Системный рыбак – 5

Глава 15

Время будто застыло.

Её зелёные глаза были так близко, что я мог разглядеть в них золотистые крапинки вокруг зрачков. Рыжие волосы разметались вокруг её головы огненным нимбом, а несколько прядей прилипли к моей щеке, щекоча кожу. Горячее дыхание касалось моих губ с каждым её выдохом.

И ещё кое-что.

Её грудь. Та самая, которую я раньше видел только затянутой в тугой корсет. Сейчас она прижималась ко мне без всяких преград, мягкая и упругая одновременно, и я чувствовал каждый её вдох всем своим телом.

Лицо Беллатрикс залило краской. И это явно был не жар от пара.

Ох, чую, влип я в неприятности по самую макушку.

— Убери… — прошипела она сквозь стиснутые зубы, — свои грязные руки!

Я моргнул и поднял обе ладони перед её лицом, демонстративно растопырив пальцы.

— Уже. Видишь? Свободны как птицы.

Она скосила взгляд на мои ладони, потом обратно на моё лицо. В её глазах плескалась такая ярость, что я всерьёз забеспокоился о сохранности своих бровей.

— Хотя, справедливости ради, — добавил я тем же спокойным тоном, — если бы не эти «грязные» руки, подхватившие тебя во время, ты бы сейчас лежала с разбитым носиком на голом полу.

Про себя добавил: впрочем, она и так прилегла на пол. Правда, на противоположный. На меня.

Беллатрикс открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент произошло кое-что непредвиденное.

Моё тело предало меня.

Оно отреагировало на близость красивой девушки единственным способом, который знало в шестнадцать лет. Естественным, здоровым и абсолютно неуместным.

Беллатрикс замерла.

Её глаза медленно расширились. Лицо прошло удивительную цветовую гамму: от красного к мертвенно-белому, потом обратно к багровому, потом снова к белому. Как светофор, который никак не может определиться с сигналом.

— Ты… — её голос дрогнул. — Ты… извращенец!

Ну а что я могу поделать? Физиология, она такая. Не я её придумывал.

Несмотря на весь конфуз ситуации, заставил себя сохранить невозмутимость. Паниковать сейчас было бы худшим из возможных решений. Нужно перевести разговор в другое русло, и чем быстрее, тем лучше.

— Уважаемая Беллатрикс, — произнёс я тем же спокойным тоном, что использовал для обсуждения температуры в печи. — позволь напомнить тебе об одном пари. Неделю назад ты проиграла спор и пообещала разговаривать со мной уважительно и как с равным. Слово «извращенец» как-то не очень вписывается в эти рамки, не находишь?

Её глаза вспыхнули.

— Да как ты смеешь…

— Смею. И предлагаю для начала встать, а потом продолжить дискуссию в более… достойных позах.

Я попытался опереться на руку, чтобы приподняться.

Рука поехала по мокрому камню, проскользив сантиметров на двадцать, и я снова шлёпнулся затылком об пол. Одновременно Беллатрикс попыталась оттолкнуться от моей груди, но её локоть угодил в лужу масла, и она рухнула обратно с приглушённым вскриком.

Теперь её лицо оказалось ещё ближе. Наши носы почти соприкасались.

— Не двигайся, — процедила она.

— Я и не двигаюсь. Это ты на мне ёрзаешь.

— Я не ёрзаю!

— Ну да, конечно. А эти движения бёдрами — это такая новая техника культивации?

Её щёки вспыхнули так, что я почти физически ощутил исходящий от них жар.

— Замолчи!

Она резко оттолкнулась от меня обеими руками, перекатилась в сторону и каким-то чудом умудрилась встать на ноги. Её силуэт маячил в клубах пара, расплывчатый и… совершенно обнажённый.

Что ж, теперь моя очередь вставать.

Я осторожно перекатился на живот, упёрся ладонями в камень и начал подниматься…

И тут сквозь клубы пара увидел огонь.

Чёрт. В её ладони формировался яркий и явно злой сгусток пламени. Оранжевые язычки закручивались спиралью, набирая мощь с каждой секундой.

— Ты перешёл все границы дозволенного, кочегар, — звенящим голосом сказала Беллатрикс, едва сдерживаясь от ярости. — Ты облапал меня. Ты видел меня голой. Ты прикоснулся ко мне своим… — она не смогла назвать это слово, издав вздох возмущения. — И пусть я должна разговаривать с тобой уважительно, но это никак не мешает мне казнить тебя прямо здесь и сейчас.

Огонь в её руке разгорелся ярче.

Ну вот. Моё предчувствие про неприятности не соврало.

Вроде бы нужно было испугаться, но вместо этого мой мозг мгновенно переключился в режим холодного анализа. Как будто я уже бывал раньше в ситуациях на грани смерти.

И сейчас этот холодный рассудок искал выход.

Я огляделся, посмотрел на пол. Масло из разбитой бутылочки растеклось широкой лужей, смешавшись с водой. Хм…

Вдруг в глубинах памяти всплыло странное знание, которое я ни как не мог объяснить. Образ раскалённой сковороды, на которую падает капля воды. Шипение, треск, брызги горящего масла во все стороны.

— Погоди-погоди, — я устало коснулся переносицы. — Ты всерьез собираешься совершить такую глупость?

— Какую еще глупость? — Беллатрикс нахмурилась.

— Пол мокрый и поверх него еще разлито масло. Знаешь, что произойдёт, когда твой огонь коснётся этой смеси? Вода под маслом мгновенно вскипит, увеличиваясь в объемах в семнадцать раз, — продолжил говорить уверенным и спокойным, почти лекторским тоном. — Пар взорвётся наружу, подбрасывая горящее масло, оно разлетится по всей парилке. И сожжёт не только меня, но и тебя.

Беллатрикс замерла. Её взгляд метнулся вниз, на зеленоглазом лице отобразилась работа мысли, а затем пламя погасло.

Фуф. Хорошо, что удалось достучаться до её рассудка, иначе бы я здесь и вправду превратился в жареного цыпленка. Ну и да, она тоже.

После этого я отвернулся.

Просто взял и отвёл взгляд в сторону, уставившись на клубящийся пар у противоположной стены.

— Твоё полотенце справа от тебя, — сказал, не оборачиваясь. — В паре шагов. Возьми его.

Тишина.

Я слышал, как она дышит. Быстро, прерывисто, словно не могла решить, что делать дальше. Шорох мокрых ступней по камню. Шелест ткани.

— Можешь поворачиваться, — глухо сказала она.

Я обернулся.

Беллатрикс стояла у дальней стены парилки, закутавшись в полотенце до самых подмышек. Расстояние между нами было метров пять, может шесть, и густой пар размывал её силуэт, превращая в призрачную фигуру с копной рыжих волос.

Я же наконец поднялся на ноги, осторожно обходя масляную лужу, и отступил к противоположной стене. Подхватил своё полотенце с крючка у двери, хоть оно мне не слишком уже было и нужно, и обмотал вокруг бёдер. Так, на всякий случай.

Мы сидели на разных концах парилки, разделённые клубами пара и несколькими метрами мокрого камня. Она всё ещё была злой, это читалось в напряжённых плечах и частому дыханию, но убивать меня на месте, кажется, уже не собиралась.

Дистанция способствовала снижению градуса конфликта.

— А теперь объясни, — потребовала Беллатрикс. — Какого демона ты вообще припёрся посреди ночи в женскую купальню?

Справедливый вопрос, но у меня был на него ответ.

— Позволь напомнить тебе один эпизод недельной давности, — я откинулся спиной на тёплый камень стены. — Ты ворвалась в мою кочегарку. В одном полотенце. Которое, к слову, едва держалось. И орала на меня, требуя объяснений, хотя неправа была именно ты.

Беллатрикс открыла рот, чтобы возразить, но я поднял руку.

— Сегодня я зашёл на твою территорию. Да, я неправ. Признаю́. Но учитывая тот случай, счёт между нами теперь равный. Один-один.

Она смотрела на меня несколько долгих секунд.

А потом… промолчала.

Мы сидели в тишине. Печь внизу ровно гудела, согревая воду в трубах, а пар продолжал наполнять парилку духовной энергией. Где-то капала вода, монотонно и успокаивающе.

Острота всей этой ситуации постепенно сходила на нет.

Беллатрикс глубоко вздохнула.

— Ладно, — произнесла она наконец, и в её голосе уже не было прежней ярости. Только усталость и какое-то странное смирение. — Раз уж ты всё равно здесь… можешь остаться. Посидеть в парилке, но держись на своей стороне.

Я кивнул, молча улыбнувшись.

Мы продолжили сидеть в разных углах, разделённые густым паром и молчанием.

Тишина затягивалась.

Пар клубился, густой и тёплый, превращая силуэт Беллатрикс в размытое пятно рыжего и белого. Капли конденсата стекали по стенам, собираясь в маленькие ручейки, которые исчезали где-то в щелях между камнями.

Просто сидеть и молчать было бы глупо. Как-никак, передо мной старейшина секты, практик второй ступени, личная ученица главы. Даже если она и согласилась разговаривать со мной на равных, это не отменяло того факта, что она знала об этом мире и культивации в тысячу раз больше.

Наладить контакт с ней лишним не будет.

— Так что привело сюда уважаемую старейшину посреди ночи? — спросил я непринуждённо. — Бессонница? Или тайная страсть к ночным купаниям?

Тишина.

Я уже решил, что она проигнорирует вопрос, когда из облака пара донёсся её голос. Тихий и какой-то… усталый, что ли. Без обычного высокомерия и надменности.

— Застряла.

Я подождал, но продолжения не последовало.

— Застряла? — приподнял не видимую ей бровь.

Беллатрикс глубоко вздохнула. Её силуэт шевельнулся, и я услышал, как она поправляет полотенце.

— Полгода я бьюсь в преграду перехода на третью ступень. Каждый день медитации, ночные тренировки. Духовной энергии достаточно, техники освоены, тело готово. Но прорыв не происходит… Гений секты, — горько усмехнулась она. — Личная ученица главы, а застряла как последняя бездарность. Глава…

Беллатрикс замолчала на мгновение, словно собираясь с духом, и продолжила:

— Он поставил мне условие. Если я не прорвусь самостоятельно до окончания шестнадцатилетнего возраста, он отдаст меня в жёны своему старшему ученику, для парной культивации.

Ого. Вот это откровенность. Я не ожидал, что она вообще станет со мной разговаривать после того, что произошло, не говоря уже о том, чтобы делиться личными проблемами, но рассказать еще и про парную культивацию… Не знаю, что это такое, но звучит как что-то очень интимное.

— И что в этом плохого? — уточнил я.

— Этому ученику двести двадцать лет, — ответила Беллатрикс всё также спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Он выглядит как высохший старик. Пахнет как трухлявый пень и ведёт себя так же…

Выйти замуж в шестнадцать лет за двухсотлетнего старца, м-да уж. Не позавидуешь.

— Теперь понятно, почему ты не в восторге от такой перспективы, — выдохнул я.

— Не в восторге? — Беллатрикс фыркнула. — Да я скорее умру, чем позволю этому случиться.

Пауза.

— А ты? Я видела, как ты каждый день до изнеможения тренируешь одну и ту же технику. Сидишь перед этим жалким огоньком часами напролёт. Зачем?

Хм… Раз уж она была откровенна со мной, то пожалуй и мне стоит ей честно ответить.

— Старейшина Броулстар поставил мне условие, я должен освоить технику «Дыхание Горна» за семь дней. Если справлюсь, он предоставит мне возможность достичь титула Небесного практика. Завтра последний день срока.

Беллатрикс долго молчала, глядя на меня а потом медленно покачала головой.

— «Дыхание Горна» это уникальная техника высшего порядка. В секте её знают лишь единицы. Даже я ей не владею. А освоить её можно только на второй ступени культивации. Для твоего уровня… — она замешкалась, подбирая слово. — Извини, но это физически невозможно.

Вторая ступень?

Я застыл, переваривая услышанное. Неужто старик выжил из ума на старости лет, поручив её ступени закалки? Или просто решил посмеяться над наивным кочегаром?

— Есть кое-что ещё, — продолжила девушка — Глава секты, брат Броулстара, рассказывал мне о нём. В прошлом у Броулстара уже был ученик. Практик второй ступени, очень талантливый и упорный. Он тоже изучал «Дыхание Горна»… После долгих тренировок он наконец смог поглотить пламя, выполнив первый шаг техники. Но потом… — она заговорила тише. — Он не смог укротить огонь внутри себя. Пламя сожрало всю его духовную энергию изнутри, а затем и самого практика. От ученика остался только пепел.

На последнем слове внутри меня что-то ёкнуло.

Я машинально посмотрел на свои ладони, которыми ещё сегодня вечером тянулся к огоньку свечи.

— Я не знаю, зачем Броулстар поручил изучать тебе эту технику, — серьезно сказала Беллатрикс. — Но для тебя изучать ее еще и смертельно опасно. Поэтому начни хотя бы с базовых техник огня, как все нормальные практики.

— Понял. Спасибо за информацию, — выдавил я из себя.

В парилке повисла тишина.

Я сидел и смотрел на клубящийся пар, пытаясь осознать услышанное. Только сегодня вечером у меня наконец появился первый прогресс. Огонёк пополз по энергетической верёвке и почти коснулся ладони. Я начал чувствовать, что мои попытки не бесполезны, что есть шанс успеть до срока.

А теперь оказывается, вот такие новости.

Я пытался понять причины такого поведения Броулстара, но мысли путались, наползая друг на друга. Голова кружилась от жара, а может от усталости, накопившейся за шесть дней проведённых почти без сна. Веки стали наливаться свинцом.

— Пойду отдыхать, — поднялся на ноги, придерживая полотенце на бёдрах. — Завтра разберусь, что делать дальше.

— Иди, — донеслось из тумана. — Я ещё побуду здесь.

Я направился к выходу, осторожно обходя масляную лужу на полу. У самой двери остановился и обернулся.

— Удачи с прорывом, — сказал ей искренне и закрыл за собой дверь, отрезая жар парилки.

Дверь за кочегаром закрылась с тихим стуком.

Беллатрикс сидела неподвижно, уставившись в клубящийся пар перед собой. Полотенце намокло от конденсата и неприятно липло к телу, но она не замечала этого, снова вспомнив произошедшее.

Этот наглец. Этот… кочегар. Он видел её голой. Он лежал под ней, прижимаясь всем телом. Он касался её там своим… этим…

Беллатрикс зажмурилась и помотала головой, пытаясь вытряхнуть из памяти эти образы. Бесполезно. Они впечатались намертво, как клеймо на шкуре духовного зверя.

Хуже всего было то, что она не могла понять собственные чувства.

Злость? Да, безусловно, но вместе со злостью было что-то ещё. Что-то странное и незнакомое, что заставляло кровь приливать к лицу при одном воспоминании о его спокойном взгляде.

Как он посмел быть таким невозмутимым? Любой другой мужчина на его месте либо впал бы в ступор, либо попытался воспользоваться ситуацией. А этот… этот просто поднял руки, продемонстрировал пустые ладони и заговорил о том дурацком пари.

И ещё отвернулся. Сам отвернулся, когда она стояла перед ним обнаженная, сказав накинуть полотенце.

Беллатрикс сжала кулаки.

Почему это так её бесит? Он же поступил правильно. Достойно, даже. Как должен поступать настоящий практик с честью и принципами.

Но всё равно бесит. Бесит его спокойствие, бесит его взгляд, бесит то, как он разговаривает с ней, словно она обычная девчонка, а не старейшина секты.

Жар внутри нарастал.

Беллатрикс замерла, прислушиваясь к ощущениям.

Это был не жар парной. Это было что-то другое. Что-то глубокое, идущее изнутри, из самого средоточия, где копилась её духовная энергия все эти месяцы.

Она медленно посмотрела внутрь себя внутренним взором. Ее средоточие духовное энергии едва заметно, на грани восприятия, светилось мягким оранжевым светом.

Сердце пропустило удар.

Вот оно.

Вот то, чего ей не хватало все эти полгода. Не техник, не энергии, не времени. Ей не хватало… эмоций? Страсти? Огня внутри, который невозможно разжечь одними только медитациями?

Беллатрикс вскочила на ноги.

Пламя. Она чувствовала его. Чувствовала так ясно, как никогда раньше. Оно клокотало внутри, рвалось наружу, требовало выхода.

Если она сможет сгустить его, уплотнить в огненное ядро… то случится прорыв.

Третья ступень.

Беллатрикс выскочила из парной, едва не поскользнувшись на мокром полу. Слишком жарко здесь, слишком много внешнего тепла, которое мешает сосредоточиться на внутреннем.

Зона с бассейном встретила её прохладой и тишиной. Вода лежала неподвижным зеркалом, отражая огоньки ночных светильников. Никого вокруг, отличные условия.

Она опустилась на каменный пол у кромки бассейна, скрестив ноги в позе лотоса. Закрыла глаза, выровняла дыхание.

И нырнула внутрь себя.

Духовное средоточие раскрылось перед внутренним взором как огромная пещера, заполненная бурлящей энергией. Но сейчас в центре этой энергии пылало нечто новое. Сгусток чистого пламени, яркий и горячий.

Беллатрикс потянулась к нему волей.

Сжала.

Пламя завертелось, закручиваясь спиралью, уплотняясь с каждым оборотом. Жар нарастал, но она не отступала. Давила, сжимала, вкладывала всю свою решимость в этот единственный порыв.

Ядро формировалось.

Медленно, мучительно медленно, но обретало форму. Беллатрикс чувствовала, как барьер третьей ступени трещит под давлением её воли. Ещё немного, ещё чуть-чуть…

Получается!

Радость захлестнула волной, горячей и всепоглощающей. Полгода мучений, полгода бесплодных попыток, и вот наконец…

И в этот момент контроль дрогнул.

Всего на мгновение. Крошечная трещина в идеально выстроенной структуре, но этого хватило.

Пламя внутри неё взревело. Огненное ядро, которое она так тщательно формировала, вдруг начало расширяться, пожирая окружающую энергию с жадностью голодного зверя. Оно росло, и росло, и росло, выплёскиваясь за пределы средоточия, растекаясь по духовным каналам.

Нет. Нет-нет-нет!

Беллатрикс попыталась восстановить контроль, сжать разбушевавшееся пламя обратно. Но огонь уже вышел из-под её власти. Он пожирал не только духовную энергию, но и её ментальные силы, высасывая способность к концентрации.

Жар. Невыносимый внутренний жар.

Она попыталась встать, но тело отказывалось подчиняться. Мир вокруг расплывался, превращаясь в размытые пятна света и тени.

Последним, что она почувствовала, был холод каменного пола, ударивший в щёку.

Потом темнота.

Раздевалка встретила меня прохладой и тишиной.

Я стянул мокрое полотенце и бросил его на скамью, потом потянулся к шкафчику, где оставил одежду. Роба успела слегка отсыреть от пара, но это было терпимо. Натянул штаны, накинул рубаху, завязал пояс.

Голова гудела от усталости и переизбытка информации.

Я присел на скамью, потирая виски. Нужно было лечь спать, утро вечера мудренее и всё такое. Но мысли про невозможность и опасность освоения навыка не давали покоя, крутясь в голове как белка в колесе.

Но перед этим на всякий случай возьму свиток. Мало ли, вдруг там есть что-то что я упустил.

Поднялся со скамьи и направился к выходу. Коридор был пуст и тёмен, только ночные светильники тускло мерцали на стенах. Спустился по лестнице в подвал, толкнул знакомую дверь кочегарки.

Печь мерно гудела. Индикатор показывал пятнадцать с небольшим тысяч. Духовные камни, которые я закинул перед уходом, всё ещё горели, наполняя помещение жаром и оранжевыми отблесками.

Свиток лежал там, где я его оставил, рядом с пустыми чашками из-под чая. Подхватил его, сунул за пазуху и направился обратно.

Поднялся по лестнице. Вышел в коридор первого этажа. Путь к выходу из павильона лежал мимо зоны с бассейном, так было короче, чем обходить через боковые переходы.

Сделал шаг, другой, третий.

И тут…

БУХ!

Глухой удар откуда-то из-за дверей купальной зоны. Что-то тяжёлое упало на камень.

Что там произошло? На всякий случай решил проверить, подошёл к двери и толкнул её плечом.

Оттуда ударил в лицо чёрный дым.

Я отшатнулся, прикрывая рот рукавом, и сощурился, пытаясь разглядеть, что творится внутри.

А там был натуральный ад. Пламя плясало повсюду, лизало стены, пожирало деревянные скамьи у бассейна, плавило каменные украшения. Жар был таким, что я чувствовал его кожей даже на расстоянии нескольких метров.

И это было необычное пламя, судя по тому как оно сжигало камни.

Звук падения, это рухнула полка с банками масел и притираний. Стеклянные склянки разлетелись вдребезги, их содержимое мгновенно вспыхнуло, добавляя пожару топлива.

В центре зала, у самого края бассейна, на мраморном полу лежала фигура. Рыжие волосы разметались вокруг головы огненным нимбом. Бледная кожа, неподвижное тело, закрытые глаза.

Беллатрикс.

Вокруг неё, буквально в метре от её тела, бушевало кольцо пламени. И оно сужалось. Медленно, неумолимо подползало всё ближе, пожирая мрамор, который начинал оплывать под чудовищным жаром.

Ёпть…

Неужто она попыталась прорваться. Прямо здесь, сразу после нашего разговора. И видимо что-то пошло не так, её внутренний огонь вырвался наружу и теперь сжигал всё вокруг.

Включая её саму.

Бежать за помощью некогда. Пока я найду кого-то, пока объясню, пока они доберутся сюда, от неё останется только пепел.

Шагнул вперёд.

Жар обрушился на кожу, выжигая воздух из лёгких. Ещё шаг. Ещё. Пламя ревело со всех сторон, и расстояние до Беллатрикс казалось бесконечным.

Нужно убрать огонь с дороги, иначе не доберусь.

Я вытянул руку и начал формировать жгут из духовной энергии. Плотный, тугой, такой же, как сегодня вечером у свечки.

Потянулся к ближайшему языку пламени. Коснулся.

Обрыв.

Верёвка рассеялась, как всегда. Огонь даже не дрогнул.

Попытался снова, еще плотнее, но результат был тот же самый, пряди духовной энергии просто рассеивались.

Пламя тем временем подползло всё ближе к Беллатрикс. Уже не метр, уже сантиметров семьдесят.

Проклятье! Что делать, что делать, что… Неужели эта грёбаная техника и вправду для меня невозможна⁈

И тут в голове что-то щёлкнуло.

Строчка текста, всплывшая откуда-то из глубин памяти:

«Навык обнаружен: Духовная Нить»…

И вместе со словами пришло знание и понимание того, как его применять. Я просто осознал, что умел это делать, и сейчас вспомнил как именно.

Вытянул руку к бушующему огню.

— Поглотись!

Из моей ладони вылетела нить.

Не верёвка из духовной энергии, которую я плёл все эти дни. Это была настоящая, материальная нить, белая и светящаяся, тонкая как паутина и прочная как сталь. Она устремилась к пламени, обвилась вокруг него, затянулась петлёй.

И огонь рванулся по ней прямо ко мне, влетая в ладонь раскалённым копьём.

Получилось! Оно и вправду получилось. Первый шаг техники «Дыхание Горна» — Поглощение огня.

Однако, не успел я обрадоваться как следом пришла боль.

Такой боли я не испытывал никогда. Огонь ворвался в тело и понёсся внутри, выжигая всё на своём пути. Рука пылала, мышцы скрутило судорогой…

Вот чёрт, кажется это чертово пламя теперь и меня хочет сожрать…