Землянка для Космического Императора

Глава 6

Лика

Сквозь прозрачное стекло капсулы, под тихое успокаивающее жужжание, я вижу, как он, вместо того, чтобы уйти, проходит вглубь лаборатории. Его шаги беззвучны, но каждый его шаг отдается во мне напряжением.

Он подходит к капсуле вплотную, и его огромные ладони с гулким стуком ложатся на стекло. Я вздрагиваю от этой мощи, от этой энергетики, которая исходит от него даже сквозь это защитное стекло.

Мне кажется, оно вот-вот треснет под этим напором, под этой скрытой силой. Но нет, высокотехнологичный материал с легкостью выдерживает его напор. А вот мое сердце нет, оно работает на пределе, отчаянно пульсируя где-то в горле.

Ну же, Лика, соберись, — пытаюсь я успокоить саму себя. — Он не причинит тебе вреда. А то, что ты без спроса залезла в капсулу… так это он сам виноват!

Я же говорила ему про ребра, а он проигнорировал. И ведь понял же, что я сказала, подлец! Тем более я врач. Можно сказать, тяга к любимому делу.

Он отступает от стекла, и я невольно расслабляюсь. Но мое счастье, длится недолго. Вместо ухода он устраивается напротив капсулы на низком стуле, закидывает ногу на ногу и замирает, уставившись на меня. Взгляд тяжелый, неумолимый. В горле пересыхает.

И что же он сделает, когда сеанс восстановления закончится? Выбросит меня в шлюз? Запрет опять в каюте? Мне даже становится любопытно, несмотря на страх.

Внутри капсулы мягко гуляют ласковые лучи сканеров. Один, второй, третий… По телу разливается приятное тепло, боль в ребрах тает, сменяясь легким зудом срастающихся тканей. Он поворачивается к большому экрану, на котором загорается трехмерная проекция моего тела. Изучает ее с таким видом, словно что-то понимает в этих схемах. Поворачивается ко мне, и в его руках появляется небольшой планшет. Он проводит по нему пальцем.

Капсула начинает гудеть громче, а воздух внутри становится ощутимо горячее.

— Эй! — я бью ладонью по стеклу. — Что ты делаешь? Открой! Ты же не собираешься меня тут зажарить?

Он не реагирует. Я продолжаю стучать, чувствуя, как холодный страх подкатывает к горлу. Воздух становится обжигающим.

— Открой, кому говорю!

Проверяю пальцами ребра. Они уже не болят. Идеально ровные и целые. Значит, процесс восстановления закончен. Тогда что он делает?

Экран перед ним вспыхивает тревожным красным. Я бью в стекло изо всех сил.

Он медленно встает. Его лицо озаряет улыбка. Ехидная, самодовольная. Он хозяин положения. Я упираюсь руками в стекло, пытаясь показать ему всю серьезность своих намерений, хотя прекрасно понимаю, насколько глупо это выглядит. В его глазах я, наверное, как взбешенный хомяк, бьющийся в аквариуме.

И вдруг дверь с тихим шипением распахивается.

Я не успеваю среагировать и буквально вываливаюсь из капсулы. Прямо в его объятия.

Он ловит меня легко, словно я и правда перышко. Его тело невероятно крепкое, горячее даже через ткань его одежды и моего костюма. Рука сама собой, предательски, скользит по рельефу мышц на его спине, ощущая стальную твердость.

Отталкиваюсь от него, как от раскаленной плиты, и отскакиваю на шаг, едва сохраняя равновесие. Расправляю несуществующие складки на своем костюме, лишь бы не смотреть ему в глаза.

— Наигралась? — его бархатный голос проникает под кожу, вызывая мурашки.

— Я не играла, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. — Я восстанавливала свое тело. Которое изначально нуждалось в этом.

— Восстановила?

— Если ты мне ничего не сломаешь за самоуправство, то да.

— Я? — он поднимает бровь, и в его золотых глазах плещется откровенное веселье.

— Кто же еще. Разве это не было в твоих планах? С самого начала?

Он застывает. Смотрит на меня как на сумасшедшую девицу.

— Как-то не думал над этим, — выдавливает он. — Но вариант, надо признать, довольно… перспективный, — его улыбка становится шире. Он разворачивается к выходу. — Следуй за мной. Мне есть что тебе показать.

Он выходит из лаборатории, не оборачиваясь, в полной уверенности, что я послушаюсь. А самое ужасное, что он прав. Потому что дикое, неконтролируемое любопытство гонит меня за ним по пятам.