Вернуть жену. Жизнь после любви

18

Почему по прошествии стольких лет я по-прежнему реагирую на взгляд Сабирова, даже после всех несправедливостей и полученных от него ударов?

Он сидит перед Алей на корточках и смотрит на меня снизу вверх, ждёт разрешения извиниться перед моей дочерью и объяснить, в чём состоит его ошибка.

А ошибок он допустил много, начиная с прошлого.

Раньше мне хотелось верить, что однажды он горько пожалеет о своём поступке и будет считать это самой страшной ошибкой в своей жизни. Однако с тех пор мои чувства изменились. Теперь мне всё равно. Или, по крайней мере, я хочу, чтобы мне было всё равно.

Никак не реагирую на молчаливый вопрос Ярослава и поворачиваюсь к дочке.

— Аля, солнышко моё, произошла ошибка. Эта корона принадлежит семье Тимы, поэтому нам придется её вернуть. Но ты не волнуйся, мы с тобой сейчас поедем в специальный магазин для принцесс и купим тебе не только корону, но и весь наряд.

Внутри меня бурлит негодование. Хочется схватить Ярослава за плечи, изо всех сил тряхнуть и накричать на него, чтобы понял, что каждое его появление в моей жизни — это ошибка и что он приносит только проблемы. Но я упорно на него не смотрю, хотя чувствую на себе его взгляд. Держу себя в руках ради дочки.

Аля на удивление разумный ребёнок и почти не капризничает. Если не давить на неё, а объяснить все необходимые факты, а потом позволить ей самой прийти к выводу и сделать выбор, то она сама всё правильно решит.

Воспитатель и заведующая наблюдают за нами, перешёптываются. Они поражены тем, что Ярослав так быстро приехал, причём сам. Мог бы отправить кого-то вместо себя или вовсе найти способ уговорить заведующую спрятать драгоценность в шкафу. Но нет, он примчался на всех парах, а теперь опустился перед маленьким ребёнком на корточки и извиняется.

Им это кажется невероятным, а мне этого недостаточно. Это уже второй раз, когда Ярослав Сабиров расстраивает мою дочь. Я этого не забуду.

Аля смотрит на меня и говорит тихим, грустным голосом.

— Эта корона очень красивая… Она мне нравится…

Она отворачивается, её губы подёргиваются, как бывает, когда она старается не заплакать.

Ярослав выглядит так, словно ему только что дали пощёчину. Его взгляд виноватый, растерянный. Кажется, что ему больно.

Интересно, а когда он бросил меня, разбил моё сердце и растоптал душу, он тоже выглядел таким виноватым и беспомощным?

— Аля… — его голос срывается, становится почти шёпотом. — Я не хотел тебя расстроить. Прости. Тима хотел подарить тебе подарок, но нам следовало сначала спросить разрешения у воспитателей и у твоей мамы.

Моя дочь молчит. Стоит, гордая, стиснув губы, упрямо не плачет. Ей обидно и больно, но она этого не покажет. В молчании моей малышки больше силы, чем во всех извинениях Ярослава.

— Ты очень гордая малышка, да? — спрашивает Сабиров.

Аля не отвечает, только смотрит на меня с выражением лица, ясно говорящим: «Этот дядя — дурак». Я киваю.

Вздохнув, Аля протягивает ему корону.

— Спасибо, но мама мне купит новую. И платье тоже. И сумочку? — смотрит на меня.

— Обязательно, — подтверждаю с лёгкостью. Кутить так кутить! За то, как Аля ведёт себя в этой ситуации, ей причитается целая куча подарков.

— Дело в том, что я хотел перед тобой извиниться, — продолжает Ярослав. — Помнишь, я сказал, что ваши игры тупые? Я был не прав. Наоборот, ты очень креативная… Я имею в виду, что у тебя хорошая фантазия.

— Я знаю слово «креативная». — Аля закатывает глаза, и у Ярослава вырывается смешок.

— Я повёл себя грубо, поэтому хотел извиниться, и Тима предложил подарить тебе подарок. А в результате я допустил ошибку. Ты примешь мои извинения?

Аля неуверенно поводит плечом. Задирает подбородок и смотрит мимо Сабирова.

С трудом подавляю улыбку. Я обожаю мою дочь и бесконечно горжусь её смышлёностью и характером. Особенно сейчас.

Во взгляде Ярослава тоже заметно уважение к моей маленькой гордой принцессе.

— Что я могу сделать, чтобы ты меня простила? — терпеливо спрашивает он.

Аля отзывается в ту же секунду, как будто ждала этого вопроса.

— Три раза прокукарекай и подпрыгни, как петух.

Ярослав несколько раз моргает, как будто это может помочь ему понять услышанное и переварить информацию. Он открывает рот, явно готовясь торговаться с моей дочкой и предлагать ей взамен все богатства мира. Однако потом, передумав, он кивает и поднимается на ноги.

Под ошарашенным взглядом воспитателя и заведующей и под критическим взглядом моей дочери Ярослав Сабиров, глава одной из крупнейших нефтяных компаний, известный своим суровым и непримиримым характером, прыгает по комнате, маша руками как крыльями и громко кукарекая.

В принципе, мне и не надо больше ему мстить за то, что он обидел Алю. Моя дочь сама справилась с Ярославом Сабировым, причём намного лучше, чем могла бы это сделать я.