Вперед в СССР! Том 3

Глава 3

Давненько я не просыпался в таком отвратительном настроении.

Пять виртуальных боёв закончились одинаково. Гратхи размазали меня по стенке, не оставив даже шанса на победу. Вот чего я стою без применения способностей анимансера и демонической руки.

Ночью меня преследовали фантомные боли.

Снилась всякая ересь с участием грёбаных орков.

Болели рёбра, шея, висок. Тянуло ногу, где были «перерезаны» сухожилия.

В конечном итоге, я успокоил себя глубокой медитацией, выбросил посторонние мысли из головы и кое-как уснул. Утром снова потратил пять минут на медитацию, взбодрился контрастным душем и пробежкой, позанимался на уличных тренажёрах. Начало понемногу отпускать.

По плану у меня шла поездка в Управление.

Как бы ни складывались у меня отношения с иностранной разведкой, а войну с Шестой колонной никто не отменял. Эмиссары сами себя не уничтожат. Так что придётся возрождать Спецотдел с нуля, и начинать я буду с подбора кадров.

Во время полёта на «Риге» я продумывал общую стратегию.

Многие думают, что в спецподразделениях работают исключительно матёрые спецназовцы, сокрушающие кирпичи одним лишь мизинцем. Такие ребята есть, это основная ударная сила. Но ещё мне потребуются аналитик, хороший компьютерщик, эксперт по чужеродным формам жизни, рунный мастер. Да, вы не ослышались. Руны укрепляют оружие, придают убойную мощь пулям, радуют дополнительной защитой. Но эти руны необходимо грамотно подобрать, нанести и зарядить пси-энергией, чтобы они работали. Анимансеры ничем подобным не занимаются.

Помню, мы потратили несколько лет на поиски подходящего рунного мастера. Не шарлатана какого-нибудь, а реально владеющего древними письменами человека. Отыскали правильного мужика в Сибири, на забытом хуторе близ озера Байкал. Естественно, через пять рукопожатий, в которых были задействованы этнограф, геолог и автор монографии о верованиях первобытных племён.

Оказавшись в оперативно-тактическом отделе, я занял полюбившийся кабинет, активировал компьютер дактилоскопом и после сканирования радужки ввёл четырёхзначный код доступа.

На экране развернулся ДЕМОС.

Подключившись к локальной сети Управления, проверил свою почту и обнаружил папку с говорящим названием «КАНДИДАТЫ». Я тут же скопировал всё содержимое папки в директорию «ГРАНЬ». Вспомнились слова Козлова о том, что набрать команду следует побыстрее, чтобы пробить финансирование. Значит, сейчас надо сосредоточиться именно на этом фронте работы.

Я погрузился в чтение.

План был прост — ознакомиться со всеми персоналиями, сравнить их между собой, выбрать лучшие, отсеять менее подходящие. Учесть, что наши с Козловым критерии могут различаться, и весьма существенно.

Хотелось бы заполучить второго анимансера.

Но я осознаю собственную уникальность для этого мира.

Итак, Козлов сумел меня удивить. В папке были собраны интересные личности, большинство из которых не были связаны с нашим Проектом. Среди кандидатов я нашёл и знакомых персонажей — менталистов, с которыми пересекался в закрытом городе. Но преимущественно в папке были собраны оперативники, имеющие серьёзный боевой опыт, обладающие высоким уровнем интеллекта и стрессоустойчивостью. Как правило, это были новы и менторы. Почему «как правило»? Встречались и обычные люди, без сверхспособностей. При этом все кандидаты были профессионалами высокого класса, так что глаза разбегались.

Пораскинув мозгами, я решил начать с аналитика.

Если выбрать такого специалиста грамотно, он поможет на первых порах не только в дальнейшем формировании «Грани», но и в отладке всего механизма.

На должность аналитика претендовали пять человек.

Я, разумеется, хотел бы заполучить неспящего, но такие менторы из разряда «один на миллион». Поэтому выбирать пришлось между новами и людьми «старого образца». В итоге я остановился на Геннадии Аксёнове, который был генетически заточен под решение сверхсложных задач и работал с данными в «многопотоковом режиме». В досье Аксёнова было отмечено, что он нова с усиленными когнитивными способностями. Перечисление модификаций мне ничего не дало, там куча специфических обозначений. А подкупило то, что Аксёнов нигде подолгу не приживался, менял отделы, колесил по стране, но пользовался уважением коллег и нередко привлекался в роли консультанта по особо запутанным и сложным делам. То есть, крутой профи со сложным характером и отсутствием привязки к тому или иному отделу. Как говорится, дайте два!

Связаться с Аксёновым я мог по локальной сети, используя для этого десктопный мессенджер «Мост». Никогда о таком не слышал, если честно. Значит, для внутреннего пользования. Когда на весь экран развернулось диалоговое окно, представился, назвал своё Управление и добавил, что работаю в Проекте 786.

— Наслышан, — ответил собеседник. — Козлов курирует?

— Он самый.

— А почему сам не позвонил?

— Мне поручено набрать людей в спецотдел «Грань». Собственно, я его и возглавлю. Вот поэтому мы с вами и разговариваем.

Аксёнов посмотрел на меня скептически.

Разница в возрасте между нами ощущалась. Я видел перед собой повидавшего жизнь сорокалетнего мужика, Аксёнов — неоперившегося юнца, вчерашнего выпускника академии. Справедливости ради замечу, что меня и выпускником-то нельзя считать.

— «Грань»? Не слышал о таком.

— Это потому, что спецотдел создаётся с нуля. Вы — первый человек, которому я позвонил.

Аналитик потрогал заросшую щетиной скулу. У меня возникли смутные воспоминания из прошлой жизни — кого-то мне этот тип напоминал.

Вспомнил!

Доктор Хаус.

— Хотите, чтобы я сразу впрягся, — усмехнулся аналитик. — Помог с набором.

— Это настолько легко просчитывается?

— Легче, чем вы думаете.

— Что ж, — я изучающе посмотрел на собеседника. — Так оно и есть на самом деле.

— Правда, что вы менгиры изучаете? — осторожно уточнил нова.

— В том числе. Но мы с вами будем решать… несколько иные задачи. Нам предстоит схватка с существами, лезущими в наш мир.

— Мой допуск позволяет это услышать?

— Сейчас — нет. Хотите подробностей, приезжайте.

Закинул крючок.

Осталось вытянуть рыбку.

— Что ж, заинтриговали, — наконец, выдал собеседник. — Сейчас найду свободного портальщика и перемещусь к вам в Управление. Ждите.

Я нажал отбой.

И тут же взялся за других кандидатов. Из предложенного списка меня прежде всего интересовали бойцы, способные благодаря своим пси-способностям на равных противостоять эмиссарам. А тут вариантов немного. Физики, энергеты, анималисты. Мне потребуется минимум один регенерат, но это уже заоблачные хотелки.

До прибытия Аксёнова я успел позвонить ещё троим. Дмитрию Михайлову, физику из расформированного спецподразделения «Кондор». Денису Жукову, ещё одному физику из штурмового отряда по борьбе с террористами «Вымпел». Инге Зиминой, энергету из внештатного подразделения спецназа «Каскад». Все эти люди были с непростой судьбой и по разным причинам не ладили со своим непосредственным руководством. Думаю, Козлов учитывал этот фактор, чтобы потенциальных сотрудников было легче переманивать.

Михайлов участвовал в боевой операции на планете орков, где были превышены полномочия. У меня имелись только общие сведения, из которых вытекало, что на ребят напали кочевники во главе с шаманами где-то за пределами юрисдикции ССПГ. Миссия была провалена, ибо с кочевниками шли договариваться советские агенты. Вместо этого — куча трупов, в том числе, шаманских. В рапорте Михайлова было указано, что он отдавал приказы бойцам, исходя из сложившейся боевой обстановки. Напали — получили по зубам. Просто этого пункта не было в изначальном приказе…

Жуков вполне успешно выполнял все задания, а потом что-то пошло не так, и он подал в отставку. Начал ездить по санаториям, бесконечно общаться с психологами-менталистами. В досье было указано, что Жуков боролся со вспышками агрессии и беспричинными паническими атаками. А началось это после засекреченной вылазки в мир акверов. Лично мне никто не потрудился предоставить доступ к деталям.

Инга Зимина была молодой девушкой двадцати четырёх лет, успевшей к этому сроку поучаствовать в нереальном количестве боевых операций. Замораживающие техники, Г-ранг. А потом у Инги заболел младший брат, официальным опекуном которого она числилась. Девушке пришлось срочно переводиться в Москву, где парень проходил реабилитацию. С боевых операций — на кабинетную рутину.

Я успел переговорить с каждым из этой троицы, заручившись как минимум обещанием приехать и обсудить детали на месте. От увлекательного процесса меня отвлёк вызов — умная система безопасности запрашивала разрешение на пропуск для Аксёнова. Нажав кнопку «Впустить», я выписал аналитику допуск до конца рабочего дня. Придём к соглашению — продлю. Или оформлю полноценный перевод в «Грань».

— А где секретарша? — поинтересовался аналитик, переступая порог моего кабинета. — У нас что, и диспетчеров нет?

— Пока нет, — нехотя признал я, делая себе мысленную отметку. — Великие свершения ждут впереди.

Аналитик заявился на встречу в белой рубахе навыпуск и таких же брюках. Нову можно понять — в ближайшие дни столбик термометра не опустится ниже тридцати.

Усевшись рядом, Аксёнов заявил:

— Кое-какие справки я навёл, товарищ Громов. Передо мной — человек с сомнительным прошлым, не имеющий опыта в органах, вчерашний школьник. Да, вы числитесь в академии. Да, вас пригласили в Проект 786. Но почему? Судя по вашему менторскому значку, пси-способности нельзя назвать выдающимися. Что не так? Вы чей-то протеже?

Я хмыкнул.

Да, наверное, так всё и выглядело.

— Товарищ Аксёнов, если уж совсем начистоту, по всем пунктам вы правы. Практически по всем. Нюанс в том, что я могу делать кое-какие вещи… выводящие меня за скобки ваших рассуждений.

— Почему я должен верить вам на слово? — прищурился аналитик.

— Здравый смысл. Проект 786 — не лучшая идея для карьерного роста. В спецслужбах есть много других направлений, более простых и необременительных. Так что мой гипотетический покровитель явно чего-то недоглядел. А так не бывает.

Аксёнов обдумал мои слова.

Кивнул:

— Боюсь, вы правы. Товарищ Козлов имеет весьма специфическую репутацию. Я слышал, об него обломали зубы многие личности, рассчитывавшие на родственные связи.

— Что вы знаете о Проекте? — перебил я.

Обсуждать начальника не хотелось. Мы тут не для сплетен встретились.

— Немного, — признал Аксёнов. — Исследования ведутся в закрытых городах и по всему миру. Сфера интересов — менгиры.

— Всё?

— А чему вы удивляетесь? Менгиры — основа безопасности нашего государства. Источник, благодаря чему сила ведущих менторов вырастает многократно. Думаю, вы в курсе, что самое большое скопление мегалитических структур находится в Сибири.

— В курсе.

— Так вот, больше всего наших агентов отправляется именно туда. И неслучайно над менгирами стараются не летать капитаны атомоходов.

— Товарищ Аксёнов, я не уверен, что могу обсуждать эти вещи до того, как мы с вами оформим официальный перевод и посвятим вас в суть проблемы.

— У меня должен повыситься допуск.

— Сейчас переговорю с Козловым. Но мне нужно знать, готовы ли вы работать под моим началом.

— Если ваш начальник одобрит мою кандидатуру, — задумчиво протянул Аксёнов, — то да, я готов работать в Проекте. Это интересно, и я смогу быть полезным.

— Договорились.

Через полчаса у меня был официальный перевод Аксёнова в спецотдел «Грань». Сразу после этого мой новый сотрудник получил базовый допуск к Проекту. Мне, например, уже выдали расширенный.

— Теперь рассказывайте, что у вас тут происходит, — аналитик пристально посмотрел на меня.

За четверть часа я успел выделить Аксёнову рабочее место со стационарных компьютером, и сейчас тот подключался к локальной сети.

Я ввёл сотрудника в курс дела.

Рассказал об эмиссарах, их связи с некродами, потенциальной угрозе безопасности и возникшей необходимости формирования силового крыла Проекта.

— Не складывается, — покачал головой Аксёнов. — Что мешает Козлову привлечь имеющиеся подразделения? Как вообще можно пробить финансирование, да ещё в столь короткие сроки, на целый спецотдел?

Мы ступили на скользкую дорожку.

Я не мог рассказать о своём прошлом, но получалось, что всё завязано на мою скромную персону. Пришлось импровизировать:

— Мои способности, товарищ Аксёнов, выбиваются за пределы стандартной менталистики. Почему-то я умею противостоять агентам внедрения некродов. Возможно, это связано с экспериментами моего отца, но к этим данным не подпускают даже Козлова.

— Допустим, — скептически протянул аналитик. — И как вы видите развитие спецотдела?

— Загляните в профиль, я скинул досье тех, кто может потенциально с нами работать. Сейчас вы получите информацию о боевых возможностях эмиссаров. Исходя из этого будем набирать людей.

— Что произошло в закрытом городе? — Аксёнов уже добрался до первых перекрёстных ссылок. — Вы были там?

— Конечно.

И я вкратце изложил Аксёнову то, что видел своими глазами.

Мы потратили около часа на обсуждение кандидатов, характер возможных спецопераций, требований к экипировке, взаимодействию внутри отдела. После этого Аксёнов запросил доступ к ещё нескольким засекреченным файлам, которые были для него недоступны. Виктор Викторович санкционировал, мы всё решили по сети. Дальше аналитик занялся своей непосредственной работой. Сказал, что в течение дня выработает оптимальный алгоритм быстрого развития «Грани».

Через сорок минут начали прибывать другие кандидаты. Сначала Зимина, потом Жуков с Михайловым. Я скормил им дозированную порцию правды и дал несколько дней на размышление. Сам же решил воспользоваться полным допуском к Проекту 786, чтобы составить мнение о деятельности Козлова.

Перебирать вагон документов не пришлось.

Всё было структурировано, снабжено перекрёстными гиперссылками. Возникло ощущение, что я не секретные бумаги читаю, а какую-нибудь сетевую энциклопедию. С оглавлением, списками и таблицами, фото и видеоматериалами. Чем глубже я погружался во всё это, тем больше понимал, во что вляпался. И дело не только в эмиссарах. Проект имел одну сверхзадачу — выяснить, что такое менгиры. Люди, работавшие на Козлова, сидели сплошь по закрытым городам. То, чем они занимались, было маркировано грифами приоритетной государственной важности. Помимо научных трудов, лабораторных отчётов и экспериментов я мог просматривать рапорты самого Козлова и его помощников, отправленные «наверх». Из этих рапортов следовало… А много чего следовало.

Например, я обнаружил ссылки, ведущие на отца.

Все упоминания исследований Громова сводились к простому факту: удалено из общего доступа. Некоторое время отец работал в Проекте. Начинал здесь работать, во всяком случае. А потом его перевели в некое жутко секретное ведомство, которое даже себя на карте найти не сумеет. И это ведомство, насколько я понял, отчитывалось напрямую в аппарат генерального секретаря.

Факты с трудом укладывались в голове.

Зачем столь ценного сотрудника расстреливать по обвинениям в госизмене? И вообще, часто ли в этом Союзе кого-то расстреливают? Я проверял, нечасто. Статья имелась, но в новостях — ни одного реального случая. Я поверю, что специалиста уровня Громова-старшего могут упрятать в какой-нибудь «несуществующий пансионат». Но расстреливать… Сомнительно. Исходя из этой логики, предположение западных спецслужб о том, что отец жив, не выглядело таким уж фантастическим.

Продолжая изучать рапорты Козлова, я пришёл к неутешительным выводам.

Простых ответов не будет.

Менгиры — это не инопланетные тела. Не спонтанно образовавшиеся формы кристаллической жизни. И даже не результаты неудавшихся экспериментов западных военных.

Похоже, эти штуки из другого мира.