Советская одноактная драматургия, 1978

В. Карасев ОБЕДЕННЫЙ ПЕРЕРЫВ Комедия в одном действии

В и к т о р и я Х р о м ч е н к о }

Н и н а К о м о в а }

М а ш а П е т р о в а }

Ш у р а Я г о д к и н а } — девушки-прядильщицы.

Скверик возле фабричного здания. Скамейка. Врывается Н и н а, за ней следует М а ш а.

Н и н а. Ага, лавочка свободна! Не заняли, черти, не успели!.. Маш, давай скорей.

М а ш а. Я иду.

Н и н а. Захватим территорию. Да шевелись, кулема! Ты, конечно, в столовку не идешь?

М а ш а. У меня свое, домашнее.

Н и н а. Ну люди! И что это с вами, кто скажет? В последнее время все поврозь. Каждая в свою сторону тянет.

М а ш а. Кто это тянет?

Н и н а. И ты тянешь, и Вика тянет. И Шурка. Раньше все вместе. И обедали вместе. А теперь… Ладно, стереги лавку. Я мигом перекушу. Потом в тенечке поболтаем, обсудим текущий момент. Пора.

М а ш а. Ой, Нинка, опять ты…

Н и н а. Разговорчики в строю! Поясняю еще раз: это место на фабричном дворе самое тенистое. Как раз для душевной беседы. Чужих не пускай. Намек понятен?

М а ш а. А то нет. Сделаем.

Н и н а. Умница. Обед — время святое, его следует проводить со всеми удобствами. Да не стесняйся. Девчонки — народ шустрый. Не усмотришь — место в момент займут. А я — быстро! (Убегает.)

Маша вынимает из сумки бутерброды, начинает есть. Медленно входит Ш у р а.

М а ш а. Топай сюда, Александра! Захватили мы лавочку… А ты что же обедать-то?

Ш у р а. Вроде не хочется.

М а ш а. Да как же не евши трудиться восемь часов? Свалишься!

Ш у р а. Аппетита нисколечко нет.

М а ш а. Где там от столовской пищи аппетит! Домашним надо питаться. И польза и удовольствие.

Ш у р а. Ты кушай, кушай. Я и вправду не хочу.

М а ш а. Вид у тебя какой-то… Не захворала?

Ш у р а. Вроде нет. Что-то приустала я…

М а ш а. Еще бы! Летом в цеху вон какая жарища!

Ш у р а. Да пускай. Я люблю, когда тепло. Не телом, как-то по-другому устала. Все противно, все все равно. И делать ничего не хочется. Силенок совсем нет. Прямо себя не узнаю.

М а ш а. А ты сбегай в столовку. Я вот, как расстроюсь, первым делом поем. Как рукой…

Ш у р а. Нет-нет! Что-то у меня в работе разладилось, прямо не пойму. Машин совсем не чувствую.

М а ш а. Больно ты у нас стала нежная.

Решительным шагом входит В и к т о р и я.

В и к а. Ага, скамейка наша! Молодцы!.. Ух, передохну минутку! Столько дел, столько дел — голова кругом! (Достает записную книжку.) Так, отметим. В фабкоме была, у начцеха была… Кстати, гони взносы, Петрова. Ты у меня самая должница!

М а ш а. Сейчас нет денег. С получки.

В и к а. Знаем твое «с получки»! В получку тебя, пожалуй, найдешь! Да, я записала тебя на танцы.

М а ш а. Какие еще танцы?

В и к а. В клубе танцкружок будет. Два раза в неделю. Смотри, без пропусков, сама проверять буду.

М а ш а. Да у меня ж слон на ухо наступил! Сами же морщитесь, когда начинаю подпевать.

В и к а. Ничего. А ты танцуй вприглядку, повторяй движения за другими. Не боги горшки обжигают. Главное — участие… Что же еще нужно было сделать?

Ш у р а. А в столовку?

В и к а. Время есть, еще успею… Да, будьте людьми, девчонки, покупайте лотерею!

М а ш а. Мы и то больше других взяли.

В и к а. Еще надо. Наша бригада и здесь должна быть впереди.

Ш у р а. Ну, я еще, пожалуй, билетик возьму.

В и к а. Молодец, Ягодкина! Уважаю сознательных. А на танцы?

Ш у р а. Нет-нет, чего другое — пожалуйста. А на танцы теперь не могу.

В и к а. Здрасте! Всегда такая безотказная, а тут вдруг!.. Почему это?

Ш у р а. Нет-нет, никак не могу!

В и к а. Странно…

Врывается Н и н а.

Н и н а. Так, вся дружная капелла в сборе. Собрание считаю открытым!

М а ш а. Уже поела? Что так быстро?

Н и н а. А теперь не до еды!

В и к а. Ты любишь танцы, Комова? В клубе танцкружок открылся. Пишу тебя.

Н и н а. Я и так умею. А вот погляжу, что ты сейчас напишешь. Дело дрянь, девчонки! ЧП!

В и к а. Что такое?

Н и н а. Сейчас в столовке… Ох, не могу!.. Сейчас мне Танька-секретарша шепнула. А ей — Валька из крутильного. А той еще кто-то. Только это пока секрет.

В и к а. Ну это понятно!

М а ш а. Само собой!

Ш у р а. Могила!

Н и н а. На фабкоме… Ох, не могу!.. На фабкоме итоги цехового соцсоревнования подводили. Улыбнулось нам первое место…

В и к а. То есть, как это?!

М а ш а. Здрасте пожалуйста!

Ш у р а. Вот еще новости!

Н и н а. Лишились первого места!

В и к а. А по какой причине, интересно знать?

Н и н а. Пока неизвестно. Завтра объявят, тогда и узнаем.

В и к а. Да враки это! Не может быть!

Н и н а. Нет, сведения точные. Танька-секретарша врать не будет. И Валька из крутильного не будет. И та, что Вальке сказала, тоже не врет… Теперь вот и танцуйте!

Девушки расстроились.

В и к а. Узнать бы, в чем дело? Работали вроде на совесть.

М а ш а. Все силы вкладывали!

Ш у р а. От души старались!

Н и н а. Значит, не дотянули. Где-то у нас прокол.

В и к а. Ну где?! Где?! Нет, ты скажи!

Н и н а. Да я-то почем знаю?! Думать надо. Мозгами шевелить.

М а ш а. Как же думать, когда не знаешь, про что думать?!

В и к а. А может, Ягодкина, твоя вина? У тебя уж который день на машинах завалы.

Ш у р а. О, Вик, не знаю. На каждом веретене нитка рвется.

В и к а. И тебе не стыдно?

Ш у р а. Да ведь я, Вик, стараюсь. Только…

В и к а. Значит, плохо стараешься.

Н и н а. Стой, Хромченко, не шуми. Норму-то она дает.

В и к а. Нормы для первого места мало. Теперь все дают норму. Обидно даже! Если б не умела! Так ведь умеет! Сколько лет шла в передовых. А теперь что?

М а ш а. Она вон переживает…

В и к а. Может, что случилось? Ты скажи. Из дому-то пишут? Все живы-здоровы?

Ш у р а. Все.

В и к а. Так что же? Откройся, мы тебе не чужие.

Пауза.

Видишь, молчит. Вину чувствует.

Ш у р а. Уйти мне, что ли, из прядильщиц?

М а ш а. А куда? Ну куда?

Ш у р а. В съемщицы. Или в мотальщицы. Все полегче.

В и к а. Работу везде требуют.

Ш у р а. Я не против работы! А вот все не ладится. И себя дергаю, и машины в ответ дергаются!

В и к а. Расхлябанность.

Н и н а. Погоди, Хромченко! А вдруг она не виновата?

В и к а. А кто же еще?! Кто?! Мы обещали…

М а ш а. А ведь и премия может погореть? Да?

В и к а. Считай, уже погорела.

М а ш а. Ой, и правда! А я так рассчитывала. Мамке резиновые сапоги присмотрела. За одиннадцать рэ. Себе тоже… Выходит, из-за одной все страдают?

Ш у р а. Ну отдам я тебе деньги. Сколько там будет.

В и к а. Вопрос не в деньгах. Перед людьми стыдно.

М а ш а. В самом деле, Шур, чего ты?

Ш у р а. Да уйду я. Уйду! Успокойтесь!

В и к а. Уйти-то каждый может. Только от трудностей не уйдешь. Их преодолевать надо.

Ш у р а. Что вы столько сил тратите? Ведь сказано — уйду я! Не буду вам картину портить.

Н и н а. Смотри-ка, еще огрызается! Нехорошо, Ягодкина! Подруги волнуются, а тебе хоть бы хны!

В и к а. Рассуди, чего тебе недостает? Заработок приличный…

М а ш а. Не семейная, а однокомнатную квартиру дали! Мне бы однокомнатную!

В и к а. Все условия созданы!

Н и н а (подначивает Вику). А она еще кривляется. Чего с ней миндальничать? Расставаться с ней надо, и весь разговор!

М а ш а. И квартиру отобрать!

В и к а. Обсудим на собрании!

М а ш а. Чтоб знала!

Н и н а. «Молнию»! В «Крокодил»! «Они мешают нам жить!»

В и к а. А твой юмор, Комова, здесь ни к чему. Лишний юмор.

Н и н а. Какой юмор?! Я до глубины души возмущена! Как это она посмела нажить личные неприятности?! Нахальство какое!

В и к а. Слишком ты умная. Насмешничать-то легче всего. А еще лучшей подругой считаешься.

Н и н а. А разве ты уже не подруга?

В и к а. Личные отношения у меня на дело не влияют. Покрывать никого не стану. А ты своим готова все простить.

Н и н а. Понять, во всяком случае, хочу.

В и к а. Вот и помогла бы подруге, если понимаешь. Да не насмешничала бы.

Н и н а. А зачем ей помогать? Уйдет, и прекрасно. Всем спокойнее, все довольны.

В и к а. Кто это доволен? Не болтай ерунду!

Н и н а. Ой и до чего ж ты, Виктория, стала нудная! Прямо тошнит!

В и к а. Правда-то некоторым глаза колет. А я человек прямой. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь!

Н и н а. Милая, ну скучно! Слова-то твои все правильные, да только от этих твоих слов казенщиной несет! И что с тобой, Виктория, сделалось, а?

В и к а. Смешно! Что могло сделаться?

Н и н а. Вот я и интересуюсь: отчего ты такая нечуткая стала? Вроде особых причин не видно…

В и к а. Не знаю, не знаю. Имеются и другие мнения. Кое-кто меня ценит. И люди не глупее вас.

Н и н а. Мы-то тебя поближе знаем, сколько уж рядом.

М а ш а (Нине). Да что ты к ней цепляешься? Она же для нас, для всех старается. Плохо тебе от этого, что ли?

Н и н а. Вот именно, что для всех. В общих масштабах. Не замечая каждого в отдельности. Может, по этой причине тебя и не выбрали в комитет комсомола, а?

В и к а. Нет, не по этой причине, а потому что зависть некоторых гложет. Ничего, я еще своего добьюсь!

Н и н а. Ничего ты, Хромченко, не поняла!.. Эх, уйду я от вас! Шурка уйдет — и я уйду!

Ш у р а. Ну вот еще! Ты-то зачем?

В и к а. Пожалуйста! Скатертью дорожка! Плакать не станем. Потеря небольшая.

Ш у р а. Да вы что в сам деле, девчонки? Рехнулись? Сколько лет подружки. А ну поцелуйтесь! Мир!

Н и н а. Пускай она со своими умниками целуется!

В и к а. На себя посмотри! На уме одни танцы!

Н и н а. Ты же сама в кружок записывала. А разве я не учусь?

В и к а. К чему это?

Н и н а. Нет, скажи, разве я в вечерке не учусь?

В и к а. Ну, учишься.

Ш у р а. Учишься ты, учишься, успокойся!

Н и н а. Или плохо работаю?

Ш у р а. Хорошо работаешь, хорошо!

Н и н а. Не вмешивайся. (Вике.) Я хорошо работаю?

М а ш а (Вике). Скажи ей.

В и к а. Ну, хорошо.

М а ш а. Хорошо, говорит.

Н и н а. Так чего тебе от меня еще нужно?

В и к а. А потому — обидно! Видная, талантливая. Давно бы могла пойти в гору.

Н и н а. Мне и прядильщицей неплохо. Рабочий класс. Почет и уважение.

М а ш а. Тут инженер один к Нинке подкатывался. Положительный такой, непьющий. Замуж звал. Так она нос воротит!

Н и н а. А я девушка еще молодая, из себя интересная. Только на принца согласна.

М а ш а. Ишь ты, принца ей надо!

Н и н а. А как же! Мы такие! Вот только из-за своего паршивого характера всегда страдаем.

В и к а. Хоть про характер-то призналась!

Н и н а. Мне скрывать нечего! Вот она я, вся на виду!

В и к а. Сколько тебя знаю, никак не пойму, какой ты человек? Что тебе в жизни нужно?

Н и н а. Я б сама хотела знать, что мне нужно.

В и к а. Так, милая, не бывает! Это все лукавство!

Н и н а. А тебе в жизни все ясно?

В и к а. Чего ж в ней неясного?

Н и н а. Счастливая ты!.. А я вот кое-чего недопонимаю. Вот, скажем, живет рядом человек. И вдруг этот человек вроде без особых причин меняется. В худшую сторону.

В и к а. Это ты кого имеешь в виду?

Н и н а. Никого. Для примера. Ну скажи, отчего человек меняется в худшую сторону?

В и к а. Странный какой-то разговор! И что с тобой последнее время? Все чем-то недовольна.

Ш у р а. Ты что, Нин, поцапалась?

М а ш а. С кем это?

Ш у р а. Есть у нее парень, видели ее с ним несколько раз. Такой, говорят, интересный!

М а ш а. Ишь ты, а говорит — скрывать нечего.

Н и н а. Ну ладно! Меняем тему.

В и к а. Вот-вот, я и говорю: у нее, к сожалению, один интерес. А на важные мероприятия силком не загонишь.

Н и н а. Нет, когда интересно бывает, я хожу. А если скучища! Спать хочется! Я уж лучше в общежитии посплю.

В и к а. Субботник тоже проспала?

Н и н а. Это который?

В и к а. Когда в цеху окна мыли!

Н и н а. Так какой же это субботник, если вам деньги заплатили?

М а ш а. Деньги-то не себе, а на цветы для цеха. Чтоб красивше.

В и к а. Все почему-то были. Видно, потому у нас первое место и отняли.

Н и н а. Значит, я виновата?

В и к а. Скорее всего.

М а ш а. Уж правда, Нинка, могла бы и прийти! Ноги не отвалятся!

Ш у р а. А может, у нее в тот момент личная жизнь.

В и к а. Личную жизнь решают в свободное время.

Н и н а. Слышишь? Ей судьба подруги безразлична. Ну что, Шуренок? Уходим от них?

Ш у р а. Я-то понятно. А ты почему?

Н и н а. За компанию. Если им старые друзья до лампочки. А нас в любую бригаду возьмут, да еще спасибо скажут, что пришли.

Ш у р а. Жалко все-таки… Столько вместе…

Н и н а. А чего жалеть? Они-то нас не жалеют.

М а ш а. Ну будет вам! Завелись, как маленькие!

Н и н а. Вот вы на Шурку кричите, а того не знаете, что ожидается у нее жизненно важное событие.

Ш у р а. Ой, да не надо, Нин! Зачем?

Н и н а. Все равно скоро узнают. У нашей Шуры… Смотри-ка, ждут, что скажу! На новости они падкие, хлебом не корми. У нашей Шуры… ребенок будет!

В и к а. Как — ре-ребенок?!

М а ш а. У Шурки?! Ребенок?!

Н и н а. А что удивительного?

М а ш а. Так ведь… Она ведь не замужем!

В и к а. Да они шутят! Не видишь? Разыгрывают!

М а ш а. Смеетесь, да?

Ш у р а. В самом деле…

Н и н а. Наш Шуренок будет мамой! Ой, Шур, хоть казни, ну никак тебя не вижу мамой!

М а ш а. Ну дела!..

В и к а. Стойте, стойте! А отец кто?

Ш у р а. Парень один. Да вы его не знаете. Вон Нина видела.

Н и н а. Ничего, товарищ подходящий.

М а ш а. Семейный, что ли?

Ш у р а. Что ты! Разве я бы стала с семейным встречаться! Чужую семью разбивать — последнее дело!

В и к а. А кто он? Как фамилия?

Ш у р а. Это не важно. Его сейчас и в городе нет.

В и к а. Как это — не важно?! Таких уничтожать надо! Позорить на площади всенародно!

Ш у р а. Погоди ты…

В и к а. Нельзя прощать! Дознаюсь кто, весь город разнесу, а заставлю жениться!

Ш у р а. Подожди, Вика.

М а ш а. Больно ты мягкая, Александра! С подлецами иначе нельзя! Их учить надо, чтобы других девушек не обижали!

Н и н а. Да кончайте вы шуметь! Он-то ни при чем?

В и к а. То есть, как это ни при чем?

Ш у р а. Я ему не сказала.

В и к а. Почему?

Н и н а. Независимый характер, видите ли, показывает!

Ш у р а. Если бы я сказала, он бы сразу жениться предложил.

М а ш а. Кому?

Ш у р а. Мне.

В и к а. Так что тут плохого?

Ш у р а. Я не хочу. Если бы он предложил жениться не из-за ребенка, я бы пошла.

В и к а. А он не предлагал?

Ш у р а. Нет. Ему в армию надо было идти. А он бы все равно женился. Я его знаю!

М а ш а. На ком?

Ш у р а. Да на мне.

В и к а. Слушай, я ничего не понимаю! Ты-то чего хочешь?

Ш у р а. Чего тут непонятного! Я хочу, чтобы он на мне женился. По любви. А не из долга, не из порядочности.

В и к а. А он что? Разлюбил?

Ш у р а. Да нет. Письма шлет. Бывает, что по три письма в день…

В и к а. А ты?

Ш у р а. И я пишу три. Или четыре.

М а ш а. А если сообщить про дите, раз такие любовные письма?

Ш у р а. Так он сразу женится.

М а ш а. На ком?

Н и н а. Уберите ее, девчонки! Я за себя не ручаюсь!

М а ш а. Ну непонятно мне, непонятно!

Н и н а. Тогда помолчи. Не выступай.

В и к а. И что же дальше?

Ш у р а. Пока он служит, я его чувства проверю. И свои тоже. Тогда и решу.

М а ш а. А ребеночек?

Ш у р а. Придет из армии, ему сюрприз будет.

Н и н а. Ничего себе — сюрприз!

В и к а. А вдруг его чувства переменятся?

Ш у р а. Что же, тогда сама воспитаю.

М а ш а. Постой, а как же алименты?

Ш у р а. Обойдусь. Моей зарплаты на двоих за милую душу хватит! Тогда от него ни копейки не возьму. Подниму своими силами.

В и к а. А ты не боишься?

Ш у р а. В наше-то время чего бояться? Чтоб фабричные да и не помогали? Такого быть не может!

В и к а. Если он, подлец, откажется…

Н и н а. Ой, и что вы каркаете-то! Они любят друг друга. Смотрите, она вся светится! Прямо мадонна!

Ш у р а (тихо смеется). Ой, девчонки!.. Странное дело… У меня тепло и покой…

Пауза.

Н и н а. Молодец ты все-таки, Шурка! У меня бы смелости не хватило.

В и к а. Какая же тут смелость?

Н и н а. Без мужа ребенка завести не каждая решится. А вообще на кой они, мужики?

В и к а. Не знаю, не знаю. Можно ведь поступать, как все люди.

М а ш а. Выходит, тебе квартиру и на ребеночка дали?

Ш у р а. Нет, никто еще не знает, только вы.

Н и н а. Да что ты пристала с квартирой-то?

М а ш а. А почему же ей дали, а, к примеру, тебе — нет?

Н и н а (засмеялась). У меня, говорят, язык дерзкий! Со всем начальством ссорюсь! Да мне и в общежитии неплохо. По крайней мере весело!

М а ш а. А почему же Шурке дали, а мне нет?

Н и н а. Так Шура в техникуме занимается. Общественница. Для фабрики перспективный кадр.

М а ш а. А я, получается, не перспективный? Плановые задания всегда вроде перевыполняю!

Н и н а. Зато не учишься. Может, именно из-за тебя нам первого места и не дали. Победителей и по учебной линии определяют. Что, скажешь, неверно?

М а ш а. Да коли нет у меня способностей! Я и восьмилетку-то едва одолела!

Н и н а. Брось. Просто лень-матушка!

М а ш а. Ну пойду я учиться. На курсы. Хватит курсов?

Н и н а. Смотря какие курсы.

М а ш а. Кройки и шитья.

Н и н а. Нет, милая, дудки! Да и квартиру из-за шитья, пожалуй, не дадут.

М а ш а. Как же я в общежитии крепкую семью создам?

Ш у р а. Не слушай ее! Она шутит. Ты у нас работница — еще поискать. На таких фабрика держится!

В и к а. Ну дадут ей квартиру, дадут! Она заслужила. Думаете, вы только ее цените?

М а ш а. Правда дадут?

В и к а. Не сомневайся. Пусть только жених найдется.

М а ш а (Шуре). Не беспокойся, отыщется. Слушай, а у твоего парня там в армии нет дружка?

Ш у р а (улыбается). Есть.

М а ш а. Бывает, что и по переписке знакомятся, верно?

Ш у р а. Бывает.

М а ш а. Ты своему отпиши про меня. Что, мол, живет такая свободная девушка. И фото пошлем. А что ты в письмах описываешь, а?

Ш у р а. Ну много чего.

М а ш а. Все-таки три письма на день. Или четыре. Надо же про что писать, придумать!

Ш у р а. Про свою работу, про учебу, про самодеятельность. Как свободное время провожу. Что в кино смотрела. Какие книжки прочла…

М а ш а. Книжки? И про книжки пишешь?

Ш у р а. Обязательно. Иногда услышу хорошую песню, слова ему перепишу. Душевные стихи тоже…

М а ш а. Стихи? (Тяжело вздохнула.)

Ш у р а. Про все, что в моей жизни случается. Про что думаю. Про свою любовь пишу…

М а ш а. Дай мне хоть одно письмо прочесть, а?

Ш у р а. Ты сама еще лучше напишешь.

М а ш а. Эх, мне бы только найти хорошего парня! А уж я ему такую жизнь устрою. Дом у меня будет хороший. Детей много! Люблю, когда вокруг много детей копошится!

Н и н а. Ну вот, малюток нащелкаешь, а муж-то тебя и бросит. Зачем мне, скажет, такая необразованная спутница жизни? И студентку себе по своему уровню подберет.

М а ш а. Студентку?! А дети?!

Н и н а. Детям-то в наше время тоже серая мамаша не очень желательна. Чему ты их сможешь научить? Вдруг малютка спросит: «Мам, а мам, сколько будет икс плюс игрек?» А ты и не знаешь!

М а ш а. И в самом деле не знаю. А сколько?

Все засмеялись.

Может, и правда надо учиться, а?

Н и н а. Помнишь, в газете читали? Современная семья только тогда крепкая, когда у супругов интересы общие, образование одинаковое. Чтобы было о чем дома поговорить…

М а ш а. Нет уж, до свадьбы никаких разговоров, ничего такого не позволю. Кроме поцелуев — ни-ни!

Н и н а. А поцелуи можно?

М а ш а. Поцелуи дозволяются. Мамка, когда меня в город отпускала, первым делом наказывала девичью честь хранить. За меня будьте покойны!

Н и н а. Завидую твоему мужу! Ну почему я не мужчина!

В и к а. Так что же мы всем скажем, Шур?

Ш у р а. А зачем нужно говорить?

В и к а. Спрашивать будут. Как-то нужно объяснить?

Н и н а. Собственно, кому какое дело?

В и к а. Она ведь не одна живет, в коллективе. А может, и правда, Шур, может, уйти тебе из бригады? Ну, не насовсем, пока все не образуется? Нет, вы не подумайте чего плохого! Я-то не против. А вот что люди скажут? Передовая бригада, и вдруг… вдруг такое пятно. Тогда нам первого места вообще не видать!..

Н и н а (после паузы). Да ты… ты, Хромченко, не женщина, что ли?! Ведь у тебя и муж и сын есть.

В и к а. Мою семью не трогай. Не о ней речь!

Н и н а. Ты же мать! Так неужто твое сердце не может подругу понять?!

М а ш а. Она за себя боится.

В и к а. Ну, знаете ли. Чего мне бояться?

Н и н а. Ты лучше скажи, тебя муж любит?

В и к а. Конечно. А что?

Н и н а. И сын здоров?

В и к а. Не жалуюсь. А ты к чему это?

Н и н а. Значит, у тебя в личном плане все хорошо?

В и к а. А как же иначе?

Н и н а. Так неужели тебе нужно несчастье, чтобы ты беду другого человека почувствовала?!

М а ш а. Гордится, что у нее муж имеется! А за какие твои достоинства тебе все сразу?!

В и к а. Неужели вы меня за счастье осуждаете?

Н и н а. Да нисколько, пойми ты! Совсем нет!

Ш у р а. Напротив, мы только рады!

Н и н а. Однако нельзя своим счастьем от других людей отгораживаться!

М а ш а. Те, которые везучие, они бессердечные! Вот тебя в комитет комсомола на этот раз не выбрали. А почему, думаешь?

В и к а. Не знаю.

М а ш а. Потому что зазналась ты, высокомерная стала и черствая! Я первая против голосовала. И девчонки тоже.

В и к а. Как?.. И вы? От вас… я совсем не ждала…

Ш у р а. Нам-то твое равнодушие больнее всех.

М а ш а. А ты еще подумай: вдруг нам первое место как раз из-за тебя не досталось? Поскольку одного из бригады на выборах прокатили?

В и к а. Конечно, теперь есть на кого валить!

М а ш а. Эх ты! И тебе не совестно? Если девчонки уйдут, и я уйду!

В и к а. Ты-то чего взъелась?!

М а ш а. Если хочешь знать, работа в одной бригаде — дело душевное. А иногда как глянешь на твою физиономию, всякая охота трудиться пропадает!

В и к а (дрожащим голосом). Да черт с вами, в конце концов! Что мне больше всех нужно, что ли! Стараешься для них, стараешься, а в ответ только попреки!

М а ш а (всхлипнув). Ну не плачь! Мы же любя!

В и к а. Обидно даже! Всю душу в работу вкладываю! Разве я для себя?

Н и н а. Пойми ты, дурочка, когда сразу много дел, на каждого-то в отдельности внимания и не хватает!

Ш у р а. Перестаньте расстраиваться, а то я тоже!..

Н и н а. Что ты теперь про нашу жизнь знаешь? Все — мимоходом!

В и к а. Да что я, всесильная, что ли?!

Н и н а. Нельзя сразу за все хвататься!

Ш у р а. Оставьте вы ее! Она и так вконец замотанная!.. Господи, да что мы в самом деле, девчонки?! Из-за чего! Мы же который год вместе!

В и к а. У меня ближе вас нет никого!

Ш у р а. И ты нам самая близкая! Нам жалеть надо друг дружку! Помогать друг дружке!

Н и н а (Вике). Ты больше не заносись, ладно?

М а ш а. Чего перед нами форсить?

Ш у р а. Держаться надо друг дружки. Как разбрелись в разные стороны, так и отдали первое место. Нет, теперь будем вместе. Вместе-то мы чего хочешь добьемся!

Н и н а. Верно, подружки! Только вместе!.. А с Шуркой — убейте меня! — все будет ладно! Неужто наши не поймут? Такого не бывало!

М а ш а. Мы, если ее солдат… чем-нибудь поможем!

Ш у р а. Не бойтесь, он — верный. Я знаю.

В и к а. Вот и в цехе, в цехе бы надо за Шуркой присмотреть.

Ш у р а. Сама справлюсь. Просто душой маялась: как-то оно все будет?

М а ш а. Ты уж от нас больше не скрывай! Скрытность-то вон к чему приводит!

Ш у р а. Теперь все как на духу!

В и к а. Ну что ж, подружки, будем жить дальше?

Н и н а. Ой, девчонки, что я вам сейчас скажу. Вы меня только не ругайте! Ведь я вас разыграла… Хотела проверить. И себя тоже… Только не обижайтесь. В общем-то все глупо вышло.

М а ш а. Ну что там? Не тяни!

Н и н а. Вижу, что-то у нас в последнее время разладилось, вот я и… Одним словом, взяли мы первое место-то!.. Честное слово…

Все молчат, потом вдруг начинают хохотать.

М а ш а. Ну Нинка, ну чертовка! Убить тебя мало!

Ш у р а. А мы-то все, мы-то хороши… Ох, не могу!..

В и к а. Нет, с ней не соскучишься!

Н и н а. Значит, не сердитесь?

В и к а. Хорошо все, что хорошо кончается!

Ш у р а. Ох, не могу!..

Н и н а. А обед-то, девчонки, обед-то кончился! Надо в цех бежать!

В и к а. Я опять поесть не успела!

Ш у р а. И я что-то вдруг есть захотела!

Н и н а. Да, сейчас бы хоть корочку!

М а ш а (разворачивает сверток). Нате вот, у меня осталось. Кушайте на здоровье!..

Все расхватывают еду, с аппетитом жуют.

Домашнее-то вкуснее.

З а н а в е с.