человек, который обещал место при дворе и золото за маленькую услугу.

Человек, который потом смотрел, как Вика травят, и улыбался.

Я подавил порыв стиснуть кулаки. Сейчас было не время и не место.

— Сорт, — голос вошедшего был ровным, с той особой интонацией, которую используют люди, привыкшие отдавать приказы. — Давно не виделись.

Алхимик выскочил из-за занавески, на ходу вытирая руки о фартук. Его лицо приобрело то угодливое выражение, которое появляется у мелких торговцев при виде крупной рыбы.

— Господин Дарен! Какая честь! Чем могу служить?

Дарен. Имя отозвалось в памяти тупой болью. Правая рука молодого графа Райана де Валлуа. Тот, кто организовывал ту охоту. Тот, кто лично проверял, что яд подействовал на меня.

— Проверка, — Дарен прошёлся вдоль полок, небрежно касаясь склянок кончиками пальцев. — В последнее время из твоей лавки поступают интересные составы. Кое-кто в замке обратил внимание.

Сорт слегка побледнел.

— Господин, я всего лишь скромный алхимик…

— Брось, — Дарен остановился, разглядывая какую-то настойку на просвет. — Укрепляющие отвары с эффективностью выше стандартной. Мази заживления, которые работают вдвое быстрее обычных. Откуда?

Я продолжал изучать полки, краем глаза наблюдая за происходящим. Моё сердце билось ровно, дыхание оставалось спокойным. Паника убивает быстрее любого врага.

— Просто хорошие ингредиенты, господин, — Сорт развёл руками. — Местные сборщики приносят качественное сырьё, я варю из него всё, что умею. Никаких секретов, никаких запретных рецептов. Вы же меня знаете.

Дарен обернулся к нему, и я увидел тень улыбки на тонких губах. Улыбки, которая не затронула глаза.

— Допустим.

Он щёлкнул пальцами, один из сопровождающих выступил вперёд, протягивая алхимику свёрнутый в трубку пергамент.

— Заказ от его светлости. Срочный.

Сорт развернул пергамент, и я видел, как его пальцы дрогнули.

— Но это… — он запнулся, перечитывая список. — Сорок склянок лечебного эликсира высокой концентрации. Двадцать доз укрепляющего состава. И… — он сглотнул, — … защитные мази от электрического воздействия?

— Именно так, — Дарен кивнул. — Полный список, точные количества, срок исполнения. Оплата стандартная.

Алхимик поднял глаза от пергамента.

— Господин, это огромный заказ. Мне потребуется время…

— Две недели.

— Но…

— Две недели, — повторил Дарен тем же ровным тоном, который звучал страшнее любого крика. — Его светлость щедро вознаградит своевременное исполнение. И крайне неодобрительно отнесётся к задержкам. Тут на десятки километров вокруг ты единственный толковый алхимик. Так что радуйся, что именно к тебе обратились с этим заказом.

Сорт сжал пергамент так, что костяшки пальцев побелели.

— Будет сделано, господин.

— Вот и славно.

Дарен развернулся к выходу. Его взгляд скользнул по мне, задержался на мгновение. Я стоял у дальней полки, рассматривая какую-то склянку с видом человека, которого совершенно не касается происходящее вокруг.

Серые глаза равнодушно отвернулись. Дарен вышел из лавки, сопровождающие потянулись следом. Дверь закрылась с мягким стуком, колокольчик тихо звякнул.

Сорт выдохнул так, словно задерживал дыхание всё это время.

— Проклятые аристократы, — пробормотал он, когда шаги на улице стихли. — Всегда себе на уме. Защита от электричества! Где я им возьму столько…

Он осёкся, заметив, что я всё ещё здесь.

— Вик. Ты слышал?

Я кивнул, возвращая склянку на полку.

— Крупный заказ.

— Крупный? — Сорт рассмеялся нервным, дребезжащим смехом. — Это катастрофа! Мне придётся отложить все остальные дела, работать день и ночь, и даже тогда… — он потряс пергаментом. — Защита от молний! Боги, на кого они решили охотиться…

Мои догадки подтвердились. Они охотились на того самого тигра, которого я вылечил в Тихой Роще. Первая попытка провалилась, зверь ушёл раненым. Теперь они готовились ко второй.

— Мне нужны ингредиенты, — Сорт начал метаться по лавке, хватая какие-то записи. — Много ингредиентов. Вик, ты мог бы…

— Нет.

Алхимик замер на полуслове.

— Что?

— У меня свои дела, — я направился к двери. — Этот заказ — твоя головная боль. Я в чужие игры влезать не собираюсь. Если что-то найду, то принесу, но не более того.

Сорт открыл рот, собираясь что-то сказать, потом закрыл. В его глазах мелькнуло понимание.

— Ладно, — он вздохнул. — Понимаю. Но если передумаешь…

— Не передумаю.

Я толкнул дверь и вышел на улицу. Вечерний воздух был прохладным, пахло свежим хлебом из пекарни через дорогу.

Обратный путь к хижине занял остаток дня. Я шёл быстро, почти не останавливаясь, прокручивая в голове всё, что узнал.

Дарен. Человек, который организовал предательство прежнего Вика и отравил Торна. Теперь он снова в деле, снова готовит охоту на мана-зверя высокого ранга. Защитные составы от молний указывали на конкретную цель: Громовой Тигр, тот самый, которого я перевязывал несколько дней назад.

Две недели. Столько времени понадобится Сорту на изготовление заказа. Столько времени у тигра на восстановление. Столько времени у меня, чтобы решить, что делать.

Торн сидел на крыльце, когда я вышел на поляну. Старик поднял голову, оценивая мой вид: напряжённые плечи, сжатые губы, взгляд, устремлённый куда-то сквозь деревья.

— Рассказывай.

Я сел рядом, прислонившись спиной к брёвнам стены. Слова полились сами, от начала до конца. Тихая Роща, раненый тигр, следы оружия и магии. Встреча в лавке Сорта, Дарен и его заказ. Защита от молний, охота, которая должна возобновиться через две недели.

Торн слушал молча, его лицо оставалось неподвижным. Когда я закончил, он долго смотрел на темнеющий лес.

— Громовой Тигр, значит, — произнёс он наконец. — Редкий зверь. Сильный. Понятно, почему они за ним охотятся.

— Они уже пытались его убить. Я видел раны.

— Видел, — Торн кивнул. — И вылечил. Зачем?

Вопрос повис в воздухе. Я обдумал его, подбирая слова.

— Потому что мог. Потому что это было правильно. Не было никакой особой причины так поступить.

Старик хмыкнул, то ли одобрительно, то ли насмешливо.

— Правильно, — повторил он медленно. — Знаешь, что говорят старые Хранители? Лес сам решает, кому жить, кому умирать. Выживает сильнейший. Это закон природы, древний как сами деревья.

— Но…

— Но, — Торн поднял руку, останавливая меня. — Закон природы касается зверей. Люди с мечами и магией — это другое. Это охота ради трофеев и золота, не ради выживания или добычи пищи, — его голос стал жёстче. — Люди графа де Валлуа мне кое-что должны. За Сердце Леса, которое они осквернили. За яд в моей крови. За внука, которого я чуть не похоронил.

Он замолчал, глядя на свои руки, узловатые и покрытые шрамами.

— Если ты решишь вмешаться, мешать не буду. Но сам в это дело лезть не стану. Я стар, силы мои на исходе. Лес требует моего внимания каждый день, без Хранителя здесь начнётся хаос.

Я понимал его позицию. Торн был прагматиком, как и я сам. Эмоции эмоциями, а обязанности никуда не девались.

— Две недели, — сказал я. — Столько у меня времени.

— Достаточно, чтобы подготовиться. Или достаточно, чтобы передумать, — Торн поднялся, опираясь на посох. — Выбор за тобой. Но вот что я скажу тебе, Вик, о чем тебе надо подумать на досуге. Спасаешь ли ты тигра или мстишь за то, что люди графа сделали нам?

Он ушёл в хижину, оставив меня наедине с наступающей ночью.

Я смотрел на звёзды, проступающие сквозь кроны деревьев. Вопрос был и, правда, серьезный. С другой стороны, а какая разница. Каждый, так или иначе, должен получить по заслугам.

В том, что рано или поздно судьба столкнет меня с графом, я не сомневался. Но я хочу, чтобы это было на моих условиях, а значит, мне нужно быть готовым.

Лес вокруг шелестел листвой, будто нашёптывая что-то на своём древнем языке. Я прислушался, пытаясь разобрать слова.

Ответа не было. Только ветер в кронах и далёкий вой какого-то зверя.

Я поднялся и вошёл в хижину. Утро принесёт новые заботы. А пока нужен отдых.

Тело требовало сна. Разум требовал плана.

И то, и другое могло подождать до рассвета.

Утро началось с сюрприза.

Торн разбудил меня ещё до того, как первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, и молча протянул небольшую книжицу в потёртом кожаном переплёте. Обложка потемнела от времени, уголки загнулись и обтрепались, на корешке виднелись следы от многократных открываний.

Я принял её осторожно, ощущая под пальцами гладкость выделанной кожи, и вопросительно посмотрел на деда.

— Мои записи, — Торн опустился на табурет у очага, потирая колено. — Собирал долгое время, с тех пор как стал Хранителем. Там кое-что о зверях, о травах, о законах Предела. Думал отдать тебе позже, когда сам решу, что ты готов, — он хмыкнул, в его голосе мелькнула нотка горькой иронии. — Но ты, похоже, уже знаешь больше, чем положено знать мальчишке твоих лет. Так что держи.

Я раскрыл книжку на первой странице. Почерк деда был мелким, угловатым, с характерными завитушками на концах букв. Строчки теснились на пожелтевшей бумаге, оставляя узкие поля, заполненные пометками и рисунками.

Большая часть информации перекликалась с тем, что выдавала мне Система: названия растений, их свойства, способы применения. Описания мана-зверей, их повадки, слабые места. Карты охотничьих троп и водопоев, отметки опасных участков.

Но дальше начиналось интересное.

Торн описывал вещи, о которых Система умалчивала или упоминала вскользь. Взаимосвязи между видами, сезонные миграции, признаки приближающегося пробуждения у молодых зверей. И главное, подробности о рангах, которые я раньше воспринимал просто как числа, показывающие силу.

Я остановился на странице, озаглавленной «О природе силы».

«На четвёртом ранге, — гласил текст, — в теле мана-зверя формируется ядро. Сгусток чистой энергии, кристаллизованный в физическую форму. Ядро становится центром, через который проходят все потоки маны, усиливая их многократно. Проводимость магии возрастает в разы, позволяя зверю использовать способности, недоступные существам низших рангов».

Я перечитал абзац, впитывая смысл.

«Разница между третьим и четвёртым рангами подобна разнице между ручьём и рекой. Зверь третьего ранга опасен, силён, способен убить неосторожного охотника. Зверь четвёртого ранга смертоносен на ином уровне, его удары несут стихийную мощь, его защита выдерживает то, что пробило бы насквозь любого представителя низшего ранга. Пятый же ранг… о пятом я могу лишь судить по тем редким встречам, что дарует Хранителю его долг».

Образы всплыли в памяти: гроза, расколовшая небо пополам, и два исполинских силуэта на поляне. Скальный Медведь с каменной бронёй, возвышающийся среди деревьев. Громовая Птица, чьи крылья затмевали часть неба.

Теперь я понимал увиденное лучше. Эти двое существовали в иной весовой категории, где обычные правила переставали работать.

Я захлопнул книжку и посмотрел на Торна.

— Благодарю.

Старик кивнул, принимая слова без лишних сантиментов.

— Читай внимательно. Там много такого, что пригодится, если собираешься дальше шастать по Пределу.

Следующие дни слились в непрерывный поток движения.

Каждое утро я уходил в лес ещё до восхода, возвращаясь только к закату. Цель была двоякой: найти Громового Тигра и использовать каждый час для развития. Одно дополняло другое, поиски требовали углубления в чащу, а чаща предоставляла возможности, которых я был лишён вблизи хижины.

Привычные маршруты остались позади на третий день. Я двигался на северо-запад, в направлении скальных выступов, куда ушёл раненый тигр после нашей встречи. Тропы здесь были звериными, узкими, петлявшими между валунами и упавшими стволами. Подлесок сгущался, превращаясь в сплошную стену из переплетённых ветвей и колючих кустарников.

Следы тигра попадались изредка, размытые дождём отпечатки лап, царапины на коре, где зверь точил когти, клочки серебристой шерсти, застрявшие в развилках ветвей. Я шёл по ним медленно, осторожно, отмечая направление и запоминая ориентиры.

Между поисками я тренировался.

Когти Грозы требовали практики. Первые удары выходили размашистыми, неточными, с избыточным расходом маны. Я повторял движение снова и снова, оттачивая экономичность, добиваясь, чтобы каждый разряд бил туда, куда я целился. Деревья на моём пути обзаводились обугленными бороздами, и я старался выбирать те, что уже были мертвы или повалены.

К исходу первой недели три голубовато-белые полосы вылетали из пальцев одним слитным движением, точным и экономным. Расход маны сократился почти вдвое по сравнению с первым применением. Дальность оставалась прежней, около трёх метров, но в замкнутом пространстве леса этого хватало.

Трофеи от мана-зверей тоже требовали внимания.

Вечерами, устроившись на ночлег в кроне какого-нибудь надёжного дерева, я доставал перо Буревестницы и ворсинки шерсти Громового Тигра. Держал их в ладонях, сосредотачиваясь на ощущениях, пытаясь уловить отголоски силы, пропитавшей эти предметы.

Перо потрескивало при каждом прикосновении, отдавая в пальцы слабые разряды. Шерсть покалывала кожу. Я изучал эти ощущения, запоминал их, позволял телу привыкать к природе молнии.

До полноценного «Молниеносного шага», который однажды мелькнул в описании Буревестницы, было далеко. Но разряды всё чаще проскальзывали по моим рукам спонтанно, возникая без сознательного усилия, словно тело само начинало резонировать со стихией. Иногда искры пробегали между пальцами во время еды или растяжки, и я воспринимал это как добрый знак.

В очередной день поисков я забрался глубже, чем когда-либо прежде.

Скальные выступы громоздились впереди, серые и угрюмые, поросшие редким кустарником. Между ними петляли узкие расщелины, похожие на шрамы на теле горы. Воздух здесь был суше, холоднее, пропитанный запахом камня и мха.

Следов тигра я так и нашёл, но внимание привлекло кое-что другое.

Дерево росло в неглубокой ложбине между двумя скалами, защищённой от ветра и открытой солнцу. Ствол был чёрным, словно обугленным, хотя никаких следов пожара вокруг я не заметил. Кора покрывала его толстыми наростами, каждая размером с мою ладонь, и между ними пробивалось слабое зеленоватое свечение.

Крона раскинулась широко, ветви переплетались в сложный узор, напоминающий кровеносную систему. Листья были узкими, серебристыми, с чёрными прожилками, и они шелестели на ветру, хотя воздух стоял неподвижно.

Я остановился в десяти шагах, ощущая, как волоски на руках встают дыбом.

Система развернулась без команды.

Объект: Чёрный Вяз (Праматерь).

Возраст: Приблизительно 800 лет.

Статус: Магический фокус природной энергии.

Особенности: Корневая система связана с потоками маны глубоко под землёй. Является точкой пересечения нескольких Лей-линий. Обладает частичным разумом.

Надо же. Лей-линии. Я знал эту теорию ещё из прошлой жизни, слышал от старых охотников, которые клялись, что в определённых местах тайги звери ведут себя иначе, раны заживают быстрее, а усталость отступает сама собой. Считал это байками, красивыми сказками для туристов у костра.

Здесь, судя по всему, байки оказались реальностью.

Потоки магической энергии, пронизывающие землю, подобно артериям. Узловые точки, где они пересекаются и выходят на поверхность. Места силы, способные питать целые экосистемы или порождать аномалии.

Этот вяз стоял на одном из таких перекрёстков, впитывая энергию веками.

Я продолжил читать текст.

Способность, доступная к изучению: «Произрастание».

Ранг: Адепт.

Описание: Друидическое умение ускорять рост растений и создавать временные растительные конструкции. Позволяет выращивать шипы, лозы, корневые ловушки и живые барьеры.

Условия получения:

1. Провести в медитативном контакте с Древом не менее 100 часов суммарно.

2. Напитать Древо собственной маной в объёме, эквивалентном полному резерву, 30 раз.

3. Вырастить и сохранить в живом состоянии редкое растение, которое Древо укажет.

4. Защитить Древо от внешней угрозы, когда таковая возникнет.

Я присвистнул сквозь зубы.

Сто часов медитации. Тридцать полных заполнений резерва, а у этого гиганта он явно громадный. Выращивание неизвестного растения. И ещё защита от какой-то угрозы, характер и сроки которой оставались загадкой.

Это были требования другого порядка. Месяцы работы, возможно, даже больше, прежде чем способность станет моей. Ничего общего с теми спонтанными наградами, что я получал за помощь мана-зверям.

И всё же.

Ранг Адепт. Выше Когтей Грозы. Выше всего, чем я владел сейчас. Друидическая магия, позволяющая манипулировать растениями, создавать ловушки и барьеры. В лесу, среди деревьев и кустарника, такая способность сделала бы меня практически неуязвимым.

Я запомнил расположение ложбины, отметив ориентиры в книжке. Это место требовало регулярных визитов. Как минимум это будет очень неплохой тренировкой.

В другой день нашёл поляну, идеально подходящую для глубокой медитации.

Она лежала в нескольких часах пути от скального массива, укрытая от ветра полукругом старых дубов. Мох покрывал землю сплошным ковром, мягким и упругим. Ручей журчал где-то рядом, и его звук создавал естественный белый шум, заглушающий посторонние мысли.

Я взобрался на раскидистую ветвь одного из дубов, устроился в развилке, прислонившись спиной к стволу, и закрыл глаза.

Усиленные чувства отключились первыми, как и всегда. Потом ушло ощущение тела, веса, положения в пространстве. Дыхание замедлилось до едва заметных вдохов и выдохов.

Лес принял меня.

Раньше я достигал состояния, в котором ощущал деревья и травы вокруг себя, их присутствие, их медленную, растительную жизнь. Это помогало восстанавливать ману быстрее, черпая крупицы энергии из окружающей среды.

Сейчас я пошёл дальше.

Сознание расширялось, выплёскиваясь за пределы тела, растекаясь по корням и ветвям. Я чувствовал каждое дерево на поляне, каждый куст, каждый стебель травы. Их корни переплетались под землёй, образуя единую сеть, и я скользил по этой сети, как капля воды по паутине.

Дальше. Ещё дальше.

Восприятие охватило сотни метров, потом километр. Я ощущал белку, прыгающую с ветки на ветку. Кабана, роющего землю в поисках корней. Пару оленей, замерших у водопоя.

Поток ощущений нарастал лавиной. Жизнь леса хлынула в меня, миллионы импульсов, сигналов, образов. Запахи, звуки, вибрации почвы, всё сливалось в единый гул, от которого закружилась голова.

Я рванулся назад, сворачивая восприятие, как сворачивают свиток. Слишком много, слишком быстро. Сознание могло просто захлебнуться в этом потоке.

Глаза открылись рывком. Я сидел на ветке, тяжело дыша, ладони вцепились в кору так, что она промялась и треснула под ними. Сердце колотилось где-то в горле.

Но эффект остался.

Что-то изменилось в моём восприятии, словно невидимая пелена упала с глаз. Лес вокруг выглядел иначе, ярче, отчётливее. Я видел линии силы, пронизывающие стволы деревьев, тонкие и светящиеся, как нити паутины в утреннем свете.

Система мелькнула подтверждением:

Навык получен: «Единение с Лесом».

Ранг: Новичок.

Тип: Пассивная медитативная техника.

Описание: Улучшенная версия природной медитации. Позволяет черпать ману напрямую из окружающей среды, значительно ускоряя восстановление. При углублении состояния расширяет восприятие на километры вокруг. Требует осторожности: избыточный поток информации может перегрузить сознание.

Я откинулся на ствол, позволяя телу расслабиться.

Новый инструмент в арсенале. Ещё один шаг к тому, чтобы сделать этот лес своим домом.

p. s. Вот и становится наш герой немного сильнее. А ты, читатель, уже лайк поставил? В библиотеку добавил? Подписался на авторов, чтобы не пропустить выход новых томов? Если еще нет, то срочно делай)