Супруга для покойного графа

29. Поездка в лес

Мы с Алви шли по занесенному снегом лесу. Уже неделя, как ударили сильные морозы. И ровно неделя прошла с того дня, как Алви спас меня от мести своей обезумевшей родственницы.

В ту ночь, когда мы, поговорив и обессилев от взаимных ласк, лежали в постели, что-то стало стучаться в оконное стекло. Я хотела выглянуть в окно, чтобы посмотреть, кто в такую темень, когда даже звезд не было видно из-за тяжёлых туч, решил поступаться в наше окно. Я сразу вспомнила об Этери и Заре, бабушке и маме моего мужа.

Но Алви опередил меня, и сам выбрался из постели, чтобы приоткрыть одну створку окна. В нашу комнату вместе со снежинками, влетели древесные щепочки, длиною не больше моего мизинчика. Покружив немного в центре комнаты, они начали складываться в слово: "Алви". В конце выстроились целых три восклицательных знака. Потом щепочки перестроились в другое слово: "Помощь", и третьим было слово: "нужна", с вопросительным знаком в конце.

Алви взял из цветочного горшка ком земли и, размельчив его в руке, отправил в окно.

— Алви, это же твоя мама спрашивала? — После его кивка, я спрыгнула с кровати и начала одеваться.

— Алиса, лежи я уже ответил маме, что в помощи не нуждаюсь. — Возвращаясь ближе к кровать, сказал Алви.

— Значит Зара и Этери не прилетят? — Разочаровано опустилась я на кровать.

— Нет. — Кажется, даже удивляясь моей реакции, коротко ответил Алви.

А меня удивлял муж: как такой заботливый и бережный со мной, он мог быть жестоким с родной мамой?

— Почему ты сказал им не прилетать? Они же скучают! Наверно, почувствовали, что тебе плохо и захотели тебя проведать. А ты запретил им прилетать! Это неправильно.

Алви подошел ближе ко мне, присел на пол и, посмотрев на меня снизу вверх, проговорил:

— Но мне же лучше. А они прилетят сейчас, и под предлогом, что не улице усилился снег, останутся до утра.

— Ну и что? Пусть бы остались. Мы бы пообщались, лучше узнали друг друга. Я бы сейчас все отдала, чтобы ко мне прилетели мои мама и брат. А ты не ценишь то, что имеешь. Мама же не вечная! И бабушка твоя уже не молодая. А ты их даже в гости не зовешь.

— Алиса, — не с первого раза он смог до меня докричаться. — Им сейчас лучше меня не видеть. Они же меня литрами зелий накачивать начнут, и есть заставят... Мне надо подготовиться к их визиту, потолстеть, чтобы они вокруг меня хороводы не водили. Поверь, от их заботы и ты устала бы.

Я сейчас не могла его понять! Может быть, в тридцать четыре года человек и не так нуждается в маминой заботе, но месяцами не видеть родного человека — это несправедливо по отношению и к себе, и к ним!

Алви тоже сидел, задумчиво склонив голову к полу, наконец, он поднял на меня лицо, и зачесав пальцами волосы, упавшие ему на глаза, сказал.

— Алиса, мы можем сами навестить мою семью в лесу.

— Правда?

— Конечно. И я познакомлю тебя с отцом и дедом. Я давно не был дома… И они, конечно, своеобразные, жизнь с ведьмами не могла на них не сказаться.

— Они мне понравятся! — С верой в свои слова сказала я. На этом мы с Алви и решили, что, как только он немного вернет себе обычный вес, мы посетим его родных в лесу

И вот я откормила мужа за неделю! Мне это стоило немалых трудов. Я за каждым приемом пищи сама подкладывала ему в тарелку большие куски и следила, чтобы он не скинул их под стол, а он так поступал, стоило только мне отвлечься. И Кларк помогал ему в этом.

В общем, сейчас мы шли по лесу. Большую часть пути мы проделали в карете. В какой-то момент лес стал почти непроходимым. И Алви, отправив кучера с экипажем обратно в замок Хартман, продолжил путь с магической скоростью. Во время такого передвижения я находилась на руках мужа. Но вскоре перед нами открылся большой, очищенный от деревьев, участок леса. В центре там возвышались две избы, совершенно сказочного вида.

Они обе были в высоту, как двухэтажный дом, но при этом очень узкими и со множеством балкончиков, со ставнями на окнах, крылечком с фигурными перилами. Построенные из деревянного кругляка избы почти полностью заросли мхом и диким виноградом.

А между двух строений находился навес. Со столом и скамьями. Сейчас для посиделок в нем было не самое подходящее время, но кто-то там, всё-таки, сидел. Их было двое. Они посмотрели в нашу сторону и, медленно поднявшись со своих, уже нагретых мест, поспешили нам навстречу.

Двое мужчин, быстро приблизившись к нам, с ходу, распахнув объятия, налетели на Алви. Я даже восхитились тем, что он устоял на ногах от такого натиска.

Наобнимавшись, пошлепав Алви по щекам, похлопав его по плечам и спине и еще несколько раз встряхнув его, один из этих эмоциональных мужчин от души поприветствовал Алви:

— Скотина ты этакая! Явился, всё-таки!

— Пап, и я рад тебя видеть, — ответил Алви, покрасневший оттакого приёма.

А они были очень похожи: оба высокие, жилистые, даже черты лица и проседь в волосах — все у них было схожим. Только одеты они были совсем по-разному. На моём муже был черный утепленный дорогим мехом плащ. А на его отце была телогрейка, вывернутая мехом вовнутрь.

— Дай и мне на внука посмотреть, — с такими словами второй мужчина откинул мешавшего ему зятя с дороги. Потом с обеих сторон обхватил Алви за голову и совершенно бесцеремонно начал вертеть его в разные стороны:

— Э, внучок, что-то ты рано сдавать начал. У меня первый седой волос появился далеко за пятьдесят лет.

— Дед, ты порталы не открывал. — Улыбаясь, заметил Алви.

— И ты не открывай, бестолочь, если не умеешь! Глянь, какая у тебя супруга, такой красоте соответствовать нужно.

И внимание всех трёх мужчин переключилось на меня. Меня они хлопать, шлепать, ругать и бесцеремонно толкать не стали.

Наоборот, удивили своей галантностью, дед и отец Алви мне слегка поклонились и очень вежливо извинились за неубранные от снега подступы к их жилищу. Но дед под конец ещё и добавил:

— Ничего, сейчас часочек отдохнёте, отогреетесь, и мы мужа твоего вытащим лопатой махать. Засиделся в замке своем, наверно, на мягких пуфиках.

— Вот, видишь, отчего я сбежал? — Спросил у меня Алви, когда мы все вместе шли к одной из изб. Сказал достаточно громко, чтобы родственники его услышали. — Каждый день то снег убеги, то траву скоси, козу подои, зайца поймай, птиц петь научи...

Последнее задание мне особо понравилось.

Старшие мужчины тоже начали смеяться и так, шумной компанией, мы вошли в одну из изб. Первыми, нарушая правила этикета, в сени вошли хозяева. Они не пропустили вперёд меня и Алви.

— Этери!

— Зара! — Крикнули они своих жен. — Смотрите, кого мы в капкан поймали!

Две уже знакомые мне женщины вышли из разных комнат. И остановились в ожидании перед своими мужьями, за чьими спинами нас с Алви не было видно.

— Сами потрошите, что бы вы там не поймали! — Сказала Зара. — Я гарантирую только вкусно запечь дичь. — И я, расширив глаза, с небольшим опасением посмотрела на своего мужа.

Хорошо, хоть лесные обитатели решили шутку не затягивать. Дед и отец моего мужа одновременно расступились в стороны, открывая нас ведьмам.

— Ох! — В унисон выдохнули Этери и Зара. Алви, поймав меня за локоть, подтолкнул вперёд. И мне первой достались приветственные слова и гостеприимные объятия.

— Добро пожаловать, девочка! — Сказала Этери.

— Я так рада тебя видеть, дочка! — Уже целуя меня в щеки, проговорила и Зара.

А Алви достались совсем другие слова:

— Негодник бесстыжий!

— Паршивец с титулом!

— Граф лесной!

— Гриб беглый!

И если бы моего мужа ведьмы ругали не с нежными улыбками на лицах и не обнимали, целуя его по-матерински нежно, я бы за него обиделась.

После того, как Этери и Зара, наконец-то, высказались, они заметили поседевшие волосы Алви, и начался новый виток восклицаний и объятий, но сейчас моего мужа жалели:

— Сынок, бедненький.

— Ребенок…

— Кто посмел так тебя вывести?

— Если он еще жив, мы сами его накажем!

Я видела, что Алви стыдно передо мной за столь эмоциональный прием со стороны его семьи, и хотела на время скрыться из комнаты, пока Этери и Зара не выплеснут всю накопившуюся у них нежность.

Как будто прочитав мои мысли, отец Алви спросил, нравятся ли мне ягнята. И предложил провести для меня маленькую ознакомительную прогулку по их владениям.

Я и двое старших мужчин вышли из избы и прошли в одну из пристроек. Мне показали и ягнят, и овечек, и несушек, и участок для выращивания клубники.

Мы немного ещё походили, а потом мой свёкр сказал:

— Лиса, вы уже замерзли. Может, зайдём в дом?

— Нет, — я подумала, что Алви сам позовет меня в избу, когда разговор с ведьмами завершится. — А почему вы ругали Алви?

— Потому что он сбежал за веселой жизнью, — нахмурившись, ответили мне, — и ни разу за все эти годы не посетил свой родной дом.

Мне было неприятно, когда моего мужа обижали или недооценивали:

— Он же был занят. Не все аристократы бездельники. А Алви хорошо магичит с землёй, от него зависит все графство Хартман.

— Знаю. На арендаторов, крестьян, ему времени хватает. Он может сутки проводить в гостях у короля. Даже на участие в войне времени и сил не пожалел, а для семьи времени у него не находилось.

С их стороны все выглядело именно так. Но мне хотелось найти объяснение и оправдание тому, что Алви пренебрегал семьёй.

Пока меня водили по владениям лесных обитателей, родственники Алви предложили мне называть их отцом и дедом, и я не отказалась. Поэтому сейчас спросила:

— Отец, а может вы чем-то обидел сына? Не давали ему свободы? Ущемляли?

— Мы? — Возмутился дед. — Кто посмел бы обидеть Алви, когда у него две защитницы — ведьмы.

По их словам выходило, что Алви просто заскучал в лесу. Хотя никто его на месте не держал. Он мог гулять по всему лесу, посещать ярмарки, навещать знакомых молодок (упомянув последнее обстоятельство, передо мной извинились), и громко дополняя друг друга, подвели итог своих слов:

— Алви неблагодарный щенок!

— За шестнадцать лет он ни разу не пришел в родной дом!

— Этери и Зара сами его навещали, а он воспринимал их посещения как будто так и должно быть. А иногда и напоминал им, что они отрывают его от очень важных дел.

— А под конец потребовал, чтобы они заранее предупреждали, что навестят его.

— Аристократ же. Граф! У них все так, и предупреждением и извинением.

Дед и отец были обижены на Алви. Очень рады, что он сейчас был дома, но обида была сильнее. И я взяла на себя миссию миротворца. Рассказала, что Алви раньше часто проводил все время на пашне, на мельнице, возле обустраиваемых прудов…

— Слышали, слышали о подвигах сиятельного графа… И девки благородные его привечали, — пробурчал дед и, спохватившись, извинился передо мной. Но потом никто долго не мог нарушить неловкую тишину.

— Лиса, Алви весь в меня, — сказал отец, — он хорош собой. И женщин у него было немало. Раньше. Но сейчас он нашел тебя, свою предназначенную. Так что девки остались в прошлом. Но сбежал он, в свое время, от семьи к свободе.

Потом они оба снова напомнили мне, что я могу зайти домой погреться. И сейчас я решила не сидеть под продуваемым навесом и отправилась к дому.

Но я, все же, не хотела прерывать воспитательную беседу. А без нее Этери и Зара обойтись, по-моему, не могли. Поэтому я вошла в избу очень тихо и из сеней стала прислушиваться к тишине в основной комнате.

— Как вы могли узнать об иных мирах? — Услышала я голос Алви. — Они же нигде не упоминаются.

— Мы и не знали, — донёсся до меня и голос Этери.

— Мы просто скучали по тебе, Алви. И хотели, если не вернуть тебя домой, то хотя бы видеть тебя чаще. А тебя невозможно было даже в собственном замке застать.

— Поэтому мы с дочкой провели общую молитву. Мы попросили у Бога, чтобы он вернул тебя нам.

— Создал такие условия, чтоб ты вернулся.

— И что? — Я даже услышала, как перед тем как задать вопрос, Алви сглотнул.

— И сейчас, когда ты появился дома, мы поняли, что Бог нас услышал и ответил на наши мольбы. Ты сейчас дома. И привела тебя сюда жена, которую никто из людей или магов не смог бы перенести в этот мир. Она попала в этот мир, потому, что так пожелал Бог.

Я, кажется, только что подслушала тайну своего попадания в этот мир. Хотя откровение получалось слишком невероятным.

— Ба, как я Алисе скажу об этом? Она же до сих пор скучает о своей матери. — Почти неслышно спросил Алви. Я больше догадалась о смысле его вопроса по прозвучавшему ответу.

— Алви, ничего не говори жене. Зачем ей сердце бередить?

— А ее вещи…

— Мы можем их выкинуть. А можем и просто сказать, что мы наткнулись на них в лесу. Но, в действительности, мы с Зарой их очень долго искали. В ту ночь, когда тебе было плохо, мы расспросили твою жену о примерном месте, где ее подобрали селянки. И мы не одну неделю провели, разыскивая личные вещи Лисы.

У меня уже не было сил подслушивать этот разговор, и ещё мне было интересно, о каких моих вещах сейчас идёт речь. Поэтому я вошла в комнату, где за столом сидели три человека, и смело направилась к ним. Алви при моем приближении встал. А я смотрела на середину столешницы, где лежали мои ссохшиеся и обесцветившиеся туфли и сумочка.

Когда-то я их откинула, как что-то неважное, ведь из-за этих вещей я не могла догнать телегу с Лэлой и ее бабушкой. Я взяла потерявшую вид сумочку в руки и, открыв, посмотрела внутрь. Мой смартфон, уже без зарядки. Паспорт, но даже лица своего я не могла в нем рассмотреть. Как-никак, паспорт принято хранить в сухом чистом месте, а не в лесу под дождями. Моя банковская карта, хорошо хоть баланс на ней был почти нулевым. Кошельками я никогда не любила пользоваться, деньги, все-таки, проще хранить в кармашке сумки. Там я и нашла мелочь и пару потерявших вид купюр.

А сейчас я пожалела, что игнорировала такой аксессуар. Там же карманчик для фотографий. Может, у меня осталось бы хоть какое-то изображение моих родных, а здесь я бы уже художнику заказала по этим фоткам настоящие портреты. И очень жаль, что у меня не было привычки возить с собой косметичку, тушь и блеск для губ должны были лучше сохраниться, чем все остальное в сумке. Но особенно меня удивило колечко. Оно, уже совсем ржавое, тоже лежал на столе, а ведь оно пропала далеко от остальных вещей. Как его, такого маленького, ведьмы умудрились найти?

Осмотрев свои вещи, я села на скамью.

— А, — посмотрела я на ведьм, — вы могли бы снова помолиться Богу и...

— Нет! — Резко оборвала меня Этери. — Мы молимся всегда, но вернуть тебя в твой мир уже не возможно.

— Мы не в силах Господа сомневаемся. — Тише и очень серьезно уточнила Этери. — Но ты предназначенная для Алви, как ты оставишь его одного?

— Нет, я не это хотела спросить. — И обернувшись к мужу, добавила. — Алви, я хотела, чтобы они помолились о спокойствии для моей семьи. Может же мама увидеть сон, что со мной все хорошо или ей нагадают это? Ну, мама же переживает.

Я говорила, смотря прямо в серьезные глаза Алви. И только поэтому от неожиданности одновременно с ним вздрогнула, когда Зара, отвесила ему подзатыльник со словами:

— Вот! Поэтому я и мечтала о девочке. Это мальчики бессердечные создания, а дочки о родителях своих всегда помнят.

По-моему, за всю свою жизнь в графстве Алви так не наказывали. Я, вообще, не представляла, как можно бить сына, которому далеко за тридцать лет. Но реакция Алви была бесценной: он перехватил ладонь своей матери и, прижав ее к своей щеке, проговорил:

— Мама, я же извинился.

— Я-то тебя простила, а вот отец твой… — Нежно погладив сына по щеке, проговорила Зара.

— …и дед никогда не простят. — Поставила жирную точку Этери.

— Я поговорю с ними, они поймут, что в лесу бы я жену не нашел. — С верой в свои слова сказал Алви.

Мы остались в лесу на всю зиму. И заслужить прощение родни у Алви времени было более чем достаточно. И мне жить в уютной избе без прислуги понравилось намного больше. Ходить здесь можно было не в тяжёлых платьях, а в теплых штанах и тунике. А самое главное, мы пропустили торжественную свадьбу принца Максимилиана с принцессой Авалоной, которая прошла в назначенный магами срок. А вернувшись домой, я вместе с Алви объезжала наши земли, где он контролировал посевные работы и с помощью своей магии мог гарантировать людям богатый урожай.