Спящие красавицы

24. Ненасытна. Круглосуточно. Бесплатно

Мы так рады, что дело двух влюбленных наконец сдвинулось с мертвой точки и одинокие судьбы наконец соединятся! Но сколько еще разбитых сердец вокруг!

Возможно именно об этом думают Старшина и его закадычный друг Леха, наблюдая как по аллее везут коляску с Людмилой Сергеевной. За ней идут Ксения и Скелетон, а к группе прицепилась вездесущая Лиза, приглядываясь чего бы спереть.

Ксения вслух читает какую-то записку:

– «Романтичная привлекательная дама с изюминкой пригласит на чай под розовым абажуром…»

Старшина вздыхает над ухом Лехи:

– Песня… Бля, как по нотам, сука Ксюха…

Ксения возмущена:

– Мама, что за хрень? Кто составлял это объявление?

Переводчица обижена:

– Почему хрень?

– Кому нафиг нужен этот розовый абажур? Этот чай… Ты что, мужиков не знаешь, мама? Не знаешь, какие они?

Переводчица переводит и получает ответ:

– Забыла. Столько лет прошло.

– Двадцать два года прошло… – вздыхает Скелетон.

– Хорошо, мама! Я все возьму в свои руки! И абажур этот хренов… И чай…

– Это переводить? – теряется переводчица.

– Нет, только чай… И абажур без хрена.

– Что ты задумала? – спрашивает Скелетон.

Ксения звонит подруге:

– Крысятка, тут такая шняга с этим маразматиком Владом… – Потом жестко произносит. – «Ненасытна. Круглосуточно».

– И все? – удивлена переводчица.

– Да! – подхватывает Скелетон слова обожаемой внучки. – Именно ненасытна. Круглосуточно!

Навстречу им – электроколяска с Перепечкиным. Любаша достает из-за уха сигарету и прикуривает у Ксении, потом дарит цветы.

– Как всегда Иван Михайлович просит в 21.00 на чай для увлекательных бесед и стихов, – говорит Любаша..

Иннокентий ворчит:

– Господибожемой… Черт лысый… Черт!

Лиза вытаскивает фотографию мужской задницы и доверительно показывает Скелетону.

– Мне кажется этого мужчину я где-то уже видела… Я не могла ошибиться.

Скелетон вглядывается:

– Да, неплох…

Надевает очки:

– Совсем не плох, милочка… Вылитый Лановой…

Старшина отрывается от стрижки кустарника – его глаза свирепо вращаются. Пошел глюк! Ксения его допекла своей задницей!

– Ротабля, подъем! Ассильбеков, сучара!

Он сжимает кулаки и мчится вперед с воплями.

Видели бы вы Скелетон! Бабулька вмиг преображается и взлетает в воздух: «Киай!» Ее удар приходится в грудь Старшины.

Старшина падает, а новый удар Скелетона (полукруговой) приходится ему в челюсть.

Старшина сидит на траве, очухавшись.

– Крепко…

Скелетон склоняется над ним:

– Милый, давай знакомиться. Виктория Павловна.

Старшина смущенно протягивает руку, над ним склоняются Леха и Ксения.

Ксения набрасывается на бабушку:

– За что ты дворника ударила, баба, за что? Крысятка, я перезвоню. Этот Симон тоже чмо.

Лиза протягивает Старшине фотографию.

– Возьми за двести, сама брала за триста…

Старшина автоматически отсчитывает триста рублей. Лиза прячет и деньги, и фото в свой элегантный ридикюль.