Бессердечный рыцарь

Глава 18

«…I'd let the world burn,

Let the world burn for you

This is how it always had to end.

If I can't have you then no one can

I'd let it burn,

I'd let the world burn,

Just to hear you calling out my name,

Watching it all go down in flames…

Chris Grey ― Let The World Burn

– Устала?

– Прошла неделя! – собрав силы, девушка поднялась с кровати и поплелась к зеркалу, стоящему около гардероба, разглядывая себя в нем со всех сторон.

– Всего лишь, – невозмутимо отозвался Дамиан, сидя на террасе и потягивая кофе с совершенно беззаботным видом. В отличие от нее, он уже полностью был одет и готов к выходу.

«Ну, конечно! Ему все ни по чем!» – возмущенно подумалось ей.

– На моем теле не осталось места, которое ты бы не отметил! Я словно побывала в плену у монстра, – проворчала Эви, наклонив голову набок и придирчиво рассматривая свою шею, покрытую сплошь метками. Некоторые из них были уже светлыми, а другие, свежие, напротив расцветали на коже ярко-багровыми следами.

– Так и есть. Ты моя любимая добыча, жена. А я твое чудовище, – усмехнулся он, бросив на нее игривый взгляд.

– Серьезно, не смей даже подходить! – прошипела Эви.

– А кто плакал и умолял меня трахнуть ее в душе? Уже забыла? – подначил Дамиан лениво.

– Это было минутное помутнение рассудка! – фыркнула она, проводя пальцами по своим губам. Они были опухшими и покрасневшими после его поцелуев.

Святой Господь.

Ее тело определенно не было подготовлено к подобному варварскому нападению.

– Нужно просто чаще тренироваться, со временем станет легче, – снисходительно бросил он, сдерживая смех.

– Я тебя придушу, Йохансен, – Эви простонала, отвернувшись от зеркала. – Каким образом, будь добр объяснить, я теперь покажусь на работе? Даже тональный крем не скроетэтого.

– Зачем скрывать? Я что, зря старался?

Он все равно не удержался, мягко рассмеявшись. Ямочки появились на щеках, зеленые глаза потеплели.

«Зачем было рождаться таким красивым?!»

– Весело ему, гаду такому… – проворчала девушка, начав перебирать вещи. – Я не поддамся твоему очарованию.

– Ну же, не дуйся, Огонек, – Дамиан подошел к ней со спины, ласково обнимая. Грубая ткань его пиджака прижалась к ее обнаженной спине. – И вообще, какая разница, кто и что думает?

– Все будут пялиться! Мне неловко.

– Наши отношения уже давно не новость. Жена, я более, чем уверен, что все прекрасно знают,чеммы с тобой занимаемся, – усмехнулся он развратно. – И почему, ты так долго отсутствовала.

– Бесстыжий ты человек, Йохансен! – она увернулась от его рук, скрывая покрасневшие щеки и уши.

Ему доставляло извращенное удовольствие смущать ее.

Эви хлопнула дверью ванной, услышав очередной бессовестный смешок.

Типичный Дамиан.

***

В конечном счете, как она и думала, потребовалось гораздо больше времени, чтобы привести себя в приличный вид.

Эви завязала волосы в хвост, надела шелковое белое платье-рубашку с высоким горлом и, конечно, обула свои любимые красные ботильоны на огромной платформе.

Ее муж к тому моменту уже давно уехал – как и каждый день на протяжении прошедшей недели.

Сегодня она, наконец, смогла выбраться из «плена», устроив забастовку. Девушка больше не могла сидеть, сложа руки, пока он работал. Дамиан очень неохотно согласился.

Пока Эви садилась в свой феррари, в ее голове мелькали события прошедших дней.

Неожиданно, но ее муж настоял на том, чтобы научить ее стрелять.

Эви умела это делать – ее отец был офицером полиции и в свое время показал ей базовые навыки. Правда девушка в основном «зависала» в тире. Ей не приходилось заниматься этим серьезно.

Теперь каждый день после того, как Кайден укладывался спать, Дамиан заводил свою жену в тренировочный зал и заставлял стрелять по мишеням до тех пор, пока она не покажет лучший результат.

И всегда ее руки неизменно дрожали. Не сказать, чтобы навыки Эви улучшились. Дамиана, впрочем, это не останавливало.

Это занимало порой часы, но вознаграждение всегда было…

Девушка смущенно покачала головой.

«Неисправим».

Йохансен был хорошим учителем. С этим не поспоришь.

В первый день, конечно, было особенно тяжело…

– Обхвати его ведущей рукой, – произнес он спокойно, обхватывая ее дрожащее запястье своим и вкладывая в раскрытую ладошку пистолет.

Парализующая судорога прошлась по телу Эви.

Перед глазами тотчас пронеслось кровавое воспоминание.

Холодного дула, прижатого прямо к ее виску.

Матери, которая держала ее на прицеле.

Стен, покрытых красными разводами.

Жизнью, с которой она прощалась.

Сердце загрохотало в груди, словно сумасшедшее.

– Мама, пожалуйста, не убивай меня…

Звук выстрела.

Омерзительный запах железа.

Кровь, которая растекалась по ее коленям.

Остатки головы…

Пистолет выпал из ослабших пальцев Эви.

– Огонек? – Дамиан подхватил начавшую оседать на пол девушку. – Ты как?

– Ничего, просто голова закружилась, – она облизнула пересохшие губы и натолкнулась на встревоженный взгляд мужа.

– Правду, детка.

– Я вспомнила тот день. Думаю… возможно, с тех пор я боюсь стрелять. Это напоминает ее… – содрогнулась Эви, пряча лицо на его шее. В объятиях Дамиана было так тепло. Мужчина нежно поглаживал ее по спине и волосам, успокаивая.

– Извини меня, Огонек. Я не подумал. Прекратим?

– Ничего. Я все равно хочу продолжить. Ты рядом. Значит мне ничего не угрожает, – произнесла она, обнимая его и закрывая глаза.

– Конечно. Я не позволю никому тебе навредить, – он чмокнул ее в макушку, продолжая раскачивать в объятиях. – Не будем спешить. Сегодня просто научимся правильно держать оружие. От этого, впрочем, зависит девяносто процентов успеха.

– Хорошо… – прошептала она.

Эви больше не хотела бежать от своих кошмаров. Рядом с ним страшно не было. Вложив руку в ладонь мужа, она встала.

Очнувшись от воспоминаний, девушка с возмущением заметила какого-то придурка, который ее подрезал, вопреки правилам дорожного движения, пристраиваясь нагло на левую полосу.

«Явно машину поцарапал».

– Мудак!

Сегодня планировалось совещание, и она безнадежно туда опаздывала.

Дамиан был пунктуальным до чертиков, и ей самой не нравилось приходить невовремя.

К тому же, мистер Гринберг с утра сообщил, что намерен с ними обговорить некую новость, и Эви не терпелось узнать, что именно их ожидало.

«Надеюсь, это что-то хорошее».

***

В конференц-зале было тихо, все ждали начала заседания.

Дамиан Йохансен, один из генеральных директоров компании, пребывал не в лучшем расположении духа. Все знали, когда он был зол, мужчину лучше было не трогать. Даже компаньоны старались лишний раз не досаждать босса вопросами.

Татуированные руки мужчины раздраженно ослабили галстук, пока он перечитывал документы с мрачным видом.

Это продолжалось до тех пор, пока дверь не открылась, являя на пороге зала хрупкую рыжеволосую девушку. Она собиралась незаметно прошмыгнуть на свое место, когда…

Дамиан встал с из-за стола, направляясь к ней.

Выражение его лица смягчилось, зеленые глаза наполнились теплотой, а на щеках появились ямочки, когда мужчина ласково улыбнулся ей:

– А вот и моя любимая жена.

Он отодвинул для нее стул, помогая сесть.

Эви мягко улыбнулась ему.

Как бы Дамиан ни был сердит, он никому не позволял гневу коснуться ее.

Казалось, само присутствие девушки отгоняло нависшие над ним тени. Стало легче дышать.

– Ждем Найта и Гринберга, – бросил коротко мужчина, вернувшись на свое место.

«Слава Богу, совещание задержали не из-за меня», – с облегчением подумалось ей.

Эви бросила осторожный взгляд на присутствующих. Барбара ободряюще улыбнулась ей.

Они с Тристаном не так давно обручились, и Эви была искренне рада за них. Эти ребята были хорошими людьми, и ей было приятно работать с ними в одном коллективе.

Телефон Эви завибрировал. Она не собиралась отвечать, но вдруг заметила прожигающий взгляд на себе.

Дамиан приподнял бровь, слегка кивнув на ее телефон.

Любимый муж:«Почему ты опоздала? Все нормально?»

Девушка улыбнулась.

Он не упрекал ее. Как и всегда. Просто беспокоился.

Огонек:«Да, малыш. Просто слегка поцарапала машину. Прости».

Любимый муж:«Да плевать на машину. Ты сама не поранилась? Что за идиот это сделал?»

Она почти чувствовала панику и гнев, исходящие от него.

Огонек:«На встречную выехал. Все зафиксировано видеорегистратором. Мы договорились, ждем оценку ущерба от страховой, и он все возместит», – отправила Эви.

Любимый муж:«Моя умная девочка. Я и не сомневался».

Огонек:«Пришлось… немножко подключить мои адвокатские замашки».

Любимый муж:«Ненавижу то, что ты могла пострадать из-за какого-то недоноска».

Эви подняла голову, сталкиваясь с полным беспокойства взглядом.

Поспешно набрала ответ.

Огонек:«Не волнуйся, не пострадала. Я внимательный водитель. И в любом случае, никто из нас не застрахован от несчастных случаев».

Дамиан все равно не впечатлился, нервно постукивая по столу пальцами.

Любимый муж:«Знаю. И это меня убивает».

У него в голове крутилось одно.

«Подстроено или нет?»

Вдруг это была не случайность? Вдруг…

Он содрогнулся.

Может, предупреждение для него?

«За что вообще мне хотят отомстить? И кто этот гребаный мистер Х?»

Мысли сводили Йохансена с ума, опутывая разум тошнотворными картинами.

Эви. Кайден. Эви. Кайден. Эви. Кайден.

Убьют их. Украдут их. Будут пытать. Не успеет спасти. Убьют так же, как убили его отца.

Один вариант ужасного будущего за другим.

«Может, мне вообще не отдавать Кая в садик? Я не доверяю няням. Я никому не доверяю. Оставлять его дома? Брать с собой на работу? Или у дяди? Это не будет длиться вечно. Я скоро разберусь, выясню личность этого человека. Я узнаю, кто кроется за маской. И тогда он будет умолять меня убить себя. Потому что я превращу каждый час его существования в ад. А до тех пор мне нужно обезопасить сына и жену».

Разумеется, он уже усилил охрану, зорко следил за каждым их шагом, почти параноидально, но Дамиану начало казаться, что и этого мало.

«Клянусь, я с ума сойду такими темпами. Но не могут же они привязанными ко мне ходить».

Будто заметив его смертоносное состояние, Эви решила отвлечь мужчину.

Огонек:«Ты не знаешь, какую новость хочет нам сообщить твой дядя?»

Напряжение, кипевшее в Дамиане, стало отступать. Он взял телефон в руки, набирая ответ.

Любимый муж:«Нет. Кстати, красивое платье».

Огонек:«Спасибо».

Он исподтишка наблюдал за ней. Девушка делала вид, что занята бумагами, листая папку на столе, но ее вторая рука держала мобильный под столом. Достаточно незаметно для других, но не для него.

Любимый муж:«Без него будет гораздо лучше».

Жар ударил ей в лицо, растекаясь восхитительным румянцем на щеках. Он наслаждался этим видом, впитывая каждую черточку ее красивого лица. На Эви не была ни грамма макияжа, и он безумно любил это. Ее густые ресницы затрепетали, сотни веснушек, разбросанных по лицу, придавали девушке невинный и совсем юный вид.

Любимый муж:«Ты покраснела. Чертовски очаровательно, учитывая, что мы с тобой делали всю неделю напролет».

Огонек:«Прекратите мне писать непотребства посреди рабочего дня! Ни стыда, ни совести, мистер Йохансен…»

Ответ пришел незамедлительно.

Любимый муж:«Непотребства? Я еще даже не начал,жена».

Она бросила на Дамиана тот вызывающий взгляд, от которого его кровь вскипала каждый гребаный раз, возбуждая каждую клеточку в нем.

Любимый муж:«Блядь, Огонек. Хватит».

Огонек: «Но я ничего не сделала!»

Он почти мог слышать возмущение, которое она вкладывала в это сообщение.

Любимый муж:«Тебе и не нужно. У меня встает от одного взгляда на тебя. Весьма неудобно, учитывая, что я окружен сейчас людьми и тверд».

Она впилась зубами в нижнюю губу, стараясь не выдавать свою реакцию. Дыхание Эви стало прерывистым. Она слегка встряхнула головой, словно пытаясь отбросить от себя наваждение. Едва заметно заерзав на месте, она сжала бедра, отказываясь играть по его правилам.

Сам мужчина выглядел совершенно невозмутимым и расслабленным.

Лениво улыбнувшись ей, Йохансен откинулся о спинку кресла, сосредотачиваясь на документах, которые им предстояло обсудить с советом директоров после совещания.

Сегодня действительно был важный день для компании – поэтому они собрали сотрудников нужных направлений для того, чтобы посвятить в курс дела.

Разумеется, здесь был не весь штат – он был слишком велик, но позже руководитель каждого отдела обязался провести свои собрания и предоставить результаты начальству.

Дверь конференц-зала открылась, и на пороге появилось двое мужчин в классических костюмах.

Одного из них Эви, конечно, знала. Мистер Гринберг – его светлые волосы были идеально уложены и зачесаны назад, синие глаза светились торжеством. Мужчина был похож на ребенка, который вот-вот распакует рождественский подарок.

Это насторожило и одновременно обострило любопытство, бурлящее внутри Эви.

Ее взгляд переметнулся на второго человека и… замер там.

Это был высокий красивый мужчина латиноамериканской внешности, но на смуглом лице слишком выделялись ярко-зеленые глаза. Когда он подмигнул и улыбнулся Дамиану, ямочки отчетливо выделились на его щеках.

Кажется, перед ней стоял третий генеральный директор. Мистер Найт, которого она за все месяцы ни разу не встречала – не выпадал случай.

И вот он был здесь, и Эви не могла понять, почему находилась в замешательстве. Было такое ощущение, что она его уже видела. Что казалось невозможным.

«Очень странное чувство… Не тревога, но что-то очевидное… Словно на языке вертится, а назвать не могу, когда смотрю на него. Будто он напоминает…» – подумала Эви, продолжая внимательно рассматривать мужчину с ног до головы.

Любимый муж:«Прекрати пялиться на гребаного Найта, это неприлично», – тут же пришло ей новое сообщение, вырывая из мыслей.

Эви закатила глаза, печатая ответ.

Огонек:«Дело в другом. Он мне кого-то напоминает, я пыталась вспомнить».

Дамиан был озадачен.

Любимый муж:«Хочешь сказать, ты уже прежде встречала его?»

Огонек:«Такое чувство, что да. Но это невозможно, ведь так? Он живет в Ванкувере, а я за пределы страны до брака с тобой не выезжала. Мой маршрут всегда был одинаков – университет и дом, и ни в одном из этих мест, разумеется, я его не видела».

Любимый муж:«Действительно странно. Хочешь, я спрошу у Найта?»

Огонек:«Нет, он сочтет меня за сумасшедшую. Не хотелось бы портить отношения с начальством, спасибо».

Любимый муж:«Как пожелаешь, детка. И благодарю, что ничего не скрываешь от меня. Даже какие-то мелочи».

Когда все заняли свои места, Дамиан, наконец, поднялся:

– Теперь можем начать.

***

– Пап, слезь! – топнул ногой Скорпион, глядя на то, как отец бессовестно катается в его машинке.

Эль только покачала головой, с улыбкой наблюдая за веселившимся парнем.

Иногда он был хуже ребенка, но она уже привыкла.

– Пап! – возмутился сильнее мальчик, сложив руки на груди. – Моя очередь кататься!

– Кто купил, тот и катается, – показал ему язык Кристиан, проезжая мимо. – Не будь таким жадиной.

– Мам, скажи ему, – нахмурился Скорпион, дернув Эль за рукав кофты.

Девушка потрепала его по щеке.

– Не дуйся. Держи мороженое.

– Кто-то сказал мороженое? – Кристиан тут же оставил машинку в покое и помчался к ним.

– Мое мороженое, – подчеркнул мальчик, забирая рожок с карамельно-ореховой присыпкой.

– Дай откусить, – попросил Кристиан.

– Ни за что!

– Чему я тебя учил?

– С папой надо делиться, иначе зубная фея перестанет класть мне под подушку тысячу долларов, – неохотно признал мальчик, и был вознагражден кивком. Парень бессовестно откусил большую часть мороженого, улыбаясь во весь рот.

Лицо Скорпиона выражало слишком много эмоций.

Кристиан рассмеялся.

– Конечно, я куплю тебе новое, мой хороший, – подмигнул он заговорщически ему, хватая сына подмышками и сажая себе на шею. – Просто хочу, чтобы ты вырос щедрым, а не злобной букой, с которым никто не будет хотеть дружить.

Эль взяла его за руку, улыбаясь.

– Такой хороший день.

– Кому как, – фыркнул Скорпион.

Кристиан снова рассмеялся.

– Выбирай, куда хочешь пойти? Покатаемся на американских горках?

– Без меня, прошу, – сразу ответила Эль. – Я боюсь высоты.

– Так же, как и воды? – подначил парень. – Изгоним страх.

– Ни за что не пойду на аттракционы! – запротестовала девушка, но Кристиан только сильнее сжал ее ладонь, болтая их руками.

– Мой мальчик, твой выход, – обратился он к сыну.

– Мам, пожалуйста, пойдем! Иначе папа опять будет толкаться и грозиться меня вытолкнуть с кресла! Ты должна меня спасти! – захихикал Скорпион.

– Ради жизни нашего сына, – драматично добавил Крис, поглядывая на Эль, как щеночек. – Пожа-а-алуйста, маленькая Эль.

– Вы оба – манипуляторы, – объявила девушка. – Боже, иногда мне страшно представить, как ты его растил.

– Папа прыгает в лифте, раскачивает кабинку, когда мы садимся в колесо обозрения и пугает меня, когда я иду на кухню пить воду! – выложил без обиняков мальчик.

– Маленький ябеда, – Кристиан шутливо закатил глаза. – Что? Я взращиваю в нем смелость, – добавил он, заметив прожигающий взгляд Эль на себе. – И со мной весело.

– С этим не поспоришь, – девушка усмехнулась и прижала его руку к губам. – Веди меня на свои аттракционы.

***

– Как мы уже выяснили, наша компания открывает новый филиал.

По залу прошелся новый гул.

Для всех это было неожиданностью, и несмотря на то, что сотрудники узнали об этом час назад, новость еще бурно обсуждалась.

– И подводя наше собрание к концу, я хочу объявить, кто его возглавит.

Хитрый взгляд, который Найт и Гринберг бросили на ничего не подозревающего Дамиана, не сулил ничего хорошего. Эви напряглась.

– Дамиан.

Мужчина поднял голову от оформленных протоколов, которые ему передали начальники отделов.

– Ты возглавишь новый филиал в Сиэтле.

Ему потребовалась минута, чтобы осознать масштаб ситуации.

Видимо, заметив раздраженность, отразившуюся на его лице, Гринберг поспешил всех отпустить.

– На этом всем. Собрание закончено. Можете расходиться.

Эви разделяла чувства мужа. Она вскочила на ноги, отказываясь покидать конференц-зал, как другие.

Нет. Ей было необходимо любым образом отговорить дядю Дамиана отсылать его за тысячи километров, аж в другой штат.

Когда зал опустел, Гринберг повернулся к рыжей:

– Эвелин, не будете ли вы так добры поки…

– Она остается, – рявкнул тут же Дамиан, бросив на дядю разгневанный взгляд. – И я не собираюсь никуда переезжать. Ты с ума сошел? Какого черта принимаешь такое глобальное решение, не посовещавшись со мной?

– Потому что знал, что у тебя будет такая реакция, – невозмутимо ответил Джейсон, подойдя к нему ближе. Он был серьезен – редкость для Гринберга. – Послушай, это не навсегда. Мы изберем все вместе нового на совете директоров, но до того мне надо, чтобы ты возглавил филиал на пару-тройку недель. Я не доверю нашу фирму на таком важном этапе никому другому. Тебе ли не знать, как важен старт, – Гринберг потер переносицу. – Знаю, что это неожиданно и без твоего, по сути, согласия, но у меня нет выбора. Я всегда старался идти тебе навстречу, Дам, и сейчас нуждаюсь в твоей помощи.

Йохансен вздохнул.

Ему очень не хотелось соглашаться, но дядя был, к его неудовольствию, прав.

Мужчина очень много раз выручал его, и он был вообще обязан ему своей жизнью. Так что какой-то месяц-второй управления компанией в другом городе не могли возместить всего, что он для него сделал, не требуя ничего взамен.

– Не волнуйся, я присмотрю за Эвелин и Кайденом. Все будет хорошо, – словно предвидя опасения, терзавшие Дамиана, пообещал он.

Эви не вмешивалась в разговор, но ее тревога росла с каждой минутой.

– Почему именно Дамиан? – спросила она.

– У нас проблемы в Ванкувере – Найт безвылазно разгребает все. Слава Богу, успешно, но если он покинет пост и оставит кого-то другого, то высок риск вернуться к тому, что было. А я не могу сейчас точно уезжать – у меня жена беременна, вот-вот родить собирается. Я пообещал ей партнерские роды, – беззастенчиво пояснил мужчина и улыбнулся Эви. – Приношу извинения, что краду твоего мужа, но у меня связаны руки.

Девушка тяжело вздохнула.

– Поздравляю, кстати, со свадьбой, – вмешался Найт и похлопал Дамиана по плечу.

Мужчина усмехнулся:

– Поздно ты, конечно, но спасибо.

Взгляд Найта заскользил по Эви, и он одарил ее такой же искренней улыбкой.

– Я наслышан о вас.

Девушка удивленно приподняла брови.

– Правда?

– Да, я разговорчивый, – вставил словечко мистер Гринберг.

– Могу только представить, что вы наговорили, – неодобрительно пробормотала Эви.

– Можешь не сомневаться, поведал обо всем в самых ярких красках. Как, например, о том, что ты показала средний палец Дамиану в первые дни работы, как купила машину и…

Щеки Эви вспыхнули.

– А я еще думаю, в кого пошел Дамиан, – проворчала она сварливо.

– Конечно, такой же гениальный.

«Несносный», – мысленно поправила его Эви.

Видимо, негодование читалось на ее лице, потому что Найт рассмеялся.

– А теперь нам надо поехать куда-нибудь, выпить кофе и обсудить ваши новые обязанности, – объявил мистер Гринберг, закидывая руку на шею Дамиана. Мужчина закатил глаза, но не стал сопротивляться. Он уже привык, что дядя вел себя, словно вредный младший брат, несмотря на то, что был старше. Не слишком сильно – всего на пару лет, и именно поэтому их отношения никогда не были отеческими, скорее – дружескими, братскими.

– Наши?.. – запнулась Эви.

– Да. Ты возглавишь отдел консультаций в компании. Пора бы расширить твои полномочия. Как-никак, ты пишешь сейчас докторскую, сдала экзамен юриста на высший балл. Кроме того, все дела, за которые ты берешься, неизменно выигрывают. Разве этого мало? Ты ответственный и надежный работник.

Ее глаза расширились.

Не от радости. От паники.

Дамиан заметил это и тут же заботливо сжал ладонь жены.

– Не волнуйся, дорогая, я буду тебя инструктировать.

– Ну? Так что? Да или нет? – мистер Гринберг нетерпеливо взглянул в глаза девушке.

– Сюрпризы вы делать, конечно, умеете… – выдавила она из себя, когда обрела способность говорить. – Да, но мне потребуется помощь… всех.

– Чем сможем, поможем. Все когда-то начинали с этого, – подбодрил ее Найт и махнул на дверь. – Идемте.

«Но где же, черт побери, я все-таки могла его видеть?..»

***

Несмотря на то, что Кристиан измазал лицо сына сахарной ватой, мальчик счастливо смеялся, пока отец усаживал его в машину.

Эль наблюдала за ними, тепло улыбаясь.

Они вдоволь сегодня нагулялись по набережной, повеселились в парке развлечений и теперь с чувством исполненного долга собирались домой.

Кристиан, заведя машину, взглянул на сына через зеркало заднего вида.

Тот, измазанный в сладком, совершенно беззаботно раскинулся на сиденье, играясь в своем планшете.

Они с Эль уже поговорили с сыном, но тот так и не рассказал причину ссоры с Кайденом. Между ними что-то явно произошло, но мальчишки отказывались отвечать. Он попросил солнышко поговорить со своим сыном, но тот продемонстрировал в ответ точно такое же упрямство. Эви не удалось ничего узнать – она только разводила руками.

«Прости, Крис, но Кай ничего не говорит. Я не хочу на него давить», – сказала ему подруга.

И он тоже, разумеется, не хотел давить на крестника. Кристиан любил Кая. И несмотря ни на что, ни в коем случае не злился на него.

«Кстати, о солнышке… надо будет сегодня позвонить моей девочке. Не говорил с ней целый день, соскучился жутко», – подумал он и притормозил на светофоре.

Эль чувствовала себя замечательно. День и правда был чудесным.

Она поймала взгляд Кристиана на себе.

– Ты такая красивая, – прошептал он.

Зеленые глаза девушки наполнились сиянием, черные кудри спадали на лицо, и парень убрал их бережным движением.

– Знаю, что со мной порой трудно…

– Вовсе нет. Я люблю каждую грань тебя, – Эль погладила его по руке.

– Даже когда я творю шалости?

– Особенно тогда.

Когда Эль приезжала в Лос-Анджелес, то даже не мечтала о том, что ее жизнь сложится таким образом.

Но теперь у нее был любимый человек.

Сын.

Дом. Семья.

То, что она себе никогда не представляла.

То, чего она была лишена всегда.

Теперь у нее было все.

И Эль закрыла глаза, мысленно благодаря Бога.

Каким бы ужасным ни было ее прошлое, в конечном счете она получила свое счастье, которое больше не упустит.

***

– Есть еще кое-что, – прочистил горло мистер Гринберг, после того, как они подробно обсудили работу Дамиана и обязанности Эви, а также благополучно пообедали вместе. Найт к этому времени уже покинул их, сославшись на срочные дела.

– Дядя, я уже тебя боюсь.

– Если честно, я тоже, – присоединилась к мужу Эви.

Джейсон издал смешок.

– Итак… Есть у меня кандидаты на пост будущего генерального директора. Даже до совета, где мы изберем… – мужчина сделал паузу. – Скажу так, в любом случае я хочу видеть этого человека в штате Сиэтла. Поэтому она полетит с тобой, внимательно понаблюдай за ее работой и реши, достойна ли она своего места. Мне будет нужен подробный отчет каждого ее дела от тебя.

Она.

Она полетит с тобой.

Она.

Гребаная. Мать ее. Она.

Эви сразу это не понравилось.

– Кто это? – словно невзначай, поинтересовалась девушка, делая глоток своего капучино.

– Лейла Стерлинг. Дочь председателя Sterling-Arriva Group.

– Хочешь переманить потенциального конкурента? – Дамиан заинтересованно улыбнулся.

– Ты же знаешь ее историю. Она нам нужна.

– Нехороший ты человек, дядя, – Йохансен насмешливо ухмыльнулся, обмениваясь с мужчиной понимающим взглядом.

Это только сильнее сбило с толку Эви.

Ее подмывало пробить девушку в гугле и найти информацию, но, не желая выдавать свою реакцию мужу, она сдержалась. Незачем было выставлять себя неуверенной в себе. Обязательно разузнает все. Только позже.

Эви вздохнула, вместо этого заходя в мессенджер и находя там новое сообщение от своего лучшего друга.

Кристиан-Bestie: «Солнышко, наберешь меня, как будет время? Не слышал твой голос весь день, соскучился жутко».

Эви отправила сообщение, пока Дамиан разговаривал с дядей по поводу какого-то скучного договора на смету.

Солнышко: «Конечно, тут такое произошло, бро, ты бы только знал…»

Кристиан-Bestie: «Я заинтригован, блин. Кто бросает бомбу и исчезает?! Умру до звонка!»

Солнышко:«Пока на обеде с дядей Дамиана зависаем. Вечером все расскажу! Готовься!»

Кристиан отправил в ответ безобразную кучу плачущих эмодзи, заставляя ее хихикнуть.

– Кому ты там улыбаешься? – тут же встрепенулся Дамиан, отвлекаясь от разговора.

– Любовнику, конечно, – совершенно спокойно отозвалась Эви.

– Ты можешь хотя бы раз не отвечать мне колкостью?

– Дай-ка подумать… – она на мгновение приняла озадаченный вид, прежде чем покачать головой и издать смешок. – Не-а, не могу.

– Значит, Кристиан, – он достал зажигалку, очевидно, намереваясь закурить.

– А кто же еще? У меня кроме него нет друзей.

– Вроде и знаю, что друг твой, но бесит от этого не меньше, – проворчал мужчина, доставая пачку Nat Sherman.

– А меня твое курение бесит, – девушка легонько ударила его в плечо рукой. – Ты же не собираешься курить прямо здесь?!

– Мы же на улице, где мне еще курить?

– Ну не выдыхая же дым мне в лицо! – возмутилась девушка.

– Технически я буду его выдыхать в лицо дяди, это ведь он сидит напротив, – забавляясь, ответил Дамиан.

– Ты приемный, и на самом деле моя сестра нашла тебя в мусорке трущоб. Живи с этим, – Гринберг закатил глаза в ответ на его выпад.

– Очень смешно, – Дамиан усмехнулся, все-таки сунув блестящую пачку обратно в карман. – Как будет угодно моей жене. Хочешь, чтобы я курил в другом месте? Я так и сделаю, – он встал из-за стола, собираясь уйти, но на мгновение задержался рядом с Эви. – Не сердись, мой Огонек, – мужчина наклонился, обхватывая ее лицо руками, и нежно поцеловал в лоб.

– Не сержусь. – она потерлась щекой об его большую ладонь. – Я ценю это.

Он коснулся кончиком носа ее носа и улыбнулся.

– Скоро вернусь.

Мужчина ушел, и Эви осталась за столом, размышляя о том, стоит ли спросить мистера Гринберга о новом рабочем партнере Дамиана или же повременить и самой отыскать информацию, как…

– Ты чем-то встревожена. Я слушаю, – мистер Гринберг сцепил руки в замок на столе, сканируя ее непроницаемым взглядом.

– Мне бы хотелось узнать больше о новом потенциальном генеральном директоре компании, – спокойно произнесла Эви, пряча волнение.

Джейсон не улыбнулся в своей манере. Лишь кивнул.

– Тебя интересует Лейла.

– Да. Признаюсь, мне любопытно, какую «историю» вы имели в виду в разговоре с Дамианом? – Эви напряглась. – Если это не секрет, конечно, – поспешила она добавить.

– Секрет, но ты заслуживаешь доверия. Не только потому, что жена моего племянника, но и за твои личные качества.

Учитывая, каким щепетильным был в отборе своего окружения мистер Гринберг, это действительно много значило для Эви.

– Я благодарна вам.

– Существует Sterling-Arriva Group – юридическая фирма, славящаяся очень высоким рейтингом выигранных дел. Они базируются на международном праве и наши прямые конкуренты, – пояснил он. – Ходит много слухов, доказательств у меня прямых нет, но они смешаны в темных делах. Их империя буквально разрослась за последние годы в немыслимых масштабах.

Мужчина сделал паузу, прежде чем продолжить.

– Лейла – старшая дочь председателя. Я внимательно изучил дела, за которые она бралась, и результат меня впечатлил. Недавно в компании случился скандал – внутрисемейные дела, связанные с объявлением наследника… Вместо того, чтобы передать пост дочери, которая вложила многое в компанию, они предпочли ей младшего сына, вернувшегося из Австралии, где он отучился и стажировался. Учитывая, что Стерлинги – древняя аристократическая семья… Скандал был масштабный и разнесся по всем новостным порталам.

– Когда это произошло? – спросила Эви, заинтересованная рассказом.

– Пару месяцев назад. С тех пор я был нацелен на то, чтобы заполучить ее.

– Вы хотите использовать эту девушку как инструмент для достижения своих целей. Выведать секреты врага? – прищурилась Эви. – Разве это гуманно?

– От тебя трудно что-то скрыть, – усмехнулся Гринберг. – Но я преследую не только эту цель. Нашей компании правда нужен именно такой руководитель. Она сотрудничала с Найтом в Ванкувере, в большей части благодаря ей ему удалось взять компанию под контроль. Уже одно это делает ее особенным кандидатом на должность выше. К тому же многолетний опыт… Она умная, одаренная. Подобные сотрудники представляют собой ценность. Ее семья была чертовски глупа, отказавшись от нее.

– Есть что-то еще, о чем я должна знать?.. – Эви казалось, что мужчина не договаривает. Тень пробежала по лицу Джейсона.

– Только мои личные счеты со Стерлингами. Тебе стоит лишь знать, что это многолетняя история. Корни зарыты слишком глубоко. Но говоря о ситуации… Я знал Лейлу еще ребенком. Она не плохой человек. Это правда.

– Тогда зачем вы просили Дамиана проверить ее?

– Не проверить. Оценить. Одно дело консультировать Найта, другое – быть со-руководителем нового филиала. Мне надо убедиться в ее компетенции именно в этой должности. Узнать, как она будет взаимодействовать с командой и так ли она хороша, как мне казалось. В нашем деле нельзя полагаться на одно мнение. Может, Найту было комфортно с ней работать, но удел директора покажет ее с новой, невыгодной стороны, которая нам не подойдет. Да и Дамиану будет так лучше, разделить работу с кем-то, слишком много нагрузки на одного человека.

– Понимаю, – кивнула серьезно Эви, хотя ей все равно было неприятно то, с каким уважением отзывался о девушке мистер Гринберг. Ну, или тот факт, что эта самая Лейла будет работать каждый день бок о бок с Дамианом. С ее мужем.

«Нельзя было выбрать мужчину какого-то?!»

Мистер Гринберг хотел было что-то еще добавить, но Дамиан вернулся, присаживаясь рядом с женой, и что бы он ни хотел сказать, это осталось тайной для Эви.

– Ах, чуть не забыл… – мистер Гринберг усмехнулся. – Через три дня вы летите в Сан-Диего.

Заметив потрясение на лицах напротив, мужчина поспешил добавить:

– Кая я беру на себя. Обещаю, позаботиться о вашем мальчике. Можете не волноваться.

– Почему ты всегда говоришь все в последний, мать его, момент? – процедил сквозь зубы Дамиан.

– Чтобы тебя выбесить, конечно.

Дамиан раздраженно ослабил галстук.

– А зачем нам лететь туда? – аккуратно спросила Эви, стараясь разбавить напряженную атмосферу.

Ее муж уже был на грани. Она успокаивающе сжала его руку.

– Мне надо получить кое-какого клиента. Пока дело мистера Райта не передали в арбитражный суд… – мужчина потер виски. – Я отправлю полный отчет вам на почту.

«Ловлю чувство дежавю!»

– Почему это так важно?

– Начнем с того, что предприниматель Дэвид Райт входит в список самых богатых людей по Форбс. Его работа базируется на искусственном интеллекте. Как вы знаете, вокруг всего ажиотажа, котировки его IT-компании дико возросли, принеся ему сотни миллиардов долларов. Мистер Райт не только сооснователь компании и его технический директор, но также в его руках находилось пятьдесят процентов уставного капитала. Не так давно магнат решился обналичить свои биржевые опционы и вложился в новую социальную сеть, но это себя не оправдало. В конечном счете он едва не обанкротился и позже понял, что его, грубо говоря, обчистили, а компания признала себя банкротом, отказываясь выплачивать возвращать его инвестиции. Обычно в таких случаях компании заведомо составляют оферту о выкупе акций и продают их по среднему курсу акций на бирже за последние полгода, – объяснил он Эви.

– Я чувствую, что здесь кроется какой-то подводный камень, – нахмурился Дамиан.

– Встреча с клиентом состоится на благотворительном вечере, который организуют Стерлинги в Сан-Диего.

– Отправляешь в логово к монстру? – усмехнулся парень, но его глаза тут же загорелись азартом. Интерес к делу возрос в сотни раз. Теперь это стало чем-то личным. Только из упрямства и принципа он уже настроился «отбить» клиента.

К тому же, Йохансен сам был наслышан о деле Райта.

– Кто бы говорил. Это монстр отправляется к ним, – подмигнул ему мужчина и перевел уже серьезный взгляд на Эви. – На этот раз будет не просто опыт со стороны. Я возлагаю на тебя определенные ожидания.

– Конечно, мистер Гринберг, – кивнула девушка. – Я…

Она не сказала постараюсь. Это слово выражало сомнения, которых у нее не было.

– Я сделаю все, как нужно.

– Мы отличная команда, – подтвердил Дамиан.

– Когда я впервые увидел Эвелин в нашем офисе, то так и подумал.

– Дядя, по поводу Кая… – Йохансен подался вперед, понизив голос. – Я знаю, что твой дом оснащен лучшей системой безопасности, конечно, присоединится и моя охрана, но на всякий случай – не спускай с него глаз. Попроси Мари быть внимательной. Я не могу подвергнуть сына риску. Никуда не отпускайте его одного.

Мужчина слегка нахмурился, но кивнул.

– Я буду еще более внимателен. Предупрежу жену.

– Что происходит? – забеспокоилась Эви. Ее глаза наполнились тревогой.

– Ничего, дорогая. Просто базовые настройки пап.

«Не договариваешь ты мне что-то…»

Она прикусила язык, не желая ссориться при дяде Дамиана.

Не время и не место.

К тому же… всегда существовала добрая вероятность, что она сама себя напрасно накрутила.

Только почему интуиция кричала об обратном?..

***

– Охренеть не встать! – ахнул Кристиан, приближая планшет к лицу.

– И это все, что ты скажешь? – простонала Эви, лежа на кровати и глядя на ошеломленное лицо лучшего друга через экран.

Синие глаза парня сверкали удивлением и весельем.

– Ну, что, солнышко, поздравляю с новой должностью!

– Спасибо, – кисло отозвалась она.

– Не вижу твою радость! С ума сошла?! Ты хотя бы понимаешь, что твоя зарплата возрастет теперь в два раза?! Девочка, проснись!

– Да, но…

– А еще ты получишь замечательный шанс наладить связи и найти потенциальных клиентов, полетев в Сан-Диего и посетив это мероприятие! Второй жирный плюс, – Кристиан загнул палец, не обращая внимания на апатичное выражение ее лица. – Третье – на днях там состоится всемирная конференция для юристов. Разве тебе такое не на руку? Вдруг услышишь что-то полезное для своей докторской диссертации, над которой так упорно работаешь? Оценивай с практической точки зрения.

– Черт, а ведь ты прав, – оживилась она. – Как тебе это удается?

– Я просто не одержим одним лесным любителем.

– Эй! Я не одержима, гад ты обнаглевший, – запротестовала девушка.

– Ну да, ну да, – передразнил ее Кристиан, показав язык. – Готов поспорить, из всего этого у тебя в голове засела только фраза «Лейла Стерлинг и мой муж будут работать вместе в Сиэтле. Какой кошмар!» Я ведь прав?

– Уйди из моей головы, кыш, – она засмеялась, но печаль все равно вернулась в глаза девушки. – Я навела справки и… Она объективно хороша в работе.

– О, то есть ты не ревнуешь Дамиана, а, скорее, злишься, что кто-то лучше тебя? – надавил на больное парень.

– Ты не помогаешь, – ворчливо отозвалась Эви. – Но, думаю, что так. Я просто понимаю, что мне еще нужно много работать, чтобы дорасти до ее уровня. И это одновременно мотивирует и угнетает.

Эви никому почти не показывала свои слабости и сомнения. Кроме Кристиана. С ним ей не нужно было стараться быть лучше или скрывать что-то, чтобы не разочаровать. С Крисом она всегда была собой. Иногда сомневающейся, иногда наглой, иногда упрямой – но Эвелин Коллинз. Как и он с ней.

– И? – протянул Кристиан, ожидая ее честного ответа.

– Я все-таки ревную, – призналась она неохотно.

– Он уже окольцован бесповоротно, солнце, – рассмеялся Крис. – У вас сын. И Дамиан был верен тебе много лет, даже когда вы не были вместе. С чего бы…

– Да нет, дело не в этом, – перебила его Эви. – Я знаю, что он никогда не предаст меня. Просто меня раздражает, что эта девушка будет постоянно крутиться рядом, что он будет восхищаться ее успехами и работой. Я доверяю ему, но что, если она будет вешаться на моего мужа? Меня раздражает само гипотетическое внимание кого-то к нему.

– Ну так Дамиан пресечет это. На меня тоже вешаются девушки, и я весьма однозначно даю понять – у меня есть любимая. Йохансен, учитывая, как он от тебя без ума, думаю, сделает это даже грубее, чем делаю я. Ну-ка вспомни, как в Данверсе к нему подсела та блондиночка, а Дам послал ее на все четыре стороны?

Эви не могла не согласиться.

– Да. Помню. Но то была надоедливая поклонница, а здесь…

– Какой бы ни была «конкурентка», можешь не сомневаться: реакция твоего Дамиана будет той же. Уж мне-то поверь. Я разбираюсь в людях. Этот мужчина скорее умрет, чем ранит тебя или позволит себе взгляд в сторону. Не бывать такому. Так что вместо того, чтобы депрессовать, ты должна…

– Больше работать над собой? – уныло уточнила девушка.

– Мое ты солнышко, наоборот. Принимать себя такой, какая ты есть. Ты уже на вершине. Ты в лучшей юридической компании, ты возглавила отдел, ты летишь в классную поездку, где сможешь еще больше получить знаний и опыта! И твой ненаглядный муж – чертов миллиардер, готовый целовать землю, по которой ты ходишь. У вас самый понимающий и прекрасный сын, любящий тебя всем сердцем. Перед тобой чудесное будущее, много перспектив и один лучший друг, который приедет к тебе домой и знатно наорет, если прямо сейчас же не сотрешь это выражение вселенской скорби со своего лица! – пригрозил он.

Эви с теплотой улыбнулась. На сердце сразу стало легче.

– Я так люблю тебя, ты бы только знал.

– А я люблю тебя, солнышко, – Кристиан послал ей воздушный поцелуй, откидываясь на подушку. – Завтра пойдем по магазинам.

– Зачем?

– Как «зачем»? Платье тебе будем выбирать на мероприятие. Я Эль захвачу. Моя девочка хотела на шоппинг. Совместим. К тому же…

– Я слышу слово «Эль», – послышался тихий смех, и в кадре появился вихрь темных кудрей.

– Моя маленькая пришла, – Кристиан тут же чмокнул ее в щеку. – Я говорил Эви о том, что мы можем помочь ей выбрать завтра платье. И заодно походить по магазинам, как ты хотела. Взаимовыручка.

– Было бы здорово. Мне не помешает помощь, хочу поменять стиль. И, конечно, найдем наряд для Эвелин, – застенчиво отозвалась Эль и улыбнулась, надеясь, что подруга Кристиана согласится.

– Я согласна, звучит весело, – Эви очень нравилась эта девушка. Они постоянно списывались в общем чате, и было приятно знать, что в ее жизни были такие светлые люди, как она.

– Вот и прекрасно, – Кристиан громко хлопнул в ладоши, заставив Эль поморщиться от неожиданности.

Солнышко даже не дернулась. Она давно привыкла к его выходкам.

Вскоре они попрощались, и, отключив звонок, Эви поймала себя на мысли, что давно ей так не было хорошо на душе.

Кристиан отогнал все мрачные мысли, отравляющие ее изнутри.

Она всегда старалась сосредоточиться на лучшем, но иногда даже Эви требовалась помощь.

«Спасибо, Крис…»

Девушка приподнялась с кровати, заглянув в окно.

Улыбка приподняла уголки ее губ, когда она заметила мужа и сына, играющих в пляжный волейбол на берегу океана.

Кайден отлично отражал удары, не допуская приземления мяча на своей половине поля.

Дамиан не поддавался.

Не было области, в которой их сын не был бы талантлив. И, возможно, именно из-за этого мальчик быстро терял ко всему интерес. Ему наскучивало все, где он выигрывал. Получая новые роли в театре, забивая гол на футбольном поле, выигрывая партию шахмат…

Кайден бросал одно занятие за другим.

«Возможно, он просто еще не нашел то, что стоило бы его усилий».

Эви знала, что мальчик рисует для себя, и, наверное, творчество было единственным, что ему пока не надоело.

«Устал ли он так же от Скорпиона? Что, если люди тоже перестанут со временем иметь для него ценность?» – Эви не боялась за то, что сын разлюбит их, это было невозможно, но она не могла беспокоиться о том, как будет строить он отношения в социуме с таким подходом. И ведь Кай не делал этого нарочно. Он просто был так устроен. Отличался от других людей. С этим ничего не поделать.

Эви оглянулась по сторонам. Дерьмо.

За беспокойством она не заметила, как совершила очередную перестановку. Бокалы лежали на диване, на столе возвышалась стопка одежды Кая.

«Вернется и ворчать будет, надо все вернуть на свои места», – усмехнулась она, приступая к ликвидации мини-хаоса.

***

Эви сидела перед туалетным столиком в отеле, тщательно подкрашивая ресницы тушью.

Через пару минут им уже было нужно выходить.

Пока она приводила себя в порядок, в голове пронеслись воспоминания последних дней.

– Ты что, купил самолет? – ошеломленно спросила Эвелин, глядя на огромного гиганта перед собой.

– Тебе же нравится черный цвет, – невозмутимо пожал плечами ее муж, постукивая пальцами по блестящей поверхности воздушного лайнера. – Теперь он твой.

– Но я не могу такое принимать! Это неравноценно…

– Я покупаю. Ты наслаждаешься. Вот единственный обмен, который я позволю.

Это был приятный и спокойный полет, большую часть которого она проспала, уронив голову на плечо Дамиана. Если ему и было неудобно, мужчина никак этого не выдал, он гладил ее по ярким волосам до тех пор, пока она не заснула, а сам не сдвинулся ни на дюйм.

После приземления они заселились в роскошном отеле и успели на следующий день посетить Международную конференцию по правам человека и культурным исследованиям, на которую хотела попасть Эви. Она услышала там некоторые полезные доводы, которые собиралась внести в свою докторскую в качестве аргументов. Как и предвещал Кристиан, поездка была продуктивной. Говоря о нем…

Девушка слегка улыбнулась, закончив красить губы розовым блеском.

Их прогулка накануне отлета была замечательной. К счастью, Кристиан целиком и полностью разделял ее любовь к шоппингу. Впрочем, как, оказывается, и Эль. Они сменили девушке гардероб, а сама Эви (не без усилий друзей) нашла то самое платье, которое сейчас было на ней.

Это было атласное мини-платье классического фасона, длиннее с одной стороны, с изящными завязками по бокам, открывающее вид на ее длинные ноги. Черные сандалии от Saint Laurent на золотистом каблуке были чертовски удобными и сочетались с черной сумочной того же бренда. Из украшений на ней был только браслет и подвеска с Вифлеемской звездой из желтого золота.

Конечно, она подбирала парный образ, чтобы их с Дамианом одежда гармонично сочеталась.

– Ты готова? – послышался слегка хриплый голос.

«Помянешь черта…»

– Да, – она встала, покрутившись для него.

– Дорогая, – Дамиан, облокотившись о дверной косяк, прожигал ее полным похоти взглядом. – Ты решила остаться в номере?

– Это еще почему? – усмехнулась Эви, убирая непокорные огненные локоны от лица.

– Потому что все, о чем я могу думать – это запереться с тобой здесь и…

– Никаких развратных мыслей, босс, – поддразнила его девушка.

– Лишают последней радости в жизни, – он издал притворный стон, прижимая руку к груди. – А ведь у меня больное сердце.

– А у меня поджелудочная, – не сжалилась Эви, закатывая глаза. – Тебе не хватило недели?!

– С тобой меня устроит лишь вечность, – он подошел к ней, галантно подавая руку. – А если серьезно, то выглядишь потрясающе, жена.

Щеки девушки слегка порозовели.

– Спасибо. Ровно как и ты, муж, – промурлыкала она, обхватив его широкие плечи руками и целуя в щеку.

Дыхание мужчины на секунду перехватило, мышцы под ее ладонями напряглись.

Взгляд девушки медленно скользнул по всему его телу.

Сегодня мужчина был одет полностью в черное – классические брюки, дорогие туфли и рубашку, расстегнутую на пару пуговиц. Его образ дополняли часы с черным ремешком от Louis Moinet.

От него так безумно вкусно пахло… Невольно девушка подалась ближе, вдыхая опьяняющий, свежий аромат. Это было что-то наподобие черной ванили, абрикоса и хвойных оттенков древесины кедра.

Он ухмыльнулся уголком губ.

– Долго собираешься меня обнюхивать?

Она вовсе не смутилась.

– Твоя жена может делать с тобой все, что захочет, – прошептала она провокационно ему в губы. – Ты мой.

Йохансен резко выдохнул. Если он и был возбужден, то никак не выразил это.

– Нам пора, – мужчина галантно взял ее под руку, выводя из номера, к разочарованию Эви, которая рассчитывала на какую-нибудь реакцию.

Если в чем-то она не сомневалась, так это в том, что у ее мужа был чертовски сильный самоконтроль.

***

«Мистер Гринберг будет доволен», – Эви хотелось потянуться, как кошке, довольно мурлыча.

Конечно, они получили клиента.

Стоило ли вообще в этом сомневаться?

Отчасти из-за своей уверенности им удалось его склонить на свою сторону.

– Вы получите компенсацию за потерянные инвестиции.

Они объяснили, что могут помочь обжаловать решение о признании компанией себя банкротом, представляя интересы клиента в суде, доказывая, что компания не законно отказывается выплачивать его деньги. Кроме того всегда можно было провести юридическую экспертизу договора между пострадавшим и корпорацией, чтобы выяснить возможные нарушения или обязательства компании перед клиентом.

И, разумеется, Дамиан провел с ним долгую беседу, указывая на их преимущества. Эви казалось, он мог бы уговорить даже случайного прохожего, навязав свою точку зрения.

Мистер Гринберг знал, кому доверить это дело.

Мероприятие проходило в особняке Стерлингов, расположенном на берегу Тихого океана, с прилегающим огромным участком. Стоило признать, что изнутри помещение выглядело тоже роскошно.

Гостиная, где собрались десятки гостей, была просторной, с мраморными полами, высокими потолками и большими панорамными окнами, пропускающими много солнечного света. Декор был изящным и выполнен в строгом стиле. Не было вещей, отличающихся от нежно-бежевых оттенков, а у Эви почему-то от этого болела голова.

«Привыкла к тому, что у нас дом полностью черный…»

Ей было гораздо уютнее в своем мрачном королевстве, чем в месте, где глаза слезились от сверкающих настенных светильников и люстр.

И даже несмотря на этот свет, исходящий отовсюду, теплее не становилось. Эви не нравилась атмосфера, царившая здесь. Словно фальшивка. Все кругом притворялись.

Благотворительные вечера были благородным мероприятием, которые проводились с целью сбора средств на поддержку нуждающихся. Только внутреннее чутье ей подсказывало, что этой семье не было дела до чьего-то благополучия. Это был только красивый методу благотворительности послужить налоговым убежищем для их семьи.

«Не важна цель. По крайней мере – результат пойдет на благо людям», – вздохнула девушка.

Если честно, ей хотелось поскорее уже вернуться.

Гости наслаждались ужином, исполнением живой музыки, оживленно разговаривая друг с другом, но Эви…

«Ладно, мне до смерти скучно, потому что Дамиан отлучился».

Ее мужу было нужно переговорить со своими другими клиентами и старыми знакомыми, а Эви сама попросила его сделать это без ее участия. Они обсуждали личные вопросы, и было не этично, чтобы их подслушивало третье лицо. Даже если они работали в одной компании, у каждого из них были свои собственные клиенты, и дела должны были храниться хоть в какой-то конфиденциальности.

Она сделала второй глоток.

«По крайней мере, вино здесь хорошее. Грех жаловаться».

От нечего делать, девушка достала телефон. Ее взгляд сразу зацепился за фотографию, которая стояла на заставке.

– Иди сюда, – Дамиан по-собственнически притянул девушку к себе за талию пару часов назад. – Давай сфотографируемся.

Она выглядела такой красивой, глядя на него с благоговением. Он хотел навсегда запечатлеть этот образ в памяти и на картинке.

– Давай.

Дамиан обхватил ее щеку рукой, лаская.

– Мой яркий Огонек.

Он поцеловал жену, делая несколько фотографий и ощущая, как она улыбается ему в губы.

Вырвавшись из воспоминаний, Эви открыла любимое приложения, чтобы продолжить чтение очередной манхвы.

Бокал опустел.

Эвелин дочитала до пятидесятой главы, когда почувствовала возвращение Дамиана. Девушка посмотрела на него с другого конца комнаты.

Как и всегда, ее муж выглядел превосходно. Казалось, он занимал в ширину не меньше, чем дверной проем.

Он излучал властную ауру человека, который мог получить что угодно. Находился на самой вершине. Независимо какими методами. Даже если сейчас он казался расслабленным, Эви прекрасно знала, что это не так. Всего лишь обманка, чтобы не распугать окружающих. Завоевать доверие клиентов, казаться кем-то приземленным, пряча свою истинную варварскую натуру.

«И почему я считаю это безумно привлекательным?..»

Она проследила за татуировками, которые покрывали смуглую кожу, выглядывая из-под закатанных рукавов черной рубашки и на шее.

Его рука лежала в кармане, пока вторая небрежно держала бокал шампанского.

И в этот момент Эви заметилаее.

Ту самую, о которой говорил ей мистер Гринберг.

Она отличалась от тех девушек, которые обычно вешались на Дамиана.

Нет. Лейла Стерлинг была похожа на девушку, знающую себе цену. Она не позволила себе ни лишних жестов, ни заискивающих, жалобных взглядов.

С грациозной непосредственностью девушка подошла к нему, ее длинное платье из белого шелка струилось по полу с каждым шагом.

Эви, не желая прятаться за бокалом, положила его спокойно на столик.

У девушки были белокурые, идеально прямые волосы, спадающие блестящим водопадом на ее открытую спину и поясницу. Естественная красота. Серые глаза, аккуратные, немного полные губы.

«Я надеялась, что она будет не такой прекрасной, как на фотографиях…»

Не то, что бы у Эви была личная неприязнь к этой девушке. Ее просто выводило из себя, что обстоятельства сложились так.

Она была готова поспорить, что Дамиан на ее месте среагировал бы намного острее. Одно дело проводить время с другом – Кристианом, а другое – работать тесно с каким-то незнакомцем.

«В его случае – с незнакомкой…»

Йохансену бы такое не пришлось по душе. Вот и она испытывала смесь раздражения, гнева и…

Что бы Лейла ни сказала, он улыбнулся.

Это не была ухмылка. Не была насмешка.

Он правдаулыбнулсяей.

В уголках глаз Дамиана появились крошечные лучики, на щеках сверкнули очаровательные ямочки.

Она что, рассмешила его? Чем?

«Это начинает мне уже конкретно действовать на нервы».

Но Эви бы ни за что не подошла к ним.

«Не в этой жизни. У меня еще сохранилось чувство собственного достоинства, спасибо».

Дамиан был так увлечен беседой со своим будущим компаньоном, что даже не замечал прожигающего взгляда жены, направленного на него.

Лейла наклонила голову набок, внимательно слушая каждое его слово, она казалась полностью поглощенной разговором.

«Для твоего же блага надеюсь, ты говоришь с ней сугубо о работе. Иначе…»

– Миссис Йохансен? – послышался мужской голос, вырывая Эви из кровожадных мыслей.

Она едва не вздрогнула от неожиданности, когда к ней на диван подсел кто-то.

Девушка удивленно повернулась, глядя на незнакомца.

– Да?

Это был мужчина немного старше ее мужа, со светло-каштановыми волосами и карими глазами, одетый в темно-серый дорогой костюм и приветливо улыбающийся ей.

– Аарон Стерлинг, – он протянул ей руку, но она случайно проигнорировала жест, все еще поглощенная своими мыслями.

– Вы брат Лейлы?.. – пробормотала Эви.

– Кузен. Отношения к корпорации Стерлингов не имею.

Девушка пропустила его слова мимо ушей. Ее внимание снова сосредоточилось на муже.

Он, облокотившись рукой о стену, все еще разговаривал с Лейлой, которая внимала каждому его слову, мягко улыбаясь.

Никаких прикосновений, ничего личного, но кровь ее все равно закипела. Отчего-то захотелось его встряхнуть.

«Слишком вежлив с ней. Где холод в глазах? Где его грубость? Почему он позволяет ей стоять так близко к себе?»

– Я слышал о вашей диссертации. Вы пишите ее под руководством мистера Уолта? – вежливо поинтересовался мужчина.

Эви едва не подпрыгнула на месте.

Во второй раз.

«Господи, я и забыла о его существовании!»

– Откуда вы о ней слышали? – спросила рассеянно она, стараясь больше не пялиться в сторону Дамиана.

Все настроение испортил.

– Мы с ним давние приятели. И я был на прошлой конференции, где вы представляли свою кандидатскую работу, весьма успешно защитив научную степень.

– О, подождите… – шестеренки в ее голове тут же закрутились. – Вы были в составе жюри. Я помню. Даже была удивлена, что в таком возрасте вы… – она смущенно остановилась, боясь сболтнуть лишнего.

Мужчина вовсе не обиделся.

– Вы не первая, кого удивляет мой возраст. Но, уверяю вас, я уже стал профессором и имею на это все полномочия, – он лукаво улыбнулся.

– Как это возможно?

– Закончил школу экстерном, – пожал он скромно плечами.

Глаза Эви заинтересованно загорелись.

«Я уверена, Кайдена ждет такой же путь, учитывая его способности вундеркинда…»

– Итак, говоря о теме вашей нынешней докторской диссертации… – мужчина слегка подался вперед, – Она посвящена проблеме влияния глобализации на правопорядок и права человека, так?

– Да, все верно, – кивнула Эви. Гнев, ярость и желание ударить Дамиана кипели в крови, но разговор о любимой работе немного сменил фокус ее внимания. – Моя диссертация дополнительно затрагивает темы международного права в области инвестиций, кибербезопасности и совсем немного международной гуманитарной помощи.

– Что вы ставили главной целью в своем исследовании? – поинтересовался он.

– А мы что, сейчас защищаем мой проект? – приподняла она бровь, ухмыльнувшись.

– Конечно, нет, – Аарон покачал головой. – Мне просто любопытно.

– Пожалуй, я вынуждена оставить это в тайне, кто знает, не украдете ли вы у меня идеи, – она безжалостно улыбнулась. – Нынче опасные времена. Я бы не советовала доверять любому, кто подсаживается к вам.

– Вы умны, миссис Йохансен, – он усмехнулся. – У меня нет цели присвоить ваши научные аргументы себе, но я уважаю то, как вы защищаете свой труд. Тогда, может, подискутируем на тему противодействия киберугрозам? Если, конечно вы не намерены дальше сверлить дыру в спине вашего мужа?

Эви бросила на Аарона очень возмущенный взгляд, но тот только рассмеялся.

– Простите, я был груб.

– Нет, это я должна принести свои извинения, – она слабо улыбнулась.

Не хотелось бы портить отношения с человеком, который будет частично отвечать за будущее ее диссертации.

– Тогда, может, ответите на мое рукопожатие? – он усмехнулся, снова протягивая ей руку, и на этот раз Эви почтительно пожала ее.

Мобильный тут же издал звук уведомлений.

Девушка решила проверить позже. Было бы невежливо опять отвлекаться посреди разговора.

– Возвращаясь к работе… Вы затронули в своей работе международно-правовые нормы, касающиеся безопасности в сети? – поинтересовался Аарон.

– Да, я проанализировала различные инструменты, включая Кибернормы ООН, Будущий Глобальный Киберправовой Пакт и другие документы, регулирующие поведение в киберпространстве, – Эви заправила выбившуюся прядь волос за ухо, увлеченно рассказывая. – Также я рассмотрела механизмы разрешения споров, проанализировала существующие механизмы расследования и разрешения киберинцидентов на международном уровне, включая роль посредничества, арбитража и международных судов. И… – она не договорила, когда ее мобильный снова настойчиво завибрировал. – Простите, мне нужно ответить. Наверное, что-то важное.

– Конечно.

Любимый муж:«Отойди от него или я отрублю руку Аарону Стерлингу прямо сейчас».

Огонек:«Ты ненормальный?! Мы просто разговариваем!»

Любимый муж:«Не провоцируй меня».

Огонек:«Как ты отрубишь ее? Воображаемым топором?»– фыркнула она, набирая сообщение.

Любимый муж:«Да. Тем, что в багажнике лежит. Мне потребуется ровно две минуты, чтобы отключить этого недоумка и потащить туда. Ты хочешь меня испытать? Вперед. Или больше устроит вариант с пулей в его голове? Знаешь, я могу даже избавить Стерлинга от страданий и просто вырезать ему глаза ножом, который у меня лежит за поясом».

Дыхание Эви застряло в горле. Ее пальцы вцепились в телефон, пока она судорожно набирала ответ.

Огонек:«Ты больной психопат».

Любимый муж:«Это самое гуманное из того, что делали мои руки. И спасибо».

Огонек: «Это был не комплимент!»

Любимый муж: «Его жизнь в твоих руках. Или ты прямо сейчас идешь ко мне или…»

Мурашки пробежались по ее позвоночнику. Сердце забилось, словно сумасшедшее.

Любимый муж: «Я не слышу ответа».

Эви подняла голову, встречаясь с его острым взглядом. В темно-зеленых глазах не было намека на улыбку. Лицо было застывшим, как у восковой фигуры. Но она не сомневалась в том, что Дамиан был в ярости сейчас. Совсем как тогда, когда надел маску и преследовал ее по ночному лесу.

«Господи Боже. Я не ожидала, что он настолько…» – мысль прервалась, потому что рука Дамиана потянулась к поясу, незаметно для других доставая нож. Так как мужчина стоял боком, этот жест был недоступен гостям, но перед Эви открылся прекрасный, к ее ужасу, обзор.

– Извините, мне нужно отойти, – она отшатнулась от Аарона, как от огня.

Тот проницательно приподнял бровь:

– Ваш муж недоволен нашей беседой?

Она хотела поспорить, но на это не оставалось времени.

– Хорошего вечера, – бросила напоследок и ушла так быстро, как только могла, не желая становиться свидетельницей кровавого побоища.

Каждый шаг приближал ее к Дамиану. И вот, наконец, девушка встала перед ним.

Мужчина все еще выглядел взбешенным до чертиков.

Другие могли не видеть, но Эви заметила, как тяжело он дышал. Как сжимал челюсти. Как прищуренный взгляд наполнился льдом и смертью.

Она положила руки мужу на грудь и поправила воротник его рубашки.

– Спрячь нож, Дамиан, – прошипела тихо Эви.

– В его сонной артерии? С огромным удовольствием, – огрызнулся он, сжимая лезвие в руке.

– Прекрати. Ты обещал мне, – прошептала она сердито.

– У тебя талант выбирать для беседы полных мудаков?

– И не поспоришь, – язвительно ответила девушка, глядя мужчине в глаза.

– Ты нарываешься, – бросил Дамиан предупреждающе, испепеляя ее ответным взглядом.

– На что же? – Эви прекрасно знала, что ступала на шаткую тропу, но остановиться больше не могла. Не хотела.

Все еще раздражало его поведение. Как он вообще смел себя вести так, когда пару минут сам раздавал всем улыбки направо и налево?

«Я злюсь, потому что он не ведет себя с другой девушкой, как дикарь? Да, черт побери!»

– Блядь, все, сама напросилась, – без лишних слов он подхватил ее и забросил себе на плечо.

Эви возмущенно стукнула его по спине, повиснув вниз головой.

– На место поставь.

«Клянусь, если мы останемся здесь еще на одну гребаную секунду, я за себя не ручаюсь», – пронеслось у него в голове.

– Туда и поставил. Твое место – быть на мне. Или подо мной, – не обращая внимания на окружающих людей и ее слабые протесты, Дамиан унес девушку к выходу.

«Кучка богатых идиотов. Словно меня волнует чье-либо внимание. Похрен», – подумал мужчина.

Все, что имело для него значение сейчас – это добыча в руках.

Огонек, которая решила испытать его терпение.

Взгляды, которые бросал наего женуэтот ублюдок, вызвали в Дамиане непреодолимое желание разбить ему голову и оставить истекать в собственной крови.

Мало было ему трахать ее глазами, сукин сын посмел еще и коснуться руки Огонька.

Жажда крови буквально затмила все перед его взором. Если бы не Эви, подошедшая к нему, он бы, бесспорно, лишил Стерлинга пары пальцев. Ничтожная плата за такую наглость.

«Я стал слишком добрым. Но ничего, это поправимо. Он все равно понесет наказание».

– Куда ты меня несешь?! Машина в другой стороне! – Эви в который раз попыталась соскользнуть с его тела, но мужчина шлепнул ее по заднице.

– Тихо. Я знаю.

– Дамиан, мать твою, Йохансен, немедленно отпусти меня! – прошипела она в ярости. – Ты не можешь вести себя, как пещерный человек! Что теперь о нас подумают?! На нас все пялятся!

– Мне глубоко наплевать. Это они пускай волнуются, что о них подумаюя. А их мнение… – он насмешливо и брезгливо скривился, – Настолько ничтожно, что не заслуживает даже места в моих мыслях, – мужчина ускорил шаг. – Тебе следует лучше подумать о своем отвратительном поведении, жена. Не вижу раскаяния.

– Моем поведении?! – она ущипнула его за спину и снова ударила, но он не реагировал ни на царапанье, ни на удары, сыпавшиеся на него градом.

«Шкаф проклятый».

– А на твое мы закроем глаза? Отпусти! – закричала девушка, все еще вися вниз головой, пока мужчина неумолимо нес ее по темной дороге к океану. Ее длинные рыжие волосы едва не касались земли.

Он раздраженно цокнул языком и развернул Эви, подхватив на руки, лицом к себе.

– Не заставляй мне закрывать тебе рот, – бросил Дамиан, мрачно глядя на ее губы.

– Отпусти меня! – повторила она громко.

Мужчина прижал плотно ладонь к ее рту, заглушая звуки.

– Если не прекратишь, то я использую ткань.

Эви помотала головой, промычав что-то в ответ. Он не сомневался, что это были проклятья в его адрес.

– Тогда веди себя тихо. Дыши носом, – его рука надавила сильнее. – И только попробуй меня укусить.

Конечно, она сразу укусила.

Мужчина только усмехнулся.

Другого он и не ожидал от своей дикой жены.

– Ты выглядишь так красиво, когда борешься с неизбежным, Огонек, – проворковал он, но его голос был полон мрачного обещания. – Жаль только, что это тебя не спасет, – его рука лишь крепче прижалась к этим порочным губам, не позволяя кричать.

– Ни звука.

Она смотрела на него с такой яростью, гневом и огнем в глазах, что ему немедленно захотелось бросить ее на голую землю и вытрахать это провоцирующее упрямство, выбивая из нее каждым безжалостным толчком. Никакой нежности. Он бы сделал это так, как любила она. До слез в этих голубых, как дождливое небо, глазах.

«Скоро».

Она до сих пор воевала с ним, и он не мог не наслаждаться этим.

Не сдержавшись, Эви толкнула его в грудь и чуть не ахнула от боли – как она могла забыть, что тело ее мужа словно было высечено из чертового камня?

– Ты не поранилась, Огонек? – Дамиан прижал маленькую ладошку к своим губам, нежно целуя.

Горло перехватило от всеобъемлющего чувства теплоты.

«Не смягчайся!»

Тонкие руки обхватили его шею, чтобы не упасть. Красные острые ногти до боли впились в кожу ниже затылка.

Дамиан извращенно улыбнулся.

– Царапайся, сколько тебе угодно, моя дорогая жена. Боль от тебя в тысячу раз приятнее чужой нежности. Я приму твой гнев, я приму все, – промурлыкал он.

Наконец, оказавшись у океана, он очень бережно опустил ее на каменистый берег.

Ночью здесь было особенно красиво. Луна отражалась в бесконечности синих вод, словно серебристое зеркало. Шум прибоя ласкал воздух, словно желая рассказать о тайнах, которые хранились на дне его бездонных глубин. Легкий ветер ударил им в лицо.

Эви вытерла губы тыльной стороной ладони, замечая на ней размазанную кровь.

«Не рассчитала силу…»

– Тебе больно?

– Ох, запоздалая совесть проснулась? – съязвил он. – Поцелуй, может пройдет.

– Надеюсь, что больно, – прошипела она в ответ, заставляя его рассмеяться, что только раззадорило девушку. – А теперь объясни, что за сумасшествие ты творишь!

Он скучающе скрестил руки на груди и наклонил голову набок, наблюдая за ней.

– И это моя искренняя благодарность?

– За что же?

– Я был великодушен и отстрочил ему казнь.

– Отсрочил…– непонимающе повторила она за ним и тут же напряглась, когда до нее дошло осознание. – Оставь его в покое, Дамиан. Он не сделал ничего…

– О, ты правда хочешь меня вывести из себя, да, сегодня? Потом не жалуйся, – он провел татуированной рукой по волосам, раздраженно убирая отросшие пряди назад.

«Черт бы его пробрал, гада такого красивого, как из манхвы вылез…»

Он был идеальным воплощением ее типажа.

Зеленые глаза прищурились, прожигая ее насквозь, темные волосы непослушно спутались, он спрятал руки в карманах, глядя на нее так, словно желал поглотить целиком.

– Вовсе нет.

– Тогда прекрати защищать этого недоумка, – несмотря на то, что Дамиан никогда на нее не повышал голоса, угроза в его голосе была ощутимой. Она почти чувствовала ее острый вкус на языке.

– Я не защищаю его. Дами, ты не можешь пытать людей просто потому, что тебе этого захотелось!

– «Нельзя то», «нельзя это», надоело, – он начал невозмутимо расстегивать рубашку.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась она с подозрением.

– Мм? – промурлыкал мужчина, бросив одежду и обувь на землю. – Да так, жарко стало, – он шагнул к ней, вынуждая попятиться к воде.

– Ты хотя бы слушаешь меня? – капризно спросила Эви, остановившись, когда ее ног коснулась прохлада.

– Разве я могу не слушать мою дорогую жену? – прошептал Дамиан, мягко скользнув ладонью по ее щеке. – Твой голос – моя погибель. Ты моя любимая одержимость, объект поклонения, – он провел носом по виску Эви, горячее дыхание опалило ее щеку. – Мое пламя, моя любимая девочка, – Дамиан слегка зацепил мочку ее уха зубами, покусывая, – Единственная, перед кем я встану на колени. Та, кому я принадлежу.

Каждое его слово посылало трепет по ее телу, зажигая бабочек в животе и дрожь по спине.

– Я тебя чем-то сегодня расстроил, малыш? Скажи, я исправлю это, – прошептал он.

– Неважно.

– Для меня – важно. Говори, – потребовал он, обхватив ее лицо руками и заставляя посмотреть себе в глаза. – Я хочу, чтобы мы обсуждали проблему и решали ее на ходу. Мне не нравится, когда ты расстроена, Огонек. Твои чувства для меня очень много значат. Я не хочу их задевать.

От его нежных слов что-то сжалось в груди. Растекаясь крошечными искрами где-то на уровне солнечного сплетения.

– Ты улыбался ей, Дами, – выпалила девушка, решив признаться. Ее щеки вспыхнули от смущения и стыда.

– Кому? – он на мгновение нахмурился, пытаясь сообразить, о чем она говорит. – Ты про Лейлу?

– Не надо меня заверять, что верен мне, я это прекрасно и без доказательств знаю, – пробормотала Эви. – Я доверяю тебе полностью. Знаю, что ты никогда не предашь и что любишь, как и я тебя. Дело в другом. Меня просто… Не знаю, почему эта ситуация выводит из себя. Злюсь не на тебя, а на себя больше. Потому что не в силах контролировать это… Даже если и понимаю все это логически, меня просто бесит, когда ты уделяешь внимание кому-то другому. Словно ты весь должен принадлежать мне. Это эгоистично и глупо…

– Ты ревнуешь, потому что я улыбнулся другой девушке? – его голос был наполовину удивленным, наполовину довольным.

– Я хочу тебя ударить.

Он издал смешок и прижался лбом к ее лбу.

– Если тебе станет легче, бей.

– Не улыбайся ей больше, – ворчливо ответила она, но Дамиан заметил нотки уязвимости в ее голосе.

– Я и не знал, что моя жена настолько ревнива, – он ухмыльнулся и прижался к уголку ее губ своими. – Хоть тебе и не нужны заверения, но ты единственная, за кем я наблюдал весь вечер. Тебе могло показаться, что это не так, но, блядь, не было секунды, чтобы мой взгляд не был к тебе прикован. Я видел, как ты сидела в телефоне, следил за тем, как твое горло… – он обхватил его рукой, слегка сжимая, – … поднималось и опускалось с каждым глотком вина. Я смотрел, как ты пытаешься незаметно следить за мной. И я видел, как ты борешься с этим. Как ты кусала нижнюю губу, как твои тонкие пальцы сжимались вокруг бокала, как ногти впивались в кожаную обвивку дивана.

Ее глаза расширились:

– Ты видел.

– Уже собирался подойти, когда к тебе подсел этот мусор, – в его голосе появилась сталь.

– Теперь ты понимаешь, что я испытывала?

– Нет. Это ты не понимаешь, – прошептал Дамиан, потеревшись губами об ее приоткрытые губы, ощущая сладкий привкус клубничного блеска и аромат кокосов. – Ты бы убежала со всех ног, Эви, знай, насколько я одержим тобой. Ты разделила лишь сотую долю того, что я чувствую каждый день. Если бы ты могла увидеть себя моими глазами… Ты бы выбросила из головы все абсурдные сомнения. В моей системе координат существует только мой Огонек. Я подожгу этот мир и позволю ему захлебнуться в пепле, если это будет гарантировать твою безопасность. Я страшно сильно люблю тебя, Эви. И тебе не нужно злиться. Просто скажи – и я сделаю все. Ради твоей улыбки, ради твоего спокойствия, – он дразняще прикусил ее нижнюю губу, – Не хочешь, чтобы я ей улыбался – не буду. Не хочешь, чтобы я был вежлив – не буду, – его язык проник глубоко в ее рот, развязно целуя. – Когда ты уже поймешь, что тебе подвластно все? Мое сердце, мое тело – я весь твой. Проси, чего хочешь. Я исполню любое твое желание.

Эви поцеловала его в ответ, шарик пирсинга скользнул по его языку, вызывая в мужчине резкую волну желания.

Ему хотелось проникнуть ей под самую кожу, хотелось, чтобы он был так глубоко, чтобы она все, наконец, поняла. Растекаясь в крови, плоти, сознании.

Дамиан молча опустился на колени, расшнуровывая ее сандалии.

Она погладила его по волосам, не удержавшись от улыбки.

– Люблю, когда ты так делаешь, – он перехватил ее руку, запечатлевая на внутренней стороне запястья поцелуй.

– Прости меня за…

– Никаких извинений, – он прижал палец к ее губам. – Ревнуй меня, требуй меня, заявляй на меня свои права. Меня все устраивает, – хрипло произнес мужчина.

– Я люблю тебя очень сильно, – ее сердце растаяло в груди.

– Достань пистолет из моего кармана, иначе он промокнет, – приказал он, шагнув в воду и потянув жену за собой.

Девушка послушно кивнула и полезла в карман его брюк, достаточно быстро нащупав оружие.

Только почему-то извлечь не получилось.

Нахмурив брови, Эви снова коснулась его, упорно пытаясь достать.

Безрезультатно.

«Да что ж такое!»

Ей даже показалось, что он увеличился в размере, совершенно не поддаваясь ее пальцам. Девушка приложила больше усилий, как вдруг…

– Детка, это не то. Он в другом кармане, – хрипло произнес мужчина, с трудом сдержав глухой стон.

Ее глаза расширились в понимании. Она тут же отдернула руку, покраснев.

– Черт.

– Он просто рад видеть свою госпожу, – развеселился мужчина.

Ему чертовски сильно нравилось ее дразнить – даже несмотря на то, что они были в браке, Эви легко смущалась от его провокаций.

Девушка, неизменно покраснев, полезла в другой карман, найдя там пистолет и бросив на землю вместе со своей сумочкой, прежде чем мужчина властно схватил ее за талию и унес за собой.

Прохладная вода вскоре окутала их в свои объятия. Дыхание Эви перехватило.

– Как ты собир… – она взвизгнула, когда, остановившись, он резко поднял ее, побуждая обхватить свой торс ногами.

– Вот так, – Дамиан бессовестно улыбнулся ей.

Эвелин положила руки на его плечи, глядя на своего мужчину.

Зеленые глаза смягчились. Лед в них всегда таял, стоило Дамиану только взглянуть на нее. Любой холод отступал, оставляя лишь родную теплоту и заботу. Он всегда смотрел на нее так, будто она была центром его темной вселенной.

Девушка протянула руку, убирая мокрые прилипшие пряди от красивого лица. Ее пальцы погладили мужчину по щеке, шее, ласково зарываясь во влажные волосы на затылке.Такие приятные на ощупь.

– Красивый.

На щеках Дамиана появились ямочки, которые она так обожала.

Он наклонил голову, прокладывая дорожку поцелуев от ее виска к уголку губ. Аккуратно убрал мокрые рыжие волосы в сторону, бережно целуя обнаженное плечо. Его сильные руки с трепетом гладили ее талию, обводили каждый дюйм тела, который он обожал.

– Ты у меня собственница, да, детка? – ухмыльнулся он вдруг.

Она упрямо молчала, все еще обнимая его за плечи. В глазах Эви горел вызов.

– Ни одна из женщин, которых я знал, не…

– Ты знал других женщин? – синие глаза сузились.

Мужчина рассмеялся. Его руки крепче сжались на ее стройных бедрах, пальцы впились в нежную кожу под водой.

– Я мечтал об этом с того момента, как увидел тебя в этом гребаном платье.

– Ты выглядел… сдержанным.

– Любишь дразниться? – он уткнулся носом в ее шею, мягко целуя. – Знаешь ведь, что с ума схожу по тебе, жена, – горячее дыхание опалило нежную кожу.

– Правда? – протянула Эви, провоцируя его. – Никогда не замечала.

– Проклятье, – он грубо сжал ее горло рукой. – Каждый раз, когда я пытаюсь быть нежнее с тобой, ты делаешь это невозможным, Огонек.

Эви сосредоточилась на ощущениях.

Сильного разгоряченного тела, прижимающегося к ней вплотную.

Пальцев, сдавливающих ее шею – достаточно сильно, чтобы удержать, но никогда не причиняя боль.

Голодного взгляда, от которого у нее сводило низ живота.

Тяжелого дыхания, вырывающегося рывками из его рта, обжигающего ей губы.

Хвойного, вкусного запаха. Любимого.

«Я нуждаюсь в нем».

Терпеть было невозможно.

Она сорвалась первой.

Хватая его за мокрые волосы, больно потянув, и одновременно с этим впиваясь в желанные губы. Жаждая отвоевать каждую частичку его тела, сердца, души. Схватить и жадно забрать себе.

А он позволял. Впитывая каждое мгновение. Каждое движение, ласку, боль, движение губ и украденное дыхание. Всё.

Ее платье пропиталось водой, огненные волосы быстро намокли, становясь тяжелыми, но Эви это не волновало.

Все, о чем она могла думать – мужчина, который ласкал ее взглядом. Чьи губы она выпивала, проникая языком в его рот и целуя все жестче и глубже. Ощущая сладкий вкус. Вишня, лед, вино. Ее вело от него. Это было похоже на помутнение рассудка, словно кто-то поджег ее изнутри, и она начала сгорать, нуждаясь в том, что мог ей дать только он.

– Мой, – сорвалось на выдохе, ему в губы.

«Только я вызываю в нем такие чувства».

– Твой, – голос мужчины был сдавленным, словно он сам находился на грани. Дамиан разорвал поцелуй, облизнув губы. – Даже когда моя рука сжимает твое горло, мной в этот момент владеешь ты. Единственная, кто способен меня разрушить. И единственная, кому я это позволю с улыбкой на губах.

Она прижала руку к левой стороне его груди. Осязая, слушая, как тикает кардиостимулятор. Ее сердце вторило каждому стуку.

Эви нежно прошлась по мощной шее мужчины, широким плечам, лаская все, что ей было доступно. Не скрытое водой.

Дамиан держал ее так, словно она ничего не весила.

Ладошка зацепила пирсинг на его соске и изучающе скользнула по его твердому, напряженному прессу.

Его тихий, полный нужды стон пробрал Эви до мурашек.

– Я люблю, когда ты не сдерживаешься, муж.

– Дорогая, ты хочешь, чтобы я совсем потерял рассудок? – он зарылся пальцами в ее мокрых волосах и рывком притянул к своим губам.

Все, что она делала, лишало его самообладания. Туманило разум.

Каждое крошечное, невинное прикосновение. Дыхание, которое стало неровным.Только оттого, что она касалась его. Перехватывала взгляд. Возвращала с той же жаждой и нуждой.

Дамиан поглощал ее рот, одержимый непреодолимой потребностью утолить голод, бушующий внутри него, словно открытое пламя.

– Блядь, Огонек. Я весь в твоей власти, разве не видишь это? Как у тебя могут оставаться сомнения?.. – он обхватил ее подбородок рукой, ласково поглаживая, прежде чем снова наброситься на ее пухлые губы. Она ответила, почти отчаянно, скользя языком по его языку, позволяя ему ласкать шарик пирсинга, слегка зацепить его зубами, прежде чем втянуть ее язык в свой рот. Хныкающий, полный вожделения звук вырвался из ее горла. Он его проглотил, не отрывая поцелуй, казалось, его голод рос с каждым мгновением. Все сильнее и сильнее. Доводя до безумия.

Он не был хорошим человеком. Не был благородным рыцарем. Все, чем была его жизнь – сплошное насилие, вопли и руки по локоть, погруженные в кровь. Дамиан не брал сейчас задания, требующие расправы, но это не значило, что ему не приходилось делать то, что он делал. Он не мог быть помощником консильери и при этом махать белым флагом. Совершенно нет.

Его должность подразумевала то, что Дамиан должен был совершатьчто надо.

Разница заключалась лишь в количестве. Раньше он вызывался сам на самые грязные работы, а теперь – выполнял их лишь тогда, когда это требовалось по службе.

И он не жалел. Ему нравилось. Он получал удовольствие от того, что наказывал ублюдков и тем самым спасал чью-то невинную жизнь. Эви прекрасно знала о том, кто он такой – в Данверсе тоже. Даже не состоя в мафии, мужчина делал почти то же самое. Дамиан никогда не скрывал от нее свое истинное лицо. Он утопал в этой темноте.

А Эви, несмотря на все это, по-прежнему обхватывала ногами его талию, доверчиво тянулась за поцелуями, гладила по волосам.

Дамиан не знал, чем мог заслужить такое? И заслуживал ли?.. Абсолютную, безусловную любовь. Такую, что заставляла его механическое сердце стучать. Жить. Биться. Болеть.

Он был сложным человеком, прекрасно понимал это сам.

Но как бы темно ни было в лабиринтах его внутреннего ада, одна улыбка Огонька была способна перекрыть удушающий мрак.

Прямо как сейчас. Когда она приподняла голову, встречая его взгляд. Робко, искренне уголки ее покрасневших губ потянулись наверх. Ее улыбка была подобна солнцу, разгоняющему своими теплыми лучами хмурое небо. Синие глаза сияли. А у него внутри – все переворачивалось. Дыхание перехватило.

– Я сделаю тебе очень хорошо, – прохрипел Дамиан, кусая ее за шею, втягивая бледную кожу в рот и посасывая, слизывая капли воды. Помечая собой поверх старых следов. Не мог насытиться. Всегда было мало.

Она вздрогнула, непроизвольно запрокидывая голову, подставляя шею навстречу его жаждущим губам. Ее платье задрали до талии.

– Держись за меня, Огонек.

Мужская ладонь опустилась между ее раздвинутых бедер, быстро доводя ее до грани. Вскоре девушка уже цеплялась за него, уткнувшись во влажную шею.

– Мы точно может делать это здесь? Вдруг нас кто-то увидит… – прошептала Эви ему на ухо, прерывисто выдохнув.

– Поздно думать об этом.

Он отодвинул белье и провел членом несколько раз по ее промежности, убеждаясь, что она готова, прежде чем резко двинуть бедрами, овладевая ей. Ее тело содрогнулось, принимая его.

Руки Дамиана опустились на тонкую талию, сжимая крепкой хваткой. Оставляя синяки, которые долго еще не сойдут. Он ощущал варварское желание отметить ее повсюду. Снаружи, внутри. Везде. Испытывал удовлетворение, любуюсь доказательством того, что она была его. Зная, что Эви любит это так же сильно, как и он сам.

«Никогда к этому не привыкну»

Ощущения накрыли его с головой.

Это было так охрененно. Безумно приятно.

Дамиан закрыл глаза от наслаждения, насаживая ее на себя, не прекращая двигаться ни на мгновенье. Проникая в хрупкое тело требовательными, глубокими толчками, способными разорвать ее на части, если бы не его аккуратность.

Мужчина чувствовал, как она дрожала, принимая его. Как ее ресницы трепетали. Как зубы впились в нижнюю губу до крови, чтобы приглушить стоны.

Ладони Дамиана скользнули выше, по ее спине, трепетно, едва ощутимо касаясь кожи кончиками пальцев.

– Малыш, – он провел носом по кончику ее носа, нежась. – Только ты можешь вызывать во мне такие чувства. Никто другой.

Он вышел, оставляя внутри только головку, и вонзился заново, по основание. Ощущая, как ее тело отчаянно сжимает его изнутри.

– Блядь, у меня стоит только на тебя. От твоего запаха, голоса, взгляда ведет, как ненормального. Поэтому… – он провел языком по ее покрасневшим губам, упрашивая их открыться. Легонько укусил их, прежде чем его язык проник в глубь ее рта, настойчиво вылизывая. – Запомни это раз и навсегда.

Мужчина ненасытно толкался в нее вновь и вновь, подпитывая одержимость, поселившуюся в нем с момента, как увидел ее впервые.

И по тому, как девушка отзывалась на каждое движение… Как не могла контролировать себя… Как гладила его повсюду, куда могла дотянуться…

Она испытывала то же, что и он.

Взгляд Эви раз за разом опускался на то место, где их тела соединялись. Ее дыхание сбилось, щеки раскраснелись, но она наблюдала за тем, как при каждом толчке напрягались мышцы его живота. Он и сам глядел на то, как его член исчезает в теле девушки и выскальзывает наружу только затем, чтобы проникнуть сильнее. Жестче. Снова и снова.

Вашу мать.

Это было сплошное безумие. То, что они находились в, черт побери, открытом океане посреди ночи. Отдаваясь друг другу.

Всякий раз, когда она выстанывала его имя громче, где-то на краю затуманенного рассудка Дамиан понимал, что их могут услышать. Но он не мог остановиться. Он любил слушать ее голос. Любил, когда его имя вырывалось из ее уст именно так. Неконтролируемо, на выдохе, словно из самого нутра.

Дамиан стиснул зубы, обхватывая ее за задницу и беспощадно вгоняя свой член глубоко в ее маленькое тело. Среди прохлады от воды она ощущала лихорадочный жар, от которого, казалось, все кипело вокруг.

Скрыв лицо в изгибе плеча мужчины, Эви судорожно обнимала его, чтобы удержаться от мощных движений.

Дамиан провел губами по ее щеке, ухмыльнувшись, и замедлился.

Она протестующе прошипела:

– Сильнее.

Мужчина лишь дразняще улыбнулся, его взгляд был полон похоти.

– Скажи мне, – вкрадчиво произнес он. – Как часто ты желаешь меня? – мужчина нарочно медленно и неполностью погрузился обратно, так, что она едва не захныкала от разочарования.

– Дами…

– М? Ты хочешь получать это каждый день?

– Всегда. Ты нужен мне всегда, – прошептала она, теряя контроль.

На меньшее Дамиан бы и не согласился. Только вечность, как уже сам говорил. Чтобы постоянно был нужен.

И он наградил ее за это. Вколачиваясь так, как она жаждала. Резко и безжалостно.

Воруя ее дыхание вместе с опустошающими поцелуями. Заставляя всхлипывать от наслаждения.

– Такая тесная, идеальная девочка, – он врезался так сильно, что она всхлипнула. Каждый крошечный звук, который Эви издавала, только разжигали в нем похоть сильнее. Срывая любую сдержанность и разнося вдребезги контроль.

– Тш-ш, – он прикрыл ее рот ладонью. – Если будешь громкой, то нас действительно заметят.

Она подчинилась, а напряжение внутри нарастало, словно лавина.

Грозясь вот-вот обрушиться.

Накрыть с головой.

– Блядь, – выругался он хриплым голосом. – Я люблю тебя.

Мгновение, и они достигли предела. Оба.

Он излился в нее, вместе с последними толчками, ощущая, как ее ногти вонзаются в кожу спины. Губы Эви приоткрылись в безмолвном крике, она уронила голову ему на плечо, обессиленная, пока мужчина все так же уверенно держал ее одной рукой. Вторая ладонь успокаивающе гладила ее по волосам.

– Мое платье промокло, – пробормотала она ему куда-то в шею.

Дамиан издал смешок.

– Я сниму его с тебя в машине, жена.

– Дами! – она слабо ударила его по плечу. Ее тело было полностью вымотанным. – У меня нет сил стоять.

– Тебе и не придется. Я буду носить тебя на руках, – мужчина бережно поцеловал ее в лоб.

На короткий миг ему казалось, что все тени отступили.

Я приду за тобой. Я приду за тобой. Я приду за тобой.

Дамиан сжал зубы, выходя из воды и стараясь сосредоточиться только на Огоньке, которая, словно котенок, послушно обнимала его, притихнув.

«Посмотрим, кто за кем придет».

Он собирался бороться.

«Не допущу, чтобы моей семье навредили. Даже если придется нарушить клятву. Прости меня, Огонек…»