Зов Ада

Глава 28

ЛИ

Дыхание прерывистое, а невыплаканные слезы жгут глаза, покрасневшие от ветра, пока я бегу к машине. Мне нужно убраться с этой идиотской вечеринки, пока меня никто не увидел. Меньше всего я хочу, чтобы кто-то начал расспрашивать, почему я плачу.

Если я уеду прямо сейчас, то успею на следующий поезд до Главкуса прежде, чем кто-либо поймет, куда я делась. Моя семья сможет заявить, что они не причастны к моему решению вызвать Харборима, и свалить всю вину на меня. Это станет поводом для беспорядков, но, по крайней мере, так можно избежать войны.

У входа нет парковщика, поэтому я сама забираю ключи и иду вверх по подъездной дорожке. Гравий царапает крашеные подошвы моих дизайнерских туфель, пока я ищу свою машину среди припаркованных авто. Нажимаю кнопку разблокировки, и фары вспыхивают. Прежде чем открыть дверь, я оглядываюсь через плечо, прежде чем рухнуть на водительское место.

Приборная панель загорается, я пристегиваю ремень. Из колонок льётся слишком энергичная девчачья музыка. Я прибавляю громкость, чтобы заглушить мысли, полные ненависти к себе. Довериться «Эос» было ошибкой.

Я включаю передачу, но прежде чем выехать с подъездной дорожки, перед глазами всё расплывается. Слезы хлынули по щекам, словно прорвало плотину. Не в силах видеть ничего дальше пяти дюймов перед собой, я снова ставлю машину на парковку.

Я думала, что держу всё под контролем.

Пассажирская дверь открывается, и время замедляется: кто-то скользит на сиденье рядом со мной.

— Наконец-то. Я обыскал всё вокруг в поисках тебя.

Сердце замирает, когда Уайлдер изучает мое заплаканное лицо. Он есть на видео Мага. Вина пронзает меня насквозь. Между его бровями пролегает морщинка. Скорее всего, он слышал о Янус. Это лишь вопрос времени, когда он поймет, что виновата я. Что он был прав с самого начала, не доверяя мне. Мой подбородок дрожит.

Я чертова дура.

Уайлдер убавляет музыку. Лучше бы он этого не делал.

— Куда ты собралась? — его голос мягкий, как кожаная обивка салона. Я вздрагиваю. — Почему ты плачешь?

В животе завязывается тугой узел.

— Я не… я не уезжала. Мне просто нужно было время подумать, а это единственное место, где мне в лицо не светит камера со вспышкой, — моя ложь очевидна даже для меня самой. — Тебе стоит вернуться. Я сейчас приду.

— Ты всегда думаешь с пристегнутым ремнем безопасности? — спрашивает он. Моё и так учащённое сердцебиение ускорилось.

— Привычка.

Уайлдер заглушает мотор. Он постукивает моим ключом по бедру, словно раздумывая, стоит ли давить на меня дальше. Я обязана предупредить его о видео Мага. Когда оно всплывет, его карьере придет конец.

Глаза наполняются слезами. Открыв рот, я пытаюсь подобрать слова, но они застревают в горле.

— Я видел, как члена Совета Янус Дайер несли в машину скорой помощи, — ровно произносит Уайлдер. — Она имеет какое-то отношение к тому, что ты здесь? Ты знаешь, что произошло?

— Нет, — ложь срывается с губ прежде, чем я успеваю её остановить. Я должна сказать ему, но мне трудно дышать — в голове прокручиваются кадры из видео Мага: Уайлдер держит свечи, пытается убедить меня не доводить план до конца… не то чтобы на видео был звук. Все выглядит так, будто он мне помогает.

— Ли, дыши. Поговори со мной, — говорит он. Но в том-то и дело. Нет никакого способа рассказать ему о случившемся, не выложив правду о видео. Тогда он возненавидит меня навсегда, и я этого заслуживаю.

— Ты можешь рассказать мне всё, что бы ни случилось.

Я подаюсь вперед через центральную консоль, заставляя его замолчать поцелуем. Уайлдер напрягается, но не отстраняется. Закрыв глаза, я на несколько мгновений, принадлежащих лишь нам, притворяюсь, что мы — два обычных человека в обычном мире.

Я прерываю поцелуй. Пора уходить.

— Мне не следовало этого делать, — говорю я, забирая ключи из его руки.

— Ты жалеешь об этом?

— Нет. А т… — рот Уайлдера накрывает мой.

Мне требуется секунда, чтобы осознать: он целует меня намеренно. Всё мое тело вспыхивает огнем. Я поворачиваюсь, отвечая на поцелуй со всей страстью, скопившейся за эти недели. Он стонет, и от этого звука по моему позвоночнику пробегает дрожь. Ремень безопасности держит меня. Расстегнув его, я запускаю пальцы в его волосы, притягивая его ближе, пока он придерживает мой затылок. Тепло разливается по венам, когда его зубы задевают мою нижнюю губу. Я вскрикиваю, и он проникает языком в мой рот.

Такое чувство, будто мы целовались всю жизнь.

— Ли… — стонет он. Я сжимаю бедра, проклиная разделяющую нас центральную консоль и мечтая оказаться у него на коленях.

Он отрывается от моих губ.

— Нам стоит притормозить.

Моё дыхание сбивчиво. Я этого не хочу. Даже если мы будем действовать медленно, всё равно всё будет разрушено. Я снова тянусь к нему за поцелуем. Он отстраняется еще дальше.

— Ли. Кто угодно может пройти мимо и…

— И?

Уайлдер хмурится, и я съеживаюсь. Я не подумала о том, как поцелуй со мной, если его заметят, отразится на его карьере. Я разрушаю его жизнь. Проглотив комок в горле, я решаюсь во всем признаться:

— Уайлдер, ты должен кое-что знать… — внезапно за лобовым стеклом что-то мелькает. Уайлдер мгновенно вылетает из машины, хватаясь за кобуру. Из кустов выходит мужчина. Паллас.

— Черт.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, пока Уайлдер направляет оружие во второго спутника члена Никс.

— Ли, вернись в машину, — рычит Уайлдер, но я не могу отвести глаз от заряженного пистолета.

Паллас поднимает руки.

— Не стреляй. Я просто хочу поговорить с Ли.

Я прищуриваюсь. В прошлый раз, когда мы общались, он пытался меня похитить.

— Я усвоила урок после нашей последней встречи.

Гравий хрустит под кожаными берцами Палласа, когда он делает шаг ближе.

— Мы начали не с той ноты. Пожалуйста, я бы не пришел, если бы это не было важно.

Уайлдер фыркает:

— На колени, руки за голову. — Паллас вздыхает и нехотя опускается на асфальт. — Ли, — Уайлдер обращается ко мне через плечо, не сводя мушки с головы Палласа. — Иди за подмогой. Найди Джексона и вели ему предупредить Джерико. Скажи, что я нашел брешь в безопасности.

— Пожалуйста, — произносит Паллас. — Это касается писем.

Я замираю. Паллас безумен, раз пришел сюда. На вечеринке полно охраны. Любопытство берет верх.

— У тебя две минуты.

— Что ты делаешь? — возмущается Уайлдер, но я отворачиваюсь от него.

Паллас склоняет голову.

— Спасибо. Ты даже не представляешь…

— Одна минута и пятьдесят девять секунд. Паллас бледнеет.

— У нас появилась зацепка, где могут быть письма.

— Где?

— Поехали со мной в штаб-квартиру Никса, и мы всё расскажем.

— Нет, — перебивает Уайлдер. — Она никуда с тобой не поедет.

Я перевожу взгляд с Палласа на Уайлдера. Уайлдер пытается меня защитить, но если Паллас что-то знает о письмах, я должна выслушать. Мне уже нечего терять.

— Говори, где письма, или я позволю Уайлдеру тебя арестовать.

Паллас кусает щеку.

— Не могу. Поверь мне. Отец хочет поговорить с тобой лично, чтобы извиниться.

— За что? — требует ответа Уайлдер, и я напрягаюсь. — Ли, что он имеет в виду?

— Слушай, я не собираюсь разговаривать с Хироном. После того, что случилось в прошлый раз, — ни за что.

— Мы не взрывали бомбы на Фестивале Урожая.

Уайлдер хмыкает.

— Мы знаем, что вы сделали это в отместку за рейд на Слезы Вампира, который прошел ранее в ту ночь.

Я киваю:

— От этих бомб пострадали невинные люди.

— Мы были с тобой во время взрыва, — говорит мне Паллас. — Я был удивлен не меньше твоего.

Мои ноздри раздуваются. Он, Селена и Хирон — не единственные члены Никса. То, что они были со мной, еще не значит, что кто-то из их прихвостней не поджег фитиль.

— Я знаю, о чем ты думаешь. — Паллас смеется. — Из наших последователей там не было никого, кроме нас, а я не настолько хороший актер. Это «Эос» заложила бомбы и свалила всё на нас. Ты должна мне поверить.

Я стискиваю зубы. После сегодняшнего вечера я не удивлюсь, если он прав насчет «Эос». Но я также не доверяю Палласу ни на грош. И всё же, если у него есть зацепка насчет писем, я смогла бы искупить весь тот вред, что причинила, связавшись с Магом.

— Ладно, — говорю я, но смотрю на Уайлдера. — Уайлдер едет с нами, иначе я никуда не пойду.

Паллас окидывает Уайлдера оценивающим взглядом. Его ноздри гневно раздуваются.

— Мне это не нравится, но ладно.

— Ли, что ты творишь? — спрашивает Уайлдер.

— Я не получила письма, — шепчу я так, чтобы слышал только он, и Уайлдер опускает оружие. — Маг меня кинул. Если есть шанс, что Никс знает, где они, я им воспользуюсь. Считай это своим шансом увидеть их убежище изнутри, — я выставляю этот последний аргумент как приманку, но Уайлдер не клюет.

— Что произошло с Магом? — спрашивает он, и я вздрагиваю. Это мимолетное движение выдает мою вину с головой. — Ли. Что он сделал?

— Он украл яд и использовал его на Янус Дайер, — я скрываю правду о видео. Расскажу ему, когда мы останемся наедине, после того как поймем, что за игру ведет Никс. Он не захочет, чтобы Паллас узнал о демонах. Ему нужно защищать свою репутацию.

У Уайлдера перехватывает дыхание.

— Так вот почему…

Я смаргиваю подступившие слезы и поворачиваюсь к Палласу. Я всё исправлю.

— Поехали.