Возвращение ронина

ГЛАВА 19

Колесо кармы

Вертится и возвращается к тебе.

Прошлое — в настоящем.

Кадзэ, Кику и Лягуха собрались вокруг, пока Курогава сметал песок с участка пола рядом со своей кузней. Он обнажил каменный пол, выложенный плоскими камнями неправильной формы. Когда место было расчищено, Курогава наклонился и поддел маленький камень.

— Это задвижка, — объяснил он.

Затем Курогава нажал на край большой плиты. Плита повернулась на невидимой петле посередине, открывая небольшой, выложенный камнем тоннель.

— Этот тоннель выведет вас к южной стене замка, прямо над рвом, — сказал Курогава. — Пожалуйста, будьте осторожны, выходя из тоннеля. Вы найдете плоский камень, закрывающий выход. Осторожно снимите его, и последний, кто будет выходить, должен положить его на место. Было потрачено много усилий, чтобы спроектировать выход так, чтобы его не было видно снаружи, и мы хотим сохранить его существование в тайне. В некоторых местах тоннель низкий, так что будьте осторожны. Когда выйдете наружу, вам придется переплыть ров, чтобы добраться до города. Плыть прямо от тоннеля к берегу рва — это не только кратчайшее расстояние, но и маршрут, с которого вас не видно ни с одного из сторожевых постов. Мы несколько раз использовали этот тоннель. Это безопасный путь из замка.

— Ты умеешь плавать? — спросил Кадзэ Кику.

— Нет, Кадзэ-сан, я никогда не училась.

— Ты умеешь плавать, Лягуха?

— Конечно.

— Хорошо. Лягуха, ты идешь первым, а мы с Кику за тобой. Кику, ты держись за мою шею и оставайся у меня на спине в воде. Если будешь крепко держаться, будешь в безопасности. Лягуха, мы встретимся у берега рва, так что не уходи бродить, пока мы не доберемся. Мне может понадобиться несколько минут, чтобы вернуть каменную дверь на место, чтобы ее не было видно. Вы поняли?

Лягуха кивнул в знак согласия.

— Ладно. Идем! — сказал Кадзэ. Он повернулся к Курогаве и глубоко поклонился. Кику, а после минутного колебания и Лягуха, тоже поклонились. — Благодарю вас. И, пожалуйста, передайте вашему истинному господину, что я благодарен за его внимание и помощь. Я подумаю о том, что вы мне сказали.

— Передам.

Кадзэ кивнул Лягухе, который передал ему свою трость-меч и прыгнул в тоннель. Когда Курогава вручил Лягухе трость-меч, тот был в восторге и нетерпении. Он хотел было вытащить клинок и помахать им, но Кадзэ остановил его.

— Я перенесу твой меч через ров, — сказал Кадзэ разочарованному Лягухе. — Я не доверяю его тебе, пока ты не докажешь, что можешь сдерживать себя и не обращаться с ним как с игрушкой. Кроме того, я думаю, что смогу сохранить оружие сухим.

Лягуха был разочарован, но знал, что спорить не стоит. Он кивнул в знак согласия и исчез в темноте тоннеля.

— Подождите! Я принес свечи! — сказал Курогава.

Кадзэ с недоверием покачал головой, глядя на поспешные действия Лягухи.

— Лягуха никогда не дожидается, когда все будет сделано как положено. Он либо расшибет себе лоб о стену, либо доберется до конца тоннеля. Не знаю, что сейчас предпочтительнее.

Курогава достал из рукава свечу и зажег ее от лампы, стоявшей рядом с кузней. Он протянул ее Кадзэ, который кивнул в знак благодарности. Кадзэ прыгнул в тоннель и протянул руку, чтобы помочь Кику спуститься. Курогава передал им трости-мечи Лягухи и Кику.

— Домо, спасибо, — сказал Кадзэ. — Надеюсь, мы еще встретимся.

Курогава кивнул и закрыл люк.

Используя слабый свет свечи, чтобы освещать путь, он начал продвигаться по узкому проходу. Тоннель был прямым, но Кадзэ приходилось слегка наклоняться. Поначалу он слышал, как впереди карабкается Лягуха. Свет свечи был слишком слаб, чтобы видеть далеко, поэтому он не видел мальчика, но двигался вперед размеренным шагом. Вскоре шум, производимый мальчишкой, затих вдали, и Кадзэ понятия не имел, как далеко тот ушел. «Он в темноте как дома, словно маленький крот, — подумал Кадзэ. — Должно быть, он ориентируется по стенам тоннеля».

Наконец Кадзэ увидел впереди бледное серое пятно и понял, что приближается к выходу из тоннеля. Это была ночная мгла. Все это время Кику шла следом, не отставая и храня молчание.

Выход из тоннеля был гораздо уже, чем сам проход, и Кадзэ пришлось выползать на покатую внешнюю стену замка. Выбравшись наружу, он вдохнул холодный свежий воздух. Луны на небе не было, но звездный свет был достаточно ярок, чтобы разглядеть окрестности. Он не увидел Лягухи в воде и предположил, что тот уже перебрался через ров.

Кадзэ заметил тонкую плиту, закрывавшую вход в тоннель; она лежала на выступе, слегка выдававшемся из стены. Он был благодарен Лягухе за то, что тот сумел снять плиту и отложить ее в сторону, в нишу, очевидно, для этого и предназначенную.

Кику выбралась из тоннеля и соскользнула по покатой стене к воде, чтобы не мешать Кадзэ. Он дотянулся до плиты, поднял ее и осторожно вернул на место. Было еще темно, но по тому, как хитро камень встал на место, Кадзэ был уверен, что даже при дневном свете тоннель невозможно было бы обнаружить, даже с близкого расстояния.

Кадзэ осторожно съехал по стене замка до самой кромки воды. Он махнул Кику, та соскользнула к нему и обвила руками его шею. Кадзэ взял свой меч и две трости-меча и поднял их в одной руке. Затем они вместе соскользнули в воду.

Ров был холодным, но спокойным. Ветра не было, а вода была чистой, без мусора и плавучих растений. С Кику на спине Кадзэ, работая одной рукой, плавно поплыл через ров к городу. Кику была легкой, так что он без труда плыл, гребя одной рукой и ногами. Ему также не составило труда держать другую руку над водой, сохраняя меч и трости сухими.

Несмотря на то, что он плыл одной рукой, Кадзэ быстро пересек ров и вскоре достиг другого берега. Он остановился, положил мечи на землю и помог Кику уцепиться за край рва. Он выбрался из воды и повернулся, чтобы помочь девочке. Она уже сама вылезла на берег.

Они стояли на расчищенной полосе земли перед тем, как начинались лавки и дома Осаки. Кадзэ ожидал, что Лягуха будет прятаться где-то здесь, на открытом пространстве между городом и рвом. Поразмыслив, однако, он понял, что мальчику было бы разумнее спрятаться у зданий, а не оставаться на виду. Кадзэ подобрал мечи, засунул свой за пояс и направился к ближайшему зданию. Кику следовала за ним. Он дошел до дома и в слабом свете звезд огляделся в поисках Лягухи. Он не увидел его, и досада от отсутствия мальчика смешивалась с беспокойством о том, куда тот исчез. Вскоре он это выяснил.

Из-за угла здания вышли две фигуры. Один был взрослый, он держал извивающегося ребенка. Рука взрослого обвивала шею мальчика. В тусклом свете Кадзэ не мог разглядеть всех деталей, но ему показалось, что в другой руке взрослый держит кинжал, приставленный к горлу ребенка.

— А, это ронин, — произнес темный силуэт. — Когда я увидел этого наглеца, плывущего во рву, я подумал, что ты можешь быть где-то рядом. Мои товарищи будут в восторге, что наше терпеливое наблюдение за периметром замка принесло такую прекрасную награду.

Кадзэ передал трости-мечи Кику и сжал рукоять своей катаны.

— У вас передо мной преимущество. Вы, очевидно, знаете меня, но в этой темноте я не могу разглядеть, кто вы.

— Мы никогда не были официально представлены, но тебе и не нужно. Мы видели друг друга по дороге в Осаку, когда тот самурай заставил своих людей сражаться за тебя. Я — самурай из клана Окубо. Ты — мой заклятый враг.

Кадзэ напрягся, готовый броситься на незнакомца, одновременно выхватывая меч. У него будет один шанс на атаку — плавно убить врага, не причинив вреда Лягухе.

Незнакомец отступил назад, прижимая то, что Кадзэ теперь распознал как нож, к шее Лягухи. Мальчик вскрикнул, и Кадзэ предположил, что острие ножа вонзилось ему в плоть. Кадзэ подумал, что шаг назад был вызван желанием более явно угрожать Лягухе. Он сомневался, что человек заметил, как он сжался в пружину для внезапного броска. К несчастью, это движение увеличило расстояние между ними, и Кадзэ понял, что его атака теперь не сработает. Лягухе перережут горло за то время, что потребуется, чтобы преодолеть разрыв.

— Лягуха — идиот, Кадзэ-сан. Давай просто уйдем. Он сам разберется с этим самураем.

Голос Кику был тихим, но слова — твердыми. Кадзэ знал, что она права. Лягуха сам к ним привязался. Они с Кику не звали его с собой. Они ему ничего не были должны.

— Не двигаться, — сказал человек. — Скоро здесь будут мои товарищи, и если вы будете сотрудничать, дети могут идти. Несмотря на дерзость этого, — человек снова ткнул Лягуху в шею, заставив мальчика вскрикнуть и заерзать, — у нас к ним нет дела.

— Идем, Кадзэ-сан, — сказала Кику.

Человек сильнее сжал руку на шее Лягухи, и мальчик заплакал. Кадзэ размышлял, что ему делать дальше.