Ван-Ван из Чайны 5

Глава 17

Тридцать вторые Олимпийские игры в Токио из-за пандемии перенесли с лета 2020 года на 2021-й. Долбаный Ковид подгатил спорту так, как никто не гадил больше полувека — со времен Второй Мировой таких больших последствий не было. К счастью, только по одному этому параметру два события сравнивать и можно.

Точнее, подгадил даже не сам Ковид, а акутальные функционеры от спорта, которых глобалистские элиты держат даже не за яйца — этим ссыкунам они один черт не нужны — а за самое дорогое: кошелек. Держат и через это превращают спорт в рычаг политического давления на непослушные гегемону страны. Долго я на эту тему молчал, но год назад не выдержал и в большом интервью рассказал все, что думаю. По голове от куратора огреб страшно — эфир-то прямой был, не вырежешь ничего — но ничего, это ж мое персональное мнение, которое все выслушали и забили. Был бы русским, словил бы «бан» на всех турнирах отсюда и до конца моих дней, но Китай так-то уже почти первая экономика мира, и взносы в спортивные организации платит исполинские — как положенные, государственные, так и частные, в виде рекламных контрактов и закупки прав на трансляции. Лицемерный он, мир.

Последний раз мы с Яном встречались на корте всего месяц назад. На корте электронном, в теннисном симуляторе для «Плейстешен 5». В него мы от вызванной локдауном скуки играли не меньше двух раз в неделю, подрубая трансляцию в Интернет. Народу нравится, не меньше трех миллионов «онлайна» каждый раз набираем. Ну а теперь вот встретились на корте уже во плоти — мое положение «мастодонта» позволяет не участвовать в Олимпиаде, а вот Яну придется проявить себя в мужском одиночном разряде.

Если бы передо мной по-прежнему стояла необходимость (ладно, не необходимость, а хотелка) заиметь Золотой шлем, я бы с радостью поучаствовал, но таковой у меня уже есть, за Олимпиаду 2016 года в Бразилии. Всё, большего мне в теннисе не светит, остается только удерживать винстрик как можно дольше.

«Падаван» подал, я отбил в правый угол корта, Ян сделал пару прыжков и отбил крученым. Мне пришлось сместиться ближе к сетке, и, отбив, я решил отсюда не уходить. Выходы соперников к сетке Яну тяжело даются, поэтому на тренировках я регулярно делаю акцент на этом. Собственно под видом тренера я сюда и приехал, потому что «просто потусить» на Олимпиаду из-за локдауна не пустили бы даже меня.

Тоскливое зрелище — не упущенный Яном мяч, а лишенная зрителей Олимпиада. Атмосфера никакущая, совсем не тот спортивный праздник, которого я с нетерпением жду четыре года вместе с миллиардами людей по всему миру. Вдвойне грустно от того, что за этой Олимпиадой случится чудовищный по размаху «оскотинивания» шабаш в Париже. И он случится — одного меня все-таки слишком мало, чтобы настолько изменить мир в лучшую сторону.

Тем не менее, кое-чего я добился. Самое важное — Поднебесная и Россия прошлым летом почти одновременно зарегистрировали вакцины от Ковида и тут же, наладив колоссальные производственные мощности, принялись вакцинировать народ, уже к ноябрю закончив это дело и отменив львиную долю «локдутанутых» ограничений. Китаю, как ни странно, было проще — количество людей здесь оказалось менее важно, чем подверженность западной пропаганде и банальной конспирологии. Множество россиян как могли уклонялись от «чипирования», но с ним все равно справились.

У нас недоверия к решениям власти тоже выше крыши, но и дисциплина совсем иного уровня. К тому же очень велика мощь лидеров общественного мнения и знаменитостей. Один «чипировавшийся» в числе первых я привел в пункты вакцинации сотни миллионов своих фанатов, а поставивших укольчик под камерой «селеб» Партия привлекла очень много.

Из стран западных ограничения самой первой ожидаемо сняла хитрожопая Британия — эти всегда самыми первыми громче всех бьют себя кулаком грудь во время начала заварушки, и самыми первыми же пытаются поскорее затихнуть и «слиться». Одно из основных орудий глобалистов, Всемирная организация здравоохранения, очень недовольно Россией и Китаем, чмырит наши вакцины через все возможные источники, но почему-то совсем ничего не предъявляет Британии.

Но сейчас это все не важно — в Японии «локдаун» столь же силен, как и в начале, поэтому Олимпиада проводится в максимально параноидальном режиме. Все мы тут, от супер звездного меня и до скромного уборщика каждое утро плюем в баночку, сдавая тест на Ковид, и «чипированность» нашей делегации никакой роли не играет. Русским еще сложнее — они не только в баночку плевать вынуждены, но и выступать в унизительном, «нейтральном» статусе. Лично бы шишек из Олимпийского комитета придушил — такой прекрасный праздник губят, твари!

— Учитель, давай поиграем возле сетки, постепенно наращивая скорость? — с поклоном спросил Ян.

— Конечно, — одобрил я.

На автоматизме орудуя ракеткой, я занялся восстановлением душевного покоя, думая о семье. Весь локдаун Миша занимался с репетиторами, сейчас, для социализации, ходит на элитные подготовительные курсы к школе, и в будущем году в самой школе учиться станет отлично с самого первого дня. Цель — сдать ГаоКао не хуже своего отца, и ради нее малышу придется впахивать ближайшие двенадцать лет. Старайся, сын — тебе хотя бы не впахивать в поле.

В школе Миша точно будет популярен. На половину головы выше сверстников, с унаследовавшими лучшие мои и Катины чертами лица и густой гривой темно-русых волос мальчик отличается совершенно моим, оптимистичным, конструктивно-непоседливым и дружелюбным характером. Сидеть на шее, несмотря на вышеперечисленное, не позволит — и это уже не от меня, а лучше меня.

Краем глаза зацепив скамью у корта, я скривился и упустил уже прилично разогнавшийся к этому времени мячик. Для тренировочного матча это нормально, и Ян привык, поэтому прыгать от радости, как в самом начале, не стал, вместо этого приготовившись отбивать мою подачу.

Получив мяч от помощника, я подал и смиренно принялся обдумывать увиденное — отпихиваться будет дольше, чем переварить и выбросить. Тренер Ло нынче очень богатый пенсионер.

— «Я научил тебя всему, что знаю!» — будучи в своем репертуаре, важно говорил он на прощание. — «Ты доказал, что по праву можешь считаться моим любимым учеником. Я очень благодарен тебе за все, но здесь наши пути расходятся».

Ныне они с Джейн живут в Пекине, и у них в прошлом году, видимо из-за вынужденного сидения дома из-за локдауна, родился первый «щеночек». Старина Ло Канг наследника и жену любит безмерно, а прощались мы с ним в день увольнения чисто как тренер с подопечным. Теперь мы просто хорошие друзья и даже — через Джейн — родственники. Маленький Лео (Лэюй для Китая) родился в срок и отличается унаследованными от мамы голубыми глазами и «смешанными», цвета золотистой соломы, волосами. Быть ему в свое время красавчиком и мечтой всех знакомых девчонок, ну а от шовинизма со стороны пацанов защитит элитный статус — настолько «золотая» молодежь школьной травлей не занимается.

Теперь у меня вместо одного бесполезного и высокооплачиваемого моими призовыми и премиями из государственного бюджета нахлебника аж трое.

Первый — тренер Гао. Самый старый, ему семьдесят два года. Один из пионеров китайского тенниса, вложивший огромный вклад в систему нанесения психологических травм… Ой, то есть в систему подготовки юных теннисистов. Суровый, высокий, подтянутый дед с крашенными в черный волосами. Обширная библиография, включая десяток учебников в наличии.

— «Тебе следует уделять больше внимания ударам с закрытой стойкой и низким замахом».

Прости, старикан, но так уже никто не играет давным-давно.

Второй — тренер Чэнь, «молодой (на самом деле ему сорок) и перспективный тренер с докторской степенью по спортивной аналитике. Место около меня заслужил умелым оперированием такими внушительными словами как 'big data», «статистические выборки», «массив данных», «процент вероятности» и прочего. На ставках наваривает внушительные суммы, поэтому в его квалификации как аналитика я не сомневаюсь. Ставит, кстати, не на теннис, а на все кроме него — типа профессиональная этика.

— «Статистика показывает, что в третьем удачном гейме при счете 30:15 твой соперник…».

Мой заоблачный «спортивный интеллект» позволили и без этого «выучить» всех соперников, но пару раз подсказки Чэня пригодились.

Третий, точнее третья — тренер Ли, пятидесятитрехлетняя доктор психологии. Официальный спортивный психолог Ассоциации с много десятилетним опытом и просто седенькая маленькая старушка, которая очень забавно смотрится в спортивном костюме. К ней я отношусь лучше всего — тренер Ли благодаря компетенции сразу же меня «прочитала» и стала изображать смесь бабушек Жуй и Кинглинг, от первой взяв привычку подкармливать меня всяким вкусным, а от второй — любовь к напоминаниям об очевидных вещах, типа надеть шапку.

Никто из тройки особо меня не трогает, ограничиваясь необходимым для ощущения своей полезности минимумом и тем более не грузят длинными разборами игр и изучением тактических схем. Знают, что больше всего на свете я люблю свою семью, и каждую свободную минутку стараюсь хотя бы по видеосвязи с Катюшкой и Мишкой поговорить.

«Отработав» тренеров, мозг на секунду переключился на игру, и я круто срезал сильно разогнавшийся к этому моменту мяч. Потеряв скорость, снаряд упал на корт в паре сантиметров от сетки со стороны Яна, вяло подскочил и ударился о корт снова.

Отбив подачу «падавана», я мыслями вернулся к семье. Каждый раз, когда я звоню Кате, в кадре и динамиках появляется наша двухгодовалая доченька Лин. Русский вариант — Лина. Милейший большеокий, кареглазый и кудряво-русоволосый человечек. Папина радость. При всей любви к сыну, доченьку я буду баловать сильнее — хотя бы потому, что Мишу благодаря локдауну я лично воспитывал два непрерывных года, а с Лин так не получится из-за командировок.

У девочки сейчас так называемый «речевой взрыв» — освоив несколько сотен слов на русском и китайском языках, дочка изо всех сил старается применять их все. Получается просто супер умилительно, а когда Линка своими ручками крепко обнимает меня за шею в момент моего возвращения к семье, на глаза каждый раз наворачиваются слезы радости.

— Папина болтушка, — тихонько прошептал я вслух и отбил мячик, добавив ему скорости.

А Катюшка снова беременна. Повезло мне с супругой — она, как и я, всегда мечтала о большой семье. Повезло и чисто так сказать физиологически, ее организм быстро восстанавливается. Лин супруга вынашивала в специальном элитном центре для беременных женщин. Не больница, а довольно большое учреждение на окраине красивого, тихого леса с бассейнами, тренажерными залами, персональными диетами, возможностью прогулок по лесу и небольшому уютному парку на территории, обильным высокопрофессиональным персоналом и «апартаментным» форматом проживания, который позволяет гостить мужу и страшим детям.

Боялись мы во время второй беременности жутко, а я даже пропустил парочку турниров на поздней стадии беременности, чтобы иметь возможность непрерывно быть рядом с супругой, ведя успокаивающе-веселые разговоры и гладить животик. Хвала Небу, родилась Лин в положенный срок, но при помощи Кесарева сечения — шрам на любимом животе супруги обновился, но это очень маленькая цена за отсутствие риска при родах: маленькая у меня Катюшка, а Лин еще в маме выросла приличных размеров. В общем, за третью беременность мы спокойны — у Кати даже токсикоза нет, и чувствует она себя великолепно.

— Как твоя магистерская работа? — добавил я к следующей подаче вопрос.

— Ее пишет очень умный наемный работник, учитель! — сознался в мошенничестве Ян.

— Хорошо, — не смутился я.

Перестрелка мячиками разговору не помеха.

— Скорее бы уже закончить университет как ты, учитель!

Диплом бакалавра в моем кармане, так же как и корочка магистра. Теперь кандидатскую «защитить» нужно. Стоит ли говорить о том, что все это мне в карман упало и упадет без малейших экзаменов и зубрежки? Яну такого удовольствия не светит, он победитель меньшего ранга, поэтому ему приходится проходить через имитацию экзаменов и защит. Проходит со свистом и успешно, лишь бы тело свое бренное на комиссию притащил — такие вот у топ-спортсменов привилегии.

Катюшка тоже магистратуру уже закончила, но в аспирантуру не пошла — не за чем. Она бы и в магистратуру не пошла, но здесь сыграли роль тесть с тещей — в их, Советских еще глазах, бакалавриат является не полноценным высшим образованием, а его обрубком.

Преподы и начальство Цинхуашные мне уже вовсю однозначные намеки делают, мол, было бы неплохо Мишу и Линку к ним учиться в свое время отправить, будет в Цинхуа еще одна славная династия. Я-то не против, ВУЗ-то отличный, но решать это будут сам дети в свое время. Мишу, например, я в детсадовском еще возрасте попытался на теннис большой записать, но после первого же занятия получил в лицо сокрушительный в своей детской непосредственности вопрос:

— Папа, как ты от такой скуки еще не помер?

Это — конец! Теннис — он или сразу нравится, или не понравится уже никогда! Мой родной сын, мой первенец, мой наследник считает дело всей моей жизни скучным! Это удар почище отмены всех турниров из-за локдауна! Будь я менее прошаренным за педагогику, я бы уподобился Ван Дэи, и подобно тому, как он убеждал меня в том, что в деревне тоже можно отлично жить, попытался бы промыть сыну мозги тем, насколько теннис интересная и сложная игра, но… Но ставить детей на проторенные своими ногами тропы нужно очень аккуратно, отделяя желания самого ребенка от самолично ему навязанных, и обязательно поддерживая в случае, если ребенок захочет проторить тропу собственную. Ребенка на что угодно подбить можно, и поначалу он даже подвоха не ощутит, но однажды неизбежно осознает, что все это время жил не свою жизнь. Ох и чревато такое — начнет юная личность свои границы через потребление нехорошего и прочую деградацию отстаивать, нафиг такое надо?

Не стал я короче Мишу убеждать в том, что ему нафиг не надо, вместо этого открыв кошелек и выдав мальчику карт-бланш на любую созидательную движуху. За прошедшее время он попробовал все виды спорта включая боевые искусства, посетил два десятка разнопрофильных кружков от робототехники до флористики, и остановился на естественных науках для малышей. Дома у нас теперь куча игрушек для проведения опытов, и мы с Катей с удовольствием Мише ассистируем. Супруга-биолог смотрит на меня с превосходством, типа сыночек весь в нее, но это она зря — биологию Миша любит не сильно, ему больше спайка из физики с химией нравится. Впрочем, это все равно сильно ближе к увлечениям супруги, а не к моим. Попробую Линку на корт сводить как подрастет — может отзеркалило увлечения просто?

А вот сын Яна на падл-теннис для малышей ходит и выглядит этим довольным. Сын Ли и Бинси так и вовсе уже тик-ток канал завел, и умудряется монтировать свои нехитрые видосики, тыкая маленькими пальчиками будущего первоклашки во встроенный в приложение видеоредактор. Почему у этих сыновья однозначно «в папу», а у меня все не как у людей? Нечестно!

Впрочем, я даже рад — жизнь спортсмена штука отличная, но только тогда, когда стабильно побеждаешь. Смог ли бы Миша достичь хотя бы уровня Яна — это большой вопрос, узнать ответ на который мы сможем только тогда, когда стезю уже будет поздно менять. Пусть в науки малыш идет, там успеха достичь внезапно легче — даже если интеллект не позволяет хватать с неба звезды, на чистом усердии и академической работе можно подняться до уровня профессора с отличной зарплатой и немалым социальным статусом. Удачи тебе, сынок!