Чайлдфри

Глава 11

Катя попыталась ещё что-нибудь выведать о работе Аверина в качестве водителя бывшего генерального их компании, но в их подразделении мало кто был в курсе, кто там возит генерального — что предыдущего, что нынешнего. Тем более, Клим просил не распространяться об этом в коллективе, но ведь разузнать об Асмоловском ей никто не запрещал, правильно? Вот и спросила у девчонок, когда они вместе пили кофе на кухне.

— Девочки, вы не в курсе, почему вдруг Асмоловский решил продать компанию? — она очень старалась, чтобы это прозвучало непринужденно и незаинтересованно. Вроде ничего не заподозрили. — Бизнес на подъеме, компания развивается, перспективы шикарные, прибыль любые долги покрыла, если бы они были.

— Так он вроде и не продавал, — Надя взяла свою чашку и достала из холодильника сливки. — Кто будет?

— Как не продавал? — удивилась Аня, потянувшись за сливками. — Он что, нашему Добби компанию подарил?

— Насчет того, кто кому что дарил, не знаю, я слышала, что этот молодой у него компанию не купил, а отжал.

— Ничего себе, — покачала головой Анна, а Надя продолжила, понизив голос:

— Там какая-то история была нехорошая, вроде как Асмоловский его родителей то ли заказал, то ли сам убил и бизнес увел. Вот Добби и отжал компанию в счет старых долгов, посадить видимо не вышло, доказательств нет, а добрые люди за долю всегда поспособствуют.

Надька, конечно, та ещё сказочница, но если допустить, что она говорит правду, пребывание Аверина на должности личного водителя бывшего владельца компании приобретало довольно зловещий оттенок. Очередная услуга очередному «другу»? Очень похоже на правду, уж куда более правдоподобнее, чем перебивающийся с хлеба на воду Клим, готовый на любую работу. Что тогда он делает в их отделе?

Катя все последующие дни ломала голову, но так ни до чего и не додумалась, а расспрашивать Аверина однозначно было не самой лучшей идеей. Всю неделю он подчеркнуто морозился, Катей не интересовался, и за это время они перекинулись максимум парой десятков слов, включая «доброе утро» и «хорошего вечера». Поэтому когда наступила суббота, она была просто счастлива.

Сегодня их класс отмечал пять лет окончания школы, мама чувствовала себя сносно, Людмила Григорьевна обещала побыть с детьми днем, а вечером передать эстафету маме, так что Катя официально могла гулять до утра. Конечно, она не собиралась ударяться в загул, все-таки, мать двоих детей, но осознавать, что сегодняшний вечер можно провести, не дергаясь и не поглядывая поминутно на часы, было приятно.

Она специально заранее купила это платье для встречи выпускников, очень провокационное, с глубоким вырезом впереди на запах до самой талии, что завязывалось на боку большим бантом. Еще когда она только его примеряла, сразу представила, как отреагирует Силанин, самый красивый парень школы, ее первая любовь и первый мужчина, он точно должен был приехать из столицы, где жил все эти пять лет. Ярко красное, в один тон с той самой запрещенной помадой, что так раздражала Аверина…

Стоп! При чем здесь Клим? Она одевалась для Андрея, его она хотела сразить наповал сногсшибательным сочетанием смуглой кожи, темных, почти черных волос и сочным, будоражащим воображение оттенком красного. До сих пор Катя не понимала, почему Андрей выбрал ее, чем она его привлекла — зажатая, привыкшая всегда быть в тени хрупкой и неземной красоты старшей сестры с чудными фиалковыми глазами, Фиалки…

Рядом с белокожей Аллой Катя всегда казалась себе цыганкой или чернокожей невольницей, взятой в услужение из милости. Конечно, сестра сердилась на нее и отчитывала, но Катя не могла не видеть, что в глубине души та соглашается с ней и ощущает свое превосходство. Да жаль, что дети пошли в мать разве что цветом волос...

Их роман с Андреем начался ровно четыре года назад с такой же встречи выпускников через год после окончания школы. Он сразу повез ее к себе и был немало удивлен, что оказался у Кати первым. Может, даже больше раздосадован, потому что не рассчитывал на такой сюрприз, и ей приходилось изображать удовольствие, хоть удовольствия там кот наплакал. Было больно, внутри саднило, но по уши влюбленная Катерина была готова терпеть и изображать все, что угодно.

Андрей уехал обратно в столицу, куда перебрался вместе с родителями сразу после школы. Этот роман продолжался целых три года, пока однажды по вайберу ей не пришла ссылка в инстаграмм на страницу некоей Виктории Красновой. Бесконечные фоточки с отдыха, букеты цветов и переплетенные руки заканчивались целой фотосессией бракосочетания самой Виктории, к слову, совершенно никакой, и Андрея Силанина. Последним как раз красовался снимок первой страницы новенького паспорта на имя Виктории Силаниной.

Три дня Катя пролежала в своей комнате, глядя в потолок и совсем ничего не чувствуя, игнорируя звонки и сообщения Андрея, а потом он заявился собственной персоной с букетом и золотыми сережками в подарок, как будто ничего не произошло. Катя довольно спокойно предложила оставить ее в покое. Андрей не унимался и убедил ее встретиться на нейтральной территории, чтобы все обсудить «как взрослые умные люди», и она даже согласилась.

— Я думал, ты все понимаешь, Катюша, — разглагольствовал Силанин, развалившись за столиком средней руки ресторана, а она вглядывалась во все еще любимое лицо, не понимая, как могла все это время оставаться настолько слепой, — я тебя люблю, мне с тобой хорошо, у нас отличный секс. Но в бизнесе важны связи, мой бизнес как раз развивается, мне нужна поддержка, а что мне можете дать ты и твоя семья? Родители Виктории влиятельные, обеспеченные люди, наш брак, конечно, накладывает некоторые ограничения на наши с тобой отношения, но для тебя ничего особо не изменится. Я все так же буду приезжать, я готов тебя содержать, вот только предохраняться нам следует теперь более тщательно, сама понимаешь…

Катя прекрасно понимала. Так хорошо, что даже дослушивать не стала, поднялась и ушла, вылив предварительно на голову бывшего любимого нетронутый бокал вина. Андрей кричал и ругался, догнал и попытался схватить за руку, но увидев ее взгляд, осекся и отступил. Больше он ее не беспокоил, Катя удалила все контакты, сменила номер и зажила своей жизнью, а через несколько месяцев с ней случился Аверин. И теперь она, глядя на себя в зеркало, пыталась понять, что чувствует к человеку, которого любила с пятого класса.

Конечно, хотелось его поразить. Конечно, хотелось, чтобы он, увидев ее, мысленно ахнул и хоть на миг пожалел, что сделал именно такой выбор. Но больше она ничего не чувствовала, а уже садясь в такси поняла, что сама искренне жалеет, что сегодня ее не увидит Клим Аверин.

Вот такой Катя Самойлова явилась на выпускной:

Было очень волнительно переступить школьный порог, как будто она не пять лет назад выпустилась, а двадцать пять, так много всего произошло, что набралось бы на несколько жизней: жизнь до аварии, жизнь после, жизнь до Аверина, жизнь после…

«Не много ли тебя сегодня, Клим?»

Катя хорошенько встряхнула головой, прогоняя мысли об Аверине, а потом наткнулась на взгляд Андрея, в точности такой, о котором мечтала — обалдевший, недоуменный и в то же время несколько потерянный и… Ничего не почувствовала. А пока раздумывала, хорошо это или плохо, Силанин сам к ней подошел. Такой же высокий и статный, все те же голубые глаза, один взгляд которых раньше напрочь отбивал у нее мыслительные способности. Женитьба пошла ему на пользу, он возмужал, стал степеннее и серьезнее. И все это ее совершенно не трогало.

— Привет, — в голосе тоска, в глазах поволока, — ты так изменилась, Катюша, стала такой красивой, глаз не оторвать!

Она знала, на что шла, следовало либо вообще здесь не появляться, либо делать вид, что между ними ничего не произошло, все забыто и давно похоронено. Очевидно, что первый вариант она профукала, оставалось мило улыбнуться.

— Привет, Андрей, ты тоже отлично выглядишь.

Катя смотрела на него и диву давалась — что она нашла в этом совсем еще молодом парне, его и мужчиной-то сложно было назвать! Не потому, что с ним было что-то не то, а потому, что было с чем сравнивать. Точнее, с кем. Андрей тем временем наклонился к ней, чтобы поцеловать — с ее ростом метр шестьдесят пять всем приходилось наклоняться, но только у Клима получалось это делать так, будто он ее обволакивает собой, закрывая от всего мира…

Да что это такое, сколько можно вспоминать этого отступника! Он о ней и думать забыл, молол языком всякую чушь, что она с ним будет вечно, и где он теперь? Может, с Лизой помирился? А ведь правда, что могло помешать Климу встретиться с бывшей любовницей? И кто вообще сказал, что она бывшая? В груди так сдавило, что Катя даже задышала быстро-быстро, увернулась от опешившего Силанина и поспешила к обнимающимся и радостно смеющимся девчонкам.

Подтянулись остальные, всей толпой бывшие одноклассники слонялись по школе, заглядывали в кабинеты, расселись в родном классе, ожидая класснуху — учительницу химии. Затем обнимашки, цветы и подарки, и только когда отправились в паб, Катя вспомнила об Андрее, да и то лишь потому, что поймала его тяжелый и пристальный взгляд.

Паб был оформлен в ретро-стиле, для празднования бывшие выпускники объединились с параллельниками и арендовали банкетный зал. Оказавшись в вестибюле, Катя мельком бросила на себя взгляд в зеркало и втайне осталась довольна — если бы не платье, она бы себя и не узнала. Глаза блестят, на щеках румянец, она будто светилась изнутри. И сразу в зеркале поймала тот же пристальный взгляд, но решила не обращать внимания.

Столы были сдвинуты в один длинный «свадебный», тут же их бывшая староста предложила каждому сказать несколько слов о себе. Катин «каминг-аут» был коротеньким — отучилась, работает, в перспективе хорошая должность, воспитывает близнецов. В отличие от нее, Силанин даже поднялся, когда говорил о себе. Бизнес идет в гору, женат, родилась дочь. А Катя лишь отстраненно отметила про себя, насколько ей сейчас это безразлично.

Они танцевали с девчонками до упаду, как малолетки, дурачились и хохотали, и когда Андрей пригласил ее на танец, поначалу она даже не поняла, что ему нужно, а потом отказываться было уже неловко, да и не стоило. Ей были неприятны его прикосновения, чего нельзя было сказать о ее бывшей любви. Андрей смотрел на Катю хорошо знакомым взглядом, в котором угадывалось желание и еще что-то вызывающее, что ее пугало. И его руки тоже пугали — слишком собственнически и недвусмысленно он ее обнимал и вжимался в нее в танце.

После танца нестерпимо захотелось помыться, если бы на улице шел дождь, она не задумываясь отправилась бы под струи воды, чтобы только смыть следы рук Силанина, но дождя не было, пришлось довольствоваться водой из крана в женском туалете. Но стоило выйти, как ее схватили за локти и потащили из вестибюля в боковой коридор.

— Что ты делаешь, Андрей, отпусти меня!

— Нам нужно поговорить, Катя, я больше так не могу, я люблю тебя. Давай снова будем вместе, ты моя, я хочу, чтобы ты была со мной.

— У тебя ребенок родился, Андрей, а ты все еще надеешься, что я останусь твоей любовницей?

— Почему любовницей, ты будешь моей любимой женщиной. Ты нужна мне, Катя, я хочу, чтобы все было как раньше!

— Чтобы ты приезжал, когда посчитаешь нужным, а я ждала тебя как Ассоль принца? Ты в своем уме, Андрей? На принца ты давно не тянешь, особенно с кольцом.

Распалять выпившего мужчину однозначно не стоило, Катя запоздало пожалела, но было поздно. Силанин наклонился к ней, багровея, и прошипел над ухом:

— Ты все равно будешь моей, да, любовницей, и что с того? Считаешь, что годишься на большее, особенно со своим багажом? Много желающих на тебя с твоими сиротами!

Она попробовала отцепить цепкие пальцы, но Андрей был сильнее. Он одной рукой заломил ей локти за спиной, вжал ее в стену, а другую она с ужасом почувствовала под платьем. Попыталась закричать, но нетерпеливые губы нашли ее рот, и теперь поцелуи, которые раньше сводили с ума, показались просто омерзительными.

— Отпустите девушку, — послышалось за спиной вежливое, руки и губы вмиг исчезли, и Катя увидела двух мужчин в костюмах, которые тут же представились: — Служба безопасности заведения.

— Это моя девушка, — начал Силанин, но Катя быстро отскочила в сторону.

— Я не твоя девушка, отстань от меня, Силанин, — она дышала часто и неровно, боясь сорваться на истерику. Мужчины нахмурились и перевели взгляд на Андрея.

Тот попытался что-то объяснить охранникам, Катя не стала слушать, снова сбежала в туалет. Шумно выдохнула несколько раз, не позволяя слезам пролиться, поплескала водой, охлаждая пылающее лицо, а потом щедро нанесла несколько слоев помады, будто навесила щит.

В зал возвращаться не хотелось, но пришлось себя пересилить, можно со всеми попрощаться и минут через десять исчезнуть, вечер был безнадежно испорчен, а в голове так и крутилось: «Ты не годишься на большее…»

— Катюшка, ты почему не сказала, что замуж выходишь? — встретили ее ребята, вернувшиеся с улицы, куда выходили перекурить. — Там тебя жених ищет. На такой тачке приехал, закачаешься, не машина, а космический корабль!

— Замуж? — переспросила Катя слабеющим голосом, одновременно уловив периферийным зрением, как в зал входит Аверин, и снова внутри у нее все перевернулось.

Как она могла столько лет любить такое ничтожество? Почему Андрея считали первым красавцем школы, какие странные представления о том, что такое по-настоящему красивый мужчина! Взрослый мужчина, а не сопливый мальчишка, ее ровесник. Как ей мог нравиться секс с Силаниным — бледный отголосок того, что творилось с ней в ту единственную ночь, когда они сходили с ума с Климом?

С Андреем она подстраивалась, все время думая о нем, чтобы доставить ему удовольствие, подвинув свои ощущения и желания. Она ведь так его любит, она его заводит, чего еще желать! А Клим был будто ее продолжением, с ним она отдавалась на волю чувств, он откуда-то знал, что ей нужно. С ним она могла кричать, царапать его спину ногтями, прикусывать зубами его кожу — терпкую, теплую, ей до одури нравился его вкус…

— Привет, любимая, — Аверин улыбался своей ошеломительной улыбкой, и Катя с трудом загнала вновь подступившие слезы. Она была так счастлива и благодарна Климу, что ничего не сказала, молча бросилась ему на шею и поцеловала в щеку, совсем забыв о густом слое помады. Клим слегка отклонился и взял ее за подбородок. — Ну что за детский сад, Катенька, разве так целует любимого мужчину без пяти минут невеста?

Поцеловал ее в губы, и из нее будто воздух выбили, такой получился неожиданный поцелуй, короткий, глубокий, волнующий и… сладкий. Катя даже на носочках потянулась, чтобы продлить, но Аверин уже отстранился, и она едва сама не затянула новый. Клим понял и усмехнулся, а все вокруг, не стесняясь, пялились на них. Она хотела стереть с его губ помаду, но он не позволил. «Я сам!» Самостоятельный…

— Я подожду тебя, любимая, только давай недолго, — Клим расположился с комфортом за соседним столиком и уставился на Катю, не мигая.

«Как вас зовут?», «Катя, познакомь с женихом!», «Ты где такого оторвала, Катерина, колись, это же уровень «бог», «Вы еще побудете, Клим, вы никуда не торопитесь?»

Началось… Да, девушке, которая в самом деле когда-нибудь станет женой Аверина, придется нелегко. Где бы он не появился, начинается настоящий ажиотаж. Но сегодня эту роль играет Катя, и она постарается извлечь максимум выгоды.

Силанин ел ее глазами, Аверин невозмутимо восседал, лениво поигрывая телефоном, постепенно вокруг него образовалась аура из Катиных одноклассниц, и у нее стремительно начало портиться настроение. Она общалась на автомате, поглядывая в его сторону, Клим будто почувствовал, поднялся, стряхнув «ауру», и подошел к Катерине.

— Нам пора, — зачем-то снял пиджак и укутал им Катю, привлек ее к себе, а потом, не глядя в глаза Андрея, кивнул тому в сторону двери: — На пару слов.

Тот молча последовал за Авериным, Катя торопливо простилась и сама посильнее прижалась к Климу, ей было важно сейчас чувствовать его тело, пусть даже через несколько слоев одежды. Когда она успела обзавестись этой зависимостью? Вышли на улицу, Клим отпустил Катю и со скучающим видом развернулся к Силанину.