Дед в режиме стража. Том 3

Глава 18

Тусклая луна светила из-за завесы тумана, собаки соревновались, кто лает громче. Вой полицейской сирены становился всё громче. А грёбаный головорез вдруг зарычал как бешеный и метнул грабли к моей ноге, словно в одночасье забыл обо всех ранах.

Я с помощью «скольжения» отскочил, чудом избежав встречи с его пальцами, полоснувшими воздух со скоростью стрелы. Ежели б он схватил меня, то легко мог бы сломать ногу.

— Лежать! — зло выпалил я и для острастки несколько раз выстрелил из «калаша».

Пули угодили в почву возле ног бандита, выбив чёрные фонтанчики земли, после чего автомат сухо щёлкнул. Закончились патроны. Гадство!

Я швырнул «калаш» в кусты и поспешно вытащил револьвер, купленный предусмотрительным Игнатием на чёрном рынке. Но можно было и не спешить. Бандит больше не атаковал. Он выгнулся дугой до хруста позвоночника и застонал. Чернота ушла из его глаз, а тело расслабилось, растянувшись на земле.

— Зелье «берсерк»? Капсула под языком? Или в зубе? Пфф, классика, — выдохнул я, прекрасно знакомый с этим варевом для немагов.

Оно буквально на несколько секунд давало нечеловеческую скорость и силу. Увеличивало регенерацию и полностью блокировало боль. Но потом, конечно, после таких пряников следовал кнут — где-то через полчаса бандит превратится в овощ на пару-тройку часов, а затем постепенно будет приходить в себя.

Однако многие использовали зелье «берсерк» как последнее средство, когда уже совсем припирало.

— Отпусти… заплачу, у меня есть деньги, — простонал головорез, жалобно сверкая глазами.

Гонор и самомнение вышли из него вместе с кровью, сочащейся из раны на плече.

— Если будешь послушным мальчиком, то я тебя прощу. Отвечай коротко и быстро. Полиция уже рядом, смазывает вазелином дубинки для твоей бандитской задницы. Кто нанял вас? Француз? Как он это сделал? Через кого связался? Кто ваш главный?

Тот сглотнул и просипел, мотая головой:

— Нет никакого главного. Мы сами по себе. Четверо нас было в бригаде. С нами связались через интернет, дали задание, скинули предоплату — и вот мы здесь.

— Хм-м-м, опять интернет. Что за дьявольское изобретение? Вот раньше, как сейчас помню, тайные встречи под мостами, переговоры, фотокарточки… — вздохнул я, чувствуя раздражение. — Или ты бессовестно врёшь старшим, то бишь мне?

— Нет, не вру! — хрипло бросил он.

Да, судя по глазам, не врёт. Уж очень боится за свою жизнь, свободу и, возможно, задницу.

— Вставай, поможешь мне осмотреть фургон. Или вы его уже проверяли? Нашли что-нибудь? — жадно выдал я, попутно похлопав подранка по одежде.

В кармане обнаружился пистолет. Он отправился в кусты. А его хозяин кое-как встал на ноги и побрёл к машине, подволакивая ногу.

— Нет, не осматривали, — просипел головорез, тревожно прислушиваясь к нарастающему вою сирены. — Дом только проверили. Он давно заброшен. Лишь пыль, грязь и крысиное дерьмо.

— Фантики от конфет? Чеки? Окурки? Хоть что-то, что мог оставить ваш наниматель!

— Ты ищешь его? — обернулся ко мне бандит.

— И как ты, такой сообразительный, в пух и прах проиграл дедушке божьему одуванчику⁈ — саркастично выплюнул я, ткнув револьвером в сторону фургона. — Открывай и ищи.

— В доме ничего такого не было, — ответил головорез на предыдущий вопрос и следом беспокойно выдал: — А чего это я должен открывать фургон? В нём бомба? Может, сперва снаружи осмотрим его?

— Сейчас полиция приедет и поможет тебе провести осмотр, — язвительно процедил я, играя желваками. — Да нет в фургоне никакой бомбы. Не было у вашего нанимателя времени, чтобы установить её. К тому же он на вас возлагал большие надежды. Я ведь ежели бы как дурной сунулся в эту избушку на курьих ножках, вы бы меня там и положили во цвете лет.

Головорез едва не застонал, явно представив, что всё могло обернуться иначе. И что сейчас бы он уже отчитывался о хорошо проделанной работе, улыбаясь над моим окровавленным телом, распластавшимся на полу.

— Лезь в машину! И ищи всё, что мог в ней оставить ваш козёл наниматель! — поторопил я его, смахнув пот, выступивший на лбу от напряжения.

Тот поколебался немного, сделал глубокий вдох и дёрнул ручку. Дверь не открылась. Бандит с облегчением выдохнул и, повинуясь моему жесту, поднял с земли обломок кирпича. Взвесил его и бросил на меня короткий взгляд.

— Даже не думай. Башку прострелю гораздо быстрее, — процедил я. — У меня чёрный пояс по стрельбе в идиотов, возомнивших себя хитрее меня.

Головорез по привычке пожал плечами, потревожив рану. Тут же зарычал от боли и швырнул кирпич в боковое стекло. То с жалобным хрустом разбилось.

Бандит сунул руку внутрь и открыл дверь, втянув голову в плечи. Ничего не случилось.

— Открой двери салона и ищи! Ищи любую оброненную мелочь! — жарко протараторил я.

Тот кивнул и принялся за поиски, а я встал недалеко от машины, глядя через открытые задние двери в салон, озарённый лампами, загоревшимися на потолке.

Сидений не было, а пол оказался чуть ли не стерильно чистым. Де Тур явно прибирался в фургоне.

Чёрное разочарование охватило меня. Кажется, всё было зря. Вашу мать!

— Нашёл! Закатилась под переднее сиденье! — вдруг прохрипел головорез и торопливо обернулся, держа пальцами зубочистку.

Да, обычную зубочистку, и на ней могло быть ДНК де Тура, ежели он пользовался ею. Вот только зачем мне его ДНК? Чтобы выяснить откуда его предки? И до смерти огорошить его тем, что он вовсе не француз?

Всё же я поманил рукой головореза. Тот шагнул ко мне и вдруг схватился за сердце. Упал на пол салона и надсадно захрипел, пуская пузыри изо рта. Судорога принялась колотить его тело, а мочевой пузырь расслабился. В воздухе появился запах мочи.

Ставлю голову Павлушки против тухлого яйца, что бандит не притворялся. Так сыграть невозможно! Он помер, клянусь шикарной оружейной коллекцией, нашедшей приют в моём баронском замке! Что-то отравило головореза. Видимо, хитрый гад де Тур использовал в фургоне какое-то зелье: смазал им дверные ручки или нечто иное.

В любом случае головорез помер, осуждающе тараща на меня выпученные зенки, красные от полопавшихся капилляров.

Я быстро подскочил к нему и протараторил, подхватив с пола зубочистку, выпавшую из сведённых судорогой пальцев:

— Как и обещал, я тебя прощаю.

Сжав зубочистку рукой в перчатке, ринулся прочь, слыша звуки сирены. Полиция была уже рядом. Надо поторапливаться.

Я проскользнул через дырку в заборе и рванул прочь от сирены. И теперь мне этот посёлок до ужаса нравился: на улице нет людей, фонари не горят. Благодать! Никто и ничто не мешало мне мчаться во мраке. Только жирная грязь пыталась стянуть с меня кроссовки да колено начало ныть. А в остальном — красота.

К тому же прошедший бой усилил мой дар. Теперь он имел семьдесят пятый уровень.

Вскоре мне удалось миновать посёлок без каких-либо проблем, попутно придумав, как воспользоваться зубочисткой. Однако шанс на успех был не так уж и велик, но попытаться стоило. Завтра и попробую. Точнее уже сегодня. Время-то далеко за полночь. Кстати, надо бы передохнуть…

Остановившись во мраке воняющего тухлятиной проулка, вытащил телефон и включил его. Экран разгорелся, и сразу же пришло сообщение от Павла. Тот написал, что они взлетели.

— Вот и ладушки, — пробормотал я, дыша тяжело и часто.

Рука нащупала в кармане зелье выносливости. Содержимое отправилось в мой раззявленный рот, взбодрив потрёпанный организм.

Передёрнув плечами, я пошёл по асфальтированной дороге, отряхиваясь на ходу. Револьвер швырнул в ближайший канал, когда пересекал мост, выгнувшийся дугой над серо-стальной водой.

И в этот же миг пришла эсэмэска от Владлены: «?»

Я ответил: «!»

Думаю, она поймёт, что дедушка снова всех нагнул. Правда, не без труда, хотя бандиты, надо признать, были далеко не профессионалами. И где их де Тур нашёл? По объявлению на Авидо?

Усмехнувшись, свернул у церкви и продолжил путь, продолжая думать о французе. Интересно, кому он сейчас служит? Наверняка ведь кто-то стоял за демоном, благополучно умершим от моих рук. А чьи именно замыслы я рушил в тех вариантах будущего, которые видел де Тур? Его сдохнувшего хозяина, в целом демонские или конкретно француза?

Ну, я не узнаю этого, пока не отыщу де Тура. А это знаменательное событие скоро произойдёт… Предчувствие у меня такое.

Пока же я, кое-как оттерев спортивный костюм, поймал такси. Шофер, ясен пень, заметил комочки земли в моей растрёпанной бороде, но не стал спрашивать, из какой могилы я выбрался, а молча поехал по адресу.

Особняк Зверевых встретил меня безжизненными окнами. Прасковья уже спала. Так что я тихо добрался до своей спальни, принял душ и завалился спать. Ноги гудели, а сон пришёл раньше, чем голова коснулась подушки.

Правда, продлился он до обидного мало. Меня разбудило противное дребезжание, сотрясающее дом до основания.

Я резко разлепил глаза и вскочил с кровати. Дыхание с шумом вырывалось из груди, а дикий взгляд скользил по спальне, пока грубо вырванный из сна мозг пытался сообразить, что происходит.

— Дверной замок! — осенило меня.

Накинув халат, я поспешил в холл, массируя на бегу налитые свинцом веки. Внизу уже горел свет люстры, а перепуганная Прасковья открывала входную дверь.

— Зверев у себя⁈ — сразу же рыкнул появившийся на пороге капитан Георгий Францевич Юров.

Позади него возвышались два сотрудника тринадцатого отдела, в мундирах да с кобурой на поясе.

— А-а-а, вот вы где! — ликующе полыхнул глазами капитан, движением руки отодвинув Прасковью, пытающуюся пригладить всклокоченные волосы.

Юров вместе с мужчинами влетел в холл, уставившись на меня, стоящего на верхней ступени лестницы.

— Георгий Францевич, вы как-то слишком по-хозяйски врываетесь в мой дом. Это не ваш любимый бордель, — иронично проговорил я, торопливо пытаясь понять, что происходит. Судя по радостным взглядам капитана, ничего хорошего для меня.

— Игнатий Николаевич Зверев! — официально начал он, рьяно потрясая какой-то бумагой, свёрнутой в трубочку. — Вот приказ доставить вас в тринадцатый отдел! Немедленно спускайтесь! Вы поедете со мной! И даже не думайте сопротивляться, мне дозволено применить против вас любое оружие и магию.

Его светящуюся от счастья физиономию разрезала довольная усмешка. И он едва не жмурился от удовольствия, как кот, которому подали долгожданное блюдо. Юров уже видел, как привезёт меня в халате в отдел как какого-то беглого преступника.

— И вы ради такого пустяка прервали мой весёлый радостный сон, где я душил человека, удивительно похожего на вас? — насмешливо дёрнул я уголком рта, решив потянуть время.

Что-то надо делать, и срочно! Ежели капитан заявился сюда с такой помпой, значит, дело серьёзное. Может, Жанна рассказала, что я искал де Тура? Или сам француз подкинул в отдел инфу о том, что Зверев — демонское отродье? А может, и всё сразу, или совершенно что-то другое…

— Игнатий Николаевич, прекращайте острить! Это вам не поможет! Немедленно спускайтесь! — яростно пролаял капитан и следом ядовито процедил, вскинув подбородок: — Не заставляйте меня применять оружие! Со мной пара опытных оперативников! А если вы вздумаете сопротивляться, то понесёте наказание. Даже полковник Барсов не убережёт вас от него.

Да, в этом он был прав. Эту троицу трогать нельзя, хотя злорадные ухмылочки Юрова изрядно раздражали меня, как камни в почках.

— Вы должны сообщить, в связи с чем задерживаете меня, — хмуро выдал я и махнул рукой, показывая Прасковье, чтобы та покинула холл.

Та пискнула и торопливо исчезла, кутаясь в халат. Даже тапочек потеряла, но не стала возвращаться за ним.

— Я вам ничего не должен! — язвительно парировал Георгий Францевич и потряс бумагой. — Приказ подписан самим князем Корчинским. Не ожидали, Игнатий Николаевич? А я говорил, что вас выведут на чистую воду.

— Сильное заявление. Но по какой причине вы задерживаете аристократа⁈ — повысил я голос, мимолётом подумав, что, кажется, надо забыть о задании, которое князь грозился дать мне. — Это Шмидт науськал Корчинского?

— Не несите чушь! Спускайтесь сейчас же! Иначе клянусь, я продырявлю вас! — рявкнул он, положив ладонь на рукоять пистолета, торчащего из расстёгнутой кобуры.

— Дружка своего дырявьте хоть каждую ночь, а я не по вашим мужеложским делам.

Один из сопровождающих капитана сотрудников испустил смешок, мигом заслужив яростный взгляд Георгия Францевича, раздувающего крылья носа.

— Скоро вы не будете харкать своими остротами, — прошипел Юров, буравя мой лоб раскалённым взглядом. — Вас ждёт тюрьма, а меня… меня ждёт великое будущее!

— Чую, оно вас не дождётся.

— Взять его! — ударил по ушам вопль рассвирепевшего аристократа, чью руку окутал магический туман.

Мужчины двинулись к лестнице. А я замер. Скрыться или пойти с ними в отдел? Но там меня почти наверняка будут допрашивать, и не просто с использованием детектора лжи, а гораздо серьёзнее, поскольку я уже, кажется, подозреваемый. А с таким статусом в меня могут влить «сыворотку правды». И я им такого наговорю, что на два повешения хватит и столько же расстрелов.

Вот ежели бы меня вчера предупредили о визите Юрова, то я бы успел подготовиться. Благо в этом мире не знали, что существует зелье, нейтрализующее действие «сыворотки правды». Однако его надо выпить минимум за несколько часов до допроса, чтобы оно успело усвоиться. А у меня не то что часов нет… даже минутки!

Нет, всё же надо отступить, а потом в одиночку обелить своё имя.

Эх, как бы этих гадов отвлечь, чтобы выгадать себе несколько лишних секунд?

И тут словно сам боженька решил помочь своему верному паладину. На улице в утренних сумерках что-то громко затрещало, и мимо окна пролетели голубые электрические искры, будто перепутавший время года Дед Мороз врезался в провода и запутался в них.

Капитан резко обернулся, как и его спутники. А за окном продолжалось светопреставление. Мне недосуг было наблюдать за ним, потому я рванул по коридору, вспомнив о «Вампире». Если в моём доме будет обыск и его найдут… О-о-о, тогда мне точно не отмыться!

Ворвавшись в спальню, я схватил кинжал-артефакт, сунул за пояс, а потом цапнул телефон и зубочистку. Выскочил в коридор.

— Стой! — яростно заорал Юров, выскочивший из-за поворота.

Он выстрелил, целясь в ноги. Пуля прошила ковровую дорожку в полуметре от моей щиколотки, а затем капитан с гневным воплем швырнул в меня «порыв бури». Тот пронёсся по коридору, сорвав со стен несколько картин. Те грохнулись на пол, аж рамы развалились. Магия же ударилась в мой «воздушный щит».

— Всё не так, как кажется! — выпалил я и помчался в другую сторону коридора.

Капитан с воплями ринулся за мной. А я простучал тапочками по узкой винтовой лестнице и оказался перед дверью, ведущей в гараж. Мне нужны были колёса. Пешком я далеко не убегу. Сердце уже колотилось как сумасшедшее, а воздух будто стал обжигающим.

Ворвавшись в гараж, я оседлал «харлей», прекрасно понимая, что на улице меня кто-нибудь поджидает. И стрелять, судя по всему, будут без всякого стеснения, а может, и магию используют или артефакт.

Но придётся рискнуть. До меня уже долетали матюки Юрова, мчащегося с упорством, достойным лучшего применения. Он вот-вот появится здесь.

Мой потный палец нажал на кнопку пульта, открывающего ворота. Те заскрежетали и поехали в сторону. А я выкрутил ручку газа и проскочил на мотоцикле через образовавшуюся щель.

— Стоять! — выпалил мужчина, скрывавшийся в сумерках перед гаражом.

Он сразу же взмахнул небольшим серебряным черепом с двумя чёрными камнями-артефактами в глазах. Из них вылетела пара чёрных лучей, подобных лазеру.

И надо сказать, что верхом на мчащемся байке невозможно выставить «воздушный щит», не опасаясь тут же упасть, не удержав руль одной рукой…