Второй ребёнок короля

Глава 22

Я не знала, почему Арьед хочет жениться на мне прямо сейчас. Почему нельзя подождать, когда мы доберёмся до замка? Наверняка там есть священнослужитель и родовой храм, где мы могли бы принести клятвы.

Однако я уже привыкла доверять Велейну. За время пути он не раз выручал меня из неприятностей. И если он сказал «сейчас», значит, так нужно.

И вообще, о чём это я?

Потрясающий мужчина желает взять меня в жёны. Он добр ко мне, заботлив, к тому же благороден и силён.

А я раздумываю, почему он так спешит заключить брак? Безродная, нищая сирота? К тому же магически оплодотворённая ребёнком короля, за которым охотятся гвардейцы…

Глупая, глупая, Лидия!

Я должна быть благодарна, что Арьед сделал мне предложение. Не задавать глупых вопросов и самой ими не задаваться.

Вот только в душе не было лёгкости. И тоненько-тоненько, как комар, на одной ноте, звенела мысль, что он это делает из благородства, о котором потом пожалеет.

В храме было темно и гулко. Наши шаги отдавались эхом от стен и блуждали по храму словно бы сами по себе.

Священник подхватил фонарь, оставленный им у двери, и направился вглубь помещения. А мы с Велейном следовали за светлым пятном впереди. Было в этом что-то символическое, дающее робкую надежду на светлое будущее. Или мне просто хотелось так думать.

Добравшись до противоположной стены, служитель начал зажигать свечи. Лишь тогда я разглядела, что это храм всех богов.

Моя мама ходила в такой храм и брала меня с собой. Но после её смерти я перестала верить. И жизнь в монастырском приюте лишь утвердила меня, что божествам наплевать, что происходит с нами.

Однако сейчас в этом небольшом деревенском храме меня объяла робость перед неведомым. Казалось, во тьме, заселившей углы, таится кто-то, сильный, могущественный, обладающий правом решать мою судьбу. Хотелось склониться перед ним и попросить за себя, Арьеда и малыша.

— Ты чего? — Велейн коснулся моего плеча, и наваждение развеялось.

Оказывается, служитель уже успел расставить свечи вокруг алтаря, и храм наполнился золотистым рассеянным светом.

Тьма из углов не исчезла, лишь сменилась тенью. Но и ощущение чужого присутствия исчезло.

Зато стали видны фрески на стенах, изображающие лики богов. Большие и величественные, в два человеческих роста, от самого пола и до потолка.

Служитель куда-то исчез, и мы с Арьедом остались одни. Он заметно нервничал. Крутил головой, переминался с ноги на ногу.

— Хочешь всё отменить? — мне пришлось набрать дыхания, прежде чем задать вопрос.

— Что? Нет, конечно! — Арьед даже возмутился от такого предположения.

И я почувствовала, как с груди исчезает камень, который успел там утвердиться за эти мгновения. Однако Велейн хотел мне что-то сказать. Это было очевидно и немного боязно.

— Лида, — Арьед смотрел в сторону и выглядел нерешительно.

Никогда прежде я его таким не видела. Меня это нервировало всё больше и больше. Если он не передумал жениться, тогда что?

— Я хочу, чтобы ты знала, — Велейн говорил с трудом, будто выталкивая из себя слова, но всё же продолжил: — Обряд ни к чему тебя не обяжет. Этот брак нужен лишь для твоей защиты. Я не стану принуждать тебя. Поняла?

— Поняла, — отозвалась эхом.

Хотя и не поняла вовсе. Он что сейчас сказал? Женится на мне не потому, что я ему нравлюсь, а чтобы защищать? Так для этого и жениться не надо. Он и прежде меня защищал. Да и принуждать меня не надо, я выхожу за него по своей воле.

В словах Арьеда я не слышала насмешки, но всё же у меня было чувство, что… что-то не так. И это меня напрягало.

Мои невесёлые размышления прервало возвращение священника. Служитель переоделся, теперь на нём было праздничное облачение, украшенное ярким поясом.

И только сейчас до меня дошло, что вообще-то мы явились в храм на венчание, но при этом одеты как бродяги. Не такой я представляла свою свадьбу. И не такие слова ожидала услышать от жениха перед обрядом.

Служитель поджёг сухие травы в чаше, и по храму поплыл пряный аромат.

— Соедините левые руки, дети мои, — велел священник, поясняя, — ибо правая десница мужа держит оружие для защиты, а левая — жену. Правая рука жены держит дом, а левая — мужа.

Мы с Арьедом соединили ладони, как было велено. Мои пальцы слегка подрагивали.

— Арьед Велейн из рода Анвар, согласен ли ты взять в жёны эту женщину, Лидию Марград?

— Подожди! — перебила я, не давая ответить.

И Велейн, и служитель удивлённо воззрились на меня. Вряд ли невесты в этом храме часто прерывали церемонию.

— Арьед, — я сжала его руку. — Я тоже хочу, чтобы ты знал, что не обязан это делать. Ты не обязан жениться на мне. Уверена, что ты можешь защитить меня и без обряда. Ещё не поздно отменить всё…

Говорила быстро, боясь передумать. Даже не представляла, что буду делать, если он и правда откажется.

— Согласен, — громко и чётко произнёс Велейн, сжимая мою ладонь. И повторил, видимо, чтобы до меня дошло окончательно и бесповоротно: — Я согласен взять в жёны Лидию Марград.

Я только выдохнула. Меня затопило облегчение такой силы, что к глазам подступили слёзы. Он согласен! Он хочет жениться на мне, что бы ни значили те его слова.

— Арьед Велейн из рода Анвар, — служитель продолжил обряд, — готов ли ты разделить жизнь, идти навстречу судьбе с этой женщиной, пока смерть не разлучит вас?

— Готов, — его ответ был твёрдым, без толики сомнения.

— Лидия Марград, согласна ли ты взять в мужья этого мужчину, Арьеда Велейна из рода Анвар?

— Согласна.

— Готова ли ты разделить жизнь, идти навстречу судьбе с этим мужчиной, пока смерть не разлучит вас?

— Готова.

Я старалась, чтобы мои ответы звучали так же уверенно, но голос срывался. Слишком велико было напряжение.

— Называю вас мужем и женой, — завершил обряд служитель. — Можете совершить первый супружеский поцелуй.

Я подняла лицо, ожидая поцелуя. Однако Арьед быстро коснулся моих губ и выпрямился, оставив чувство неудовлетворённости. Я вздохнула, но быстро утешилась мыслью, что впереди у нас вся жизнь и множество поцелуев.

На ночлег нас оставили здесь же, в небольшом домике при храме. Судя по убранству, тут жил сам служитель. И жил более чем скромно.

На столе для нас был приготовлен ужин — хлеб, сыр и овощи. Натюрморт венчал кувшин с молоком. Похоже, мясо отец Риар видел нечасто.

Я даже не удивилась, когда Арьед достал из мешка кусок запечённой свинины, упакованный в промасленную бумагу. Отрезал несколько ломтей для нас, а остальное убрал в подпол. Судя по тому, как хорошо Велейн ориентировался в домике священника, он бывал здесь прежде и знал, где отец Риар хранит запасы.

Ужинали молча. Я ужасно нервничала. С трудом смогла запихнуть в себя пару кусочков сыра и запила молоком. Приближавшая первая брачная ночь пугала неимоверно.

Я знала, что женщине она не несёт ничего приятного, лишь боль и разочарование. Поэтому хотела скорее её пережить.

А вот Арьед никак не торопился приблизить это событие. Ел медленно, тщательно пережёвывая каждый кусочек, и думал о чём-то своём.

В конце концов, я не выдержала этого промедления и первой отправилась в постель. Кровать стояла в углу. Свет от единственной свечи на столе до неё не доходил. Я быстро разделась, оставшись в одной сорочке, и нырнула под одеяло. Укрылась до самого носа, прижалась спиной к стене и оттуда, словно из укрытия, наблюдала за Арьедом, который так же неторопливо продолжал свой поздний ужин. Казалось, он даже не обратил внимания на мой уход.

Наконец он доел, убрал со стола и ополоснул посуду. К тому времени глаза у меня уже начали закрываться, мне с трудом удавалось держаться в бодрствующем состоянии. Видимо, последствия укуса болотной твари ещё сказывались. Я понимала, что сейчас нельзя засыпать, поэтому держалась из последних сил.

Наконец Велейн задул свечу. Комнату тут же окутала темнота. Услышав, как шуршит снимаемая им одежда, я задержала дыхание. И кажется, дальше вообще забыла, что нужно дышать. Кровь яростно запульсировала в голове, своим шумом перекрыв все звуки.

О том, что Арьед лёг рядом со мной, я узнала по тому, как скрипнула кровать и зашуршала солома в тюфяке.

С отчаянием, которое испытывала разве что, когда мне грозила казнь, я ожидала начала того, о чём в приюте шушукались старшие девочки после отбоя. Пусть уже скорее всё случится и закончится. Я потерплю.

Однако Арьед не спешил приступать к исполнению супружеского долга. Он лежал, не двигаясь. Будто и вовсе забыл о моём присутствии.

Прошло несколько минут. Затекли сведённые от напряжения мышцы. Я не выдержала и пошевелилась, меняя положение. Велейн никак не отреагировал. Спустя пару минут напряжённого вслушивания в ночную тишину я разобрала мерное дыхание и поняла, что он спит.

Страх сменился удивлением, а затем перерос в возмущение. Как он посмел уснуть, когда я здесь жду и трясусь от ужаса?!

Я даже приподнялась на локте, чтобы, склонившись над ним, проверить, действительно ли он спит. Но если Арьед и притворялся, то делал это весьма правдоподобно. По крайней мере, в темноте было не разобрать.

Я легла обратно на подушку, кипя от возмущения. А потом задумалась.

Ведь я не готова к супружеской близости с Арьедом. Да, он мне нравится, я даже немного влюблена в него, но лишь потому, что он неоднократно спасал мне жизнь, помогал, заботился. Это ещё не любовь женщины к мужчине, как я её понимала, и о которой рассказывала мне мама. Где муж и жена — одна душа.

А значит, решение Велейна не торопить события было верным. В груди потеплело от благодарности. Я закрыла глаза и тут же уснула.

Проснулась в середине ночи оттого, что сильные руки обхватили меня и прижали к мужской груди. Крепко так прижали, не вывернешься. Но я и не собиралась. Напротив, на губах сама собой проявилась улыбка. С ней я уплыла в светлый сон и не просыпалась до самого утра.

— Лида, проснись! — в голосе Арьеда была самая толика тревоги, но я тут же открыла глаза.

Велейн стоял у постели, держа в руках моё платье и плащ. Встретив мой взгляд, он положил одежду рядом со мной и велел:

— Одевайся.

Служитель переминался с ноги на ногу у порога. На меня он старался не смотреть. На Арьеда тоже.

Я сразу поняла, что случилось что-то плохое. Тут же натянула на себя платье и лишь после этого выскользнула из-под одеяла, оправляя одежду.

— Простите, господин Велейн, — проблеял старик. — У меня приказ, я не мог ослушаться.

— Вчера ты называл меня Анваром, — хмыкнул Арьед, впрочем, веселья в его голосе не было.

Священник, ещё раз пробормотав «простите», вышел из домика. Скрипнула, закрываясь дверь. Мы с Арьедом остались одни.

Он посмотрел на меня нечитаемым взглядом. Выражение его лица было привычно хмурым, но всё же в нём появилось нечто новое. И это было очень похоже на беспокойство.

Он переживал за меня?

Снаружи послышались звуки. Скрип кожи, лязг металла. А ещё мужские голоса и ржание лошадей.

— Нас обнаружили чуть раньше, чем я ожидал, — признался Велейн.

— Отец Риар нас предал? — догадалась я.

Арьед скривился.

— Боюсь, он не мог поступить иначе. Герцог Анвар умеет добиться полного подчинения от тех, кто служит ему.

На лице Велейна мелькнула застарелая боль. Кажется, он говорил не только о старом священнике.

Арьед дождался, когда я обуюсь и справлюсь с застёжками плаща, потом окинул меня внимательным взглядом. Кивнул своим мыслям и негромко произнёс:

— Держись рядом со мной и ничего не бойся. Ты теперь моя жена.