Звезданутый Технарь 4

Глава 7 Внутри пиньяты

Стык шлюза отозвался привычным скрежетом, когда я ввалился внутрь родного «Странника». Навигационный чип, полученный от Баронессы, приятно холодил ладонь, напоминая о том, что голова моя пока еще покоится на плечах, а не украшает пику у входа в шпиль. Я прошел в рубку, чувствуя, как палуба вибрирует под ногами, словно корабль приветствовал своего непутевого капитана после очередной прогулки по лезвию ножа.

— С возвращением, Капитан Наглость! — Мири выскочила из проектора, сменив наряд стюардессы на поношенный комбинезон механика с пятнами мазута. — Ты задержался на целых пять минут. Я уже начала прикидывать, за сколько смогу продать твои личные вещи на черном рынке, чтобы оплатить стоянку.

— Я тоже переживал, Мири, — ухмыльнулся я, бросая чип на тактический стол.

Данная пластинка стоила нам нескольких седых волос и кучи потраченных нервов.

Я активировал центральную консоль, и через мгновение над столом развернулась трехмерная проекция сектора «Мертвые Джунгли». Навигационная схема напоминала запутанный клубок из колючей проволоки, где каждая белая нить обозначала безопасный проход, а красные зоны пульсировали, предупреждая об автоматических турелях Древних. Дыхание перехватило от масштаба предстоящего безумия, нам предстояло проскользнуть сквозь игольное ушко, окруженное минами размером с небольшой астероид. Любая ошибка в расчетах превратит наш корвет в облако сверкающей пыли раньше, чем сработает система аварийного катапультирования.

— Выглядит как план самоубийства, — прокомментировала Мири, увеличивая масштаб.

Кира подошла ближе, ее пальцы скользнули по голограмме, считывая данные напрямую через нейроинтерфейс.

— Маршрут верный, — подтвердила она тихим, вибрирующим голосом. — Однако плотность защитных систем превышает все мои расчеты. Древние создавали данную зону как непреодолимый барьер для любого органического флота. Стандартные сканеры «Странника» ослепнут через секунду после входа в зону радиоэлектронной борьбы.

— Именно поэтому я прихватил парочку сувениров от «Арасаки», — я подмигнул ей и направился к грузовому лифту.

В трюме дожидался вскрытый контейнер, внутри которого поблескивали экспериментальные кристаллы, которые я так удачно «инвентаризировал» из корпоративного груза. Подобные железки в умелых руках превращают обычный радар в око Саурона, способное разглядеть бактерию на поверхности Плутона. Я вытащил тяжелый кейс с инструментами, чувствуя знакомый зуд в пальцах, наступало время настоящей инженерной магии, где законы физики иногда вежливо отступают перед напором отчаяния. Моя верная синяя изолента уже покоилась на верстаке, готовая скреплять несовместимое и удерживать невозможное в рамках разумного.

Мири проецировала себя рядом, приняв облик строгого прораба в желтой каске.

— Роджер, ты ведь понимаешь, что пытаешься скрестить суперкомпьютер восьмого поколения с тостером? — Она укоризненно покачала головой, наблюдая, как я вскрываю обшивку главного сенсорного массива. — Напряжение в шине данных превысит допустимое в три раза. Мы либо увидим все, либо эффектно сгорим.

— Второе звучит слишком скучно, так что выбираем первый вариант, — проворчал я, прогревая паяльник.

Работа закипела под аккомпанемент старого доброго нео-фьюче-легаси-рока, транслируемого Мири прямо в мои наушники.

Я вырезал кусок стандартной медной шины, заменяя его на сверхпроводящую нить из захваченного кейса, и зафиксировал соединение двойным слоем изоленты. Пальцы двигались уверенно, ведомые многолетним опытом выживания на Целине, где ремонт техники часто напоминал шаманские пляски с бубном. Кира молча помогала, удерживая массивные охладители своими аугментированными руками, и ее спокойствие передавалось мне, заставляя забыть о дрожи в коленях.

— Теперь соединяй фазовый инвертор с главным волноводом, — скомандовала Мири, сверяясь с виртуальными чертежами.

— Вижу, — я аккуратно впаял кристалл в гнездо, обходя систему защиты.

Раздался тихий, нарастающий гул, свидетельствующий о запуске экспериментальных цепей питания.

Световые индикаторы на панели замигали безумным фиолетовым цветом, отражая аномальную активность обновленных сенсоров. Воздух в трюме заметно похолодел, когда квантовые теплообменники начали забирать излишки энергии прямо из пространства, игнорируя привычную термодинамику. Я затянул последний хомут, закрепив конструкцию так надежно, насколько позволяли подручные средства и моя вера в чудо. Корабль словно обрел новое зрение, его «нервная система» отозвалась на глубокую стимуляцию, пронзая обшивку невидимыми лучами обновленного радара.

— Чувствительность выросла на восемьсот процентов! — Мири восторженно захлопала в ладоши. — Мы видим даже тепловой след от пролетавшей мимо мухи!

Кира отпустила кабели и внимательно посмотрела на модернизированный узел.

— Твои методы лишены логики, Роджер Форк, но результат превосходит возможности имперских лабораторий, — она коснулась синей ленты на стыке проводов. — Данный материал обладает странной энергией. Он словно связывает волю творца с материей.

— Это просто качественный адгезив, принцесса, — я устало улыбнулся, собирая инструменты.

В глубине души, я всегда считал изоленту чем-то большим, чем просто расходник.

Мы поднялись обратно в рубку, где обновленная карта «Мертвых Джунглей» теперь сияла мельчайшими подробностями. Каждая мина, каждый дрейфующий обломок и даже флуктуации гравитационного поля стали видимыми, превращая смертельный лабиринт в сложную, но проходимую трассу. Архив Эмпатии ждал нас где-то там, в самом сердце этого механического ада, и теперь у нас появился реальный шанс добраться до него живыми. Я опустился в пилотское кресло, чувствуя, как усталость наваливается на плечи, но адреналин в крови не давал окончательно расслабиться перед прыжком.

— Мири, запрашивай разрешение на отстыковку. Пора валить с этой ржавой консервной банки.

— Диспетчер Тортуги-9 будет недоволен твоим поспешным уходом, Капитан.

— Переживет как-нибудь, я оплатил стоянку на неделю вперед.

— Все системы в норме, — доложила Мири, принимая серьезный вид. — Курс проложен, навигационный чип активен.

— Тогда вперед, к новым приключениям и старым долгам, — я толкнул рычаг газа.

Корабль медленно отделился от причальной мачты, разворачиваясь носом к бесконечной черноте. Тишина внутри «Странника» казалась почти осязаемой, уютной, словно старое одеяло, пахнущее пылью и победами. Я уже видел себя в капитанской фуражке, попивающим коктейль где-нибудь на курортной планете, подальше от ржавчины и вечных проблем.

Но все мечты разбились о суровую реальность.

Чудовищный толчок подбросил корвет, заставляя магнитные захваты дока издать истошный стон умирающего кита. Вся станция Тортуга-9 содрогнулась, словно огромный зверь получил под дых чем-то крайне недружелюбным. Мощная вибрация прошла сквозь корпус моего исследовательского судна, отдаваясь в зубах металлическим привкусом паники.

— Роджер! Держись за зубы, а то вылетят! — заорала Мири, чья голограмма замигала, превращаясь в паникующую аниме-девочку с кошачьими ушами.

— Вижу! Чувствую! Лечу! — я вцепился в штурвал, пытаясь удержать задницу в кресле. — Какого дьявола происходит? Уллис решила, что я слишком дешево отделался?

Основное освещение на мостике мигнуло и погасло, погружая рубку во тьму, прерываемую лишь искрами из-под приборной панели. Секундой позже врубился красный аварийный свет, заливая все вокруг кровавым сиянием, от которого физиономия Киры приобрела совершенно инфернальный оттенок. Станция продолжала стонать, где-то в глубине конструкций Тортуги лопались многотонные перекрытия, а звук сминаемого металла заполнял собой все пространство.

В эфире началось настоящее столпотворение безумных голосов.

— Сектор семь, нас атакуют! Они выходят прямо из пробоев пространства! — вопил кто-то, захлебываясь статическими помехами.

— Диспетчерская, ответьте! Нас зажали в доках! Повсюду взрывы! Помог… — связь оборвалась коротким, сочным хрустом, не обещающим ничего хорошего.

Я посмотрел в обзорное окно и почувствовал, как остатки веры в человечество окончательно пакуют чемоданы. В соседнем доке, всего в сотне метров от нас, гигантский грузовой модуль просто разлетелся на куски под градом ослепительных вспышек. Обломки металла, охваченные пламенем, летели в пустоту, превращая организованный хаос Тортуги в филиал чистилища.

Мири лихорадочно стучала по виртуальной клавиатуре, пытаясь стабилизировать связь и вывести хоть какие-то данные.

— Роджер, настраиваю тактическую сетку! — ее голос дрожал от напряжения. — Сенсоры сходят с ума, но я пытаюсь отфильтровать мусор. Нас окружили!

Голограмма сектора развернулась над тактическим столом, усеянная новыми, зловеще пульсирующими метками. Я сразу узнал почерк Короля Пыли, но в данных сканирования крылась какая-то фундаментальная ошибка. Точки на экране не мерцали, как привычные цифровые призраки, они горели ровным, плотным светом, словно обычные корабли Империи.

Кира подошла ближе, ее фиолетовое свечение пульсировало в такт тревожной сирене.

— Сигналы… они другие, Роджер, — ее голос звучал холодно, но пальцы, вцепившиеся в край консоли, выдавали внутреннее напряжение. — Враг изменил правила. Я не чувствую холод металла там, где раньше ощущала лишь программный код.

— Мири, детка, скажи мне, что я ошибаюсь и нам просто нужно перезагрузить роутер, — я вытер холодный пот со лба.

— Если бы, Капитан! — искин вывела на главный экран изображение с внешней камеры, очищенное от помех. — Смотри сам. Король Пыли выпустил обновление, и оно теье точно не понравится.

На экране замер объект, похожий на кошмарный сон безумного кузнеца. Знакомый силуэт Стража Короля Пыли теперь скрывался под слоями грубой, зазубренной металлической брони. Тяжелые пластины, торчащие во все стороны словно шипы доисторического ящера, полностью закрывали уязвимые узлы излучателей. Враг перестал быть изящным призраком, превратившись в тяжелый таран, созданный специально для физического уничтожения всего живого.

Я присвистнул, чувствуя, как липкий страх подбирается к самому горлу.

— Они обросли броней и обзавелись мозгами… — прошептал я. — Мири, ты понимаешь, что «Заплатка» против таких штук теперь полезна так же, как подорожник при открытом переломе? Мы больше не можем хакнуть их логику, потому что они защитили свое железо физически!

— Именно так, Роджер! — Мири всхлипнула, и ее голограмма на мгновение превратилась в статическую помеху. — Эти жестянки пожертвовали своей квантовой неуловимостью ради грубой защиты. Теперь они просто маленькие летающие танки, игнорирующие наши попытки залезть им в мозги. Мы больше не можем шептать им на ушко парадоксы.

Авангард Короля Пыли начал массированную атаку на станцию с грацией промышленного измельчителя.

— По правому борту! — крикнула Кира, указывая на группу дронов, вгрызающихся в обшивку дока.

Их ионные буры вскрывали толстую броню Тортуги словно консервную банку. Вспышки плазмы заливали ангар, превращая ремонтных дроидов и случайных прохожих в испаряющееся облако органики и кремния. Тортуга-9, некогда казавшаяся неприступной цитаделью беззакония, теперь выглядела беспомощной жертвой в когтях хищника. Звуки разгерметизации на нижних палубах доносились даже до нашей рубки, заставляя внутренности сжиматься от ужаса.

— Нам нужно уходить, Роджер! Прямо сейчас! — Мири лихорадочно переключала потоки энергии на щиты.

Кира резко повернулась ко мне, ее глаза светились неистовым фиолетовым огнем, отражающим хаос снаружи.

— Роджер Форк, старые методы борьбы закончили свое существование, — она положила руку на приборную панель, и я почувствовал, как «Странник» вздрогнул от притока ее энергии. — Мы должны найти способ уничтожить агрессивные цели. Если мы не прорвемся сквозь бронированный заслон, станция развалится, похоронив нас под обломками.

— Понял, не дурак, — я лихорадочно оглядывал рубку в поисках хоть какой-то идеи. — Если мы не можем залезть им в голову через софт, придется делать дырки в железе. Мири, сколько у нас осталось мощности в главном калибре?

— На один хороший плевок, Роджер! Реактор еще не прогрелся после прыжка, а внешнее питание станции отрубилось вместе со здравым смыслом диспетчеров! — искин вывела график энергопотребления, стремительно катящийся к нулю.

Ситуация выглядела патовой. Снаружи сотни бронированных дронов методично превращали Тортугу в космический дуршлаг, а мы сидели в запертой коробке, наблюдая за гибелью последней надежды на спасение. Каждый новый удар сотрясал корвет, заставляя переборки жалобно стонать под натиском гравитационных волн. Я видел, как в соседнем секторе огромная антенна связи медленно подламывается и падает на жилые модули, погребая под собой тысячи существ.

— Я не собираюсь подыхать в этой ржавой дыре! — я ударил кулаком по штурвалу. — Должен быть выход! Выведи картинку с внешних камер Тартуги. Я хочу посмотреть на них вблизи.

Тактическая карта перед глазами полыхала ядовито-малиновым, словно кто-то вылил ведро дешевого вина на навигационную консоль.

— Роджер, глянь на эти художества! — выкрикнул я, поправляя съезжающий на нос шлем.

— Вижу, Капитан! Враг произвел принудительное обновление железа до версии «Танковый кулак»! — отозвалась Мири, чья голограмма теперь облачилась в камуфляж и нацепила воображаемую каску.

— Смена тактики налицо. Тот цифровой маньяк сообразил, раз мы успешно ломаем его софт «Заплаткой», он спрячет процессоры за тремя слоями кованой брони и дублирует аналоговым биопроцессором. Жестянки теперь выглядят как помесь мусоровоза и боевого дикобраза.

Мири запустила диагностический сканер, и каскад цифр посыпался вниз, превращаясь в приговор моим надеждам на легкую победу. Дроны полностью лишились способности фазового сдвига, перестали мерцать и становиться прозрачными для твердых предметов. Старая «Заплатка», основанная на резонансе волновых функций, теперь рикошетила от грубого чугуна, не находя лазейки в программном коде. Зато дроны имели массу, инерцию и уязвимость перед старым добрым кинетическим ударом, превратившись в обычные, хоть и очень злые мишени.

— Хьюстон, у нас проблемы с доставкой софта! — Мири театрально всплеснула руками. — Программный взлом официально объявляется бесполезным. Эти твари заколотили окна своего разума досками и обмотали их цепями. Теперь никакой вирус не пролезет внутрь этой бронированной скорлупы.

— Зато теперь их можно пощупать за вымя чем-нибудь тяжелым, — проворчал я, проверяя уровень заряда батарей.

Станция Тортуга-9 содрогнулась от очередного взрыва, и звук рвущегося металла напомнил стон раненого левиафана. Снаружи разверзся настоящий ад, пиратские крейсеры, обычно занимавшиеся грабежом беззащитных караванов, внезапно обнаружили в себе таланты защитников отечества. Тяжелые плазменные пушки корсаров выплевывали сгустки перегретого газа, и, о чудо, заряды оставляли в броне дронов зияющие дыры. Снаряды рельсотронов разрывали обшивку дронов, превращая тех в облака искрящегося лома. В безвоздушном пространстве гремела бойня, лишенная звуков, но полная ослепительной ярости и обломков.

— Смотри, как шьют! — я восхищенно присвистнул, наблюдая за попаданием в борт ближайшего дрона.

— Джентльмены удачи сегодня на удивление метки. Видимо, перспектива превратиться в космическую пыль отлично стимулирует отделы мозга, отвечающие за прицеливание.

Я чувствовал, как внутри закипает праведное негодование, смешанное с холодным расчетом опытного мусорщика. Если Тортуга-9 превратится в груду искореженного железа, «Странник» потеряет последнюю внятную базу снабжения, запасы качественного топлива и шанс на нормальный ремонт.

— Ну все, жестянки, вы сами напросились на инспекцию! — я яростно сжал кулаки, глядя на экран.

— Роджер, официально заявляю, они теперь смертны! — Мири буквально взвизгнула от восторга, и из динамиков раздался веселый звон падающих золотых монет. — Каждое попадание пиратов, это музыка для моих ушей! Дроны больше не призраки. Их можно убить старым добрым кинетическим попаданием прямо в их уродливую морду! Делай ставку на свинец, Капитан!

Кира вышла из тени навигационного отсека, сжимая в ладони Кристаллический Ключ, который начал пульсировать в такт ее участившемуся дыханию. Фиолетовое свечение под ее кожей стало ярче, наполняя рубку мягким, но тревожным сиянием, предвещающим бурю. Она посмотрела на меня, и в ее глазах отразилась решимость существа, готового драться до последнего байта своей памяти. Девушка понимала, наступал момент, когда дипломатия и скрытность отправлялись на свалку истории, уступая место чистому насилию.

— Я готова к бою, — тихо произнесла она, и голос ее завибрировал от скрытой мощи.

— Нет, Кира, ты остаешься здесь! — я решительно натянул свой поцарапанный шлем и защелкнул фиксаторы.

— «Странник» сейчас, наша единственная крепость и шанс на обратный билет. Нужно, чтобы ты защищала корвет, пока я буду крутить хвосты этим бронированным тараканам. Слишком высокий риск потерять базу.

— Но ты не справишься один против такого количества целей! — Кира сделала шаг вперед, ее ладонь легла на мое плечо.

— Кто сказал, что я буду один? У меня есть Мири и очень плохое настроение.