Дед в режиме стража. Том 3

Глава 24

Особняк Мироновых, Северная Пальмира

Пока за окном ярилась стихия, в просторной гостиной потрескивал поленьями камин, а на небольшом журнальном столике красовалась шахматная доска.

Партия только что закончилась победой главы рода Мироновых, одолевшим свою жену. Но та совсем не расстраивалась, а сидя в кресле, попивала вино. Тем же самым занималась мать Миронова — молодящаяся дама лет шестидесяти. Она восседала на кушетке рядом со своей внучкой, поглядывающей на отца.

Тот поправил подтяжки, натянувшиеся на объёмном пузе, пригладил редкие желтоватые волосы и радостно проговорил, будто продолжая ранее прерванную беседу:

— Вот жизнь и показала, кто таков этот вздорный старикан Зверев! Пытался унизить меня, а сам сейчас по уши в дерьме!

— Дорогой, не выражайся, — нахмурилась его супруга и тут же злорадно добавила: — Не выражайся так мягко! Он неудачник и пустозвон. А помнишь, как он заявил, что войдёт в золотой список⁈ Ха-ха-ха.

Они загоготали, как две утки. Юная Миронова вяло улыбнулась.

А бабка и вовсе буркнула, хмуря нарисованные брови:

— У всех в жизни бывают взлёты и падения.

— Помолчи ты, совсем из ума выжила, — махнул на неё рукой глава рода, раскрасневшийся от смеха. — Конец твоему Звереву. Ежели его ищут по всей империи, значит, он натворил что-то серьёзное. Его рейтинг уже скатился в преисподнюю. Эх, как же мне будет приятно, когда его поймают! О-о-о, дорогая, у меня идея! Кому бы заплатить, чтобы нас с тобой допустили к нему в тюрьму, дабы повидаться… Ха-ха-ха! Ох я и повеселюсь, глядя на его рожу! А ты, доченька, больше не общайся с его внучком… Как там его? Павлом. Поняла?

— Поняла, папенька, — слегка кивнула девушка, мгновение поколебавшись.

Северная Пальмира

Однорукое чудовище наклонило бугристую башку, буравя меня злобным взглядом единственного глаза. Кровь сочилась из левого плеча, поблёскивая в свете огня, жадно пожирающего дверь.

За мокрым от дождя окном сверкнул зигзаг молнии, отразившись в лезвии «Вампира», лежащего перед монстром. Тот сделал пару шагов назад словно для разгона, как какой-нибудь минотавр, привыкший насаживать на рога своих врагов.

Я хрустнул шеей и прохрипел, вдыхая нагревшийся воздух:

— Ну, сейчас мы и узнаем, действительно ли шаманское зелье показало тебе мою смерть или нет.

Во взгляде твари вроде бы мелькнула железобетонная уверенность в том, что от меня сейчас и мокрого места не останется. Только морщины во все стороны полетят, клочья бороды и огромный член.

— Р-р-р! — взревело чудище, ударив себя громадным кулаком в грудь.

— Прощай, де Тур, дьявол тебя заждался, — усмехнулся я и швырнул в монстра «порыв бури».

Тот насмешливо выпятил грудь, зная, что магия не причиняет ему вреда. Или мне показалось, что насмешливо?

В любом случае по коридору пронёсся порыв ветра, подхвативший с пола кинжал. Тот со свистом вошёл в правую ногу твари почти рядом с пахом.

— А теперь успеешь оторвать конечность? — глумливо выдал я, подмигнув зарычавшей твари.

Единственный глаз загорелся паникой, а чудовищная рука ухватилась за бедро и действительно попыталась оторвать ногу. Вздулся громадный бицепс, стиснулись зубы и раздался треск разрываемой плоти. Чешуя на ноге разошлась, обнажая рвущуюся кожу и мышцы. Пошла кровь.

Неужто и сейчас эта сволочь выкрутится⁈ Нервная дрожь пробежала по моим пальцам, а где-то в груди вспыхнула толика восхищения.

Но нет. Куда там… Нога — это вам не рука. Монстр не успел. Он упал на колени, стремительно сморщиваясь, будто из него выпускали воздух. Протянул ко мне здоровенную конечность, словно хотел ухватить за шею и сломать её. Затухающий взгляд, пропитанный лютой злостью, обжёг меня.

— Зря стараешься, не зыркай так, с меня как с гуся вода, — улыбнулся я, двинувшись к чудищу. Оно завалилось на грудь и издохло, судорожно прочертив когтями царапины на паркете. — Значит, соврал. Ничего шаманское зелье не показывало.

На всякий случай несколько раз пнул мумифицировавшийся труп. А то вдруг вскочит, когда я спиной к нему повернусь и как набросится? Но тело, как и положено мумии, не подало никаких признаков жизни. Вот и ладушки.

Изо рта вылетел облегчённый вздох, и тут же накатила усталость. Заболело колено, начало тянуть поясницу и засаднили царапины.

Я волевым усилием отрешился от боли и поднял кинжал. Тот таинственно переливался в свете разгорающегося пожара. Тёплый на ощупь и… какой-то живой, что ли.

— На кой хрен ты поглотил мою кровь? — задумчиво прошептал я, глядя на артефакт.

Тот, естественно, не ответил. А если бы ответил, впору было бы подумать о шизофрении.

Ладно, потом разберусь с «Вампиром». Сейчас надо валить отсюда. Среди раскатов грома отчётливо звучала приближающаяся сирена. Кажется, сюда ехала пожарная команда. Видимо, кто-то увидел в окне отблески пожара и вызвал соответствующую службу. Не исчезли ещё сознательные граждане. Может, уже и в полицию кто-нибудь позвонил. А мне с ними встречаться пока рановато.

Ещё раз глянув на труп монстра, сам себе поаплодировал. Хорошая работа, разорви меня дракон!

А затем я помчался в комнату, где прежде поджидал де Тура. Там на полке всё так же светилась лампа, а на полу валялись ошмётки кожи, пряди волос и щепки от выломанных косяков.

Телефоны француза лежали на столе. Поколебавшись, сунул их в карманы штанов, а потом встал на цыпочки и взял со шкафа небольшую камеру, купленную в магазине на Нарвском проспекте, куда заезжал с таксистом. Там же приобрёл и диктофоны. Их я тоже распихал по комнате до прихода де Тура. И они, как и камера, наверняка записали допрос француза. Доказательств его вины становилось всё больше. Есть же ещё тетрадь с расшифровкой видений.

— Всё, теперь можно покинуть сей гостеприимный дом, — лихорадочно пробормотал я и поспешил прочь.

Промчался мимо горящей двери и выскочил на лестницу. Снизу донеслись тяжёлые удары в дверь и вой пожарной машины с проблесковыми маячками. Свет от них проникал сквозь окна, скользя по стенам холла.

— Твою мать, какие вы шустрые! А вот когда мне надо, вас нет, — пробурчал я и побежал дальше по второму этажу, услышав, как входная дверь с хрустом сорвалась с петель.

— Давайте, мужики, быстрее, быстрее, пока тут на хрен всё не сгорело! — долетел до моих ушей хриплый голос.

Я тоже ускорился. Промчался по коридору, очутившись в небольшом зале с мебелью, накрытой простынями. Взял одну, подняв тучу пыли. Рефлекторно чихнул и накинул на себя простыню навроде плаща, чтобы прикрыть тело от дождя. Ветровка же вместе с майкой больше напоминали рыболовные сети после работы «тлена» чудовища.

— Давай же, — процедил я, дёрнув шпингалет оконной створки.

Тот наконец поддался. Окно открылось и внутрь залетели косые струи дождя. Я забрался на подоконник и глянул вниз. Там мокла клумба с завядшими растениями.

— Поехали, — пробормотал я и сиганул вниз.

Ветер засвистел в ушах, а подошвы кроссовок с чавканьем погрузились в раскисшую почву. Левое колено заныло, но вполне терпимо.

Я побежал даже не прихрамывая, почти как герой, в очередной раз спасший город. Правда, за спиной вместо плаща свисала промокшая простыня, а в далеко не мускулистой спине что-то щёлкало. Но как говорится, какие временами, такие и герои.

В чёрных небесах громыхнул гром, подтверждая мои выводы. Молния осветила какой-то барак с заколоченными окнами. Он гнил среди вполне себе жилых пятиэтажек и буквально шептал, что способен приютить меня на время.

Я отодрал пару досок и пролез в окно, очутившись в холодном промозглом мраке. Посветив экраном телефона, обнаружил пакеты с воняющим мусором, разломанную мебель и разрисованные матерщиной стены.

— Отличное место, — иронично усмехнулся я и вытащил тетрадь де Тура.

Пришла пора ознакомиться с его писаниной. Для этого я решил использовать телефон француза. А что? Теперь-то он уже точно не бабахнет. Его хозяин умер, так что некому приводить в действие гипотетическое взрывное устройство.

В общем, я зашёл в интернет и открыл онлайн-переводчик, после чего взялся за дело, чувствуя, что довольно быстро замерзаю. Пальцы деревенели. Однако интерес подогревал меня не хуже адской сковородки.

Впрочем, спустя пару часов я слегка разочаровался. В тетради де Тура не оказалось ничего эдакого, никаких запретных знаний, только расшифровки видений, но зато они подтверждали его работу с демонами и подрывную деятельность внутри империи, направленную на разжигание внутренней вражды и ослабление охраны проходов, ведущих в Лабиринт.

К счастью, в записях француза хоть и фигурировало моё имя, однако не было сказано, что я имею хоть какое-то отношение к демонам. Лишь упоминалось, что я так или иначе срываю гнусные планы де Тура.

— Хм, а шаманские зелья не соврали. Мне и вправду удалось помешать французу, — прошептал я, шмыгнув носом. — Похоже, пора переходить ко второй фазе плана. Надо позвонить полковнику Барсову.

Конечно, в моей памяти не отложился его личный номер, но интернет подсказал мне, как дозвониться в тринадцатый отдел. Мне ответил милый девичий голосок, словно я попал в агентство, устраивающее детские праздники.

— Это точно тринадцатый отдел? — вслух усомнился я, попутно глядя, как сквозь давно прохудившуюся крышу струится дождевая вода.

— Да, всё верно. По какому вопросу вы звоните? — с нотками недовольства пропыхтела девушка.

— У меня есть сведения о неуловимом господине Звереве. Но я их могу передать только полковнику Артуру Петровичу Барсову.

— Хм, вы понимаете, что за розыгрыш или ложные сведения вас ждёт наказание? — заявила собеседница, пытаясь казаться максимально суровой.

Хотелось, конечно, ответить, что если именно она меня накажет, то я совсем не против. Но сейчас не время для шуток.

— Понимаю. Свяжите меня с ним побыстрее. Кажется, я сейчас очень близко от этого Зверева.

Та подумала пару мгновений и протараторила:

— Переключаю.

— Полковник Барсов слушает, — раздался спустя несколько секунд усталый голос.

— Не бережёте вы себя, Артур Петрович, все работаете и работаете. Прогулялись бы. Погоды нынче стоят такие чудесные, — иронично выдал я, глядя через окно на чёрные небеса, раздираемые молниями.

— Вы! — узнал меня полковник.

— Именно. Так что, прогуляетесь? Адрес я вам назову, составите мне компанию. Вдвоём-то оно веселее. Только прихватите с собой шикарный костюм-тройку, ботинки, мужское нижнее бельё и рубашку. Ещё парфюм.

— Вы сейчас шутите? — медленно проронил он.

— Какие могут быть шутки? Приезжайте. И сообщите князю Корчинскому, чтобы он прибыл в тринадцатый отдел. Мне надо с ним переговорить.

— Что вы задумали? — напрягся полковник. — Не делайте глупостей. Не усугубляйте свою ситуацию.

— Я пытаюсь обелить своё доброе имя, больше ничего, клянусь честью. Приезжайте, Артур Петрович, — настойчиво проговорил я и назвал адрес.

— Скоро буду, — заверил он и положил трубку.

Даже если моё местоположение уже как-то отследили по звонку, то и хрен с ним. Я бежать не собирался. Мне просто нужно добраться до князя без лишней нервотрёпки.

Пока же я достал зелье, способное нейтрализовать «сыворотку правды» и выпил его. Крякнул, вытер губы и вытащил кинжал-артефакт. Он загадочно блеснул, напитывая меня небольшим количеством выносливости.

В одной из книг в библиотеке ведьмаков туманно рассказывалось об артефактах крови. Но что именно за артефакты и почему именно крови, она умалчивала.

Может, «Вампир» и есть такой артефакт? Он же всосал мою кровь. Только что это дало? Усилило нашу связь? А ежели так, то значит, кинжал теперь будет более послушным? Начнёт высасывать выносливость на расстоянии, как тогда на вершине горы в Лабиринте?

Я с азартом начал экспериментировать с кинжалом, пытаясь заставить его продемонстрировать хоть какие-то способности. Но тот не спешил раскрывать свои секреты. И тогда я рефлекторно тряхнул им, гневно сжав рукоять.

Тотчас из кончика клинка вылетел багряный луч, ударивший в несущую стену. В ней образовалась здоровенная дыра, кирпичи оплавились как от страшного жара. Внутрь залетел ветерок вместе с каплями дождя. А само строение жалобно закряхтело, с потолка что-то посыпалось. Пол задрожал, как бы намекая, что одному весьма удивлённому дедушке лучше спешно провести эвакуацию.

Выскочив из окна, я с быстро колотящимся в груди сердцем перебежал на другую сторону дороги, где встал под козырьком булочной. И оттуда узрел во всей красе сложившийся внутрь барак. Грохот пролетел по всей улице, на тротуар выкатились расколотые кирпичи, а над руинами, несмотря на дождь, возник небольшой гриб пыли.

В квартирах соседних домов зажёгся свет, где-то забрехали собаки.

А я почесал затылок и удивлённо произнёс, глядя на развалины вместе с луной:

— Да пофиг, всё равно барак давно пора было снести.

Следом мой взгляд упал на кинжал. Тот слегка раскалился в руке, дав мне пищу для размышлений. Он совершенно определённо среагировал не на то, что его тряхнули, а на мою эмоцию — гнев. Прежде «Вампир» так себя не вёл. Значит, кровь действительно сделала нас ближе. И им, вероятно, можно управлять с помощью эмоций⁈

Тут же взыграло желание повторить эксперимент, но из-за угла со свистом покрышек вывернул знакомый чёрный внедорожник. Барсов!

Пришлось шмыгнуть в проулок и спрятать там кинжал, а то в отделе меня наверняка досмотрят. И будет проблематично объяснить наличие у меня такого артефакта. А в проулке его никто не найдёт. Делать заначки я умел, всё-таки два раза был женат.

Простыню-плащ я тоже оставил в проулке, а то выглядел в ней нелепо. После этого обежал дома через соседнюю улицу и вышел на дорогу с другой стороны, очутившись позади внедорожника. Рядом с ним уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу Барсов, держа над головой зонт.

— Вот вы где, полковник, а я вас жду, жду…

— Зверев, что за игру вы ведёте⁈ — сразу же выпалил аристократ, держа руку в кармане плаща.

Наверняка там пистолет. Не доверяет мне. Весь на взводе. Глаза подозрительные, а в уголках рта застыло напряжение.

— Никакой игры, Аркадий Петрович, расслабьтесь, — выставил я ладонь. — У меня есть доказательства, полностью обеляющие моё честное имя. Просто отвезите меня к князю.

— Что с вами произошло? Почему вы выглядите так, словно бились в Лабиринте с монстром?

— Действительно бился, но не в Лабиринте, а тут недалеко. Шикарный, к слову, был монстр, он точно входит в мой личный топ-3 сразу после моей покойной тёщи, — попытался я шуткой разрядить ситуацию. — Я вам всё расскажу, но не сейчас. Надо ехать.

— Я должен вас досмотреть, — отрезал он, хмуря брови.

— Без проблем, — пожал я плечами и сам слегка напрягся, глядя на хмурую, осунувшуюся физиономию полковника.

А можно ли полностью доверять Барсову? Вдруг Шмидт перетянул его на свою сторону?

— Держите руки на виду, — буркнул Артур Петрович.

— Я удивлён, чтобы вы всё-таки приехали один.

— Князь пытался навязать своих людей, но я позвонил ему уже когда был совсем неподалёку отсюда. Никого он не успел прислать. Вот так и вышло, что приехал один, как и договаривались, — сказал аристократ и принялся умеючи похлопывать меня по карманам.

На заднее сиденье внедорожника отправились все мои доказательства: видеокамера, диктофоны, паспорта француза, телефоны и тетрадь. А оттуда мне в руки перекочевала одежда, привезённая полковником.

Тот криво улыбнулся и проронил:

— Размерчик, конечно, не ваш, но у меня не было времени заезжать к портному.

— Не переживайте, мне всё к лицу, — улыбнулся я и забрался на заднее сиденье, где шустро переоделся.

— Ладно, можем ехать, — буркнул полковник, прыгнул за руль и взглядом показал, чтобы я уселся на переднее пассажирское кресло.

По дороге в отдел оба молчали. Хрен знает, почему Барсов смирил своё любопытство, а вот я был занят тем, что продумывал грядущий разговор с князем.

Вскоре показалась Петропавловская крепость, а потом выплыло из-за завесы дождя и здание тринадцатого отдела. На парковке царил какой-то нездоровый ажиотаж. Машин оказалось столько же, сколько в рабочий день.

Кажется, весть, что Барсов везёт Зверева, разошлась чуть ли не по всем сотрудникам. И источником утечки стал кто-то из людей князя.

Стоило мне выйти из внедорожника, как к моей популярной персоне сразу же подскочили четверо бойцов.

— Господин Зверев, попрошу вас пройти с нами, — выдал один из них, многозначительно держа руку на автомате, висящем на плече.

— За этим сюда и прибыл. Хорошо, что мне организовали почётный караул. Только возьму свои вещи, — открыл я заднюю дверь, где лежали доказательства.

— Нет, вам ничего нельзя брать в руки! — гаркнул боец.

— Я возьму, — проговорил Барсов и сложил доказательства в вытащенный из бардачка пакет с логотипом магазина «Шестерочка».

— Вы точно не взяточник, — усмехнулся я, бросив взгляд на полковника, двинувшегося рядом со мной.

— И как вы это поняли?

— Взяточники в таких магазинах не отовариваются, — кивнул я на пакет.

Артур Петрович улыбнулся и вошёл в здание отдела. А там нас уже поджидал капитан Юров. Он старательно сдерживал ликующую улыбку, стоя возле кадки с фикусом. А вот Шмидт даже не скрывал своей радости. Он скалил зубы так, будто узнал о смерти своего заклятого врага.

— О, Игнатий Николаевич, вы так преобразились, — притворно восхитился он, скользя злорадным взглядом по моей бороде и волосам. — Вас прямо не узнать. Другой человек.

— Слежу за модой. А вы почему не спите в такую чудесную ночь? Совесть мучает?

— Нет, хотел вам лично передать радостные вести…

— Какие? Вы неизлечимо больны и скоро помрёте? Да, действительно радостная новость, — весело улыбнулся я, вызвав у него злую гримасу.

Конечно, он ведь собирался издеваться надо мной, упиваясь своей победой, и уж никак не рассчитывал стать объектом для насмешек.

— Радостная весть в том, что император в курсе ваших проделок. Поздравляю, мало кто может похвастаться тем, что сам государь следит за его судьбой, — ядовито процедил Шмидт и рассмеялся — громко, напоказ, блестя потом на лбу.

Юров испустил хохоток, как шакал.

— Это хорошо, что император в курсе. Значит, он точно узнает, что именно вы мешали мне спасти империю, — подмигнул я Шмидту и прошёл мимо вместе с полковником и четвёркой бойцов.

Аристократ захлебнулся смехом и злобно бросил мне в спину:

— Что за чушь вы несёте⁈ Отвечайте, Зверев!

Но я многозначительно промолчал, заставив урода занервничать.