Взрослая дочь

Глава 28.

Солор

Желудок сворачивается и скручивается.

Отец.

Настоящий.

Хочет со мной поговорить.

О чём?

Чувствую себя тринадцатилетним пацаном, который растерялся и не может ответить на вопрос, изучающийся в старших классах.

Беру себя в руки. Вдыхаю и принимаю из рук Сулеймана телефон.

- Алло.

- Здравствуй, Солор, - доброжелательно раздается из трубки. Сейчас голос Арифа Кайшата для меня читается иначе.

На вдохе:

- Здравствуйте.

- Извини, что как снег на голову, я буквально украду у тебя одну минуту.

- Да не… Конечно! – волнуюсь очень.

- Дело сделано, сынок, теперь ты глава компании. Будь хорошим Фаделем, иначе судьбу предшественника тебе не миновать. Поверь, люди найдутся.

Каждое слово, как удар по гигантскому барабану. Как сорвавшаяся капля в вечно спящее озеро.

- Я буду следить. И помни, предателей у нас не любят.

- Я тебя услышал, отец, - будто бы и не я совсем отвечаю. Выдохнул эти слова по мере рождения их в моей голове.

- Удачи! – и в трубке потянулись гудки.

Это всё.

Это и конец и одновременно начало.

Я не сразу замечаю, что Сулейман пристально следит за моей реакцией.

- Всё хорошо? – изгибает бровь.

- Да, - кладу трубку на столешницу. Её мгновенно подхватывает бармен и убирает.

- Может, что-нибудь хочешь выпить?

- Нет, - тут же пресекаю, - мне пора домой.

- Ты с водителем?

- Да.

- Отлично. Я тебя провожу, - заявляет Сулейман и поднимается со стула.

Приезжаю домой.

Повсюду тишина и полумрак, только верный Стефан выползает откуда-то из коридора. Правило у него такое дожидаться появления последнего члена семьи и только потом на боковую.

- Вам что-то принести?

- Нет. Иди, ложись спать.

- Доброй ночи, господин Солор.

- Доброй ночи, Стефан.

Он уходит, а я чувствую, как во мне усиливается желание подняться в комнату Николь. Так и делаю. Поворачиваю ручку. Заперто.

Ищу слуг.

- Солор Ибрагимович, - растерянно хлопает глазами горничная.

- Ключ!

- Какой ключ? – строит из себя глупышку.

- От комнаты Николь.

Глаза её распахиваются.

- Господин Солор…

- Я тебя не спрашивал! Ключ мне отдала, - произношу строго.

Нехотя Мариса вытаскивает из передника ключ.

- Госпоже Николь это не понравится.

Непростая девчонка. С норовом.

- А ты будто знаешь, что я собираюсь делать?

- Если вы её обидите, я не стану молчать, - лезет на рожон.

- Ещё одно слово и вылетишь отсюда пробкой!

Наглая мелюзга.

Вздёрнув нос девчонка, марширует прочь.

Ещё я перед прислугой не отчитывался, что собираюсь делать.

Подхожу к комнате Николь, вставляю ключ и проворачиваю.

Отец… Тьфу! Ибрагим во всех комнатах установил особые дверные замки, которые можно открыть, даже если изнутри вставлен второй ключ.

Дверь даже не скрипит, когда я её открываю, вхожу и закрываю без лишнего шума.

На моё счастье она спит. Облегченно выдыхаю, понимая, что мне не грозит истерика или тирада обвинений и угроз, которые вряд ли могут быть выполнены хрупкой девушкой.

Подхожу к постели. Николь спит на краю, лежа на животе. Понятно, что сон сейчас у неё крепкий и глубокий. Нужно изрядно постараться, чтобы её разбудить.

Я и не хотел.

Вынимаю из кармана результаты анализов ДНК и ставлю на видное место, конкретно – на прикроватную тумбочку. Фиксирую вазочкой. Ну, вот и всё.

Пробегаю взглядом по спящей Николь. Думаю, она долго не спала, а потом вырубилась. Мои предположения подтверждаются, когда я на пятках разворачиваюсь и слышу приличный всхрап. Это вызывает у меня усмешку, покачав головой, удаляюсь из спальни дочери Ибрагима.