Дед в режиме стража. Том 3

Глава 10

Северная Пальмира, тринадцатый отдел

Туман облизывал окно, глядя на небольшую комнату, укрытую сумраком. Возле стен дремали металлические шкафы с картонными папками, а за столом слегка сгорбилась Евгения Котова. Её взгляд быстро бегал по компьютерному монитору, испускающему голубой свет.

Порой женщина нервно поправляла рыжие кудряшки и бросала взгляд на дверь. И её сердце забилось чаще, когда снаружи раздались шаги.

Она поспешно схватила компьютерную мышь, пару раз кликнула и обернулась к двери, уставившись на ручку. Та не двигалась.

Тогда Котова облегчённо выдохнула и снова открыла программу. Чему-то улыбнулась, достала блокнот и хотела что-то записать, но уронила его.

— Растяпа, — сокрушённо покачала она головой.

Ей практически пришлось залезть под стол, чтобы подобрать блокнот. А когда Котова вернула скрытый чёрной юбкой зад на неудобный стул и посмотрела на монитор, она увидела в нём отражение холодной костистой физиономии с колючими глазами и седой щетиной.

— Ох, Юров, вы напугали меня! — выпалила женщина, подпрыгнув на стуле. — Как вы вошли?

— У меня есть ключ, — процедил тот, глядя сверху вниз на Котову. — Потрудитесь объяснить, кто вам дал право выискивать информацию о де Туре в наших базах?

— Я… я… — залепетала женщина, стремительно бледнея.

— Вы, видимо, хотите не только вылететь с работы, но и отправиться на год — другой совсем не в санаторий, — отчеканил капитан, поблёскивая лысиной.

Юров сцепил руки за спиной и навис над женщиной, как гриф над еле живой жертвой. Его ноздри трепетали, словно он наслаждался запахом её страха.

— Георгий Францевич, давайте забудем об этом инциденте, — растянула губы в резиновой улыбке Котова, склонив голову к плечу.

— Может, и забудем, ежели вы честно расскажете, для чего искали де Тура, — подумав, ответил тот, потирая квадратный подбородок двумя пальцами. — Ну же, Евгения, мы столько лет работаем вместе. Мне можно доверять. Но если я заподозрю ложь, то, извини, доложу в отдел внутренних расследований.

Котова облизала губы, опустила голову и пролепетала:

— Георгий, это не моя тайна. Не заставляй меня. Прошу.

— Вот значит как, — разочарованно проронил тот, развернулся на каблуках и медленно, как неотвратимая поступь смерти, направился к двери. — Придётся всё-таки доложить…

— Постойте, капитан! Я искала де Тура по просьбе одного человека. Мне заплатили. Это кто-то из конкурентов француза. Вы же знаете эти дворянские склоки.

— Зверев? — резко обернулся Юров, впившись в лицо женщины въедливым взглядом.

— Нет, что вы! — сглотнула она.

— Врёшь, это он! И если ты сейчас же не расскажешь мне, для чего Зверев ищет де Тура, клянусь богом, с позором вылетишь с работы! — яростно прошипел Юров, сверкая глазами.

Во взгляде загорелись мстительные искорки, будто капитан почувствовал, что вот-вот завладеет компроматом на своего врага. А уж в союзничестве со Шмидтом он точно утопит Зверева в грязи.

Северная Пальмира, институт

Губы Владлены Велимировны быстро двигались, а грудь бурно вздымалась. Но все её слова были для меня белым шумом. Я молча восседал на кресле перед её рабочим столом, закинув ногу на ногу, и размышлял об Алексее.

Интересно, он оправится от своего психического недуга или нет? И как долго его можно продержать в больнице Архангельска? Пары месяцев мне бы вполне хватило, чтобы добыть девяносто девятую душу и уйти в родной мир, оставив тело Игнатия Николаевича.

— Ты не слушаешь меня! — ворвался в мои мысли особо яростный вопль Владлены, буквально лёгшей упругой грудью на стол, чтобы пощёлкать пальцами перед моим лицом.

— Твоей проницательности можно позавидовать, — вздохнул я и смахнул невидимую пылинку с плеча своего пиджака.

— Зверев, я задушу тебя собственными руками! — негодующе выдохнула женщина, откинувшись на спинку кресла.

Её пальцы с красными ногтями растопырились, а потом словно сжали что-то. На лице возникла гримаса жуткого удовольствия. А я непроизвольно потёр шею.

— Ты готова лишить меня жизни из-за какого-то крошечного барончика? А что будет, когда я плюну в лицо сыну князя?

— Не вздумай, Игнатий! — наставила на меня палец Владлена, оглашая тяжёлым дыханием кабинет. — Большая часть титулованных особ, чьи дети учатся в нашем институте, вкладывают деньги в развитие этого учебного заведения! Суммы от одного лишь барона Косинского позволяют нам учить десяток простолюдинов! А ты своими выходками лишишь институт всякого финансирования!

— Ежели барон окажется столь вопиюще глуп, я сам поговорю с ним.

— Нет! Даже не подходи к нему! Я тебя знаю! Это всё закончится очередным пари или вообще дуэлью! Слышал, что по столице пошел слух о том, что ты сделал с Грулевым в парке барона Крылова?

— Я никому ничего не рассказывал.

— Знаю. Но, видимо, всё-таки кто-то видел вашу дуэль. Или сболтнула та размалёванная девица в безвкусном платье, которую ты притащил на бал. Как там её кличут? Мария Львовна, — презрительно изогнула сочные губы декан, полосуя меня острым взглядом. — Ты ведь наверняка ей всё растрепал, чтобы впечатлить юную глупышку.

Хм, а ведь я действительно поведал ей о дуэли. Но она клялась, что ничего не расскажет.

— Что ж, сейчас это неважно. Слух пущен, и он играет мне на руку. Моя репутация точно станет более грозной.

— Может и так, но теперь тебе стоит опасаться таких же ретроградов, которые всё ещё выясняют отношения на дуэлях, — предупредила Владлена, поправляя причёску. — Как я выгляжу? Волосы не растрепались?

— Прекрасно выглядишь. Ссора сделала тебя только краше, хотя, казалось бы, куда красивее-то? — ухмыльнулся я, играя на потаённых струнах души женщины.

— Льстец, — фыркнула она и довольно улыбнулась.

Эх, вот вроде бы уже далеко не девчонка, а жаждет комплиментов, как вампиры крови. Но от правильных мужчин, которые знают цену комплиментам, а не сорят ими.

Мысленно похвалив себя, достал из кармана зазвонивший телефон. Номер был незнаком.

— Слушаю, — бросил я в трубку, глядя на Владлену, отчего-то решившую подразнить меня.

Она эротично закусила нижнюю губу и медленно расстегнула ещё одну пуговичку рубашки, открыв вид на чёрный кружевной бюстгальтер, сжимающий крепкую грудь.

— Я же сказал, что вернусь, месье! — раскалённым шилом ввинтился в ухо хриплый голос де Тура. — Ваш пухлый внучок и его девица у меня. Если хотите забр-рать их, приходите один в Лабиринт, локация «Жёлтая Пустыня», гора Ушастая. А ежели не потор-ропитесь, то скорпионы сегодня будут сытыми, или Лабиринт сведёт с ума очередную парочку людей! Время пошло… у них есть два часа, месье.

Он злорадно захохотал и сбросил вызов, не дав мне ответить.

— Тварь, — процедил я, яростно скрежетнув зубами. У меня аж челюсть щёлкнула.

— Что случилось⁈ — выдохнула Владлена, мигом спрятав грудь.

— Мразь, мразь, мразь! — выпалил я и попытался перезвонить, но телефон оказался выключен. — Твою мать!

Мой кулак с грохотом опустился на стол, а в груди разлилось холодное бешенство, выворачивающее наизнанку.

— Зверев, что стряслось? — нахмурила брови Владлена, закаменев лицом.

Рассказать ей или нет? Придётся. Она способна помочь, учитывая ограниченное количество времени. Оно уже ускользало, как вода сквозь пальцы.

— Павел и Жанна в руках де Тура! — решился я, быстро поднявшись с кресла. — У меня с французом есть кое-какие разногласия. Он жаждет убить меня, а я не хочу впутывать в это дело полицию, поскольку де Тур накопал на меня всякой грязи. В молодости я был не таким святым, как сейчас.

— Продолжай.

Мне не составило труда быстро поведать женщине обо всех перипетиях наших с ним отношений.

Она быстро провела рукой по лицу и гневно выдала, снизу вверх посмотрев на меня:

— Каков же подлец этот де Тур! Впутал сущих детей. Им же и двадцати нет.

— Павлу вроде есть, — буркнул я, мрачно глянув на телефон.

Ни до внука, ни до Жанны дозвониться не удалось. Их телефоны оказались выключены.

— Плевать! — выдохнула Владлена и тоже вскочила на ноги.

— Ты не знаешь, где Павел и Жанна могли решить попить кофе? Надо проверить, вдруг они всё же не в лягушачьих лапах де Тура.

— В кафе «Юный князь». Оно напротив института. Туда ходит львиная доля студентов. А в нашей институтской столовой не кофе, а дерьмо.

Разорви меня дракон, конечно, Павлушка повёл Воронову в кафе, наплевав на мой запрет покидать территорию института! А ежели он всё-таки в столовой, то это будет самый идеальный внук на свете. Но начать я всё же решил с кафе. Не верю в идеальных внуков.

— Владлена, пойдём, вдвоём мы быстрее управимся.

Велимировну не пришлось просить дважды. Она одёрнула рубашку, поправила задравшуюся юбку и выскочила из кабинета. Её ножки в похожих на сетку тёмных нейлоновых колготках застучали каблучками по этажу.

— Игнатий, почему ты не приставил к Павлу телохранителя? — негодующе спросила у меня Владлена, когда мы выскочили из здания, оказавшись на крыльце, утопающем в тумане.

— Не успел, — досадливо дёрнул я щекой и сбежал по ступеням.

— Слушай, я всё-таки не уверена, что де Тур схватил Павла. Как-то уж слишком всё быстро произошло! Больше похоже на мистификацию, — протараторила она, хватая ртом влажный воздух. — Кажется, француз просто хочет заманить тебя в локацию «Жёлтая Пустыня» и убить.

— Ты была там? — хрипло спросил я, вместе с женщиной быстро миновав распахнутые кованые ворота, покрытые мутными капельками воды.

— Да, локация второго ранга, так что и Павел, и Жанна могли войти в неё… но не вошли. Точно тебе говорю. Де Тур не мог протащить их туда. Охрана бы заметила неладное. Да и помимо охраны, конкретно этот проход пропускает лишь по одному человеку в полчаса! Вся его история о том, что Жанной и Павлушкой полакомятся скорпионы, — чушь собачья! — зло выдала Велимировна, уставившись на светофор.

Тот словно почувствовал её настроение и сразу загорелся красным, останавливая поток машин, похожих на тени. Фары в густой серой дымке светились, как рассерженные глаза, а моторы издавали сердитое рычание.

— К сожалению, де Тур не настолько глуп, чтобы нести какую-то ахинею, — процедил я, дёрнув щекой.

— Но проход физически не мог пропустить сразу троих! — выпалила Владлена, практически побежав по «зебре».

— Да, не мог. Тут не поспоришь. Но, повторюсь, француз не дурак. Может, он знает, где есть блуждающий проход, ведущий в эту локацию? Подобным проходам плевать на пропускную способность, — нахмурился я и двинулся по тротуару, опередив декана.

Та испустила сухой смешок и бросила:

— Зверев, ты делаешь из де Тура прям какого-то антигероя из книг! Опасного, хитрого и всезнающего.

— Лучше переоценить врага, чем недооценить, — мрачно проронил я, естественно, не став говорить Владлене, что француз уже доказал свою состоятельность.

Он и в шаманизме шарит, и, возможно, знаком с зельями демонов. Да и уровень у него точно больше моего.

— Наверное, ты прав, — согласилась женщина и кивнула на панорамное окно с нарисованным юношей в короне, держащим чашечку. — Вот «Юный князь».

— Иди узнай, были они тут или нет. А я загляну в соседние заведения, вон там и там висят камеры видеонаблюдения. Надо получить доступ к записям.

Декан кивнула и открыла дверь кафе. На улицу вырвались запахи крепкого кофе, свежих круассанов и беззаботный заливистый смех студентов.

Рефлекторным движением поправив бороду, я вошёл в магазин, располагающийся по соседству с «Юным князем». В нём пахло бумагой и чернилами. На отполированных полках лежали тетради, книги, а за стеклом витрин поблёскивали ручки самых разных видов: от простых пластмассовых до покрытых золотом. Одну такую худощавый старик в старомодном пиджаке показывал мужчине с крючковатым носом и редкими русыми волосами.

— … Вот лучший экземпляр, — продребезжал дедок, гордо держа ручку. — Подобными пишут даже дети графов и князей. Уж я-то знаю. Они ко мне часто заходят и все остаются довольны.

— Да вы что… — заинтересованно почесал затылок мужичок, по виду зажиточный простолюдин, пытающийся косить под аристократа.

— Господа, извините, что прерываю, но у меня вопрос жизни и смерти, — вклинился я в их беседу, простучав ботинками по дубовому паркету.

— Обождите, сударь, у меня клиент, — отрезал старик, неодобрительно посмотрев в мою сторону.

— Да я могу и подождать, — тут же заверил мужчина, пригладив волосы.

— Нет, вы мой клиент. И я не собираюсь терпеть неуважительное отношение тех, кто много о себе думает. Врывается сюда и заявляет… кхем… да, заявляет. Я на своём веку много таких фраз слышал, и все они оказывались пустышками, — сурово выдал старик, косясь на меня.

Ему словно уже кто-то наступил на больную мозоль, и он просто нашёл, на ком сорвать злость.

А время меж тем тикало… Дорога каждая минута, ежели Павел и Жанна действительно в Лабиринте, то два часа быстро истают.

— Тринадцатый отдел! — заявил я, сунув «корочки» под нос старика.

Тот мигом изменился в лице. Появилась лебезящая улыбочка, а голос стал медовым:

— Что же вы сразу не сказали, господин? Какое у вас дело?

— Мне нужен доступ к камерам, выходящим на тротуар и улицу.

— Конечно, конечно, идёмте, — поманил меня сухонькой ручонкой старик и торопливо поскрипел коленями в сторону двери, ведущей в глубь помещения.

Он даже забыл о своём клиенте. А тот сглотнул и шустро покинул магазин. Будто перебрал все свои грехи и решил, что с ними лучше лишний раз не попадаться на глаза сотруднику тринадцатого отдела.

Старик-продавец тоже явно чувствовал за собой какие-то провинности, поскольку покладисто дал мне доступ ко всему, чему можно.

Я просмотрел записи и с громко бьющимся сердцем увидел на них Павла и Жанну. Они минут пятнадцать назад вышли из кафе и неторопливо двинулись по безлюдному тротуару к «зебре». Туман постепенно скрывал их фигуры, но мне всё же удалось увидеть фургон. Тот подъехал к ним, после чего внучок и Воронова упали на тротуар. Дымка скрыла детали того, что именно произошло: стреляли в них, применили зелье или обрушили какую-то магию. Непонятно. В любом случае выпрыгнувший из-за руля человек в плаще затащил их в фургон и дал по газам. Ростом этот мерзавец был как де Тур.

— Благодарю, — хрипло бросил я старику, чувствуя, как холодные иглы ярости покалывают основание затылка. — Запись не удаляйте. Мне чуть позже придётся её изъять.

— Хорошо, хорошо, — заверил меня старичок.

Я вихрем вырвался из магазина и едва не столкнулся с Владленой.

— Да, они были в кафе! — выпалила та, прерывисто дыша.

— Знаю. Их увезли на фургоне. Номер на записи не разглядеть. Судя по всему, де Тур как-то лишил их сознания.

— Ублюдок! — выругалась Велимировна, сжав кулаки.

Немногочисленные прохожие испуганно покосились на неё, а ворона с громким карканьем сорвалась с проводов, висящих между кованых фонарей, изрыгающих тусклый жёлтый свет, почти теряющийся в тумане, ставшем ещё гуще.

— Владлена, где проход в локацию «Жёлтая Пустыня»⁈ — хмуро спросил я, почти наяву слыша тиканье часов. — Вызови такси.

Та достала телефон и выпалила в трубку:

— Быстро к кафе «Юный князь». — Сбросила вызов и взволнованно посмотрела на меня: — Мой шофер приедет быстрее. Ты всё-таки решил пойти в локацию… прям в ловушку? Де Тур же тебя там убьёт. Он, кажется, совсем слетел с катушек, не понимает, что его отыщут и посадят в тюрьму.

— Ежели француз так поступает, значит, у него есть план. Может, он и не де Тур никакой, а хрен пойми кто.

— Игнатий, — искоса посмотрела декан, пытаясь наморщить лоб, но на нём не появилось ни складки. — Может, не будешь геройствовать? Жанны и Павла почти наверняка нет в Лабиринте. Давай попробуем поискать их? Подключим всех, кого можно. И плевать на то, что де Тур способен разболтать о тебе всякую грязь. Жизнь детей важнее.

— Если они в руках француза, то даже ежели их нет в Лабиринте, он всё равно способен убить их. Я тебе сейчас могу привести кучу доводов, почему мне нужно сунуть голову в ловушку, но не буду попусту сотрясать воздух. Времени и так нет. Если Павел и Жанна в Лабиринте, жить им осталось чуть больше полутора часов, — тяжело произнёс я, взяв красотку за руки.

Та вздохнула и кивнула, а потом упрямо произнесла:

— Но я всё равно предлагаю нанять одного ушлого специалиста. Он неболтлив и тайны хранит лучше, чем мертвец. Правда, ему придётся заплатить, но он постарается найти как минимум фургон де Тура.

— Уговорила.