Я – Ректор!

Глава 8

Уже на выходе меня вновь догнала Кортес и с мстительным удовлетворением в голосе произнесла:

— Ах да, ректор, забыла упомянуть, в ректорской башне теперь буду жить я. Ваше всё оттуда и так вывезли, а для меня мебель привезут уже сегодня вечером.

— Ха-ха, — развеселился я, чем вызвал у той плохо скрытое удивление, — да пожалуйста. Вся башня ваша. Только, надеюсь, не слишком много мебели заказали? А то не влезет же.

Мы как раз вышли из арки в лоджию, откуда открылся живописный вид на то, что от башни осталось.

Проректорша замерла, приоткрыв рот, во все глаза пялясь на развалины, а я порадовался донельзя глупому виду женщины. Что ж этот раунд явно за мной.

— Но как⁈ — она наконец отмерла, развернулась ко мне с глазами, полными какой-то детской обиды и гнева, похоже, от увиденного даже её хвалёный характер дал трещину. — Это вы⁈ Это всё вы!

Сказано это было с такой горячностью, что на миг я подумал, что с этой башней Кортес связывает что-то большее, чем просто желание мне насолить. Вступать с ней в открытую конфронтацию не хотелось, поэтому, чтобы слегка снизить накал эмоций, я отрицательно покачал головой и деланно развёл руками:

— Увы, но нет. Моя дорогая Аделаида, я не настолько силён. Видимо в конструкции башни был какой-то дефект, неравномерно просел грунт или при строительстве допустили какие-то нарушения, но прошедшая гроза, пару дней назад, помните, серьёзно её потрепала. Ветром сорвало крышу, все этажи сверху донизу залило водой. А когда, на следующий день, я пошел чтобы проверить её состояние, то сам чуть не оказался завален обломками, Гарольд, наш завхоз, тому свидетель, он видел, как я выскочил наружу в последний момент. Споткнись я, или оступись по дороге и мы бы уже с вами не разговаривали.

И вновь я не лгал, дефекты, как и нарушения могли быть, крышу правда сорвало ветром и вода залила башню, а я спасся чудом, и Кортес это почувствовала, отчего боевой задор в её глазах угас, уступив место лёгкой неуверенности. Впрочем в растерянности она пребывала недолго. Вновь нацепив на лицо непроницаемую маску, женщина холодно заметила:

— И всё же, это произошло весьма удобно для вас.

— Вы считаете, что я, каким-то образом предвидел, что вы решите её у меня отобрать?

— Предполагаю, что вы могли допускать такую возможность.

— Считаете, что я действовал по принципу, не доставайся же никому? Ну тут вы точно ошибаетесь, разрушать что-либо у меня и в мыслях не было. А пока разрешите откланяться, — церемонно произнёс я, — но меня ждут другие дела.

— Стойте, но где мне жить? И где живёте вы?

— Я? — улыбнувшись, ответил, — сплю на диванчике в своём кабинете. Мыться хожу в общую душевую в студенческом общежитии, а питаюсь на кухне. Что же касается вас, то советую обратиться к нашему завхозу, он должен быть в курсе относительно свободных комнат в преподавательском крыле.

И оставив ту переваривать услышанное, наигрывая губами «Полёт валькирий» Вагнера, довольный собой пошел обратно в ректорат. Нет это даже не один ноль в мою пользу, это два ноль, не меньше.

И всё же, несмотря на маленькие победы, в главном я всё никак не мог добиться прорыва. Магия у меня упорно не хотела получаться. Зайдя за здание ректората и убедившись, что никого поблизости нет, я ещё раз скастовал малое обнаружение жизни, но вместо этого, из моих рук двумя широкими струями ударили мыльные пузыри, весело переливающиеся на солнце.

— Красиво, — раздался сверху голос секретарши и подняв голову я увидел её, выглядывающую из окна.

— Красиво, — печально вздохнул, соглашаясь, — да не то.

Но тут же встрепенулся, с некоторой надеждой уточнив:

— Ираида, а ты же можешь использовать магию, ну, которая была у твоего тела?

— Могу, — энергично кивнула та, — это несложно.

— А как, ведь ты же не она?

— Почему не она. У меня же её личность. Просто делаю как делала она и всё получается.

— А вот у меня не получается, — в сердцах сплюнул я, упер руки в бока, зло глядя вдаль, — третий день бьюсь и не выходит.

— Ну у тебя же личности того нет, — секретарша перегнулась через подоконник, критически меня оглядев, — но магия есть, каналы не нарушены, резерв полон, уровень мастера. Ты должен колдовать.

— Так колдую, а выходит всякая фигня!

— Мало практики, наверное, — предположила та.

— Наверное. — Я почесал затылок и спросил, — а ты не в курсе, есть тут место где можно поотрабатывать заклинания без риска что-нибудь разрушить?

— Конечно есть, — Ираида ткнула пальцем влево, — там за южным рядом, полигон Красного факультета. Полоса препятствий и закрытый, и магически укреплённый циркус где ещё дуэли и магические поединки проводят.

— Дуэли? — встрепенулся я.

— Ректора не могут вызвать, — верно поняла та мои опасения.

— Ну хоть это хорошо, — вздохнул я, — ладно, покажешь где это?

— Конечно.

Я не успел оглянуться, как девушка, перехватившись руками за подоконник, сделала в воздухе красивый кульбит и ловко приземлилась на ноги возле меня.

— Пойдёмте, ректор.

Она повела меня мимо остатков уже не моей башни, за хозяйственный корпус, который и назвала южным рядом. До этого я туда не заглядывал и оставил в голове пометку, выбрать время и обязательно изучить всю территорию академии. Какую-то то ли реку то ли озеро я с окна башни видел, но тоже не дошел. А надо бы дойти. Заодно и с садовником познакомиться.

Стоило нам оказаться за огораживающими полигон деревьями, как я, впечатлившись открывшимся зрелищем, выдал многозначительное:

— Ого!

Мы стояли на краю не просто полосы препятствий. Я-то, по наивности, представлял себе что-то вроде показываемого в фильмах про армию, где там бревно, по которому надо пробежать, деревянная стенка с канатом, по которому надо взобраться, поперечины под которыми надо ползти и тому подобное, но реальность превзошла любые ожидания. Здесь полосой препятствий была сама местность. Холмы сменялись глубокими впадинами, более-менее ровные участки местности разрезали зигзагообразные траншеи, виднелись прикрытые дёрном дзоты. Чуть подальше, был даже кусок скалы, с стоящим наверху деревянным домиком и озеро метров пятьдесят в поперечнике, формой напоминавшее фасолину. На одном из его берегов, лежало полдесятка лодок, а с противоположной стороны, прямо из воды вырастали мрачные каменные стены развалин небольшого форта.

— Вот это я понимаю, условия приближенные к боевым, — выдохнул я, всё внимательно осмотрев.

— А циркус прямо посередине, замаскирован под центральный холм, — добавила Беккер, — вход с западной стороны.

Она тут же поскакала вперёд, словно газель элегантно и прямо-таки играюче перескакивая через камни и торчащие из земли брёвна, словно не преодолевая пересечённую местность, а танцуя по подиуму.

Мне же пришлось, подхватив мантию, неуклюже пробираться следом. Ну не акробат я, в конце-концов. И то, пару раз зацепившись, чуть не врюхался носом. А затем, когда передо мной землю разрезало сразу несколькими линиями окопов, через которые райденка перемахнула как на крыльях, и вовсе остановился. Земля не успела до конца просохнуть после грозы и жирные комья чернозёма обильно налипли на некогда элегантные ректорские туфли, забив напрочь протектор и сделав подошву гладкой и скользкой. А у окопов были рыхлые, осыпающиеся края и слой жидкой грязи на дне. Падать туда совершенно не хотелось.

Потоптавшись, на месте, я приметил чуть левее деревянный настил брошенный поверх окопов, этакий мостик и поспешил к нему, успокаивая себя тем, что нормальные герои всегда идут в обход.

— Только не идите по мосту, он замини…

Донеслось до меня ровно тогда, когда я поставил ногу на крайние доски настила. А дальше я уже не слышал, потому что близкий разрыв, взметнувший фонтан грязи, больно ударил по барабанным перепонкам. Метнувшись в сторону, я чуть не влетел в новый разрыв и, петляя как заяц, понёсся вперёд, выпучив глаза. Каждый шаг активировал всё новые мины, не подо мной, но слева, справа, позади. Всё взрывалось и горело, я чувствовал как ударная волна раз за разом толкает меня в спину, словно подгоняя. Я видел краем глаза, как в стороны разлетаются деревянные куски моста, и скакал зигзагами вперёд, не чуя ног. А остановился только тогда, когда увидел перед собой раскинувшую руки секретаршу.

— Ректор, ректор! Стоп! Стоять! — донеслось до меня как сквозь вату и я, затормозив, уставился на девушку, тяжело дыша.

— Всё, Абдиль, всё, — она, увидев, что я смотрю на неё осмысленным взглядом, облегчённо выдохнула и покачала головой, — да уж, это было нечто.

— Нечто⁈ Да я чуть не умер там. Ну Фаргис, ну сукин сын! — зло выдохнул я, погрозив в сторону кулаком, выплёскивая в эмоциях всё только-что пережитое.

— Не, не умер бы, — авторитетно заявила секретарша, — полоса же учебная. Максимум лёгкие ранения.

Тут она посмотрела на меня снова и, не сдержавшись, прыснула в кулак:

— Видел бы ты сейчас себя.

Я не видел, но прекрасно чувствовал, как с меня буквально комьями отваливается налипшая грязь. Мантия была покрыта ею вся, лицо, волосы, всё было не просто забрызгано, а щедро замазано землёй.

— Тебе смешно, — буркнул я, — а у меня, между прочим, эта одежда единственная и следующую выдадут только через год.

— Да ерунда, — махнула рукой Ираида, — пара бытовых заклинаний и будешь как новенький.

Она зашептала что-то, обходя меня кругом и водя руками вдоль тела. Я почувствовал тёплый поток, просочившийся даже сквозь плотную ткань, омывший и подаривший ощущение свежести. Вся грязь моментально стекла и я с радостью оглядел вновь чистую и даже поглаженную мантию.

— Здорово! — поднял я большой палец, оценив, эффект.

— Ох, — снова покачала головой райденка, — этому учат студентов первого курса. Вернее учили бы, если бы сюда поступали те, кто этого ещё дома не освоил. Здесь отпрыски старых семей, не забывай. Они приходят сюда не просто учиться.

— А для чего ещё? — я внимательно смотрел на девушку, чувствуя, что сейчас узнаю ещё кое-что весьма важное.

— Для установления связей и знакомств, Абдиль. Самой престижной считается столичная академия магии, но только среди обывателей. Да именно оттуда берут придворных магов и пополняют королевскую армию, и даже верховный чародей-советник короля тоже всегда назначается из её выпускников. Но гильдия совсем другое дело. Это государство в государстве, и каждый великий магистр гильдии оканчивал именно Версильскую академию магии, как и любой занимающий хоть какую руководящую должность там.

— Погоди, — я нахмурился, — это что получается, в королевстве две независимые магические структуры?

— Всё так, и существует даже негласная конкуренция между ними, хотя король, в великой своей мудрости, разделил их функции, чтобы они не отбирали друг у друга хлеб.

Говорила Ираида вроде с лёгкими нотками иронии в голосе, но, всё же, достаточно серьёзно.

— Так, — я помотал головой, пытаясь уложить всё услышанное в более-менее стройную систему, — получается, что есть маги государственные, а есть частные?

— Ага, — подтвердила девушка, — одни живут на королевское жалование, а другие магией зарабатывают.

Все хитросплетения местных магических структур еще не были до конца понятны, но основное я уловил. Что моя академия, — это кузница магов-предпринимателей: магические услуги там, частные клиники и магическая же охрана. В общем, магия для граждан за приличный прайс. А королевские маги, это магия чисто для государства, за государственный же счёт. Служба там не особо денежна, но почётна, а в магической гильдии наоборот, не так почётна, но куда более денежна.

— Но давайте потом это обсудим, ректор? — прервала мои размышления, перейдя на официальный тон секретарша и показала на прямоугольник ворот, ведущих внутрь холма, — циркус ждёт.

Помещение для отработки магии, внутри казалось куда больше чем сам холм снаружи и было действительно циркусом, то бишь кругом. Каменный купол над головой, уходящий на высоту полутора десятков метров, мощные магические светильники через каждые десять метров, сами собой зажёгшиеся при нашем появлении и залившие светом всё пространство внутри, что не осталось даже намёка на тень да посыпанный песочком пол.

— Это чтобы кровь впитывалась, не мешая продолжать дуэль? — с умным видом поинтересовался я, но вызвал только очередной приступ веселья.

— Нет, это чтобы работать с магией Земли, голема там собрать или подземные тропы использовать, для перемещения в тыл противника. С камнем работать намного сложнее, а с песочком проще, как раз для студентов, — объяснила Ираида и я решил больше предположения вслух не высказывать, надоело бесплатным комиком у собственной секретарши подрабатывать.

— Ладно, — я вышел на середину круга, попрыгал, сделал пару боксёрских выпадов, настраиваясь на рабочий лад, — давай смотреть, что у меня с магией.

— Угу, — Беккер ещё раз внимательно меня осмотрела, после чего вновь подтвердила, что с магией у меня всё в порядке и никаких отклонений не заметно.

Это радовало, не хотелось бы оказаться магическим инвалидом.

Затем она поинтересовалась, что из заклинаний мне известно. Я с готовностью повторил заученные звуковые формулы, а затем показал какие именно движения совершаю руками.

И тут было тоже, на взгляд Ираиды, нормально. Она даже сама, взяв простейшее заклинание «Свет», тут же его воспроизвела, подвесив над головой ярко светящийся шарик, который, впрочем, выглядел весьма бледно, на залитой светом арене.

— Теперь я.

Убедившись на секретарше, что заклинание работает, я засучил рукава и, повторив всё в точности, взмахнул руками. И о чудо! Почти такой же, даже поярче, огонёк завис и над моей головой, наполнив меня ощущением всепоглощающего восторга.

Моё первое заклинание! Маленький шажок для этого мира, но огромный шаг для меня самого. Зримое подтверждение, что я действительно маг, — тот кто владеет силами неподвластными обычным людям. Не просто один из безликой массы человеков, а сверхсущество, — сверхчеловек!

Пришёл в себя я, перестав прыгать с криками — «Да» и «Выкусите!», когда услышал громкое покашливание райденки, деликатно отвернувшейся и демонстративно носком туфли ковырявшей песок.

Кашлянул тоже, чувствуя некоторый стыд за столь неподобающее ректору поведение. Но энтузиазм распирал и руки чесались продолжить.

— Так, а теперь попробуем другое! — возбуждённо произнёс я, вспоминая следующее заклинание.

Нет, червячок сомнения, конечно, где-то внутри всё ещё грыз, потому что один раз получилось, конечно, но ведь тут был живой пример и это могла быть случайность. Но ковать железо надо пока горячо и я встряхнув руками, начал новую формулу.

По идее, это должно было быть простейшее боевое заклинание огненной вспышки. Но в точке, в которой я концентрировал его, никакой вспышки не возникло, а вместо неё, по арене разошёлся только звук, да такой, что Ираида округлила глаза, её губы задрожжали, а затем, отвернувшись она самым неприличным образом захрюкала, согнувшись вдвое. Потому что охарактеризовать услышаннное точнее всего можно было как самый натуральный, извините, пердёж. Вот прямо как в тупых американских комедиях. И если бы мы сейчас были в ней, то точно услышали бы закадровые аплодисменты. Но было тихо и только конвульсионные вздрагивания секретарской спины да придушенное кхыканье, напоминали о произошедшем.

Взявшись за лоб, я устало потёр виски. Вот так люди и спиваются. Хорошо ещё других свидетелей моего позора тут не было.

— Нет, — наконец придя в относительную норму, и развернувшись ко мне, выдавила девушка, — в целом, и такое пойдёт, чтобы сбить противника с толку, но кто-то может и обидиться.

А я только хмуро шмыгнул носом. Похоже мой статус сверхчеловека снова откладывался.