Я – Ректор!

Глава 15

Как штормило академию, первые несколько дней, можно не рассказывать, дошло до того, что председателя студсовета выбирали на дуэли, под чутким контролем декана Красных, чтобы определить победителя.

Результаты, кстати, удивили всех. Потому что выиграл один из студентов Ландрина, флегматичный парень, однако, убедительно доказавший, что Зелёный факультет по боевой эффективности не хуже Красного, и это на арене циркуса, где один песок под ногами, а в каких-нибудь джунглях и вовсе, друид ультимативная машина убийства. Бедняга с Красного пытался его атаковать огненными заклинаниями, но то и дело попадал в различные ловушки, а зелёный, словно заправский вьетнамец, заводил его всё дальше в свои сети, пока, одним хлопком ладоней не распял в воздухе, растянув лианами за руки и ноги.

— Стоп! — рявкнул декан красных, в одно движение высвобождая проигравшего, отчего тот хлопнулся на песок, метров с трёх.

Впрочем, к победителю, третьекурснику по фамилии Бергер, он обратился вполне спокойно, ничуть не огорчаясь поражению своего студента. Поздравил с победой и должностью, а затем поднялся на трибуны ко мне, где я с Ираидой с интересом наблюдал за финалом. Где ещё увидишь боевую работу магов. Третий курс выпускной, а значит это уже не просто банальное перекидывание заклинаниями, а какая-никакая тактика.

Присев на лавку рядом, мастер-чародей с минуту помолчал, тоже как и мы глядя на поздравления победителя от пристутсвовавших в качестве зрителей и болельщиков однокурсников, а затем, коротко произнёс:

— Спасибо.

— М-м? — с некоторым недоумением взглянул я на него.

— Что дали возможность моим сразиться против зелёных. Обычно друидов сложно заставить выйти в круг, философия у них не та, вот у кое-кого из моих и возникло заблуждение, что они плохие бойцы. А здесь наглядно показали, что Зелёный факультет не стоит недооценивать. Будет, как раз, повод, моих взбодрить и добавить нагрузки, — слегка обнажил зубы Фаргис, — а то считали себя выше гор, а тут какой-то друид сильнейшего студента с Красного сделал как первогодку.

— Обязательно сообщите, что этим они опозорили вас, — посоветовал я, — и теперь только усиленная подготовка сможет частично этот позор смыть.

Декан чуть кривовато, но всё же улыбнулся и сообщил:

— Может быть так и сделаю. Хотя нет позора проиграть более сильному. Позор проиграть более слабому.

Тут он, чуть подавшись вперёд посмотрел на скромно сидевшую с другой стороны от меня секретаршу и разом вся суровость из взгляда пропала, сменившись почти отеческой заботой.

— Ираидочка, не не хочешь ко мне на чай зайти? — произнёс он. — Посидели бы, поговорили. Ты ведь, так толком и не рассказала, как этот год провела. Так поспешно уехала. Даже не попрощалась. Мы знаешь как по тебе скучали. Я даже думал, что это Абдиль с тобой что-то сделал. Хотел уже его пытать, где ты и что с тобой.

На этом месте я глубокомысленно подвигал бровями, а райденка мило хохотнула:

— Дядя Игнатий, я же девушка, влюбилась с первого взгляда в капитана корабля, а он отплывал в тот же день. Не смогла устоять и бросилась с ним, только и успела, что ректору сказать, что ухожу. Он был такой мужественный, красивый и сильный. Казался идеальным. Правда, года хватило, чтобы понять какой он мудак и вернуться обратно.

— Кхым, кхым, — прокашлялся я, поднялся и добавил, выразительно глянув на райденку, — Мисс Беккер, можете быть свободны. Я вернусь в свой кабинет и поработаю с бумагами, так что на сегодня пока поручений нет.

— Спасибо мессир ректор, — заулыбалась та, а Фаргис заметно обрадовался.

Судя по всему, общество девушки ему было приятно. Можно было бы подумать, что тот пытается подкатить яйца к юной секретарше, но я видел, что тут что-то больше похожее на отеческие чувства. Возможно, когда-то у него была дочь похожая на Ираиду.

— Да, пойду тоже поздравлю победителя, — я перешагнул через лавочку ниже, прошел вдоль ряда и, затем, перешагнул борт отделявший зрительные места от самой арены. Парни и девушки с Зелёного факультета всё ещё толпились вокруг своего героя, но, завидев меня, немедленно расступились.

— Итак, молодой человек, — произнёс я, разглядывая высокого с меня ростом, парня, — скажу прямо, вы меня впечатлили своим выступлением. Доказали, что в военном деле важна не только сила, но и хитрость. Поэтому должность председателя студенческого совета по праву ваша. Да, кстати, как вас звать?

— Ландор Бергер, мессир ректор, — уважительно наклонил голову тот.

— Можно я буду называть вас Ланд?

— Конечно, ректор.

— Отлично. Итак, Ланд, ваша должность это рупор всех студентов, который будет доносить до меня все ваши нужды и чаяния. Но хотел бы сразу предупредить, действуйте с умом, не пытайтесь тащить всё подряд, разумно оценивайте инициативы и…

Но тут мою вдохновенную речь прервали.

— Стоп, стоп, стоп! — раздалось решительное от входа в циркус, знакомым девичьим голосом, от которого я невольно вздрогнул.

Резко обернулся и едва заставил себя остаться на месте, а не сбежать самым позорным образом, когда к нам подошла Ания Аберлоф, дочка великого магистра собственной персоной.

На ней была синяя мантия факультета целителей. Неожиданно. Я, почему-то, считал, что она тоже с Красного, больно много в ней было гонора и наглости. Но нет, целительница-извращенка. Кто бы мог подумать. И она третий курс. Только не говорите, что она тоже…

— Я тоже хочу побороться, — девушка надменно улыбнулась и демонстративно хрустнула пальцами, — за место председателя.

Позади неё, что удивительно, тоже собралась приличная группа поддержки. Видимо, с дочкой гильдийского главнюка многие хотели дружить. Я сразу вычленил из толпы прихлебателей стайку девиц на побегушках, по влюблённо-ревностным взглядам на друг друга и Анию, несколько задротов на которых девушка явно оттачивает свои командирские замашки и, конечно, хвост из парней желающих свести с красоткой, а вернее её влиятельным папочкой, более тесное знакомство. Интересно, кто-нибудь из них вообще в курсе, о наклонностях этой мадмуазель? И о том, что она крутила шуры-муры с ректором? Скорее нет, чем да, слишком уж специфичны и общественно порицаемы её увлечения. Впрочем, один из парней, на миг полыхнул злобой во взгляде, на секунду остановив его на мне. Кто такой не знаю, но запомнить, на всякий случай, надо, а то ещё захочет меня пырнуть чем-нибудь острым.

— Порыв, несомненно, достойный уважения, — вежливо улыбнулся я, — но должен предупредить, что борьба предполагает дуэль, почти без ограничений, запрещено только наносить фатальные увечья и раны. И скидок не делают ни на пол, ни на факультет. Придётся сражаться всерьёз.

Впрочем, слабой надежде, что та испугается и откажется от своих намерений, не суждено было сбыться.

Хищная улыбка Ании стала только шире и она, дёрнула побородком вверх, бросая надменно:

— Принимается. Хоть сейчас. Я готова.

Я беспомощно оглянулся на Фаргиса, что, с неохотой покинув Ираиду, подошел к нам, но тот, не стал искать поводов, чтобы наглой девчонке отказать, только, бросив короткий взгляд на посерьезневшего Бергера, заявил:

— Прежде чем сразиться с победителем, докажите, что достойны этого. Маркус — он подозвал свое студента, что в сторонке, переживал горечь поражения, — первый бой вы проведёте с ним. Победите, выйдите против Ландора.

— Хорошо, мастер-чародей, — спокойно ответила девушка, ничуть не испугавшись перспективы выйти против парня куда выше и крепче.

Хотя магия как кольт сорок пятого калибра, уравнивает людей. Но всё же, она целительница, хоть программа обучения и предполагает универсальность. У парня с Красного, явно куда больше и практики и знаний в боевой магии.

— Тогда все вон из круга, — рявкнул декан и обе группы студентов как ветром сдуло на трибуны.

— Пойдёмте, — кивнул он мне тоже, а когда мы добрались до трибуны, громко возвести обеим замершим на песке арены противникам, — разошлись, минута на подготовку.

Присев, я наблюдал, как оба так непохожих друг на друга дуэлянта расходятся, улучив момент, наклонился к Фаргису и тихо произнёс:

— Хорошо придумали, проиграть проигравшему её сразу вернёт с небес на землю. Да и ваш, после поражения, уж точно не захочет поддаваться девчонке, даже если она дочь главы гильдии. А за счёт выигрыша, вернёт себе хотя бы часть уверенности.

— Он не выиграет, — внезапно ответил мужчина, спокойно, словно констатируя факт, — и я это сделал не для него, а для Бергера, чтобы уравнять шансы. Он после боя и она будет после боя. Так будет честно.

— Так, стоп, — я замешкался, перестав что-то понимать, — откуда вы знаете, что она выиграет? Она же с Синего факультета, а против неё лучший студент Красного, которого вы сами лично обучаете.

— Её я тоже обучаю лично, — после недолгой паузы ответил Фаргис, — по просьбе её отца. У неё две восьмёрки, в синем и красном. Был выбор, куда пойти, великий магистр хотел, чтобы она пошла на Красный, но та выбрала Синий.

— Зачем? — удивлённо уточнил я.

— У них сложные взаимоотношения, — дипломатично ответил тот, после чего, громко выкрикнул, махнув рукой, — Начали!

И вот тут я понял, о чём Игнатий недоговорил. Не просто так её на Красный хотели запихнуть и не просто так он занимается её подготовкой. Бой напоминал встречу двух боксёров, где один кандидат в мастера, а второй перворазрядник. Кажется, что разница не велика, одна ступенька всего, но на самом деле, между ними пропасть. Так и тут. Парень банально не успевал, Ания была быстрее. Быстрее колдовала, быстрее перемещалась. Атаки её были более разнообразны и нестандартны. И всё закончилось быстро, куда быстрее чем я об этом говорю. Несколько попаданий и Маркус валиться на песок как подкошенный, без сознания, а его противница, только холодно улыбается, глядя с превосходством.

— Плохо, — глядя на это, внезапно буркнул Фаргис.

— Что? — вновь удивился я.

— Засранец не смог продержаться против неё и пяти секунд, — в этот раз в голосе декана явственно чувствовались гневные нотки, — а должен был в три раза больше.

Кому-то не поздоровиться, понял я, глядя как по приказу старого боевика, другие студенты в красном уносят своего товарища.

А на песок, меж тем, ступил друид.

— Пять минут на восстановление и подготовку, — объявил декан и снова вернулся ко мне, усаживаясь на лавочку.

— Так что там с взаимоотношениями? — снова насел я на него.

— Её мать умерла, когда девочке было пять и она винит в этом отца. Поэтому делает всё ему наперекор.

— А отец?

— А он тоже винит себя и, вместо того, чтобы воспитывать, ей всё позволяет. Вот и выросло, что выросло. А ведь прекрасный потенциал. Такие бойцы появляются раз в десять лет. Но нет, она делает всё, что вздумается и втягивает в это других.

— Это да, — я вздохнул, а затем, не удержавшись, добавил, — это из-за неё меня чуть не казнили.

Тут же замолчал, запоздало пожалев, что болтанул лишнее, но декан только невесело хмыкнул и кивнул:

— Я знаю. Ты, конечно, тот ещё засранец, но даже тебе было бы не под силу затащить Анию в постель против её воли. Я это понимал, да и другие тоже.

— Но не великий магистр, — мрачно заметил я.

— Он отец, — лаконично заметил Фаргис, а затем снова громко крикнул, — Начали.

В этот раз бой продлился дольше. Друид, как и в первый раз, создал целое поле ловушек, вот только смог зацепить девушку лишь парочкой из них. А затем та вдруг жахнула чем-то необычным и вся выращенная им растительность резко увяла, оставляя без прикрытия. И дуэль, длившаяся чуть больше минуты, сразу закончилась.

Безоговорочной победой девушки.

— Сильна, — с уважением заметил декан.

— Что это было?

— Высшее целительство. Заклинание вытягивающее жизненные силы из определённого радиуса вокруг целителя, для того, чтобы передать их пациенту. Очень затратное, от шестого ранга и выше. Значит Синесса её и такому обучила, занятно…

Мда. Я нехотя поднялся, и пошел навстречу гордо уперевшей руки в бока победительнице. Стараясь не показать своего разочарования, поздравил:

— Мисс Аберлоф, что ж, должность председателя студенческого совета ваша. Теперь вы рупор всего сообщества студентов и будете передавать мне все их чаяния и нужды. Но подходите к этому с умом и оценивайте, гм, разумно.

— Благодарю, мессир ректор, — девушка заулыбалась сильнее, а затем, произнесла, — и у меня уже есть несколько очень важных предложений, которые хотелось бы с вами обсудить.

— Да? Где? — замешкался я, не зная, что на это ответить.

— В вашем кабинете конечно, ректор, там, думаю, будет удобнее всего.

И ведь не отмахнёшся. Я вымученно улыбнулся, ища повод для отказа и никак не находя. Слишком много вокруг нас других студентов. Не объяснять же, что девчонка маньячка-психопатка и я с ней категорически не желаю оставаться наедине. Да мне и отец её запретил. Вот только про этот нюанс никто кроме меня не знает.

— Ну хорошо, пойдёмте, — нехотя сделал я приглашающий жест рукой, в сторону выхода из циркуса, а сам очень выразительно посмотрел на застывшую неподалёку секретаршу.

Надеюсь она поняла, что минут через пятнадцать стоит ко мне наведаться, чтобы дочурка великого, не успела меня изнасиловать.

В кабинете, стоило двери закрыться, как Ания, тут же ткнула меня своим пальчиком в грудь, высказав с претензией:

— Мне кажется, ты не рад меня видеть.

— Тебе кажется, — ответил я, — я просто не хочу, чтобы нас начали в чём-то подозревать.

— Теперь не будут, — улыбка Ании стала похожа на дьявольскую, — ак председатель студсовета я могу с полным правом встречаться с ректором. Видишь, я же говорила, что что-нибудь придумаю.

Ага, вот только это я придумал, на свою голову, как оказывается. А девушка, не откладывая в долгий ящик, прильнула ко мне, нежно касаясь ладонью бритой щеки.

— Знаешь, смотрю на тебя без бороды и понимаю, — без неё ты мне нравишься больше.

«Да как так-то⁈ — мысленно возопил я, возмущённый донельзя, — я что, просто так страдал, резался? А ей теперь нравится больше?»

— И ты выглядишь так молодо, хоть и взросло.

— Тебе это тоже нравится больше? — еле сдерживая разочарование того и гляди готовое прорваться в голосе, спросил я.

— Да, пожалуй, — она отстранилась, тряхнув волосами, оглядела меня придирчиво. — Честно сказать, изначально я решила с тобой замутить, чтобы позлить отца. Он всё пытался мне предложить каких-то сыновей своего какого-нибудь старого друга. Все как на подбор молодые бычки с Красного. Вот я, в пику ему, и выбрала постарше. Даже убедила себя, что действительно тебя люблю.

— А на самом деле⁈ — чуть воспрял я, услышав такое откровение.

— А на самом деле, когда ты смог вывернуться и выжить, наперекор воле моего отца, это что-то всколыхнуло внутри. — она приложила ладонь к груди, мечтательно прикрыв глаза. — Ты смог заставить его изменить своё решение. До этого подобное не удавалось никому. И я, вдруг, поняла, — мы с тобой похожи. Родственные души. А когда оказалось, что ты совсем не старый и очень симпатичный, то я действительно в тебя влюбилась!

«Ну зашибись».

Она повисла на моей шее, обхватив крепко руками, прильнула губами к губам в долгом поцелуе.

Невольно мои руки приобняли её тоже, удерживая на весу.

«Она маньячка-извращенка! — тут же проснулся внутренний голос, — от неё одни проблемы».

«Нет, она бедная-несчастная девушка, оставшаяся без матери, с деспотичным отцом. — внезапно вмешался другой голос, — её надо понять и простить».

«Горбатого могила исправит, — вновь недовольно рыкнул первый голос, — она так и будет маньячкой и однажды ты проснёшься, а голова в тумбочке лежит».

«Но вы можете вместе преодолеть её психологические проблемы, — отозвался второй, — ты же видишь, что она милая и добрая внутри».

«А ещё, — вмешался третий голос, вкрадчивый как у змея-искусителя, — она красивая и у неё богатый и влиятельный папа, который обеспечит безбедную жизнь. Ты её обесчестил, и ты же женишься, никто протестовать не будет, наоборот, соблюдёшь приличия».

— Во-первых, не я обесчестил… — не утерпев, ответил я голосам, и, вдруг, понял, что сказал это вслух.

— Что? — удивлённо переспросила Ания, продолжая держать меня за шею, чуть откинувшись назад.

— Да так, говорю, не хотелось бы тебя обесчестить, в глазах окружающих.

— Пф, — фыркнула та, — плевала я на мнение остальных.

— Тут ты не права, — покачал я головой, — если ты плюнешь в толпу, она утрётся, если толпа плюнет в тебя, ты утонешь.

— Фу, не занудствуй, — девушка, чуть оттолкнув меня, прошлась по кабинету, а затем плюхнулась на диван, закидывая ногу на ногу. И внезапно достала нечто подозрительно похожее на сигарету, и, создав над пальцем маленький огонёк, натурально закурила.

По воздуху тут же поплыли клубы дыма.

«Она ещё и курит, — недовольно подумал я, — есть ли хоть один порок в этом мире, которому бы она не предалась?»

Тут в коридоре, за дверью, послышались какие-то голоса. Сначала мне послышался высокий голос Ираиды, а затем, я различил недовольный мужской и похолодел, потому что рычащие нотки голоса великого магистра сложно было с чем-то спутать.

Ания, похоже, выпуская дымные колечки одно за другим, этого не услышала, или просто не хотела вслушиваться, а я заметался взглядом по кабинету, судорожно пытаясь найти выход из положения.

Закинуть девушку в тайную комнату? — не успею.

Подпереть дверь стулом? — смешно, против сильнейшего мага такое не сработает.

А больше ничего и не придумывалось.

«Может, — мелькнула слабая надежда, — они не ко мне?»

Замер, скрестив пальцы, но тут дверь содрогнулась от сильнейшего толчка и под вскрик секретарши:

— Ректор сейчас занят! — в кабинет ввалился глава магической гильдии.

И тут же замер, увидев на диване дочь, что как раз делала очередную затяжку.

Выпучив глаза, Ания, резко выпустила струю дыма, закашлявшись, а затем, сипло спросила:

— Папа⁈

— Дочь⁈ — ошарашенно переспросил тот. Проводив взглядом дым и сигарету зажатую между пальцев, ещё более ошарашенно уточнил, — Ты куришь⁈

Но тут его взгляд плавно перетёк на меня и он вспомнил, где находится.

Клянусь, в тот момент его глаза покраснели как у быка при виде красной тряпки. И в них я прочитал свой приговор.

— Не виноватый я, она сама ко мне пришла! — только и успел выкрикнуть я в ответ.

— Убью! — рыкнул великий магистр, наводя на меня ладонь с растопыренными пальцами, но ему, тут же наперерез бросилась девушка, хватая его за руки, мешая колдовать, с пронзительным криком:

— Не смей, я его люблю!

С другой стороны к ней присоединилась райденка, тоже не желавшая так быстро менять работодателя.

В этот момент, из-за спины Аберлофа вынырнула Кортес, немедленно, с нотками злости и радости одновременно, завопив:

— А я говорила, что эти его студсоветы, только прикрытие!

А следом за ней показалась Баляйн, хмуро отмахнувшаяся от всё ещё плавающего в воздухе дыма, укорив:

— Абдиль, Абдиль, опять на те же грабли. Ничему тебя жизнь не учит.

Последним же, кого я заметил, был Фаргис. Декан красных, быстро оглядев всё происходящее: великого магистра, борющегося с двумя девушками, меня, дым, и лежавшую на полу сигарету, только вздохнул, ничего не сказав и досадливо поморщился.

Крики, ор, гневная ругань, всё это слилось в один громкий шум, буквально вгрызавшийся в голову.

— Да идите все в жопу! — не выдержав, воскликнул я, развернулся и с криком — 'Джеронимо! — рыбкой нырнул в окно, под звон разбитого стекла.