Второй ребёнок короля

Глава 13

В первые мгновения я даже рада была оказаться на улице. Несмотря на то, что в домике Луты был дворик на свежем воздухе, всё равно из-за пелены пространство ощущалось замкнутым. Возникало чувство, что сидишь взаперти.

А сейчас передо мной открылся простор трущобных улиц. Я вдохнула полной грудью воздух, оказавшийся ужасно смрадным, и слегка поубавила восторг. Странно, а у Луты во дворе пахло травой и солнцем. Видимо, пелена и запахи не пропускала.

— Иди за мной и не отставай. Что бы ни случилось, не останавливайся! И поменьше верти головой! — вполголоса велел Арьед и двинулся вперёд.

Темп он сразу взял быстрый, и мне пришлось поторапливаться, чтобы не отстать.

В этот раз на улицах было намного больше людей. Но мы шли, не таясь, с откинутыми на спину капюшонами. Арьед будто даже стремился привлечь внимание к нашей внешности. К слову сказать, ничем не привлекательной. Двое обычных мужчин, один постарше, второй моложе, идут по своим делам.

Мы ни на кого не обращали внимания, и на нас особо не глядели. Наши плащи, как и остальная одежда, выглядели потрёпанными, сигнализируя, что денег у нас нет. А значит, и интересоваться нами нет смысла.

Три дня назад, когда Арьед буквально вырвал меня из рук королевских гвардейцев, когда я чудом избежала смерти, трущобы меня не впечатлили. И без них впечатлений было хоть отбавляй. Всё, чего мне тогда хотелось, это оказаться в безопасном месте и прийти в себя.

Зато теперь включилось любопытство. Меня живо интересовала и необычная архитектура узких улочек, и необычные жители этих мест. Домики, домишки и сарайчики иногда возводились из самых неожиданных материалов и крепились друг к другу, чтобы не рухнуть. По крайней мере, иногда именно так и казалось.

Я не представляла, с какой стороны мы пришли в прошлый раз, поэтому даже не думала, в какую сторону движемся теперь. Просто доверилась Арьеду, как привыкла делать за минувшие дни, и шла за ним, не пытаясь запоминать направление.

Расслабленно крутила головой по сторонам, разглядывая непривычные постройки, казавшиеся чересчур хрупкими, чтобы в них на самом деле можно было жить, слишком пёстро одетых людей, а ещё кучи мусора в самых неожиданных местах.

Например, прямо посреди дороги.

Зазевавшись, потому что рассматривала странный рисунок на стене одного из домов, я споткнулась и ойкнула, с трудом удержав равновесие.

На тихой, несмотря на обилие людей, улице мой ойк прозвучал неожиданно громко. И привлёк несколько взглядов. А ещё он был совсем не похож на мальчишеский.

Арьед обернулся на ходу и ожёг меня предупреждающим взглядом, но я уже и сама поняла, что опростоволосилась.

— Иди за мной! Быстро! — велел он сквозь зубы.

Я подумала, что Велейн очень зол. Но рассмотреть выражение его лица не успела, он уже отвернулся. К тому же прибавил шагу. И если прежде мне пришлось поторапливаться, чтобы успевать за ним, то сейчас каждые несколько мгновений я переходила на бег. И всё равно отставала на добрый десяток локтей.

Шума я не слышала, просто почувствовала неладное. А когда обернулась на ходу, увидела, что за нами следуют несколько оборванцев.

Намерения у них были явно недобрые. Иначе, зачем они вооружились палками, цепями и длинными тесаками?

— Арьед, — позвала я. Вышло до того жалко, что сама испугалась. Я повторила уже громче: — Арьед!

Он обернулся, не сбавляя шага, окинул оборванцев быстрым взглядом и отрывисто скомандовал:

— Шевелись!

А дальше продолжил путь, как ни в чём не бывало. На той же скорости. Мне оставалось только поспешить за ним. А оборванцы продолжили нас преследовать на прежнем расстоянии, не приближаясь и не отставая, будто чего-то ждали.

В какой момент Арьед исчез, я не поняла. Просто обернулась, чтобы посмотреть на преследователей, а когда повернулась обратно, впереди никого не было.

Я осталась одна. Извилистая улочка, как назло, была пустынна. И оборванцы, порадовавшись лёгкой добыче, прибавили ходу.

Паника накрыла меня с головой. Я больше не соображала, что делаю, и куда исчез Арьед. Просто бросилась вперёд. А как только увидела жилые дома, а не пустующие развалюхи, начала стучать в каждую дверь.

— Помогите! Впустите меня, пожалуйста! — я кричала и молила, совершенно забыв о маскировке.

Но в тот момент была не в состоянии подумать о том, что голос у меня отнюдь не мальчишеский.

Ни одна дверь не открылась. Даже тени за окном не мелькнуло.

Поняв, что спасения здесь не найду, я бросилась дальше по улице.

Оборванцы, уже не пытаясь выдерживать дистанцию, помчались следом. Их ноги были длиннее, и шаги шире, поэтому с неумолимостью божьей кары, они приближались.

Надрывно хрипя и озираясь как загнанный зверь, я пробежала мимо двух домов и упёрлась в третий. Нет, они не примыкали друг к другу стенами или углами. Просто были огорожены сетчатым забором выше моего роста.

А значит, мой путь окончится прямо здесь.

Я повернулась к преследователям, прижавшись спиной к ограде.

Оборванцы приближались медленно, с предвкушением, уже ничего не опасаясь. Впереди шагал бородатый мужик с прищуренным глазом. Лишь когда он подошёл ближе, я поняла, что это шрам на веке.

Видимо, это был вожак банды. Потому что остальные следовали в нескольких локтях за ним. Все они посмеивались, то и дело сплёвывая на истоптанную землю.

— Ты пацан или девка? — потребовал он ответа.

— Не твоё дело! — выкрикнула я, и вожак довольно осклабился.

— Я ж говорил, что девка, — сообщил он через плечо. — Сейчас позабавимся.

Ему ответил довольный гогот. Шайка была не прочь поразвлечься.

Мой взгляд отчаянно шарил по зарослям сорняков и вытоптанной траве, в поисках орудия защиты. Я собиралась продать свою жизнь и честь как можно дороже.

В шаге от меня валялся разбитый горшок. Я подняла два крупных черепка и, перехватив поудобнее, выставила перед собой.

Щербатая ухмылка вожака стала ещё шире, довольнее и страшнее.

— Люблю строптивых, — сообщил он, с любопытством разглядывая оружие в моих руках.

— Не подходи! — предупредила я, когда он опять двинулся ко мне.

Мужик снова осклабился и сделал ещё шаг. Мои слова его только раззадоривали. Тогда я тоже шагнула вперёд, махнула перед собой осколком и тут же отпрянула. Однако манёвр не удался.

Спиной я наткнулась на сетчатую ограду, которая спружинила и толкнула меня прямо в распростёртые объятия щербатого.

Он тут же обхватил меня огромными ручищами и вжал лицом себе в грудь. Ноздри заполнил смрадный запах застарелого пота, табака и прогорклого масла.

Я изо всех сил ударила громилу своим оружием по бокам, стараясь вонзить острия как можно глубже. Мужик вскрикнул неожиданно тонко и выпустил меня. Правда ненадолго. Лишь затем, чтобы выдернуть осколки из моих рук, обдирая кожу.

По пальцам брызнуло что-то тёплое. Запахло кровью. Но я не успела поздравить себя и порадоваться, что нанесла поражение сопернику.

— Ты пожалеешь об этом, — прошипел громила, хватая меня за шею своей ручищей и прижимая к ограде.

За его спиной я уловила шум и какое-то шевеление, но не смогла разобрать. Воздуха не хватало. Задыхаясь, я схватилась за его ладонь, пытаясь оторвать от своего горла. Но мужик лишь отмахнулся и положил сверху вторую руку, усилив нажим на мою шею.

Шум позади громилы нарастал. Кто-то вскрикнул. Раздался звон металла.

Однако он тоже был слишком увлечён, чтобы обернуться. Убрать его руки мне было не под силу. Но я всё равно пыталась. До тех пор, пока нехватка воздуха не стала критической.

Пальцы разжались, руки повисли вдоль тела. Я начала проваливаться в небытие.

Последним, что я видела, были безумные глаза вожака. Маленькие, с красными прожилками сосудов, исполненные лишь одной мыслью — довести начатое до конца.

Этими глазами на меня смотрела сама смерть.

Вдруг глаза выпучились, удивлённо уставившись на меня. Зрачки расширились донельзя и медленно сузились до чёрной точки.

Громила захрипел и завалился на бок, отпустив мою шею. Я тоже, покачнувшись, начала оседать на землю, потому что тело стало мягким и податливым. Однако упасть мне не дали. Сильные руки подхватили меня и прижали к твёрдой груди.

— Всё кончилось, ты в безопасности, — зашептали мне в самое ухо.

Поток кислорода хлынул в лёгкие. Я задышала полной грудью и тут же закашлялась. Горло болело невыносимо.

Не знаю, сколько мы так стояли. Я, надрывно кашляя и всё равно вдыхая всё новые и новые порции кислорода. А Велейн, продолжая удерживать меня на ногах, потому что сама держаться я была не в состоянии.

Спустя бесконечно долгое время, когда я наконец сумела вдохнуть без надрыва, Арьед произнёс:

— Нам надо идти. Здесь было слишком шумно.

Его голос окончательно помог мне прийти в себя. Я подняла взгляд на Арьеда. Он стоял весь такой невозмутимый и ждал, пока я смогу идти сама. Злость поднялась со дна моей души и заполнила меня целиком.

Мне было плевать на какой-то шум. На то, что кто-то мог услышать и заглянуть сюда.

Я была не просто зла. Я ненавидела Велейна в этот момент.

Я ударила его в грудь кулаком. Затем вторым. И глядя ему в глаза, закричала.

— Как ты мог?! Ты бросил меня! Оставил одну! Этим… — с каждым словом я снова и снова ударяла его в грудь. Старалась сделать как можно больнее. Однако Велейн почти не шевелился от моих ударов.

Только голову опустил, будто боясь смотреть на меня.

Наконец я выдохлась. Силы покинули меня окончательно. Замахнувшись для очередного удара, я лишь оперлась на Арьеда, чтобы не упасть.

— Как ты мог? — повторила я, всхлипывая. Слёзы обиды и разочарования потекли по щекам.

— Прости, — очень тихо сказал он. — Прости меня. Подонков было слишком много, и я решил заманить их в ловушку.

— Используя меня в качестве приманки? — я снова всхлипнула.

Слова выходили из горла с хрипами, будто громила повредил там что-то своей огромной ручищей. Мне было очень больно. Но болело не только тело, болела ещё и душа. Из-за предательства Арьеда, которому я доверилась.

— Прости меня, — снова повторил он, вдруг крепко-крепко прижав меня к себе и прошептав так тихо, что я никак не должна была услышать: — Обещаю, что этого больше не повторится. Клянусь своей душой, что никогда не обижу тебя.

Но я услышала.

Подняла к нему заплаканное лицо, несколько мгновений смотрела на жёсткое, будто высеченное из камня лицо. Затем взгляд переместился на губы. Они выделялись, будто их создавали отдельно от лица.

И создатель уделил губам намного больше времени и внимания. Вырезал тщательно, прорисовывая каждую линию, каждый изгиб, делая их совершенными.

В голове было легко и пусто, когда я поднялась на цыпочки и потянулась вверх, прикасаясь своим ртом к этим совершенным губам. Несколько секунд ничего не происходило. Арьед оставался неподвижен.

А ко мне вдруг начало возвращаться сознание, и я поняла, что совершила нечто из запрещённого списка. Такое, чего никогда не должно было произойти.

Я уже качнулась с носков на пятки, чтобы опуститься на грешную землю, как вдруг мужские руки пришли в движение, подхватывая меня. Правая ладонь скользнула вверх по моей спине, укладываясь ровно между лопаток и прижимая меня к себе. А левая легла на подбородок, удерживая его и не позволяя отстраниться.

А затем совершенные губы обрушились на мой рот с требовательным поцелуем. Я только и успела, что вдохнуть воздуха, а затем полностью растворилась в ощущениях. Потерялась в них. Потому что эти губы сводили меня с ума. Касались то нежно, едва ощутимо. То требовательно и властно.

Мои ноги опять подкосились. И лишь сильные мужские руки удерживали меня в вертикальном положении.

Когда губы вдруг замерли и отстранились, я, не осознавая, что делаю, но испытывая мучительное разочарование, потянулась следом.

Хриплый голос вернул меня на землю.

— Надо поторапливаться, сюда идут.

Арьед схватил меня за руку и потянул за собой. Я оглянулась и ещё замутнённым взглядом окинула место, где испытала самые ужасные и самые прекрасные мгновения в своей жизни.

По центру лежали окровавленные тела десятка оборванцев. А у ограды застыл громила, пытавшийся лишить меня чести, а затем и жизни.

Велейн снова спас меня. А ещё поцеловал. Ой нет, это же я его поцеловала! Но он ответил и ответил так, что у меня до сих пор дрожат колени и кружится голова.