Системный рыбак – 5

Глава 21

Утро выдалось безоблачным, и Виктор Винтерскай ненавидел его всей душой.

Он стоял у окна своего кабинета и смотрел на суету во дворе поместья. Слуги носились как перепуганные куры, таскали корзины с провизией, расстилали ковровые дорожки, начищали латунные ручки дверей. Праздник Меры был главным событием года для этой захолустной дыры, потому что именно в этот день каждый крестьянин мог показать, как далеко продвинулся в культивации или своём ремесле.

И в этот же день его никчёмный племянник, возможно, тоже захочет публично продемонстрировать свой жалкий прогресс.

Виктор скрипнул зубами.

Три попытки убить щенка закончились провалами. Сначала он каким-то чудом вернулся из реки потеряв память. Потом провалился убийца в гостинице, а теперь целый отряд, отправленный к озеру пропал. Никто из них не вернулся.

Как⁈ Как жалкий недоумок, которого он лично изводил годами, превратился в занозу, которую невозможно выдернуть?

Ещё одного провала быть не должно. Если недоумок всё-таки посмеет заявиться на праздник, его будет ждать очень долгая и болезненная смерть.

Виктор отвернулся от окна и направился к выходу из кабинета. Шаги гулко отдавались в коридоре. Когда скрипнула дверь кабинета, он бросил служанке, даже не обернувшись:

— Где девчонка?

— Г-госпожа Эмма ещё спит, хозяин…

— Поднять, вымыть и одеть в её лучшее платье.

Служанка исчезла за поворотом, и мысли Виктора сами собой вернулись к главному.

Алхимик прибудет сегодня, наконец-то. Годы взращивания племянницы, месяцы пробуждения её родословной, и вот всё готово. Ритуал можно будет провести уже совсем скоро. Пару дней и он снова сможет ощутить в теле обжигающую силу семьи.

В этот момент его словно по иронии действительно обожгло, только это была не сила родословной, а артефакт.

Виктор машинально потянулся к вороту и вытащил медальон с кроваво-красным камнем в серебряной оправе. Камень источал жар.

Вызов. Сейчас? Этого не было в его планах.

Виктор быстро вышел во двор, на ходу застёгивая рубашку. Охранники у ворот вытянулись при его появлении, но он не обратил на них внимания, потому что взгляд его был прикован к небу.

Летающая лодка медленно снижалась по широкой спирали. Небольшая и изящная, с корпусом из тёмного дерева и серебряной филигранью по бортам.

Лодка мягко опустилась в центр двора, и из неё шагнул молодой мужчина в чёрном халате. Гладко зачёсанные волосы, холодные глаза, а на поясе короткий хлыст с навершием в виде змеиной головы.

— Виктор Винтерскай, — мягким, почти певучим голосом нежданно нагрянувший Сектант. — Какая радость видеть вас в добром здравии.

— Лунияр, — Виктор изобразил подобие поклона. — Не ожидал вас в гости, думал, увидимся на празднике.

Лунияр развёл руками в жесте, который мог означать что угодно.

— Обстоятельства изменились, возникла непредвиденная ситуация.

— Какая именно?

— Связь с филиалом прервана, — чуть понизив голос, сказал сектант. — Мне необходимо проверить формацию.

Виктор задумчиво приподнял бровь, потому что для него это было новостью.

— Идёмте, — коротко бросил он.

Они прошли мимо цветников и фонтанов, углубляясь в дальнюю часть владений. Здесь, за живой изгородью, стояло неприметное каменное строение, которое с виду было обычным сараем для садового инвентаря.

Двое охранников в чалмах преградили путь. Оба крупные, седьмой уровень Закалки, лучшие бойцы из тех, что предоставила секта.

Виктор кивнул, и они расступились.

Внутри, за стеллажами с мётлами и граблями, обнаружилась каменная лестница, уходящая вниз. Кристаллы на стенах вспыхнули при их приближении.

Подземная комната была небольшой, но производила впечатление. По центру, вырезанная прямо в каменном полу, чернела сложная пентаграмма с переплетением линий и символов, а в её узловых точках тускло поблёскивали вкрапления духовных камней.

Лунияр подошёл к краю формации, достал из-за пазухи круглый медальон с красным камнем, близнец того, что носил сам Виктор, и протянул его над пентаграммой.

Ничего не произошло.

Сектант нахмурился и влил больше энергии в медальон, отчего красный камень вспыхнул ярче. Линии формации должны были откликнуться, засветиться в ответ и активировать портал к скрытому филиалу секты Чёрного Хлыста, что находился под рекой.

Ничего не произошло.

— Что за?.. — Лунияр встал в самый центр и принялся водить медальоном над символами. — Она тоже не откликается. Словно на той стороне вообще ничего нет.

Виктор скрестил руки на груди.

— Долго ещё? — процедил он. — У меня дела.

Сектант медленно опустил руку и повернулся к Виктору. В его глазах плескалась плохо скрываемая злость.

— Вы что-нибудь знаете? Почему формация переноса не работает?

— Я выполняю свои обязательства, — Виктор сказал надменным тоном. — Раз в полгода загоняю в телепорт людей, собранных со всей империи, и ресурсы, которые предоставляет секта. О каких-либо проблемах мне ничего не известно.

Секунду они смотрели друг на друга, а потом сектант отвёл взгляд первым.

— Мне придётся лично отправиться туда и проверить всё, — сказал он уже более вежливо. — А значит, я не смогу присутствовать на сегодняшнем празднике.

— И?

— Виктор, прошу выступить вас там от имени Секты Чёрного Хлыста и провести отбор будущих учеников.

— Мы об этом не договаривались.

— Секта не оставит вашу помощь без награды. Алхимия для развития культивации: три пилюли «Очищения Крови», этого достаточно, чтобы ускорить ваш прогресс на год.

Алхимия?

Виктор помедлил, просчитывая варианты. Провести отбор жалких ничтожеств для секты было в целом работёнкой не пыльной, а вот приобрести сектантских пилюль никогда лишним не будет.

— Хорошо. Жетон, — наконец сказал он. — Мне нужно что-то, подтверждающее мои полномочия.

Сектант кивнул и достал из поясной сумки небольшой предмет. Плоский камень зелёного цвета, размером с ладонь. На его поверхности была выгравирована восьмиконечная звезда, обвитая хлыстом.

Виктор принял жетон, и они вышли во двор как раз в тот момент, когда из дома появилась Эмма.

Девочка шла медленно, опираясь на руку служанки. Бледное платье цвета слоновой кости подчёркивало нездоровую белизну её кожи, а тёмные волосы были собраны в строгую причёску, хотя несколько прядей выбились и прилипли к влажному лбу.

Лунияр остановился.

— А вот и маленькая жемчужина, — довольно сказал он. — Как успехи с нею? Готова ли она отправиться в секту по достижении десятилетнего возраста?

— Я всегда держу своё слово, — Виктор положил руку племяннице на плечо, и Эмма окаменела под его прикосновением. — Девочка отправится в секту в назначенный срок. Вы получите чистую кровь клана Винтерскай, как и договаривались.

— Секта ценит надёжных партнёров, — Лунияр довольно кивнул. — До встречи, уважаемый Виктор.

Он легко поднялся в лодку и судно плавно оторвалось от земли, набирая высоту.

Виктор провожал его взглядом, пока лодка не превратилась в точку на фоне утреннего неба.

Кровь эти жадные идиоты получат, но ни о чём другом они не договаривались. Виктор холодно ухмыльнулся.

— Идём, — бросил он племяннице. — Карета ждёт.

Эмма послушно заковыляла следом, не поднимая глаз. Служанка подхватила её под локоть и помогла забраться в экипаж.

Когда карета миновала километр, до ушей Виктора донёсся гул толпы — приглушённый расстоянием, но уже различимый.

Площадь была забита народом.

Деревенские жители собрались задолго до официального начала, и теперь толпа гудела, как улей. Торговцы развернули лотки по периметру, мальчишки носились между ног взрослых, а где-то бренчали гусли.

Виктор вышел из кареты первым и подал руку Эмме. Четверо охранников в чалмах выстроились за его спиной, молчаливые и неподвижные.

Люди расступались перед ним, как волны перед форштевнем корабля. Мужики и девки кланялись, охотники отводили взгляд. Виктор не обращал внимания, потому что искал среди них одного конкретного человека.

Он обвёл толпу цепким взглядом. Охотники, кузнецы, травники, торговцы. Знакомые лица мелькали в толпе, но племянника среди них не было.

Неужто струсил? Или, может, давно уже сдох где-то, а Виктор попусту о нём беспокоится?

Приятная мысль, но Виктор не позволял себе расслабиться без твёрдых доказательств смерти Ива.

И тут его взгляд зацепился за знакомую фигуру.

Один из его бойцов стоял в толпе среди группы охотников. Командирская чалма, лицо обёрнуто тряпками, а на поясе характерный голубоватый блеск акватаринового клинка. Командирское снаряжение, лучшее из того, что предоставила секта.

Вот только этот командир вёл себя странно.

Он озирался по сторонам с выражением лёгкого недоумения, словно не понимал, где находится и что делает. Крутил головой, разглядывая площадь так, будто видел её впервые.

Рядом с ним стоял Робин, главный охотник деревни, и что-то тихо ему объяснял.

Виктор скрипнул зубами, похоже пустой рыбий мозг спёкся на солнце, не иначе.

В этот раз секта прислала откровенный брак. Половина бойцов годилась только на роль живого мяса, а те, что посмышлёнее, всё равно не дотягивали до человеческого уровня интеллекта.

— Эй! — Виктор щёлкнул пальцами, подзывая ближайшего охранника. — Видишь того идиота в командирской чалме? Приведи его сюда и поставь в оцепление. Нечего ему тут без дела болтаться.

Охранник кивнул и двинулся в толпу.

Когда потерянного привели, они двинулись дальше.

Процессию открывали двое охранников в чалмах, расчищая путь. За ними семенила Эмма, бледная тень в нарядном платье. Следом шествовал сам Виктор в окружении ещё двух телохранителей, а замыкал группу тот самый командир-потеряшка, которого пришлось вылавливать из толпы охотников.

Толпа расступалась перед ними, люди кланялись и отводили глаза, но Виктор не обращал на них никакого внимания, потому что взгляд его был прикован к фигуре, маячившей у гостевых шатров.

Там стоял старик, и первое, что бросалось в глаза при взгляде на него, были руки. Узловатые, с выступающими венами и пигментными пятнами, они напоминали корни мёртвого дерева. Лицо не отставало от рук: впалые щёки, тонкие губы, почти лишённые цвета, и водянисто-серые глаза, как у снулой рыбы.

Их взгляды встретились.

— Мастер Гортан, — Виктор остановился в паре шагов и скрестил руки на груди. — Наконец-то. Надеюсь, дорога не была слишком утомительной?

— Виктор, дорогой мой, — голос старика скрипел, как несмазанная дверь, и он склонил голову в почтительном приветствии. — Разве я мог пропустить столь важное дело?

Он перевёл взгляд на Эмму, и глаза его на мгновение вспыхнули жадным блеском.

— А это, надо полагать, та самая многообещающая племянница, о которой вы столько рассказывали?

— Она самая, — Виктор положил руку на плечо девочки, словно демонстрируя товар.

Алхимик подошёл ближе, и Эмма отшатнулась было, но рука дяди крепко удерживала её на месте.

— Какая прелесть, — старик растянул губы в улыбке, которая должна была казаться дедушкиной, но выглядела скорее как оскал голодной крысы. — У дедушки Гортана для тебя есть подарок.

Он порылся в складках халата и извлёк браслет. На вид простой серебряный обруч с пятью камнями молочно-белого цвета, вделанными в металл.

Эмма смотрела на него широко распахнутыми глазами и не шевелилась.

— Дай руку, — мягко сказал алхимик.

Виктор сжал её плечо чуть сильнее, и девочка медленно, неохотно протянула тонкое запястье. Холодный металл защёлкнулся на коже, и камни вспыхнули.

Первый засиял тёплым золотистым светом, за ним второй, третий, четвёртый. Каждый разгорался ярче предыдущего, пока браслет не превратился в маленькое солнце на детской руке. Пятый камень моргнул, слабая искра пробежала по его поверхности, словно пытаясь зажечься, но тут же погасла.

Эмма вздрогнула всем телом.

— Превосходно, — Гортан удовлетворённо кивнул. — Просто превосходно.

Виктор позволил себе короткую улыбку и указал в сторону затенённой зоны.

— Пройдёмте к ложе, оттуда удобнее наблюдать за представлением.

Они двинулись к краю площади, где уже были расставлены удобные кресла с мягкими подушками. Эмма шла впереди в сопровождении троих охранников, а Виктор намеренно приотстал, чтобы идти рядом с алхимиком под прикрытием оставшихся двоих.

— Когда? — негромко спросил он.

Гортан склонил голову, делая вид, что рассматривает толпу.

— Со дня на день. Видели, как отреагировал пятый камень?

— Моргнул и погас.

— Именно. Родословная на грани полного пробуждения, и как только пятый камень загорится и останется гореть, можно будет начинать ритуал. Думаю, завтра утром, а самое позднее вечером.

Завтра. Виктор позволил себе тень улыбки, потому что годы ожидания и месяцы подготовки подходили к концу. Огненная родословная Винтерскаев снова станет его по праву.

— Виктор!

Он обернулся на оклик. К ним приближались двое: крепкий мужчина с обветренным лицом и жёстким взглядом человека, привыкшего отдавать приказы, и худощавый старик в строгом тёмном халате. Флинт, лидер охотников, и Алан По, мастер местного зала культивации.

— Флинт, — Виктор кивнул. — Мастер По. Какая честь.

— Взаимно, — Флинт пожал протянутую руку с силой, которая должна была продемонстрировать его статус. — Хороший день для праздника, не находите?

— Погода благоволит.

— В этом году у нас будут достойные участники, — Флинт говорил ровно, но в глазах мелькнула сдержанная гордость. — Мой сын Маркус взял пятый уровень Закалки в шестнадцать лет.

— Впечатляет, — сухо отозвался Виктор, которого чужие успехи интересовали примерно так же, как прошлогодний снег.

— Практики зала тоже порадуют, — вступил Алан По, поглаживая редкую бородку. — Двое учеников достигли пятой звезды в этом сезоне, так что конкуренция будет жаркой…

Виктор слушал вполуха, потому что взгляд его скользил по толпе, выхватывая лица, фигуры, малейшее подозрительное движение. Племянника нигде видно не было, и хотя мысль о том, что он сдох где-то в лесу, грела душу, Виктор не позволял себе расслабиться.

С противоположной стороны площади донёсся шум. Толпа зашевелилась и расступилась, а в образовавшийся коридор вступил человек в тёмно-синем мундире с серебряным шитьём.

Рядом с имперским чиновником семенил староста Элрик, седой старик с длинной бородой и пронзительным взглядом глубоко посаженных глаз. Он то забегал вперёд, то отставал, непрерывно что-то бормоча и указывая руками то на площадь, то на украшения, то на гостевую ложу.

— … и навес мы укрепили, как вы просили в прошлом году, ваше превосходительство, а скамьи заново отшлифовали, и…

Имперец не удостоил его ответом. Он приблизился к группе и коротко поклонился.

— Господин Винтерскай. Господа.

— Ваше превосходительство, — Виктор ответил таким же сдержанным поклоном.

Чиновник поочерёдно поприветствовал Флинта, Алана По и алхимика, а затем повернулся к старосте с вопросом о том, все ли представители на месте.

— Почти, господин! — староста завертел головой, высматривая кого-то в толпе. — Должен прибыть ещё представитель секты…

— Секту сегодня буду представлять я.

Голос Виктора прозвучал уверенно, и он извлёк из-за пазухи зелёный жетон, чтобы продемонстрировать его собравшимся. Восьмиконечная звезда, обвитая хлыстом, матово блеснула в утреннем свете.

Флинт приподнял брови, Алан По замер с открытым ртом, а староста икнул от неожиданности.

— Жетон Секты Чёрного Хлыста, — имперец окинул камень оценивающим взглядом и утвердительно кивнул. — Всё в порядке. Будут ли сегодня ещё какие-то представители?

— Все на месте, — Виктор убрал жетон обратно. — Можете начинать торжественное открытие.

Имперец и староста направились к центру площади, где уже была установлена небольшая платформа, а Виктор, алхимик, Флинт и Алан По расположились в затенённой ложе, опускаясь в удобные кресла. Охранники в чалмах выстроились полукругом, отгораживая почётных гостей от толпы, а Эмма сидела чуть в стороне, сжав руки на коленях. Браслет на её запястье мерцал четырьмя камнями.

— Жители Империи — голос имперца разнёсся над площадью, усиленный какой-то техникой. — Приветствую вас на ежегодном Празднике Меры!

Толпа одобрительно загудела.

— Праздник продлится два дня, — продолжал чиновник. — День первый посвящён замерам силы, таланта и уровня культивации, а второй будет отдан проверке ремесленного мастерства.

Он сделал паузу и обвёл площадь взглядом.

— Лучшим участникам будут предложены контракты и должности. Для юных культиваторов это шанс попасть в Имперскую школу, получить доступ к техникам и знаниям, послужить на благо самой Империи!

Одобрительный гул стал громче, и имперец указал в сторону ложи.

— Также сегодня среди нас присутствует представитель Секты Чёрного Хлыста, и те, кто сумеет его впечатлить, возможно, получат приглашение в секту.

Виктор величественно кивнул, принимая взгляды толпы как должное.

БОМММ!

БОМММ!

Гонг ударил дважды, и его гулкий звук прокатился над площадью.

— Праздник Меры объявляется открытым! — провозгласил имперец. — Первыми пройдут проверку юные культиваторы от десяти до шестнадцати лет, затем молодые охотники, травники и собиратели. Приглашаю желающих!

Из толпы начали выходить подростки, робкие и возбуждённые одновременно, и они пробирались к центру площади. Те кто по старше шли с гордо поднятой головой, а младшие семенили неуверенно, оглядываясь на родителей.

В центре собралась группа из двенадцати человек, мальчишки и девчонки, каждый из них надеялся показать свой прогресс и заслужить похвалу, а может, и что-то большее.

— Есть ли ещё желающие? — имперец обвёл площадь взглядом. — Кто-нибудь ещё хочет пройти проверку?

Тишина повисла над площадью, но тут что-то сдвинулось на краю зрения Виктора.

Один из охранников, командир-потеряшка, шагнул вперёд. Он прошёл мимо оцепления, других охранников, и направился прямо к центру площади.

Виктор нахмурился и негромко приказал:

— Стой.

Фигура в чалме продолжала идти к центру площади, туда, где стояли юные практики, и Виктор скрипнул зубами от злости. Рыболюды глуповаты, это общеизвестно, но даже самый тупой из них понимает прямой приказ.

— Господин Винтерскай? — имперец смотрел на него с удивлением. — Ваш подчинённый тоже желает участвовать в процедуре измерения?

Виктор почувствовал, как к лицу приливает кровь, потому что сейчас все увидят эту рыбью морду. Чешую на скулах, жаберные щели на шее. И поймут, что вся его охрана состоит из морских тварей.

— Вернись, — процедил он сквозь зубы. — Немедленно.

Рыболюд стоял неподвижно, словно оглох.

Проклятые сектанты подсунули ему дефектный товар, какую-то отбраковку! И именно сейчас, когда на него смотрит вся деревня, этот тупой ублюдок решил устроить представление!

Имперец выждал ещё мгновение, а затем холодно усмехнулся.

— Что ж, правила есть правила, и церемония должна продолжаться, — он повернулся к фигуре в чалме. — Пустынник! Если ты желаешь участвовать в Празднике Меры, ты должен открыть лицо и представиться. Либо подчинись правилам Империи, либо покинь площадь, потому что другого выбора у тебя нет.

Все взгляды устремились к фигуре в центре площади.

Она медленно подняла руки и стянула с головы чалму, а затем пальцы потянулись к лицу и начали разматывать тряпки. Виктор смотрел, как открывается сначала подбородок, затем скулы и нос, и он не видел там никакой чешуи. Только обычная человеческая кожа, молодое лицо с карими глазами, которые смотрели прямо на него.

И он узнал эти черты.

Это был Ив.

Племянник стоял посреди площади, небрежно держа смотанную чалму в руке. Взгляд ублюдка нашёл Виктора в ложе и впился в его лицо. Несмотря на все попытки придушить мальчишку, он всё это время был рядом, крутился под самым его носом и подслушивал разговоры.

И тут голос племянника разнёсся над площадью, уверенный и звонкий:

— Меня зовут Ив Винтерскай.