Вперед в СССР! Том 3

Глава 26

Последняя фраза заставила меня насторожиться.

— Простите, Георгий Антонович, можете повторить? Не уверен, что правильно расслышал. И понял.

— Во сне, Влад, — твёрдо повторил портальщик. — Понимаю, что звучит странно, но я совершенно уверен, что мне это не привиделось, — голос его слегка дрожал, мужик, как минимум, искренне верил в то, что говорил. — Скажи, Влад, это вообще возможно?

Я задумался. По идее, примерно так вселение и должно происходить: через тонкие миры между пространствами. И во сне человек наиболее уязвим, ведь он себя не контролирует. Так что отцу Кристины ещё повезло, что произошла лишь попытка. Кстати, почему эмиссар потерпел неудачу? Может, вселение происходит не сразу, и человеку поначалу просто кажется, что он видит кошмары? Наверняка некоторые он даже не запоминает. Очень интересно. Мне ведь до сих пор не доводилось опрашивать тех, в кого попадали эмиссары. По понятной причине: я сталкивался с ними, когда уже наступало время сражаться.

— Георгий Антонович, нам нужно пообщаться не по телефону, — сказал я. — Дело серьёзное, мне требуется больше сведений.

— Ты приедешь? — обрадовался портальщик.

— Эм… Нет, сейчас не могу. Занят в отделе. Вам сюда тоже нельзя. Но откладывать разговор не стоит… Давайте встретимся в виртуале. У вас есть нужная система? Я бы организовал защищённый канал.

— Есть, конечно! Сейчас подключусь.

— Отлично. А я вас поймаю. Какой у вас ник?

Записав продиктованные сведения, я повесил трубку и отправился в отдел компьютерщиков. Там мне быстренько выделили защищённый канал для переговоров, надели на голову даже не очки, а целый шлем с кучей мигающих датчиков и отправили в вирт, где мы должны были встретиться с отцом Кристины.

Интересно, сколько вообще таких вот тайных переговоров ведётся по всему миру? Наверняка много. И какова вероятность, что их можно взломать?

Нет, за нашу с портальщиком встречу я в этом смысле не переживал. Никому не придёт в голову нас подслушивать. Не настолько важную информацию я собирался узнать.

Первое время при погружении в вирт ничего не происходило. Перед глазами просто висела темнота, в которой время от времени вспыхивали крошечные звёздочки. Видимо, я наблюдал процесс загрузки.

А затем вдруг картинка сменилась на трёхмерное пространство: деревья, кусты, пруд с утками, скамейка и вдалеке — гуляющие по парку люди.

Хе-хе… Кто бы ни создал эту локацию, в чувстве юмора ему не откажешь. Сколько раз я видел в фильмах про шпионов тайные встречи в таких вот городских парках!

Что ж, если следовать иронии разработчика, следовало присесть на скамейку. Что я и сделал. Только в этот момент обнаружив, что одет в плащ цвета хаки, серый костюм с галстуком и коричневые кожаные туфли. А руке у меня почему-то была сложенная газета «Правда». Я положил её на скамейку слева от себя и закинул ногу на ногу.

Долго ждать не пришлось: через несколько секунд в пяти шагах от меня возник из воздуха отец Кристины. Одетый почти так же, только плащ был другого цвета, а на голове у него красовалась старомодная шляпа. Он быстро огляделся, заметил меня, кивнул и поспешил сесть рядом.

— Добрый день, — проговорил он, глядя на меня. — Спасибо, что приш… согласился встретиться.

— Вы правильно сделали, что сразу со мной связались, Георгий Антонович. Дело серьёзное.

— Я же говорил, что мне нужна охрана!

— Говорили. Но телохранители не защитят вас во сне. Как и остальных портальщиков.

— И что же делать⁈ — в голосе моего собеседника прозвучало отчаяние. — Если эта тварь в меня вселится, я ведь стану опасен! В первую очередь, для своих близких!

— Именно поэтому мне нужно узнать всё, что происходило в вашем сне. Располагая полной картиной, я смогу понять, как предотвратить вселение. И не только в вас.

— Точно сможешь? — с надеждой спросил портальщик.

— Приложу все усилия, даю слово. Итак, Георгий Антонович, постарайтесь вспомнить все подробности. Понимаю, сны плохо откладываются в памяти, но…

— Этот кошмар запомнился очень хорошо! — нетерпеливо перебил мой собеседник. — Я поэтому и понял, что мне не просто сон приснился. Ощущение было такое, будто я нахожусь в реальности, только она походила на сон. Понимаешь, что я имею в виду?

Я кивнул.

— Думаю, да. Рассказывайте, Георгий Антонович. Всё, что видели.

Портальщик неуверенно поёрзал на скамейке, снял шляпу, провёл дрожащей рукой по седым коротким волосам, снова надел.

— Сначала я вдруг осознал, что бодрствую. Было темно, никаких картинок. Решил, что проснулся, попробовал открыть глаза, но не смог. Это было похоже на какой-то транс. Словно я застрял между реальностью и сновидением — так бывает иногда по утрам. Ну, ты понимаешь.

Я кивнул, чтобы его ободрить.

— Во-от… А потом темнота стала превращаться в какой-то лабиринт из пульсирующих стен. Они казались живыми, — Георгия Антоновича передёрнуло от отвращения. — Словно… даже не знаю. Я как будто в животе у какой-то твари очутился! Стал осматриваться, чтобы понять, как выбраться, но идти никуда не хотелось. А потом… — тут мой собеседник запнулся и опустил голову.

— Георгий Антонович, я должен знать обо всём, — сказал я вкрадчиво. — Пожалуйста, ничего не скрывайте. Мы должны понять, как эмиссары это делают.

— Да-да! Я понимаю… Просто… Тяжело об этом говорить, — портальщик выпрямился. — У меня был ещё один ребёнок. Василий. Шесть лет назад он… погиб. Трагическая случайность. Но… я до сих пор виню себя. В общем, я вдруг увидел в том лабиринте его. Он вышел из бокового коридора, заметил меня, улыбнулся… Меня прямо в сердце пронзило! Такая боль!

— Понимаю, Георгий Антонович, — сказал я сочувственно. — Что было дальше?

— Да-да, конечно… Извини. В общем, я, конечно, пошёл к нему. А он… стал уходить. Словно поиграть со мной решил в догонялки. Я побежал следом, само собой. По тому жуткому лабиринту. Не знаю, сколько это длилось. Никак не мог Васю догнать. А он смеялся, оглядывался — дразнил меня. И потом мы оказались в большом… Не знаю, как назвать. Зале, наверное. Он тоже был как будто из плоти. Мерзость! Вася там остановился. В центре был бассейн с чёрной водой. Большой такой. Вася… меня поманил — мол, давай, папа, ко мне. И пошёл прямо к воде! А он ведь утонул, понимаешь⁈ Я, конечно, бросился к нему, чтобы поймать, остановить! А он засмеялся и прыгнул! — портальщик быстро смахнул слезу, тяжело вздохнул. — Я уже собирался за ним сигануть, чтобы вытащить.

— Что помешало? — спросил я, понимая, что мы вплотную приблизились к моменту, когда вселение эмиссара сорвалось.

— Кристина разбудила, — ответил Георгий Антонович. — Сказала, я стонал во сне, она услышала и пошла проведать. А я был весь мокрый от пота и метался, вот она и решила, что мне плохо стало. Я сначала на неё рассердился. Ну, что помешала мне Васеньку спасти. А потом понял, что это никакой не сон был. Ну, и тебе решил позвонить.

— Думаю, ваша дочь помешала эмиссару в вас вселиться. Прыгни вы в тот бассейн, и всё было бы кончено.

— Да, наверное. Но что мне теперь делать? Я же спать больше не смогу! Если даже и усну, то эта тварь опять попытается…

— Скорее всего, да, — честно ответил я. — Но вам не о чем переживать, Георгий Антонович. Я приму меры.

— Какие? — быстро спросил мой собеседник.

— Есть одна идея. Не волнуйтесь. С этого момента вы будете под защитой отдела.

— Спасибо… Я ведь не столько за себя волнуюсь — хотя, конечно, превратиться в монстра не хочется, — сколько за родных.

— Прекрасно вас понимаю. Немедленно займусь этой проблемой. Будем на связи.

— Да, хорошо. Ещё раз — спасибо.

Георгий Антонович порывисто протянул мне руку. Я пожал её. В виртуале все ощущения передавались в точности, как в жизни.

— Думаю, сейчас нам пора прощаться, — сказал я.

Портальщик встал.

— Держи меня в курсе, — сказал он.

А затем растворился в воздухе.

Я тоже покинул парк. Выйдя в реальный мир, сразу же поручил компьютерному отделу установить за портальщиком самое пристальное наблюдение через камеры с помощью нейросети. Также выделил трёх толковых оперативников, чтобы не спускали с ментора глаз. Камеры камерами, а наружку никто не отменял, как говорится. Пусть рядом с отцом Кристины будут живые люди, понимающие, с чем мы работаем, и готовые принять меры в случае чего.

Но всё это было не главным. Требовалась ментальная защита, через которую эмиссарам не пробиться. Благодаря рассказу Георгия Антоновича я понял, что шпионы некродов ищут в человеке уязвимое место, психологическую травму, из-за которой он становится беззащитен. А такие есть абсолютно у каждого. Значит, нужно универсальное средство, которое закроет эмиссарам путь в сознание портальщиков и прочих жертв.

И такое средство существовало. Я бы не стал понапрасну обнадёживать отца Кристины, если бы не знал, что предпринять.

Так что, как только оперативники отправились следить за ним, я вернулся в свой кабинет, заперся и уселся прямо на полу, подвернув под себя ноги. Пришло время открыть ещё одну технику анимансера.

— Чупа, мне нужно во дворец памяти.

Фамильяр материализовался передо мной. Он висел в воздухе, держа в лапе круглый леденец, от которого уже была отгрызена добрая треть.

— Что на этот раз? — поинтересовался он, облизнувшись.

— Круг Защиты.

— Ясно. Не удивлён, если честно. Так и думал, что ты решишь его использовать, чтобы оградить папашку своей девчонки.

— Не только его.

— Угу. Ты хоть представляешь, сколько понадобится энергии, чтобы поддерживать Круги Защиты для всех, кого наметят себе в цели эмиссары?

— Представляю. Не забывай, что это моя техника, и я ею уже пользовался. К тому же, мне не нужно применять её для охраны всего сознания целей.

— Нет? — удивился Чупа и с хрустом откусил кусок леденца.

— Достаточно блокировать триггеры, которые эмиссары используют в качестве точки входа.

— Хм… Разумно. Да, это здорово сэкономит нам энергию. Молодец, соображаешь. Так что, значит, погнали?

— Если тебя не слишком отвлекает леденец.

— Ты имеешь дело с профессионалом! — усмехнулся фамильяр. — Как-нибудь справлюсь. Полетели!

Кабинет начал быстро затапливаться густой, вязкой тьмой.

Прошло всего несколько секунд, и мрак поглотил меня с головой. Рядом появился светящийся, как киношное привидение, хомяк. Леденец он сунул за щеку и теперь похрустывал пальцами. Глаза его постепенно разгорались красным.

Пространство вокруг нас начало меняться. Картина была привычная: она отражала слои реальности, наложенные друг на друга подобно чекам в продуктовом советском магазине моей молодости, безжалостно наколотым на вертикально торчащий из деревянной подставки штырь. Он всегда вызывал у меня смутное беспокойство: никак не мог заставить себя не представлять, как вместо чека на него накалывается моя ладонь.

В подпространстве, конечно, никакого штыря не было. Чупа пошевелил пальцами, подмигнул мне, и мы полетели сквозь миры.

Путешествие, как и в прошлый раз, оказалось недолгим: уже через пару головокружительных минут мы добрались до моего подсознания, где располагалось хранилище. Стеклянные шары, в которых плавали открытые мною способности, переливались различными цветами, мерцая и пульсируя, словно лава-лампы. Некоторые ещё оставались погашенными.

Я направился к тому «аквариуму», где находился Круг Защиты.

— Уверен, что поможет от эмиссаров? — спросил фамильяр, плывя рядом по воздуху.

— Ну, хуже точно не будет. Но вообще, да. Думаю, получится.

— Тогда действуй.

Вытянув руку, я коснулся шара указательным пальцем и сосредоточился. Нужно было собрать накопленную пси-энергию, сфокусировать её и наполнить сосуд, чтобы активировать «спящую» способность.

Прямо на моих глазах в сосуд начали вливаться разноцветные потоки. Через некоторое время неподвижно лежавшая на дне аквариума рыбка вздрогнула, зашевелила плавниками, а затем вдруг резко рванулась вверх, расправляя большой хвост.

— Поздравляю! — проговорил Чупа, достав изо рта леденец.

Я не ответил. Продолжил наполнять сферу энергией, пока она не осветила весь шар. Вокруг него разлилось ровное тёплое сияние.

— Ты потратил кучу энергии, — сказал фамильяр, разгрызая остатки конфеты. — Придётся нехило так пополнить запас, чтобы поддерживать технику в рабочем состоянии. Особенно если ты планируешь наложить Круг сразу на несколько человек.

— Знаю, — ответил я, убирая палец. — Для начала защищу отца Кристины.

— Потому что она твоя подружка?

— Потому что эмиссар пытается вселиться в него.

Чупа кивнул.

— Разумно. Я просто тебя подначиваю, хозяин. Возвращаемся?

Я окинул взглядом оставшиеся сферы. Не так уж и много техник мне предстоит вернуть. Но когда это случится, я буду во всеоружии.

— Да, полетели.

Когда мы оказались в кабинете, фамильяр уселся на стол, щёлкнул включателем лампы и задрал голову, зажмурив глаза.

— Что ты делаешь? — спросил я.

— А на что похоже? Загораю.

— Ничего не получится.

— Почему это?

— Во-первых, это не солнечный свет. Во-вторых, ты покрыт шерстью. В-третьих, и думаю, это самое главное, ты — демон.

— Аргументированно, — отозвался хомяк. — Но мне всё равно нравится.

— Как хочешь.

Спорить с фамильяром не было ни желания, ни времени. Нужно было установить на сознание портальщика Круг Защиты. Чем я и занялся, не вставая с пола.

Процесс занял около двадцати минут. Пришлось основательно покопаться в подсознании объекта, чтобы отыскать паттерн, связанный с гибелью его сына. К счастью, благодаря его рассказу, я знал, что искать. Прежде чем поставить защиту, я повозился с триггерами и скорректировал все, которые были связаны с чувством вины и душевной болью, которую испытывал отец Кристины. Теперь эмиссару не удастся пробить брешь в его подсознании так легко, как он сделал это ночью. После этого я выставил ментальные блоки, чтобы вообще исключить возможность проникновения неприятеля в душу объекта. Теперь при любой попытке он столкнётся с несколькими рядами стен и ловушек, а даже если со временем пробьётся, что маловероятно, его будет ждать сюрприз: устойчивость объекта к тем триггерам, которые он использовал, чтобы сделать его беззащитным. В общем, за отца Кристины можно было не беспокоиться. Эмиссару в него не проникнуть.

К сожалению, остальные цели некродов оставались уязвимыми. И это было проблемой. Особенно в свете того, что я узнал о методе, с помощью которого эмиссары попадают в людей. Да и психическую энергию нужно пополнить. Причём весьма существенно.

Поднявшись с пола, я размял ноги и уже собирался прикинуть, куда наведаться, чтобы набрать позитива и негатива, когда раздался телефонный звонок.

Это был Арсений Шувалов.

— Влад, я кое-что обнаружил, — заявил он без предисловий, едва я снял трубку. — Думаю, тебе понравится. Это… действительно интересно!