Я – Ректор!

Глава 3

Вступив в прохладный полумрак башни, я увидел перед собой ещё одну закругляющуюся стену, внутреннюю, справа от которой начинались ступени лестницы, ведущей выше. Слева за плавным поворотом был тупик и дверь, ведущая в круглую комнату без окон. На замке были следы грубого взлома, а ручка неестественно выгнута и полуоторвана. Попялившись в стоявшую за дверью густую темноту, я аукнул и по загулявшему внутри эху понял, что если там что-то и было, то это тоже вынесли подчистую.

Дверь захлопнул, пошёл выше.

Пока поднимался, обнаружил свежие сколы на облицовке ступеней. Роняли что-то тяжёлое и не раз. Покачал головой с осуждением. Ну, что за люди, главное — упереть побыстрей, а дальше хоть трава не расти. А ведь в эту башню, даже если не я, то другой ректор бы заселился. Рано или поздно. Вот оно, отношение гильдии, совсем не думают о других.

А затем оказался на втором.

Ну что сказать, глядя на пыльные квадраты на полу и светлые пятна на стене, когда-то помещение было неплохо обставлено и украшено. Сейчас же здесь гулял ветер, проникая внутрь сквозь распахнутые окна и шелестя обрывками бумаги. Даже светильники на стенах и те были с мясом выдраны, а от центральной люстры осталась только гипсовая розетка.

То же обнаружилось и на всех других этажах, кроме последнего. Туда я попасть не смог, потому что проход перегораживал поставленный на бок и намертво застрявший рояль. Лакированные бока и крышка были испещрены глубокими царапинами, а одна из ножек сломана. К тому же корпус в паре мест был просто проломлен, и сквозь дыры было видно покорёженную раму и оборванные струны. Увидев подобное варварство, я только вздохнул. Для игры он теперь был непригоден.

Впрочем, немного уже представляя себе личность прежнего Крейцмера, я, скорее, верил, что музыкальный инструмент им использовался не для наигрывания гамм, а как ещё один предмет для занятия на нём сексом.

Вытолкнуть тяжеленную махину назад у меня не вышло, как не пыжился, засадили неизвестные экспроприаторы рояль надёжно, и с некоторым разочарованием подумал, что для решения проблемы надо придумать что-нибудь этакое. Экстраординарное.

И тут меня торкнуло. Я же маг! Пусть сам я пока колдовать не умею, но тело у меня мага, причём взрослое, с, если следовать логике, полностью сформированным магическим источником, или чем там местные маги колдуют. А значит остальное дело техники. Просто надо найти и выучить заклинания.

Мысль о том, что я сам, лично, смогу творить магию, необычайно воодушевила, и я даже подумал, что, может, и не так плохо, что попал в тело этого мудака. Ведь магия — это ух!

Воображение тут же нарисовало меня, стоящего на верхушке башни, воздев руки к небу. Чёрные тучи клубятся над головой, частокол молний сплошной чередой разрядов впивается в землю, ветер, завывая, закручивается смерчем, а по округе разносится мой зловещий хохот… Красота.

Меня бывшая жена вечно укоряла, что я всё в своих фантазиях витаю. И вот теперь фантазии становятся реальностью. Нет, жизнь определённо начала налаживаться.

Человеческий мозг — интересная, конечно, штука. Перспектива новых возможностей настолько меня захватила, что заставила забыть про все неурядицы и проблемы. Да, я гол как сокол, ни денег, ни даже кровати нормальной, но, если вспомнить Землю, то арабские шейхи, Илон Маск, Билл Гейтс, всякие Ротшильды с Рокфеллерами, с количеством денег трудно вообразимым физически, имеющие все блага, на какие только способно человечество, несмотря на все свои богатства, магии не имеют, даже если бы хотели. И в этом плане я уже получаюсь богаче их.

Как на крыльях, не чувствуя ступеней под ногами, я слетел на первый этаж, выскочил из башни и замер, окидывая здания орлиным взором.

Мне нужна была библиотека. Это же академия. Учебное заведение. Где учат магии. Значит, должны быть и учебные пособия: учебники, справочники, трактаты там о каких-нибудь аспектах магии, труды прежних поколений магов. Логическая цепочка была вполне простой и логичной, да. Оставалось только библиотеку найти.

Старое здание справа от меня, где находилась кухня, я отмёл сразу. Пищу для ума с пищей для желудка, как правило, не смешивают. Любой библиотекарь за попытку взяться жирными руками за труд какого-нибудь условного Феофана Сирусийского сразу даст по башке самым тяжёлым, что окажется под рукой.

Здание с учебными аудиториями и общежитием тоже не подходило, разве что подозрительная пристройка с левого торца здания заставила немного засомневаться, но когда я прошёл туда, то при входе увидел лаконичную табличку «Ректорат». Поэтому остался последний кандидат — главное здание по центру с аркой. Храм знаний точно должен был быть в одном из его крыльев.

Медлить я не стал и немедленно отправился туда. Руки чесались попробовать что-нибудь магическое. Правда, на первом этаже искомого я не нашёл. В левом крыле, если смотреть от въездных ворот, располагался большой холл, где, по всей видимости, студенты могли встречаться друг с другом или кем-то не из академии во внеучебное время. А в правом — большой зал с возвышением, длинные столы с лавками в котором намекали на его основную функцию в качестве столовой. Немного странный выбор места, как по мне, далековато от кухни, но не я придумал, не мне и менять.

Оставался второй этаж, и я вспомнил виденную винтовую лестницу. А когда поднялся по ней, то довольно заулыбался. Высокие книжные шкафы, заполненные книгами, и столы со стульями у высоких стрельчатых окон никаких сомнений в принадлежности помещения не вызывали.

Этаж библиотека занимала полностью, в центральной части находился читальный зал со стойкой регистрации, а в крыльях, собственно, основной книжный фонд. Правда, свободный доступ был только в левое крыло, правое было закрыто, а над массивной дверью висела грозная надпись «Особая секция», и ниже приписка уже на самой двери: «Вход только для преподавателей».

— Ну, это понятно, — пробормотал я, для верности пару раз дёрнув за ручку, — не всё стоит показывать неокрепшим умам.

Впрочем, мне пока оно тоже было без надобности. Мне бы сначала азы какие, для первокурсников.

В библиотеке было пусто и тихо. Что тоже было мне на руку. Можно спокойно поискать всё необходимое, и никаких вопросов, почему ректор засел за учебники, ни у кого не возникнет.

Но стоило мне прислушаться, как вдруг я понял, что тишину нарушает какой-то тихий странный звук. Словно комариный писк. Однако никаких кровососов возле себя я не увидел. Прислушался ещё и внезапно понял, что идёт он от стойки регистрации. Осторожно подкрался туда, заглянул и обомлел. За ней, совершенно скрытая от посторонних взглядов, подложив руки под голову, мирно сопела девица с каштановыми волосами в сиреневой с белыми вставками мантии. Рядом на полке лежала такого же цвета широкополая шляпа, а перед лицом девушки чуть шевелила страницами от мерного дыхания незнакомки раскрытая книга.

Внезапно, будто что-то почувствовав, она вздрогнула, встрепенулась, так, что я даже отшатнулся от неожиданности, и большими глазами уставилась на меня.

— Здрасте, — брякнул я первое, что пришло в голову, — ректор Серге… э-э Абдиль.

Вовремя вспомнил я местное имя.

— Библиотекарь Лиза, — на автомате ответила та.

Затем глаза её распахнулись ещё шире, она подскочила с места:

— Вы⁈ А вы почему здесь?

— Как почему? — вопрос поставил меня в тупик, — а что, я тут не могу быть?

— Ну, — она подозрительно сощурилась, — прошлый раз вы сказали, что ноги вашей здесь больше не будет.

— Прошлый раз это когда? — осторожно уточнил я.

— Три года назад… — с ещё большим подозрением протянула она.

— Эм… — оказался я ещё больше сбит с толку, — а не напомнишь, почему я так сказал?

— Потому что я дала вам по яйцам, когда вы попытались ко мне приставать, решив, что новенькая молодая сотрудница вам не откажет. Неужели забыли?

Глаза библиотекарши гневно сверкнули:

— Или задумали снова яйца ко мне подкатить? Решили, что за три года что-то изменилось⁈

«Интересно, — философски подумал я, глядя в красивое, даже в ярости, девичье лицо, — тот я хоть одну юбку пропускал?»

Однако из возникшей щекотливой ситуации надо было как-то выпутываться. Впрочем, я не видел в ней серьёзной ненависти к себе, как к личности, скорее, гнев её был вызван исключительно непристойным предложением.

— Успокойтесь, Лиза, — постарался произнести я как можно более официальным тоном, — ничего личного, я тут с строго по работе. То, что произошло три года назад, было обычным недопониманием. С тех пор я многое пересмотрел.

— Не сказала бы, — проворчала девушка, — судя по тем историям, что до меня доходили.

Но оттаяла. Немного. Перестала смотреть с такой враждебностью, и я посчитал это своей маленькой победой.

— И какая именно работа вас привела?

— Э-э… — на ходу принялся придумывать я, — вопрос, мнэ-э, актуальности текущей учебной программы начальных курсов.

Чем дальше, тем уверенней я это произносил и закончил, уже даже сам почти поверив в то, что говорю.

— И что вам для этого надо? — слегка сомневаясь, уточнила Лиза.

Впрочем, озвученное не было чем-то из ряда вон, разве что, как я уже понимал, не вписывалось в образ ректора, каким его все привыкли видеть, поэтому возражать библиотекарь не стала.

— Все учебники первого курса, — улыбаясь, ответил ей.

— Все? — удивилась та, но, сообразив, что и так задала многовато вопросов, кивнула, — сейчас принесу.

Я возликовал, стараясь, однако, внешне этого не показывать, поспешил сообщить:

— Я помогу, незачем тебе одной надрываться.

Зря это сказал, только вышедшая из-за стойки регистрации Лиза тут же остановилась, уперев руки в бока, пронзила меня острым взглядом, после чего с угрозой произнесла:

— Ректор, на всякий случай, если вы и это забыли, напоминаю, я лучшая выпускница академии Багрута за последние чёрт знает сколько лет. А академия Багрута выпускает лучших боевых магов Империи.

Я вздохнул, отвёл взгляд в сторону, досадуя одновременно и на себя, и на чересчур мнительную мадмуазель, сухо поинтересовался:

— А в библиотеке-то тогда нашей как оказались?

Девушка насупилась.

— Вопрос риторический. Заметьте, я не спрашивал этого тогда и не собираюсь допытываться сейчас, — произнёс я максимально серьёзно, — всё, что я хочу, чтобы вы просто делали свою работу, либо не мешали её делать мне. За то, что было, каяться не намерен. Могу лишь сказать, что принуждать вас больше ни к чему не собираюсь. Если вы только сама этого не захотите.

Последнее вырвалось почти неосознанно. Девушка на самом деле была хороша. Большие зелёные глаза, точёная фигурка, стройные ноги, выглядывающие в разрезах мантии. Кстати, а это вообще законно, такие разрезы?

— Никогда! — гордо вскинула голову та и, продолжая её так держать, направилась в общую секцию.

Правда, непосредственно у стеллажей с книгами она притормозила и уточнила:

— А вам учебники для какого факультета?

Я чуть было не брякнул: «А их что, несколько?», но вовремя прикусил язык. В душе не ведаю, какой мне нужен. К тому же, знать не знаю, какие в этой академии есть, поэтому, собравшись с духом, выпалил:

— Для всех, — мысленно понадеявшись, что их не слишком много.

Вот будет умора, если их штук десять. Но обошлось.

— Всех трёх? — Лиза глубокомысленно поиграла бровями, но затем уверенно повела налево, — тогда начнём с Синего. Часть учебников по общей магии, их смысла брать нет, там, основы, которым большинство обучают ещё до академии, а здесь только студентов из немагических семей, так что пока вот по лечебной для первого курса.

Она начала брать с полок одну книгу за другой, произнося вслух названия:

— Искусство целительства: первый шаг на пути волшебства.

И книга толщиной в добрых два пальца, в потрёпанном, но всё ещё крепком переплёте упала мне в подставленные руки.

— Магия здоровья: основы исцеляющих практик.

Этот томик был поменьше, светло синий, с узорами по форзацу.

— Исцеление души и тела: мудрость древних магов.

Большая по размеру, но довольно тонкая, видимо, на лишние мудрости у древних времени не особо хватало.

Четвёртой она коснулась тоже, но нерешительно замерла.

— Глубины духа: искусство восстановления энергии. В основной курс тут не входит, обычно берут желающие получить дополнительные баллы у преподавателя. Но в Багрутской академии была обязательной.

— Давай, — кивнул я, — может, как раз и решу ввести в обязательную программу.

— Хорошо, теперь к Красным.

И если Синий факультет имел прямое отношение к целительству, то Красный оказался его полной противоположностью. Это был факультет боевой магии. И названия учебников говорили сами за себя: «Огненный щит: первая ступень боевого мага», «Магическое оружие: начальные техники атаки и защиты», «Основы заклинаний: руководство начинающего бойца-мага», «Стихии войны: уроки управления стихиями в бою», «Заклинания первой линии обороны: выживание молодого мага».

Ещё пять томов упало сверху стопки, прилично оттянув руки и изрядно убавив энтузиазм. Честно говоря, думалось, что их будет слегка поменьше. А впереди ещё третий факультет и учебники по общей магии для всех.

— И Зелёный, — довольно произнесла Лиза, подведя меня к стеллажам в самой глубине.

Тут всё тоже оказалось вполне логично. Кем ещё могли оказаться зелёные, как не друидами. «Тайны природы: начало пути друида», «Дерево мудрости: первые шаги ученика друида», «Первые ритуалы: освоение основ взаимодействия с природой», «Общение с животными: открытие тайн животного мира» и «Растительный союзник: создание барьеров из особых видов растений» — названия не блистали оригинальностью, сразу было понятно примерное содержание. Что, впрочем, для учебной литературы больше плюс чем минус.

— Ну и всё, вроде бы ничего не забыла, — бодро заявила девушка.

По тому, как она трогала книги, как произносила их названия, я понял, что она действительно любит свою работу, а не просто отсиживается на непыльной должности. Впрочем, всё равно, в её появлении тут была какая-то тайна. Если она не врёт, что была лучшим выпускником, да ещё и какой-то там академии Багрута, где, вроде как, самые крутые боевые маги, то простым библиотекарем работать — это зарывать свой талант. Такое на пустом месте не бывает.

Но пока мне было не до разгадывания тайн.

— Ну и хорошо, — с натугой произнёс я, чувствуя, что ещё немного, и пальцы начнут разжиматься, — и так уже многовато вышло.

Кое как, придерживая неприлично выросшую стопку подбородком, я с трудом допёр её до стойки регистрации, с облегчением водрузил и встряхнул порядком гудевшими руками.

— Ну всё, запиши на меня и забираю в башню.

Уже у себя, скинув макулатуру на пол, я дрожащими от нетерпения руками схватил первый попавшийся том и, полистав, раскрыл на странице с первым заклинанием.

Было это из боевой магии, но самые начала, должно получиться.

— Вспышка света, — прочитал я, — яркая вспышка света, временно ослепляющая врага и дезориентирующая его. Заклинание полезно в ближнем бою, позволяет выиграть драгоценные секунды. Также имеет шанс выбить из невидимости сокрытых там врагов. Шанс на успех уменьшается с расстоянием.

— Годится, — потёр я ладони.

Тем более, словесная формула и описание пасов руками выглядели не сложно.

— Тирбулдер! — воскликнул я, махнув руками перед собой, но внезапно вместо вспышки из моих ладоней ударила какая-то грязно-серая волна, хлопьями осевшая на каменный пол.

Ну, ничего, первый блин всегда комом, не расстроился я, и снова повторил, ещё раз тщательно сверившись с учебником:

— Тирбулдер!

В этот раз эффект оказался иным, снова никакой вспышки света, просто хлопок в воздухе, от которого заложило уши и толкнуло жалобно задребезжавшие оконные ставни.

— Тирбулдер!

— Тирбулдер!

— Тирбулдер!

— Да что за фигня⁈

Я делал ровно то, что было описано, но каждый раз выходила какая-то ерунда. И ладно бы результат повторялся, это бы означало, что я просто ошибся в каком-то элементе. Нет, всё отличалось. То клубы дыма, то хлопки, то выплёскивала какая-то мутная жижа, стекавшая по ступеням вниз, то вовсе ничего не происходило.

— Может, просто не мой профиль?

Я отбросил книжку по боевой магии, хватая томик по исцелению.

Но и там меня ждал облом. Эффект от простенького «Взора целителя» превзошёл все ожидания. А я, с минуту задумчиво поглазев на новенькую дыру в каменной кладке диаметром с мою голову, через которую было видно голубую поверхность озера в паре сотен метров от башни, решил повременить с целительством и попробовать что-то из друидичества.

В это время неподалёку от башни стояли двое, завхоз и местный садовник, немолодой, но жилистый мужчина в рубашке с закатанными рукавами и серых немного испачканных в земле брюках по фамилии Угрюм. Загорелая почти дочерна шея и руки до локтя сразу выдавали в нём рабочего человека, вынужденного постоянно заниматься под палящим солнцем, что не добавляло авторитета в глазах отпрысков магических семей. Впрочем, задевать или шутить над садовником тоже было не принято. Заведовал тот, в том числе, и магическим садом, выращивая немало весьма специфических культур, и шутник, решивший позубоскалить над Угрюмом, рисковал в одно не самое доброе утро проснуться от того, что стал фиолетовым или покрылся листочками, а то и вовсе с деревцем, распустившимся прямо во лбу. Причём, считалось, что садовник магом не был, правда, никто почему-то не задумывался, как он тогда управляется с магически активной флорой.

— Злится, — прокомментировал Угрюм, жадно затягиваясь самокруткой, когда в башне в очередной раз что-то взорвалось, и из окон полетели клубы дыма.

— Чего это он? — полюбопытствовал Гарольд, сам немало разозлённый на ректора.

— Так вывезли всё. Вернулся, а в башне пусто.

— Да-а⁈ — удивлённо протянул завхоз, как-то пропустивший это событие, — это с чего вдруг?

— Бают, великого магистра разозлил, — выдохнул садовник колечко дыма, — вот тот и забрал всё, что нажито было. Компенсацией.

— Откуда знаешь? — немедленно встрепенулся Гарольд.

— Кто увозил, говорили. Все с бляхами гильдии, с бумагой. Я ж тут один был из сотрудников, — степенно пояснил Угрюм, — мне в лицо ткнули, сказали оказывать содействие.

— А ты что?

— Да пошли они, — сплюнул тот, — тоже мне, бесплатную рабсилу нашли. Сказал, вам надо, вы и содействуйте, а моё дело маленькое. Мешать не стал, помогать тоже. Правда, баяли, всё, кончился ректор, больше его не увидим. А поди ж ты, вернулся.

— Вот значит как… — Гарольд насупился, — понятно, что на столовую нацелился. Тоже компенсировать будет.

— А? — повернулся к нему садовник, не понявший, о чём речь.

— Да это я о своём, — отмахнулся завхоз.

В этот момент жахнуло особенно громко, так, что крыша башни аж подпрыгнула, и просела на один бок, и оба мужчины различили доносящиеся изнутри проклятья.

— Сильно злится, — покачал головой Угрюм и затянулся вновь.