Зоя

Глава 56Виктория

— Итак, — радостный Ксавьер разбил стену моей отрешенности. — Человек пятьдесят уже подтвердили свое присутствие на твоей премьере!

Мой взгляд остановился на загоне с лошадьми, который виднелся вдали.

— Прекрасно.

— Эй, детка? Что с тобой? — он коснулся моего плеча, привлекая внимание к себе.

Ксавьер выглядел озадаченным и немного огорченным. Чувство неловкости из-за собственного безучастия овладело мною.

— Прости, Ксав! Я не очень комфортно чувствую себя здесь. Среди этих людей.

Он нахмурился.

— Зоя? — за моей спиной прозвучал голос президента студенчества, и мне пришлось обернуться.

— Привет, Винсент! — вяло улыбнулась я парню в темно-синем костюме в стиле позапрошлой эпохи. — Позволь представить тебе своего друга — Ксавьер Варгос. Ксавьер, Винсент учится вместе со мной в школе «Ллотия», он… — …Безнадежно томится от чувств к Зое Рольдан, которая разбивает

его сердце! — перебив меня, продолжил Винсент и с улыбкой ответил на рукопожатие Ксавьера.

— О, так у нас много общего? — рассмеялся Ксав и шутливо подмигнул мне.

Я не успела ответить, так как звучание горнов привлекло всеобщее внимание к балкону дворца.

— Мне нужно вернуться к своей семье, — быстро прошептал мне на ухо Винсент. — Я найду тебя после начала охоты. Обязательно найду, Зоя!

Я оглянулась, чтобы ответить ему, но он уже растворился в толпе. Мой взгляд перехватил Ксавьер, и его улыбка стала шире. Он кивнул мне в сторону дворца семьи Эскалант.

Ну что же, пришло время привыкать смотреть на него вот так, стоя в безликой массе, незамеченной и неважной для него.

На балкон второго этажа вышли представители древнего уважаемого рода, которым уже давно пророчат королевский престол. Их одежды красного и черного цвета создавали впечатление, будто они герои исторического фильма, только что сошедшие с экрана. Какого-нибудь классического кино, которое относилось к тому времени, когда герои красивы от природы, а не благодаря удачно наложенной тонне грима или дорогостоящей компьютерной обработке.

В центре стоял Давид в темно-бордовом костюме. Рядом с ним Ньевес в красном платье с накидкой на плечах, отороченной черным мехом. Потом Виктор и Злата в однотонных нарядах темного, кровавого оттенка. Символично, по правую руку от отца, расположился его приемник, его сила и опора — Себастьян в черном удлиненном сюртуке и такого же цвета брюках.

Его повелительный взгляд из-под сдвинутых бровей скользил по толпе. Он будто оценивал масштаб своей власти, оглядывая свои владения. Он — тот самый феодал, который сошел со страниц учебника по истории.

Лишь взглянула на него и утратила обычную способность видеть кого-то еще. Его лицо словно магнит для моих глаз. Да, я все еще любила его, но уже разбитым, искалеченным сердцем.

— Добрый день, охотники и охотницы! — заговорил герцог Торегросса. — Я от всей своей семьи рад приветствовать вас на традиционной ежегодной охоте!

Он сделал паузу, давая гостям поприветствовать аплодисментами начало этого события, а после продолжил с легкой улыбкой:

— Сегодня вдвойне значимый для меня день. Ровно тридцать лет назад я впервые вышел на этот балкон и впервые объявил начало охоты в лесах Торегросса. И сейчас я делаю это в последний раз, — он снова сделал драматичную паузу и продолжил. — Через год, в такой же день, здесь будет стоять мой сын.

Снова овации и утроенное количество вспышек фотокамер.

— Оглядываясь на ушедшие тридцать лет, которые пролетели как один миг, я с уверенность могу заявить — мне повезло, друзья! Ведь я отец, который может смело гордиться поступками и достижениями своего сына. Пожалуй, это лучший комплимент прожитой жизни. Ох, как точно!

Многие из присутствующих поддержали мою мысль кивками и одобрительными возгласами.

— Итак, я хочу последний раз, как десятый герцог Торегросса, пожелать всем нам удачной охоты и богатой добычи! Очередной всплеск аплодисментов встретил финальные слова старшего Эскаланта.

— Как ты смотришь на него!

Я поняла не сразу, что эта фраза прозвучала не в моей голове, а из уст Ксавьера. Я очнулась, отвела глаза от спускающегося к гостям Себастьяна и посмотрела на мужчину рядом с собой.

— Хотел бы я вызывать такие взгляды! — задумчиво высказался тот.

— Это так заметно? — пробормотала я, чувствуя огонь смущения на щеках.

Его усмешка красноречивее слов. Потом он вздохнул, и тяжесть этого звука заставила меня поднять на него глаза.

— Видишь вон ту блондиночку? — кивнул он, глядя за мою спину.

С подозрительно-тревожным чувством, которое только-только начало зарождаться, я переключила внимание на гостей.

— Не хотел тебе говорить сразу, но теперь вижу, что зря медлил.

Я нашла взглядом миниатюрную девушку с ухоженными светлыми волосами и красной помадой на губах. Ее платье идеально подчеркивал голубизну цвета ее глаз.

Предчувствие новой боли усилилось и подтвердилось словами Ксавьера:

— Вчера он сделал ей предложение.

Девушка оглянулась и засияла. Так же, как и я раньше, наверное. К ней подошел Себастьян и поцеловал ее в щеку. Она зарделась и погладила его по скуле, сверкнув камнем на безымянном пальце левой руки.

— Виктория Энторо, графиня Тодеску, — закончил Ксавьер.

Я стала плохо видеть эту красивую пару и моргнула. Тепла капля скатилась по моей щеке, а за ней последовала вторая и третья. Эти слезы мне мешали смотреть на идеально подходящих друг другу людей.

Невеста! Его невеста!

— Зоя! — вдалеке услышала я зов Ксава.

Я почувствовала, как он развернул меня к себе и встряхнул.

— Пойдем-ка со мной! — проговорил он сквозь улыбку и, обнимая меня за талию, увел в сторону.

Невеста. Его невеста…

Она такая красивая! Как и он. У них будут замечательные дети.

Безукоризненные, безупречные, как и родители-аристократы.

— Ну как ты? — спросил меня Ксавьер, давая возможность вынырнуть из омута тяжких мыслей.

— Жалею, что приехала сюда! — дрожащим голосом призналась я и оглянулась.

Мы зашли за угол дворца Эскалантов, где скоро сын Себастьяна будет делать первые шаги. Мысли, словно змеи, хотели прокусить своими клыками мое сознание, чтобы снова убить.

Увидев лавочку возле тропинки, на которой мы стояли, я шагнула к ней, но Ксавьер удержал меня за руку.

— Погоди! — он, сосредоточенно сдвинув брови, смотрел поверх моей головы. — Хочу убедиться в своей догадке.

— Что?..

Ксавьер вдруг довольно улыбнулся. Я захотела проследить за его взглядом, но он не позволил, взяв мое лицо в ладони.

— Представь, что я это Себ! — пробормотал он.

Ксавьер поцеловал меня.

О черт! Только этого мне не хватало! Я даже не думала делать то, что он предложил, и попыталась отстраниться. Хватка Ксава усилилась, и я, положив руки ему на грудь, толкнула от себя. Безрезультатно. Наконец, он сам отклеился от моих губ и опять довольно улыбнулся, глядя куда-то за мою спину.

— Ксавьер! — разбито позвала его я и оглянулась.

Никого.

— Его уже там нет, детка! — скрестил руки на груди он и еще наглее ухмыльнулся. — Кстати, целуешься ты очень классно. Даже когда не хочешь!

— Что за… Кто ушел?!

— Себастьян.

В мой мозг постепенно стала проникать информация, и я ошеломленно уставилась на Ксавьера.

— Я знал, что он пойдет за нами, — начал говорить тот и, взяв меня за руку, повел обратно. — Просто хотел убедиться в этом.

— А поцеловал зачем?

— Чтобы позлить этого бестолкового ревнивца, — передернул плечами тот. — И помочь тебе. Пусть не думает, что ты все еще влюблена в него. Хоть на самом деле так и есть.

Я молчала, не зная, как реагировать на все это.

— Какие же вы сложные! — пробормотала я, осознав, как устала от всего происходящего.

— С простыми скучно, Зоя, — в голосе Ксавьера звучала непривычная серьезность.

Но я не успела ничего ответить. Мой взгляд перехватили медовые глаза Себастьяна Эскаланта, холодные глаза, которые проникали внутрь и замораживали все напрочь.

Наше переглядывание длилось несколько секунд, и он отвернулся. К ней. К своей красивой невесте.

— Ненавижу его! — вслух признала я.

— Знаю, детка, — вздохнул Ксавьер. — И, кстати, сегодня у него появилась уникальная возможность прикончить меня. Как-то я не подумал об этом раньше…

Мой вопросительный взор встретился с его улыбкой:

— Но твой поцелуй стоит того! — и он лукаво подмигнул мне.

***

Гости томились в ожидании уже больше двух часов. Начало охоты задерживалось по причине, которую организаторы не стремились озвучивать. Представители высшего общества насладились вкусными закусками, утолили жажду всевозможными напитками, ответили на вопросы журналистов и лениво сплетничали. Они ожидали либо объяснений причин невозможности провести праздник, либо повода, чтобы сесть в седло и совершить верховую прогулку.

Ксавьер уехал на незапланированную фотосессию с «очень роскошной и долгожданной моделью, которая наконец-то согласилась», а меня под свою опеку взяла Злата. Мы с ней сидели в одной из гостиной дворца и ждали, когда все отправятся на травлю зверя.

Желание уехать отсюда становилось критично мощным. Единственное, что удерживало меня здесь, — это необходимая компания и поддержка Латти. Общение с ней способно приглушить неугомонные мысли, пожирающие меня.

— Сезар тоже уехал, — печально поджала губы она, прочитав сообщение от мужа. — Кажется, что-то серьезное мешает начать эту чертову охоту!

Она тут же спохватилась и зажала рот рукой.

— Вот никак не перестану ругаться! А ведь малышу все слышно! — сокрушалась она и похлопала себя несколько раз по губам.

— Вы с Виктором будете лучшими родителями! — улыбнулась я.

Подруга вернула мне грустную улыбку.

— Спасибо, Зоя! — она закряхтела и встала с кресла. — Пройдусь и узнаю в чем там дело. Ты со мной?

— Нет, — махнула головой я. — Подожду тебя здесь.

И она побрела к выходу из комнаты. Больше не осталось причин для улыбки, и я тяжело вздохнула. Не выдержав давящей тишины этой комнаты, я поднялась на ноги и пошла к окну. Отличный вид на сады поместья. Хм. Интересно, есть ли в этом окружении хоть какойто недостаток?..

— Значит, Ксавьер?

Голос Себастьяна заставил меня вздрогнуть и повернуться. Аристократ стоял передо мной. Его сдвинутые брови выдавали мрачное расположения духа, а руки в карманах брюк — настрой на весьма неприятную беседу.

Высокий. Красивый. Обрученный.

Последний эпитет помог гордости встать за штурвал корабля моих

мыслей и править словами и действиями.

— Значит, Виктория? — парировала я.

Себастьян опустил глаза. Ему неприятно? Или стыдно? Его молчание стало жестокой пыткой для меня. Не выдержав ее, я направилась к выходу. Но он, выкинув руку, схватил меня за ладонь и остановил.

— Она не ломает меня изнутри! — тихо заговорил он.

Я замерла, но не повернулась. Мы стояли рядом, чуть соприкасаясь плечами. Его пальцы жгли мою кожу, но боли я не чувствовала. Лишь проклятый импульс заставлял меня бороться с противоречивыми желаниями коснуться его в ответ или оттолкнуть.

— С ней я не теряю контроль, — закончил он.

Контроль?!

Я подняла на него глаза и… забыла, что хотела сказать. Себастьян Эскалант растерян. Он сам не ожидал, что промолвит это вслух. Он отпустил мою руку и сделал шаг в сторону.

— Знаешь что, Себастьян? — злость заставила дрожать мой голос, но я продолжила ее выплескивать. — Ксавьеру очень далеко до твоей идеальности…

Я сделала паузу, заметив, как его растерянность сменилась на самодовольную ухмылку.

— Но в нем есть то главное, чего не хватает тебе.

Он перестал улыбаться и сощурил глаза:

— Заинтригован. Чем же этот легкомысленный щегол лучше меня?

Чуть наклонившись вперед, глядя ему прямо в глаза, я выдала:

— Он не такая трусливая задница, как ты, Себастьян!

Я круто развернулась к выходу, но он за полсекунды догнал меня и схватил за руки. Эскалант сдавил мои плечи, но уже жестко и сильно. Я подняла на него глаза и впустила в себя страх от вида разъяренного медового взора.

— Не смей так разговаривать со мной! Ни-ког-да! — рявкнул он.

Но обида и злость сильнее страха, и я вызывающе бросила ему:

— А то что?

Глаза Эскаланта превратились в узкие щели. Он тяжело втянул воздух и сильнее сжал мои плечи. Больно, но я не отвела взгляд. Я знала, что он будет делать. Я ждала этого. Словно доказывая мне мою же теорию, Себастьян дернул меня к себе и склонил голову к моим губам.

— Нет! — мой голос прозвенел обидой, и я отвернулась. — Не трогай меня!

Он замер, словно очнувшись, и дал мне возможность высвободиться из его внезапно ослабевших рук. Я сделала шаг назад и, расправив плечи, выдержала новую жесткую дуэль взглядов. Ему жаль, что он снова потерял контроль. Он снова винит во всем меня. Я без труда прочитала это в его глазах.

— Ты был прав, Себастьян. Я рисовала тебя другим. Не таким мерзким, циничным и трусливым. Жаль, что я так поздно рассмотрела тебя.

Он молчал и смотрел из-под сдвинутых бровей. Пора уходить. И я беспрепятственно пошла к выходу.

— Больше меня не рисуешь? — я услышала его вопрос уже в дверном проеме.

Я оглянулась и, не скрывая презрения в голосе, ответила:

— Нет. Я переболела тобой.