Дар огненной саламандры

Глава 17, в которой я делаю самый важный выбор в жизни

В плотном, тяжёлом платье было катастрофически неудобно. Хотелось снять его и забраться под одеяло. С головой. Особенно после нелегкого свидания с родителями Астерии. Но встреча с Рамусом должна состояться в парке — в виде прогулки. И одеться обратно без посторонней помощи я просто не смогу. Пришлось терпеть.

Рамус зашёл за мной чуть раньше задуманного, но оттого я обрадовалась ему ещё больше.

— Рам! Не представляешь как я тебе рада!

— Это ты не представляешь, Тэрри, — не смог сдержать улыбку обычно серьезный парень.

Я быстро оделась, и мы выскользнули в парк, торопливо миновав по-прежнему суетливые коридоры.

Моя неизменная охрана — виты Себастьян и Джонатан — по-прежнему тенью следующая за мной, остановилась на границе парка, позволив мне с Рамусом провести частную беседу.

— Мне очень жаль, что так получилось, Тэрри. Отец выполнил все, что обещал и ждал тебя за пределами академии.

— Ни разу не усомнилась, Рам.

— Спасибо.

— За что? — искренне удивилась я.

— За дружбу, за доверие. Мне этого так будет не хватать.

— Прощаешься, Рам?

Мне стало неуютно, и я поежилась. Люблю зиму, но эта выдалась слишком тяжёлой.

— Твоя жизнь изменится в любом случае, — Рамус отвёл взгляд. — Простой студенткой тебе не быть.

— Вит Аверик обещал, что в случае его победы, я смогла бы закончить учебу.

— Вы верите, что это возможно?

— Победа?

— Да.

— Не очень, — честно призналась я. — Насколько я знаю, прецедентов не было.

— Так, чтобы маг выжил после победы? Нет, не было.

Я вздохнула:

— Если бы я исчезла... Что было бы тогда?

— Испытания закончатся в любом случае, Тэрри. Послезавтра будет объявлен победитель. Если бы ты смогла сбежать, то он бы занялся твоими поисками. Если вдруг у тебя есть план, Тэрри, знай, что я помогу тебе в любом случае. Кто бы не победил, он не найдет тебя.

— Плана нет, Рам. Просто мысли вслух.

— Жаль.

— Мне тоже. Но я очень рада была тебя увидеть. Как будто вернула кусочек самой себя.

— И я, Тэрри. Всегда готов быть рядом.

— Спасибо. Очень ценю твою дружбу. Очень.

Час, отведенный на разговор, закончился неожиданно быстро. Рам проводил меня до самых комнат, около дверей которых меня ждали служанки королевы с очередными нарядами. В этот раз я отнеслась к выбору более вдумчиво, остановившись на темном, но приятном к телу платье с серебристой вышивкой.

Мне предстоит обед с Авериком. От этой мысли теплая волна прокатывалась по телу, оставляя приятную негу. Время снова тянулось медленно, заставляя меня с грустной ностальгией вспоминать гонку сдачи зачётов, когда минуты летели как секунды. Наконец знакомый стук тяжёлого кулака Себастьяна оповестил меня о том, что время подошло.

Заходя в кабинет Аверика, я волновалась, не зная как лучше себя вести и стоит ли показывать свои чувства.

— Ну вот, — неожиданно сурово сказал он, — стоило мне уйти из поля вашего зрения, и вы снова в панике?

— А по вашему, у меня нет для этого повода? — буркнула я от растерянности.

— Ни малейшего. Ррарн обещает, что все будет хорошо. Ему вы верите?

И я верила. Вопреки доводам рассудка и логики. Потому что очень этого хотела.

Аверик переключил разговор на другую тему, стараясь отвлечь и развлечь меня.

Я подыгрывала, искренне желая отвлечься, но в какой-то момент не выдержала:

— Как вы можете быть так спокойны, Аверик?

— Назовите меня на "ты".

Его мягкий, ласкающий тон обескуражил меня, и я растерянно выдала:

— Что?

— Может, мы больше не увидимся. Считайте моей последней просьбой.

— Должен же быть выход, — проговорила я, чуть не плача.

— Он есть. Я же сказал, все будет хорошо. Расслабьтесь, Тэрри. Я обещаю. Верите?

Его голос был чуть хрипловатым, но таким уверенным и нежным, что это разрывало душу. Мне не оставалось ничего, кроме как согласиться. И назвать его на "ты", как он просил. Это решение словно сблизило нас, связав невидимыми, но крепкими узами. Аверик, похоже, тоже это почувствовал, рассматривая меня с лёгкой ласковой улыбкой, так что этот долгий изучающий взгляд с золотистыми огоньками внутри зрачков, начал меня смущать:

— Почему ты так смотришь?

— Любуюсь.

Я задохнулась от искренности его ответа — такого простого и честного. И до конца обеда грелась в согревающих лучах его внимания. Очарование закончилось, как у Золушки и принца, когда пробили часы. Я, заметив, что наше время вышло, неохотно встала, и Аверик тоже поднялся.

— Мне пора, Рик, — сказала я грустно.

Вместо ответа Аверик взял мои ладони в свои, согревая озябшие пальцы.

— Рик.., - начала я и замолчала, поняв, что он тоже завет меня. Вот только мне совсем не понравилось продолжение.

— Что ты задумал, Рик?

— Просто исправить ошибку.

— Каким образом?

— Пусть это будет наш с Ррарном секрет.

Я постояла у двери ещё немного, с грустью понимая, что большего он мне не расскажет. В носу защипало от подступивших слез. Слишком много влаги для той, кто не умеет плакать. Я стремительно вышла, чтобы Рик не заметил моих мокрых щек.

И снова ждать. Я уже ненавидела этот день, как будто весь состоящий из ожидания.

"Ярра, что задумал Аверик?"

"Не знаю".

Драконица многое умалчивала, но никогда не лгала мне напрямую, поэтому я поверила. Но желание залезть в мысли и планы герцога никуда не делось. Я вышла из комнаты, и, не замечая раздраженных вздохов сопровождающих, отправилась за ответами. В библиотеку, естественно.

Хотела взять ещё раз историю отборов, но передумала. Раньше драконы не участвовали в испытаниях, значит (тут я горестно скривилась) остаётся война.

На запрос о сражениях драконов с магами, мне выдалась череда жутких сцен — таких явственных, что тошнота поступила к горлу. Я сменила запрос на "смерть дракона от руки мага" и, придя в себя после следующей подробной картины, знала, что задумал герцог. И это новое знание убило последнюю надежду на счастливый исход.

Академия все ещё шумела растревоженным ульем, когда я возвращалась в комнату. Меня слегка подташнивало из-за информации, полученной из библа и понимания, что я никак не могу повлиять на дальнейшие события. Тут я остановилась так резко, что Себастьян чуть не врезался мне в спину. Мысль, что выползла из глубины сознания, показалась такой простой и такой обнадёживающей. Совсем как та, что могла бы вернуть драконов. Может это сработать?

"Ярра?"

Драконица поняла меня без слов:

"Никто не пробовал, детка. Ты будешь первой".

"У нас есть шанс?"

"Твое сердце — жаркое, у тебя может получиться".

Надежда ярким огоньком прогнала тьму, поселившуюся в душе, и на ужин с Грэмом я шла без волнения, с тихой радостью ожидая увидеть своего друга.

Но, в отличие от меня, Грэм был мрачен и встревожен. При нашей первой встрече, брат герцога казался совсем юным и беззаботным, сейчас же передо мной сидел взрослый мужчина, которого назвать парнем было бы оскорблением его опыта и ума. Мое настроение, освещённое надеждой, немного померкло. К сожалению, я не могла поделиться с Грэмом своими догадками. Во-первых, из-за суеверного опасения, что, если я превращу мысли в слова, они потеряют силу. Во-вторых, это было очень личное. Даже для друга.

— Астерия, — брат герцога усилием воли заставил себя переключиться на меня, — ты голодна?

Я ничего не ела утром и совсем немного в обед, так что вместе с желанием жить во мне проснулся и аппетит. Я активно приступила к трапезе, хотя и чувствовала себя немного странно под недоумевающим взглядом Грэма. Впрочем, удивление быстро сменилось печалью. Мне кажется, что друг просто решил, что я не понимаю всех последствий и оттого так беспечна.

Но, кое-что мне нужно было выяснить.

— Грэм, расскажи, как пройдет завтрашний день?

Он начал рассказывать. Неохотно, но со всеми подробностями. Сначала маги выступят тройками, потом оставшиеся трое магов сразятся между собой. До победного.

Я погрузилась в размышления. То, что я задумала, нужно сделать до финального боя. Можно и раньше, но, если у меня получится, это не даст эффекта неожиданности перед финальным сражением между герцогом и князем. Значит, послезавтра. Утром.

Мелькнула и пропала мысль, что портал откроется тогда же. Пусть. Мне он не понадобится. Ярра стала моей частью. Лучшей или нет, но жизненно необходимой. За то недолгое время, что мы знакомы, драконица проросла в душу такими корнями, что вырвать ее можно только вместе с этой самой душой. Наверное, потому, что я должна была быть с нею изначально, с рождения. И место, предназначенное для Ярры, заполнилось фобией.

Я ушла вскоре, обняв Грэма и попытавшись этим забрать часть его тревог. Я фаталист и оптимист, а, значит, буду верить исключительно в то, что все закончится непременно хорошо!

Этой ночью я выспалась и на арену шла спокойная и даже заинтересованная. Хватило меня крайне ненадолго. Минут на пять. Я не смотрю даже фэнтезийные фильмы, если в них есть батальные сцены, а здесь...

Все происходило в каких-то метрах от меня. Аверик сражался с витом, что показал мне море. Сильный, уверенный соперник. Я даже начала переживать. Но, после того, как снаряды противников начали достигать цели, голова закружилась. В носу замерещился запах горелой кожи, перед глазами незаживаемые ожоги. Хотелось по-детски зажмуриться, но показывать свою слабость я не хотела. Уставилась в точку позади арены, фиксируя происходящее лишь краем глаза. Когда трибуны взорвались победным кличем, я только удостоверилась, что на песке остался не Аверик, и сразу вернулась к лицезрению далёких верхушек леса.

Все закончилось быстро. На все шесть боёв, с небольшими перерывами ушло не больше двух часов. Победители были спрогнозированы заранее, разве что вит Лавий не значился в списках фаворитов.

— Ему повезло, — негромко сказал Стефан Катрине, — в его тройке не было сильных магов.

Я бы поспорила насчёт везения. Сегодня, несмотря на значительные повреждения, не погиб никто из участников. По результатам жеребьевки вит Лавий будет сражаться с князем первым. И кто знает, будет ли Бродерик так благодушен, как сегодня.

Но больше всего меня мучал другой вопрос — как добраться до Аверика? Желательно без свидетелей.

— Ваше величество, — обратилась я к Стефану, — я бы очень хотела поговорить с герцогом до завтрашней дуэли.

— Боюсь, это невозможно, вита Астерия, — сочувственно, но твердо произнес король. — до окончания испытаний, свидания с действующими участниками запрещены.

Да ладно. Вдох-выдох, без паники. Я посмотрела вниз, на арену. До конца дня гостей будут развлекать представлениями, и сейчас туда перевезли что-то вроде мобильных помосток.

Поле для испытаний не огорожено высоким забором. Но, возможно, есть защитное поле или что-то вроде этого?

"Ярра?"

"Есть, но оно защищает от опасности изнутри. Никто не ожидает, что найдутся самоубийцы, вроде нас".

Это "нас" согрело. Значит, нужно выбрать момент и пробраться на арену. Осталось решить — когда? Сейчас, сколько я не вглядывалась, герцога не видела. Сердце билось так отчаянно, будто я уже карабкалась через забор. Снова вдох-выдох.

Завтра. Сделаю все завтра. Первый бой будет без участия Аверика, но он точно обязан присутствовать неподалеку. Я выловлю момент и найду его. Наверное, я всё-таки трусиха, потому что, отложив важное решение на будущее, я успокоилась и даже сосредоточилась на представлении. Кстати, само зрелище оказалось весьма увлекательным. Была задействована артефактная магия и какое-то устройство, которое, с помощью установленных позади актеров зеркал, создавало панорамную глубокую картину.

Пьеса была про драконов. И именно они периодически появлялись в зеркалах. Красивые, сильные и гибкие звери.

Передо мной незаметно поставили столик с горячим кофием и тёплыми закусками. Я украдкой посмотрела по сторонам и обнаружила, что все мои соседи обзавелись подобной роскошью. Знакомый напиток прогнал последнюю смуту, и я просто отключилась, избавив свои нервные клетки от бесполезной гибели.

Но эту ночь я спала плохо. Меня мучали кошмары. В одном меня поймали прямо верхом на изгороди из-за того, что подол нарядного платья зацепился на штырь. Во втором попали огненным снарядом на поле. В третьем я добралась до Аверика, но у меня нечего не вышло. В конце концов я решила, что одну ночь обойдусь и без сна. Достала старый альбом Грэма и попросила Ярру рассказать про обряд, заполнив чистые листы в конце альбома своими заметками. Получалось плохо. Мысли то и дело сворачивали на путь, ведущий к панике, и мне стоило огромных трудов не пускать их туда.

Я мёрзла. От стресса меня била крупная дрожь. Все решится сегодня. На карту поставлено слишком много. Стоп-стоп, опять не туда. Не думай, Юлька, просто действуй.

Я отодвинула альбом, расстелила ковер и остаток ночи провела в медитации. Почти помогло.

К приходу королевских служанок я была готова к выходу. Девушки растерянно переглянулись и молча ушли, унося приготовленные на сегодня наряды. А на мне, под теплой шубкой, уже были одеты тренировочные штаны. Что ж и от кошмаров должна быть польза — кто предупрежден, тот, как известно, вооружен.

— Вы очень бледны, Австрия, — встревоженно сказала Катрина, когда мы устроились на трибунах.

— Да, мне нехорошо, — медленно сказала я, вдруг понимая, что это отличный способ уйти, когда станет необходимо.

— Мы защитим вас, Астерия. Бродерик не посмеет причинить вам вред.

Все уверены в победе князя. А мне нужно успеть и спасти Аверика до того, как он начнет изображать камикадзе.

— Спасибо, — ответила я, зная, что Катрина действительно желает помочь и успокоить.

Глаза мои неотрывно следили за полем, но оно было пустым. Ни один из участников ещё не вышел.

Трибуны загудели, и на песок одновременно шагнули две фигуры — вит Лавий и князь Бродерик. Я же выискивала третьего участника и не находила. Желчь подступила к горлу. Я часто-часто дышала от страха. Вдруг я не успею? Надо было попробовать вчера вечером! Что, если уже поздно?!

Но вот в отдалении появилась третья фигура. Герцог вышел оценить противника, тут я в нём не ошиблась. Слишком далеко! Даже если я смогу перелезть через изгородь, меня или перехватят на полпути, или поджарят, как во втором сне.

Ррав, помоги мне! Странно, что я обратилась к незнакомому мне богу, но сейчас это казалось таким естественным. Словно послушавшись, герцог передвинулся ближе. Я смогу!

— Катрина, мне дурно, — задыхающимся голосом произнесла я. Однако сделать это я постаралась так, чтобы меня услышала только королева.

В это время маги на арене атаковали друг друга. Князь не спешил превращаться, играя с магистром, как сытый кот. Я знала, что план герцога строится именно на этом. Что Бродерик захочет покуражиться и даст Аверику шанс подобраться вплотную.

— Вита Астерия? — наклонилась ко мне Катрина. — Как я могу помочь?

— Я пройдусь. Успокойте, пожалуйста, короля. Я никуда не уйду.

Королева сомневалась. Она уже начала оборачиваться к мужу, когда я сделала горлом звук, будто меня тошнит. Почти не притворялась, кстати. Это решило дело. Катрина кивнула и, когда я начала осторожно выбираться со своего места, что-то быстро зашептала Стефану.

Я обошла трибуны сзади, чтобы не мелькать перед всеми, и сбоку подошла к изгороди. Аверик на меня не смотрел, сосредоточившись на сражении. Я, в свою очередь, наоборот старалась туда не смотреть. Но миг, когда князю надоела забава, я не пропустила. Трибуны взорвались разноголосыми криками — ужаса, восторга, удивления. На меня никто не смотрел.

Я скинула шубку, одним движением оседлала забор и чуть не свалилась с него по инерции. Кое-как спустилась и изо всех сил рванула к герцогу. Огромный зверь взревел где-то сбоку и сзади, но это только придало мне скорости. Аверик увидел меня и, после секундной заминки, кинулся навстречу.

Я впечаталась в него с разбегу, едва не повалив.

— Что ты творишь?! — не сказать, чтобы мне были рады, но остановить меня сейчас мог бы только... да никто не мог.

Я поднялась на цыпочки, вцепилась в волосы Аверика и впилась в его губы. Он замер, окаменел, не удерживая и не помогая.

Я собрала весь жар своего сердца, весь огонь, который горел в нем. Ярра подключилась, помогая и направляя мою силу. И огонь родился во мне. Обжёг мое горло и ворвался в рот Аверика, заставив его пошатнуться.

Меня трясло от напряжения, от силы, что изливалась из самой глубины души и тела. Не знаю, понял ли Аверик, что происходит, но прижал к себе так крепко, словно желая сделать из нас одно целое.

Пламя, вырвавшееся из меня, почти иссякло, оставив только чувство лёгкого жжения. Герцог оторвался от моих губ, глядя с таким потрясением, но, вместе с тем, с нежностью, любовью и благодарностью.

Его зрачки полностью заполнились золотом. От глаз по сосудам и венкам, заполняя все лицо сетью светящихся извилин, потекла лава. Его тело нагрелось, излучая убийственный для человека жар. Но не для дракона и его саламандры. Пламя потекло по коже ниже и вскоре все тело светилось изнутри. Гораздо ярче, чем это было на тренировках. Я невольно отступила, прикрывая глаза от слепящего света. Аверик обращался.

"У тебя получилось, девочка моя"

Моя драконица гордилась мною. Я знала это и меня распирало от счастья. Мир исчез, оставив только двух людей и двух драконов. Мгновения, что растянулись в часы.

"Детка, отойди" — настойчиво рыкнула Ярра, и я поспешно сделала ещё несколько шагов от Аверика. Он отзеркалил мои действия, освобождая место.

Призрачный дракон обрисовался вокруг него, проявляясь все чётче и все ярче. Человек наоборот исчезал, растворялся. Это было невероятно. Немного жутко, но восхитительно чудесно.

Несколько мгновений и передо мной стоит Ррарн. Почти такой же, как во сне. Он тоже кажется ошарашенным. Переминается на мощных лапах, точно привыкая к ним. Расправляет и собирает крылья. Потом неуловимым движением его громадная морда оказывается прямо передо мной, и меня отдает теплым дыханием ящера. Он пахнет смолой и пеплом. Я смеюсь от счастья. Кладу обе ладошки между ноздрей Ррарна и его золотистые глаза довольно жмурятся.

Реальность ворвалась в нашу идиллию грохотом, огнем и болью. Ррарн вскинул морду и тут же махнул крылом, отбрасывая меня на песок. В следующий момент в него ударила струя огня. Я задохнулась от крика. Попыталась встать, но тут же упала. Вместе с даром я отдала последние силы.

Кто-то подскочил ко мне сбоку, рванул, поднимая.

— Надо бежать! — сквозь рев двух разъяренных драконов, прорвался голос Грэма.

Я кивнула, полностью дезориентированная. Грэм подхватил меня на руки и кинулся подальше от сражающихся громадин. Подскочил к ограде и передал меня через нее Рамусу. Потом перепрыгнул сам.

На поле я смотреть боялась. Страх вернулся. Герцог и Ррарн стали цельными мгновения назад. Бродерик же умелый, сильный дракон. Моему любимому по-прежнему грозит опасность.

Меня шатало. Бессонная ночь, нервное истощение последних дней и полная опустошенность мутили сознание. Я оставалась на ногах на одном адреналине. Но его запасы тоже не были бесконечны. Глаза заволокла тьма. Потом она добралась до сознания.

Очнулась я в тишине и знакомой палате. Лечебное отделение. Надо мной склонилась смутно знакомая девушка. Красивая, ухоженная, с тонкими чертами лица, наполненными смирением.

— Вы кто? — невежливо прохрипела я, оглядываясь в поисках Марии.

— Вам лучше! — радостно воскликнула девушка, — не переживайте, все закончилось.

— Как Аверик?

Девушка поджала красивые губки:

— Он в порядке, спасибо, что спросили, но не думаю, что чужих женихов стоит называть просто по имени. Это дурной тон.

— Женихов? — горло жгло, тьма ещё не выветрились из сознания.

— Вит Аверик дал слово, что пройдет со мной обряд меньше, чем через полгода. А сейчас я живу как его жена в его доме. Уже несколько лет. Спросите свою драконицу, если не верите!

Она обиженно насупилась, я прикрыла горящие глаза.

"Ярра?"

"Она не обманывает" — в голосе саламандры столько потрясения, что я поверила им обоим.

— Изабелла? — глухо спросила я, вспомнив про слухи.

— Рада, что вы в курсе, — ехидно улыбаясь сказала девушка. — Если вы все поняли, надеюсь, не побеспокоите больше нас с Авериком?

— Не побеспокою, — каркнула я, скатываясь с кровати.

Переждала приступ головокружения и побрела прочь. Не знаю куда. Внутри развернулась черная дыра, пожирающая все положительные эмоции. Я была слишком истощена морально и физически, чтобы мыслить здраво. Да и не хотелось. Отчаянно захотелось, чтобы все прекратилось. Так сильно и так неистово, что я взвыла. От боли, что рвала меня, от слез, что выжигали глаза, от ярости, что душила.

"Пожалуйста, пусть все закончится! Просто закончится! Я больше не могу! Я так устала!"

В полубреду, на непослушных ногах я добрела до двери из лечебного отделения и потянула ее. За ней было темно, но мне было все равно. Я переступила через порог и тут же упала, споткнувшись. Все, предел. Я закрыла глаза и отключилась.

Пробуждение было тяжёлым. То же жжение в горле и глазах, та же тяжесть и боль в разбитом теле. И этот навязчивый свет, бликами давящий на веки. Я неохотно распахнула ресницы. Глаза упёрлись в балконную дверь. За ней темнота. На стекло прилеплена диодная гирлянда в виде снежинок. И сейчас она мягко, но назойливо мигает. Варр побери! Я дома!