Бьющееся сердце

15

Нэш

Эмерсон закуталась в полотенце, лежавшее на причале, а я держал подол ее платья, помогая ей добраться до дома. Сказал, что мне нужно сбегать к себе, чтобы переодеться, потому что, блядь, я точно не собирался входить в этот дом с твердым стояком при ее брате.

Но этот чертов поцелуй меня сразил. С тех пор как родился Катлер, я приучил себя обходиться без секса подолгу. Но сейчас у меня встал так, что можно было доски колоть, и мне нужно было срочно разрядиться. Быстрый душ наедине с рукой — именно то, что доктор прописал. Долго не понадобилось. Я просто вспомнил, как ее голова запрокинулась, как ее тело извивалось в поисках облегчения, как ее губы раскрылись навстречу моим.

Самый быстрый душ с «развязкой» в моей жизни.

Я оделся и уже стучал в ее черный ход.

Дверь открыл Истон, приподняв бровь, будто отлично знал, чем я только что занимался.

— Все норм, приятель? — спросил он.

— Ага. Просто решил быстро ополоснуться.

— Ну конечно. — Он усмехнулся. — Надеюсь, ты голоден.

Эмерсон нигде не было видно, значит, она тоже принимала душ. Истон уже убрал все лишнее, а на кухонном столе стоял большой пакет с едой на вынос из Golden Goose.

— Спасибо, что захватил и для меня.

— Спасибо тебе за то, что был рядом с моей сестрой. Она многое пережила, — сказал он, протягивая мне бутылку пива.

— Конечно. Она очень добра к моему сыну.

— Она говорит о Катлере каждый раз, когда мы разговариваем. Говорит, что он самый крутой мальчишка из всех, кого она встречала, а она, между прочим, работает с детьми.

Он сел за стол и жестом пригласил меня присоединиться.

— Катлер — действительно крутой пацан, без сомнений.

— Ты один его воспитываешь? — спросил он, отхлебнув пива.

— Ага. Его мать ушла вскоре после его рождения, так что мы с ним вдвоем. Правда, друзья и отец очень помогали. Мы справляемся.

— А ты владеешь строительной компанией?

Я кивнул.

— Да. Мы с другом открыли ее вместе, и с тех пор построили кучу объектов в городе.

— Звучит круто.

— Спасибо. А ты — юрист, да? Близнецы: одна — доктор, другой — адвокат. Впечатляющий комплект.

Он расхохотался:

— Да ну. Впечатляющая тут Эмми, поверь. Она всегда была лучшей — и в учебе, и в спорте. Настоящая звезда. Она, наверное, не упоминала, что когда-то даже хотела пройти отбор в олимпийскую сборную?

— Вау. Нет, не упоминала. Думаю, это мешало ее мечтам стать врачом?

— Ага. Она просто очень целеустремленная. Во всем. А я был больше раздолбаем, пока не нашел свой путь. Учеба мне не давалась, но в зале суда я чертовски хорош.

Он поднял бутылку, и я чокнулся с ним.

— Она говорит, что в детстве была маленьким хулиганом, но мне в это с трудом верится.

— А вот зря. Она старалась не отставать от братьев и кузенов, будучи единственной девчонкой. Почтальон вообще запретил всем нам появляться у отделения пару лет, когда мы были детьми, потому что она каждый раз включала на него разбрызгиватели, когда он приносил почту. Он в конце концов понял, что кто-то балуется с таймером. Мы все были сорванцами, но она была самой изобретательной.

— Приму к сведению.

— Ты там что, меня обсуждаешь, И? Не слушай его, — сказала Эмерсон, появившись на кухне в белой майке и обтягивающих джоггерах. Ее длинные волосы были влажными, лицо — без макияжа. Черт возьми, она была потрясающей. — На самом деле в нашем городе висело объявление о розыске с фото Истона, когда нам было лет по десять.

Вот это парень мне по душе.

— Это все мистер Харли, который взбесился, потому что думал, будто я увел его свинью. Меня подставили.

Они оба смеялись, как сумасшедшие, а я, не понимая ни слова, все равно смеялся с ними.

— Истон, — начала Эмерсон с серьезным видом.

— Эмерсон.

— Ты нарядил мистера Пинклтона в мою пачку и майку со стразами. А он — фермер. Чего ты ожидал?

Слезы текли у нее по щекам от смеха, пока они рассказывали, что мистер Пинклтон — это свинья мистера Харли.

— Это Бриджер и Кларк украли чертову свинью и подбили меня ее нарядить, — пожал он плечами. А она добавила, что это их братья. — Ты же знаешь, я не отступаюсь от вызова.

— А наши кузены, Аксель и Арчер, должны были следить за обстановкой и вместо этого оставили калитку открытой, — сказала Эмерсон, обращаясь уже ко мне, пока мы с Истоном жадно налегали на бургеры. — Куры разбежались, а мистер Пинклтон был его гордостью, так что появление в том наряде окончательно его доконало. Он даже развесил листовки с фото Истона по всему городу.

— Мне было десять лет, и я даже не скрывался. Я жил через забор. Он просто драматизировал. А в итоге именно я собрал всех его кур и загнал их обратно. И, между прочим, мистеру Пинклтону тот наряд даже понравился.

Я расхохотался и покачал головой.

— Похоже, вы в детстве зажигали, — сказал я, потянувшись за пивом.

— А ты, случаем, сам не был из таких? — спросил Истон с лукавой улыбкой.

— Почему ты так решил?

— Ну, ты вытащил мою сестру в воду прямо в свадебном платье. Ты точно не из тех, кто все обдумывает по сто раз. Ее бывший даже на фотку в воде не согласился после свадьбы. А ты — без вопросов. Думаю, ты знаешь, как веселиться.

— Скаутом я точно не был, — ухмыльнулся я.

Следующий час мы болтали о Роузвуд-Ривер и Магнолия-Фоллс. Эмерсон расспрашивала, как я познакомился со своими четырьмя лучшими друзьями, которые были мне как братья. Мы выросли вместе и всегда держались друг за друга. Она рассказала брату о наших одинаковых татуировках Ride or Die, а я — о том, что RoD стало названием моей строительной компании.

Наверное, у меня тоже была большая семья. Не по крови, но по сути — настоящая семья.

Когда мы доели, я решил, что им захочется побыть наедине — ее брат улетал сегодня поздно вечером, — так что поднялся и помог убрать мусор.

— Спасибо за ужин. Пойду домой, посплю немного.

— Катлер остался на ночевке у Джей-Ти? — спросила Эмерсон.

— Ага. Я заберу его утром.

Она кивнула, отпив воды из бутылки. После еды она явно начала трезветь.

— Ну, спасибо тебе… за все.

— Всегда пожалуйста. И за бургер спасибо. — Я шагнул к ее брату, который уже встал, и протянул руку. — Рад был познакомиться.

— Взаимно. Спасибо, что воспользовался ключом, а не заставил меня выбивать окно.

— Вот уж драма, — вставила Эмерсон, следуя за мной к двери. И, к моему удивлению, вышла следом и аккуратно прикрыла дверь.

— Провожаешь меня домой, Санни? — спросил я, нарочито дразня.

— Просто хотела поблагодарить тебя за то, что прыгнул в озеро вместе со мной и… ну, за поцелуй и…

— Ты же доктор. Скажи, как есть. Спасибо за потрясающий оргазм. — Я усмехнулся.

Ее зубы впились в сочную нижнюю губу, и, черт возьми, мне тут же захотелось притянуть ее к себе и снова поцеловать. Я не знал, решит ли она, что все это было единичным случаем и теперь об этом надо забыть.

— Спасибо за потрясающий оргазм, Нэш Харт.

— Разве это было так сложно?

— На самом деле — нет. Как и сам оргазм, — подмигнула она и шагнула ближе, ее грудь прижалась к моей.

— Это потому что ты десять лет целовалась с мудаком. Настоящий мужчина может довести тебя до оргазма губами, пальцами и членом.

— Черт возьми, — прошептала она. — У тебя грязный рот.

— И тебе это нравится.

— А если я захочу поцеловать тебя снова?

— Было бы не по-соседски отказывать тебе. Но имей в виду — твой брат стоит за тем окном, и вряд ли ему понравится такое представление, как на воде. — Я ухмыльнулся.

Она встала на носочки, обвила руками мою шею и потянула вниз. Ее губы мягко коснулись моих, а потом язык скользнул внутрь. У меня тут же встал, и я прижал ее к себе, углубляя поцелуй.

Мне было мало этой женщины.

Когда она отстранилась, первая мысль, которая пришла в голову, — что мне ее не хватает.

— Давай просто поживем с этим немного, ладно? — прошептала она. — Но мне нравится тебя целовать, Нэш Харт.

— А мне нравится тебя целовать, — сказал я и шлепнул ее по заднице, когда она повернулась. Она пискнула, и я бросил: — Спокойной ночи, Санни.

Она помахала и скрылась за дверью.

И тогда я понял, что влип. Потому что обычно, когда женщина говорит, что ей нравится меня целовать, меня это пугает. Но с этой всё было по-другому. И я уже хотел снова коснуться ее губ.

К счастью, я валился с ног от усталости и вырубился почти сразу. А проснулся позже обычного. Написал Джею, папе Джей-Ти, что заберу пончики и заеду за Катлером.

Я обещал сыну, что мы поплаваем на лодке, и собирался встретиться с ребятами у дома Кинга. Переодел его в плавки, намазал с ног до головы солнцезащитным кремом, и мы вышли через заднюю дверь.

Я бросил взгляд на дом Эмерсон и заметил, что Винни сидит на веранде, а на столе стоит кувшин с лимонадом. Увидела нас и спряталась?

Собирается опять меня избегать после этого чёртова поцелуя?

Катлер уже бежал к Винни, и я его не остановил. Мне надо было выяснить кое-что с нашей соседкой. Особенно учитывая тот стояк, который не проходил с прошлой ночи. Меня так просто не проигнорируешь, когда я в таком состоянии.

Я поднялся на веранду и увидел, что дверь распахнута. Заглянул внутрь:

— Эмерсон, ты дома?

Она появилась из-за угла в розовом лифчике от бикини и джинсовых шортах. У меня пересохло во рту.

— Привет. Что-то случилось?

Я сказал Катлеру остаться на веранде с Винни и шагнул к ней:

— Я увидел лимонад и подумал, ты сбежала в дом, чтобы меня избежать.

Ее губы дернулись, и она вскинула бровь:

— С чего бы мне тебя избегать?

— Это же твоя фишка. Но, если честно, мне уже надоело. Это просто поцелуй. Не делай из него трагедию. Не прячься в доме всякий раз, как я появляюсь во дворе. Это глупо. — Я не скрывал раздражения. Эта женщина уже так глубоко засела у меня под кожей, что я с ума сходил.

Она вскинула бровь:

— Ясно. Принято. Но я, на минуточку, не этим занималась.

— А чем?

— Увидела, как ты подъехал, и пошла за телефоном, чтобы написать тебе и спросить, не хотите ли вы с Катлером провести день вместе. Думала, будет похмелье, а на удивление — нет. Может, это поцелуй помог… или потрясающий оргазм… пусть ты и говоришь, что это неважно. Но для меня это было важно. — Она рассмеялась и подняла телефон, в ту же секунду у меня в кармане завибрировал мой. Я достал его.

Чедвик: Что вы с Катлером делаете сегодня, сосед?

Я быстро набрал ответ, и она опустила взгляд на экран.

Я: Мы на лодке к Кингу, поплаваем, потусим. Ты с нами.

Она хихикнула и начала печатать, хотя мы стояли достаточно близко, чтобы я мог наклониться и поцеловать ее. А, черт, как же я этого хотел.

Чедвик: Ты всегда такой командир?

Я: Да. Привыкай. Я хочу, чтобы ты пошла с нами. Мне нужно упрашивать? Потому что я могу.

Чедвик: Не надо. Стоило только попросить, я бы и так согласилась.

Я: Хорошо. Учту на будущее.

Чедвик: Окей. Я готова.

Я: Погнали.

Мы оба рассмеялись, и она была чертовски мила. Я открыл дверь.

— Санни с нами, — сказал я, и Катлер запрыгал от радости.

— А Винни можно?

— Конечно. Дядя Кинг говорил, что его Одуванчику нужен друг. Пусть поиграют вместе.

— Ура! — Катлер поднял кулак в воздух.

Эмерсон взяла пляжную сумку и кинула туда пару вещей.

— Ингалятор с собой?

— Ага, — кивнул я на рюкзак. И, черт подери, мне так понравилось, как она заботится о моем сыне.

Когда мы шли к причалу, Катлер вложил ладошку в руку Эмерсон, и у меня в груди что-то болезненно сжалось.

Она вписывалась в нас идеально.

Как будто всегда была рядом.

И это пугало до чертиков.