Зоя

Глава 39Бремя Себастьяна Эскаланта

Как только мы очутились в переулке за кинотеатром и звуки города стали приглушенными, Себастьян отпустил мою руку и замер.

Я настороженно следила за опасным мужчиной, который стоял рядом, тяжело дышал и выжимал из моих легких кислород своим горящим взглядом.

Если я не буду шевелиться, какие шансы остаться незамеченной?..

— Во мне зреет уверенность, которую можно лихо принять за безумие, — прозвучал его низкий голос и заставил меня вздрогнуть. — Уверенность в том, что ты ведьма, Зоя. И замолчал, продолжая поглощать мое сознание своими разгоряченными глазами.

— Даже не знаю, как я должна реагировать на твои слова! — откровенно призналась я, понимая, что дрожь в голосе не унять.

— Я никогда не поручал своим людям следить за моими женщинами. Но ты заставила меня исправить это, хоть моей так и не стала, — проигнорировав мою фразу, продолжил он. — Я одержим тобой, Зоя! Ты даже снишься мне.

Себастьян Эскалант открыто говорит о своих чувствах. Это невероятно редкое событие в этой Вселенной.

— В этом нет моей вины, Себастьян, — осторожно промолвила я, в душе ликуя от его признаний.

Он шумно втянул воздух и прикрыл глаз. Затем снова посмотрел на меня, да с такой внушающей силой, что я вновь задрожала и отступила назад, приблизившись к стене.

— Есть, Зоя. Ты лишила меня покоя, появившись в моей жизни.

Я игнорировал тебя. Я избегал тебя. Больше месяца я пытался перестать думать о тебе. Точнее сорок четыре дня… Я слушала его исповедь, боясь пошевелиться.

— Но ты оказалась права, черт возьми! — усмехнувшись, он неотрывно смотрел мне в глаза. — Ни одна из моих женщин не смогла избавить меня от тебя.

Мне вдруг стало жарко, несмотря на прохладный осенний вечер.

— И… И сколько же у тебя было женщин за это время? — спросила я глупость.

Он медлил с ответом, словно пытался до предела накалить напряжение в воздухе между нами.

— Много, Зоя, — наконец, признал он. — Очень много.

И что же мне делать? Радоваться или злиться? Чтобы забыть меня, он спал с огромным количеством девушек. Черт, это больно. Но все же я испытала радость, что он так и не смог стереть меня из своей жизни. Абсурд, но у меня перехватило дыхание от выжигающей боли внутри, которая раздирала мое сердце. Мне даже пришлось сжать пальцы, чтобы хоть как-то усмирить дрожь от этой эмоциональной муки.

Медовые глаза стали непривычно темными и… грустными. Себастьян безмолвно признавал свое поражение и в то же время искоренял во мне самообладание.

Я с трудом отвела взгляд и, кажется, только тогда смогла дышать и попыталась заговорить:

— Я хочу уйти.

— Нет.

— Ты не можешь удерживать меня силой, Себастьян.

Он снова выдохнул и сжал руки, привлекая мое внимание. Я сглотнула комок в горле, старательно подавляя воспоминания о прикосновениях этих рук, и отчаянно пыталась заставить себя не разглядывать выпуклые вены на его смуглых запястьях.

— Разве нужна сила, Зоя? — хрипло спросил он и протянул ко мне руку.

Я отшатнулась и тут же поняла свою ошибку, спиной почувствовав бетонную преграду. Азарт пламенел в его глазах. Он сделал пару быстрых шагов, и я оказалась прижата к этой стене. Каменный холод пытался вобрать в себя жар моего тела.

Себастьян перехватил мои руки, контролируя движения своим телом.

Какой же он высокий! Моя голова едва достает до его подбородка. Я вижу, как он дышит. Я чувствую, как он дышит. Его близость лишает меня рассудка. Покидая мою голову, он подтверждает эскалантовскую волнующую силу и власть надо мной.

Себастьян откинул волосы с моей шеи и вдохнул — медленно и прерывисто. Потом опустил голову мне на плечо, сильнее сжимая мои руки.

Дрожь новой волной прошла по всему телу от его касания. Мои силы ушли на то, чтобы не поцеловать его, и я видела спасение в своей обездвиженности.

— Зоя… — простонал он, не поднимая головы. — Поцелуй меня. Пожалуйста! Как в тот раз, в клубе. Помнишь?

Я качнула головой, отрекаясь от ноток мольбы в его восхитительном голосе.

— Я так хочу твои губы!..

Его дыхание создавало мурашки на моей коже, учащало пульс, превращало кровь в бурлящий поток огненной реки.

— Я очень тосковал по тебе, Зоя! Уже устал тосковать…

— Не нужно, прошу тебя! — уже заклинала я, понимая, что это очередная мука для меня и, кажется, для него тоже. — Остановись, пока не поздно!

Себастьян поднял руку, и его пальцы погрузились в мои волосы. Он приподнял голову с моего плеча и посмотрел на меня. Горячий рот аристократа соблазнял мои губы, а медовые глаза обнажали без рук.

— Помнишь, я тебя просил о том же? — горечь в его голосе смешалась с соблазном. — В тот вечер ты сказала, что уже поздно. Как ты была права!

— Себастьян, не делай этого. Пожалуйста! — упрашивала я вразрез со своими желаниями.

— Я знаю, что не должен, — прошептал он, прижимаясь ко мне бедрами еще ближе и обхватывая рукой лицо. — Но ты забрала мои силы. Ты — моя слабость, Зоя!

Надавив большим пальцем мне на подбородок, он раздвинул уже податливые губы. Себастьян, склонив голову на бок, тихо застонал, настойчиво погружая язык в мой рот. Не спеша, но властно, он завладел моими губами, собой вдавливая меня в стену.

Я запретила себе шевелиться. Запретила прикасаться к нему. Запретила наслаждаться им.

Но предательски восприимчивая натура изнывала без него все это время. Я словно переместилась из реального мира в свой собственный личный рай, который назывался его именем.

Запах Себастьяна дурманил разум, вытесняя из головы все мысли. Гордость, обида, рассудительность — все куда-то испарилось. Был только он, я и наш поцелуй. Головокружительный. Страстный. Вырывающий из действительности, лишающий сознания и понимания реальности.

И я покорилась.

Словно почувствовав мое поражение, он отпустил мои руки и обнял за талию. Сопротивления не было. На него просто не осталось ни сил, ни желания. Все это время, наполненное долгими минутами и секундами, каждой клеточкой моего существа, я хотела быть с ним. И вот теперь я позволила этому желанию завладеть собой.

Хотя разве позволила?..

Но я уже ответила на его поцелуй. Услышала, как он снова застонал и сильнее притянул к себе. Словно сумасшедшая, я трогала плечи, грудь, руки Себастьяна. Его тело — сильное и мужественное — лишало меня этого мира.

— Ты восхитительная, малышка! — услышала я его шепот.

Он скользнул рукой с моей талии под свободную рубашку. Провел горячими пальцами по животу вверх и накрыл ладонью мою правую грудь.

Я еще сильнее задрожала и ухватилась за ворот его куртки.

— Зоя… Малышка, — постанывал он мне в губы, синхронно кусая их и лаская. — Позволь мне увезти тебя, пожалуйста! Я так хочу тебя!.. Черт возьми, как же я хочу тебя, Зоя!

Я понимала это. Так же отчетливо, как и то, что и я хочу его.

Чувство, будто я стояла на краю пропасти, которая соблазняла своим мраком и неизвестностью. Я все сильнее хотела туда проникнуть, жаждала изведать ее глубины и ощутить себя на дне ущелья «Себастьян Эскалант».

Но прыгнув в эту пропасть, я назад уже не выберусь.

— Нет, Себастьян! — выкрикнула я и оттолкнула его, когда мое одурманенное сознание переработало сказанные слова.

Он, пошатываясь, сделал несколько шагов назад и взирал на меня из-под сдвинутых черных бровей. Его губы припухли от нашего поцелуя и казались еще выразительней. Огорчение в его глазах читалось беспрепятственно.

Себастьян пытался уравновесить свое дыхание. Я делала то же самое и старалась очистить разум от губительной жажды продолжения.

Пазл этой ситуации, состоящий из его слов и действий, складывался в одно слово — «похоть». Я для него лишь «кукла». И отличало меня от его бывших лишь слово «нет».

Жалкие слезы обиды выступили на моих глазах, и я отчаянно пыталась незаметно сморгнуть их.

— Ты хочешь от меня только одного, — вскинула я, вскидывая подбородок, вопреки горящим от его поцелуя губам. — Но я не готова быть для тебя ночной забавой! Моя гордость сильнее похоти, Себастьян! Я не…

— Зоя!.. — он шагнул ко мне, но я вскинула руки вперед, останавливая его.

— Нет! — мои ладони дрожали под стать голосу, но я продолжила.

— Ты нужен мне, но не так! Я хочу большего, Себастьян! Хочу любви. Твоей любви! Хочу отношений с тобой. Хочу будущего с тобой… Моя прямота ошарашила его. Он даже не успел это скрыть.

Я выдохнула и, дрожа, готовилась сказать самые бесстыдные слова, но самые важные. Я намеривалась сказать то, от чего зависела целостность моей души и покой моего сердца.

— И если ты не готов дать мне этого, то уходи сейчас и оставь меня в покое. Навсегда!

Вот он — решающий момент. Я гордо взирала на парня, которому только что сделала унизительное предложение. Себастьян Эскалант сжал руки в кулаки и отвел глаза цвета меда и заката:

— Прости! — резанул мой слух его горький и болезненный отказ.

— Я не могу.

Миг, и он развернулся, уходя в темноту улицы.

Предчувствуя, что не вынесу вида уходящего Себастьяна, я зажмурилась и запрокинула голову к ночному небу.

Все. Конец так и не начатой истории. Я пыталась ее начать, а закончил он. Даже не заметила, когда начала плакать. Слезы, беззвучные и горячие, стекали по моим щекам. Ноги подкосились, и я уперлась ладонями в стену за спиной, чтобы не упасть.

Жалость к себе съедала изнутри. Да, я жалкая и слабая. Разве такая нужна великолепному Себастьяну?..

— Зоя… — его призрачный голос разрушил мое одиночество.

Я вздрогнула и открыла глаза, уверенная, что это видение моего затуманенного рассудка. Но нет. Напротив меня стоял он. Его лицо выражало мрачность. Себастьян смотрел прямо мне в глаза своим горящим взором. Робкая надежда заставила меня отстраниться от безразличного бетона.

— Я… женат, Зоя! — выдохнул он.

Словно удар в спину. Нет, мне послышалось. Не может быть! — Что?.. — прошептала я.

— Я женат, Зоя, — отчетливее повторил он, будто вонзая нож в самое сердце.

Не верю! Не верю… Не верю!!!

Его лицо расплылось из-за пелены слез. Я быстро проморгала их, желая видеть его глаза.

— Не понимаю… — мотала головой я, словно отрекаясь.

В моей груди образовался ком, сгусток боли, который стал быстро разрастаться, обещая разодрать меня, вырываясь наружу. В тщетной попытке унять боль, я прижала ладонь к грудной клетке. Дышать невероятно трудно…

Господи! Так вчера я видела его жену?!

— Вчера… ты был с ней? — невыносимая боль раздирала мои внутренности и усложняла способность говорить и смотреть на него.

— Нет, — ответил он, не отводя от меня взгляд. — Нас поженили очень давно. Таковы устои моей семьи, и этот союз очень важен для нее. Увы, но он нерушим.

Себастьян двинулся в мою сторону, но я осталась неподвижна. Он опять заговорил, но я уже была мертва:

— Я не могу дать тебе то, что ты хочешь, и теперь ты знаешь истинные причины этому.

Он взял меня за плечи и слегка тряхнул. Его руки обжигали, оставляя на коже невидимые шрамы, пока слова аристократа отпечатывались на сердце кровоточащими, незаживающими язвами.

— Будь моей. Прошу тебя, Зоя! — попросил он, проникая в душу глазами и разрывая там все на куски.

На самом деле все стало на свои места. Теперь все ясно. Отчетливо и беспощадно. Надежда только что была похоронена во мне. Венки украшали ее могилу. А рядом покоилось мое сердце. Его убил женатый мужчина.

Я подняла глаза на лицо Себастьяна Эскаланта. Я не чувствовала больше слез. Я ощущала лишь боль.

— Никогда, Себастьян.

Сбросив руки будущего герцога со своих плеч, я обошла его и двинулась к дороге. Не оглядываясь.