Дед в режиме стража. Том 3

Глава 7

Напряжение в коридоре нарастало. Кажется, даже серебристый лунный свет уже не с такой охотой заглядывал в окна, а ковровая дорожка перестала тлеть. Только запах гари сгустился, забиваясь в ноздри.

Кот безотрывно смотрел на меня угольками глаз, а я держал рожу кирпичом, хотя всё внутри меня приготовилось к самому неравному бою в моей ведьмачьей жизни.

Я крайне устал, болело прокушенное плечо, тянуло шею, а в левое колено словно шило воткнули.

Против меня же монстр десятого, мать его, ранга! Да, да, аппарат в институте показал не ранг артефакта, а ранг монстра, заточенного в нём. Он во много раз сильнее той чёрной туманной летучей мыши, вылетевшей в особняке Зверевых из артефакта, принесённого подговорёнными Алексеем двумя полицейскими. Но даже та тварь едва Павла раком не поставила и чуть не убила того придурка капитана Сомова!

А это существо как минимум обладает воздействием на психику, телепортацией и поглощением энергии!

Признаться, я никогда не встречал подобных тварей, как и не видел вещей, притворяющихся простыми артефактами, вызывающими безумие, но на самом деле являющимися… э-э-э… вместилищем для монстра.

А чудище между тем оторвало от выжженного пятна толстый зад и встало на четыре лапы.

Я сглотнул, но не отступил.

— Может, ты понимаешь русский язык? — медленно проговорил я, не отрывая взгляда от багровых глаз. — Или ты всё-таки животное? М-да, наверное, так и есть. Ведь твой дом лапали все кому не лень: Игнатий, Алексей… Оба сошли с ума, но ни в кого ты не вселился. Значит, тебе нужно было либо тело животного, либо конкретно кота.

Монстр ничего не ответил. Лишь дёрнул хвостом и втянул воздух розовым носом, словно к чему-то принюхивался. Уж не гастрономический ли интерес он ко мне проявил?

— Слушай, я старик. Мясо уже жёсткое, невкусное, пропитанное канцерогенами. Я вёл нездоровый образ жизни. Наверняка сейчас болен чем-то смертельным, передающимся через кровь. Сожрёшь меня и сдохнешь в диких корчах.

Кот сделал плавный шаг, прижав уши к голове. Глаза загорелись ярче, злее. Донеслось утробное приглушённое рычание.

У меня засосало под ложечкой, а брови сдвинулись к переносице.

Кажется, боя не миновать. И если я проиграю, то мало того что помру, так ещё и опозорю весь род Зверевых. Буду лежать на кладбище под мраморной плитой с надписью: «Тут покоится Игнатий Николаевич Зверев, которого загрыз кот». Никто же не поймёт, что в животном был монстр.

А эта тварь уже припала мохнатым животом к ковровой дорожке, дёргая пушистым хвостом.

— Тише, тише. Черныш, зачем нам сражаться? Я ведь тебе тоже могу яйца отчекрыжить и хвост в баранку завернуть. Перед тобой крутой ведьмак, чьим именем волколаки пугают своих щенков. Давай я просто накормлю тебя? Ты же хочешь есть, а у меня имеется мясо. Много мяса… отличного, нежного. Ты когда-нибудь пробовал вагю? — ласково проговорил я, решив провернуть план, кажущийся то ли сильно гениальным, то ли абсолютно идиотическим.

Он был основан на том, что монстр не мог прожить дольше двух часов вне пределов артефакта-дома. А возвращаться ему точно некуда. Чёрный шар необратимо повреждён.

Так почему бы не занять чудовище в течение этих двух часов? Или, возможно, удастся договориться. Он же, по идее, должен быть хотя бы наполовину, но разумен. Всё-таки десятый ранг! А такие твари уже не на сто процентов подвержены базовым инстинктам. Да и не сильно-то он и кровожаден, иначе бы сразу напал, а не ползал на брюхе по ковровой дорожке.

— Какое-то у тебя странное поведение, — вслух произнёс я, хмуря брови. — Какой-то ты неправильный…

Кот зашипел, как проколотая шина, распахнув алую пасть с сахарно-белыми клыками.

— Ого, кажется, ты реагируешь на мои слова, но вряд ли знаешь их значение. Чувствуешь мысли? Эмоции? Хм… а вообще ты похож на детёныша… напуганного детёныша. Кис, кис, кис.

Мои мысли наполнились яркими видениями морозильной камеры. В ней некромант держал «запчасти» для своих уродцев, вроде тех, которые в лаборатории чуть не сделали мне обрезание головы.

Кот заинтересованно поднял башку и сел на задницу.

Ого, работает! Охренеть, я гений! Вот, кажется, и новая весёлая история для моих собратьев-ведьмаков рождается!

Монстр снова недовольно зашипел, видимо уловив ход моих мыслей.

Да, надо с ним держать ухо востро. Рано я радуюсь. Он может и броситься, ежели что-то пойдёт не так.

— Пойдём, не бойся, — мягко проговорил я и опять начал усиленно представлять морозильную камеру.

Кот сперва сидел на одном месте, а затем крадучись пошёл за мной, ступая неслышно, как дым от кострища.

Мы благополучно миновали этаж, спустились в подвал и вошли в морозильную камеру размером с целую комнату. Холод вцепился в мою кожу, изо рта вылетело облачко пара, а брызнувший из лампочек тусклый жёлтый свет озарил крючки с подвешенными тушами различных животных.

Возле белой стены прикорнули ящики и гудящие холодильники. Открыв один, я увидел пакеты с почти чёрной жидкостью и этикетками: свиная, говяжья, баранья…

Кровь! Да, она тоже использовалась некромантами для создания некромарионеток.

— Мяу! — жадно мяукнул кот и прыгнул на меня, растопырив лапы с вылезшими когтями.

Благо я всё это время держал ушки на макушке, так что мигом использовал «скольжение». В мгновения ока сместился в сторону от холодильника, чья покрытая наледью дверь была распахнута.

Кот пролетел по воздуху и алчно вцепился когтями в пакет с кровью, сорвал его с крепления и вместе с ним упал на припорошённый изморозью пол. Быстро разорвал клыками пакет и принялся лакать кровь, издавая довольное урчание, как получивший долгожданную дозу наркоман.

— Приятного аппетита, — сдавленно пробормотал я, чувствуя, как успокаивается сердце.

Не отрывая настороженного взгляда от кота, попятился к двери и замер возле неё. Хм, закрыть и свалить? Но монстр же вроде обладает телепортацией, так что, наверное, может выбраться из морозильной камеры, даже если я закрою дверь.

Нет, лучше не спускать с него глаз и как-то отвлечь, ежели он задумает отправиться на улицу, чтобы там грохнуть кого-нибудь. Но блин, до его смерти аж два часа — это очень долго. А я, вообще-то, в чужом особняке. Хотя до утра сюда вряд ли кто-то придёт.

Де Тур, скорее всего, заляжет на дно после сегодняшних событий. Он явно считает, что им уже занялся тринадцатый отдел. Ему невдомёк, что мне не с руки рассказывать полиции или тринадцатому отделу о его покушениях на мою жизнь. Почему? Да потому что я не понимаю, что ему известно обо мне. Вдруг он ляпнет полицейским нечто такое, что нарушит все мои планы? Придётся самому искать его, трясти за грудки и выбивать все ответы.

Пока же я пожевал губы, глядя на кота. Тот уже занялся вторым пакетиком. И кажется, ближайшее время его будет полностью занимать лишь дармовая кровь, как завзятого алкоголика, забравшегося в магазин с элитным бухлом. Надо этим воспользоваться. Уберу-ка я из лаборатории капли моей крови, оставленные там во время боя. Не надо плодить улики.

Поправив перчатки, я открыл дверь лаборатории, расположившейся тут же в подвале точно напротив морозильной камеры. Из неё хорошо был виден кот.

Постоянно держа его в поле зрения, тщательно стёр уже подсохшую кровь, попавшую на стену и пол. А потом отсёк голову мертвяку, укусившему меня во время боя. У него во рту явно остались следы моей крови. Башку сунул в валявшуюся здесь свою же сумку, повесил её на плечо и открыл потайную полость в полу. Конечно, в ней меня ждала лишь пустота. Француз всё перепрятал. Эх, как жаль!

Не солоно хлебавши, вернулся в морозильную камеру.

Кот уже вальяжно цедил пятый или шестой пакет с кровью, раздувшись, как шарик. Он встретил меня осоловелым взглядом, даже хвостом махнул, будто благодарил за предоставленный шведский стол.

Я изобразил шутливый поклон и зашипел из-за боли, пронзившей уже порядком поработавшую сегодня поясницу. Присел на корточки, потирая спину.

Мой взгляд сверлил кота, а внутри теплилась надежда, что всё закончится хорошо. Авось монстр не бросится на меня, а благополучно сдохнет уже через… э-э-э… час, если верить телефону.

Однако этот час я провёл как на иголках, наблюдая за котом. Тот за это время выпил ещё пару пакетов и, свернувшись клубочком, спокойно продрых на полу на белом морозном налете ровно пятьдесят семь минут.

Он будто совсем не боялся, что я атакую его. А мне в голову довольно часто приходили такие мысли. Но всё-таки десятый ранг… там такая живучесть, что ого-го! Лучше дождаться, когда он сам исдохнет и поймать его душу. Вот это будет улов!

К сожалению, оставался шанс, что Черныш воспользуется телепортацией и исчезнет. Тут уж я вряд ли что-то успею сделать. Разве что брошу в него магию, прерывая телепортацию и начиная неравный бой.

Внезапно кот открыл красные зенки, зевнул и лениво подошёл к покрытому изморозью шнуру, тянущемуся от холодильника к стене. Острые клыки впились в оплётку, а я рефлекторно вжал голову в плечи.

Холодильник перестал гудеть, а из шнура во все стороны брызнули злые багровые искры. Они опаляли плоть кота, но та регенерировала с поразительной скоростью! Монстр даже не обращал внимания на эти мелкие неудобства! Он с увлечением грыз шнур заднекоренными зубами, будто тот был всего лишь толстым стеблем травы.

— Мать честная, — удивлённо пробормотал я, покачав головой. — Это у тебя десерт такой? Ты решил полакомиться электричеством — это ведь просто форма энергии, а ты, ещё будучи в чёрном шаре, любил её. К слову, ты мне должен один комп и часы. Но ладно, прощаю, так уж и быть.

Кот никак не отреагировал на мои слова. Пожевал шнур и уселся на задницу, глядя на оставшийся в холодильнике пакет с кровью. Мясо его не интересовало. Прям вампир какой-то… и не только хрестоматийный, сосущий кровь, но и энергетический…

Даже стало немного жаль, что через минуту этот уникальный монстр помрёт.

— Ну, прощай, — проговорил я, сверившись со временем на телефоне.

Кот с ленцой вопросительно посмотрел на меня, закрыв один глаз.

Мои брови нахмурились, а через пару минут поползли к волосам. Ещё спустя пять минут они уже добрались до затылка, поскольку Черныш всё так же восседал в морозильной камере, будто забыл умереть.

Он вдруг дёрнул ухом и пропал, словно его обвели карандашом и вырезали из реальности. И я голову даю на отсечение, пусть и не свою, что это была телепортация! Он ни хрена не умер! Душа так и не появилась!

Вашу мать! Неужели он сродни паразитам Павлова, не дохнущим за пару дней нахождения в этом мире? Зараза! Нет, кот-то помрёт, только вот где? Куда он успеет добраться? Как его найти?

Пожри меня дракон, кажется, я лишился души десятого ранга! Прям чёрная полоса какая-то! Пора надевать траурные одежды. Или нет? Может, Черныш вернётся? Я же накормил его и вроде как даже нашел общий язык.

Скептически вздохнув, решил, что пора заняться другими делами. Забрал из лаборатории свои видеокамеры и быстро прошёлся по дому, расставляя их по разным комнатам. Попутно всё-таки попытался найти кота. Но тот, как мне и думалось, перенёсся куда-то за пределы особняка, а может, вообще в другой город или страну.

Надеюсь, Черныш хотя бы людей не будет убивать. Он вроде не особо агрессивный и кровь животных пришлась ему вполне по вкусу. Да и напился он её уже вдоволь.

Тем не менее надо будет всё равно предпринять кое-какие меры, чтобы обезопасить людей. Придётся включить в игру ещё одного человека, но я и так рассчитывал к ней обратиться.

Вздохнув, я через крышу покинул особняк, подавив в себе страстное желание порыться в нём, выискивая секреты де Тура. На это нужно время, а его у меня нет. И так два часа потратил на наблюдение за котом, но от него нельзя было отходить. А вдруг бы он удрал на улицу, где напал бы на кого-нибудь?

На улице, кстати, меня встретили лишь лёгкие порывы мокрого ветра и лужи, отражающие бледный диск луны.

Я сгорбился, поглубже натянул капюшон и пошёл прочь, стараясь держаться подальше от освещённых мест и запутывая следы.

Вскоре выбросил голову уродца в канализацию. Окровавленная одежда, перчатки и маска отправились в сумку, а обратным путём проследовал лёгкий серый плащ. Застегнул его под самое горло и на следующем повороте взмахом руки поймал такси. Проехал несколько кварталов, заплатил наличными и вышел на перекрёстке. Подождал, когда такси уедет, и спустя пяток минут остановил другое.

Жёлтая машина мягко затормозила около тротуара, освещая фарами безлюдную улицу.

Я открыл заднюю дверь, вдыхая запах угарного газа, как вдруг позади меня раздался женский возглас:

— Помогите!

Резко обернулся и увидел неуклюже бегущую ко мне пухлую размалёванную блондинку средних лет в коротенькой кожаной юбке, вызывающе обтягивающей задницу.

— Давай, Танька! — подбодрила её шатенка, вышедшая из подъезда вместе с парой пьяно хохочущих мужчин далеко за тридцать.

Я уже смекнул, что произойдёт дальше, потому уселся в такси, закрыв дверь.

Но блондинка резко открыла её и развязно затараторила, изрыгая густой аромат алкоголя:

— Благодарю, папаша, что поймал для меня такси. А теперь на выход. Сделал доброе дело, гуляй смело!

Она захохотала, запрокидывая голову с сожжёнными краской волосами.

— Дамочка, отпустите дверь, мне нужно ехать, — с напором произнёс я, показывая водителю, чтобы тот вдавил педаль газа в пол.

Но тот лишь судорожно сглотнул, глядя на красных от алкоголя мужчин. Те красноречиво махали ему руками, мол, даже не думай уезжать. Их он боялся больше, чем меня, ведь я сейчас вообще не производил впечатление дворянина.

— Выметайся, дедок! — сунула голову в машину блондинка, перейдя на визг, который должен был устрашить меня. — Ты чего, слов не понимаешь⁈ Ишь, какой деловой выискался! Куда ты, мля, торопишься? На тот свет?

— Танюха, отойди, я сейчас с ним поговорю! — с ухмылкой выпалил один из подошедших мужчин, притащивших на буксире вторую девку.

— Ну держись, сморчок, — нехорошо улыбнулась блондинка, показав золотой зуб. — Давай, Петька, растолкуй этому мухомору, как надо с настоящими дамами общаться.

«Настоящая дама» поправила лохмы и выпрямилась. Попутно игриво ойкнула, получив ладонью по заднице. Пётр хохотнул и сунул багровую рожу в машину.

— Бог ты мой! — выдохнул он, изменившись в лице. Оно стало стремительно бледнеть, а челюсть отвисла.

— Нет, не бог, но немудрено перепутать. Я ведь тоже воскресал.

— Петька, какого хрена⁈ — недовольно пропыхтела Танюха, нависая над согнувшимся мужиком.

Тот судорожно сглотнул и протараторил давшим петуха голосом:

— Добрейшей вам ночки, господин Зверев! А я ваш преданный фанат. Вот это… значится… культурно отдыхал. Да это… Танюха она это… перебрала… Вы уж простите её великодушно, молю. Я сам накажу её. Вот сейчас и накажу. Вы только зла на нас не держите…

Танюха, кажется, даже дышать перестала, смекнув, что господин Зверев — это серьёзная величина, раз её Петька лебезит перед ним.

Другой мужичок вообще испуганно икнул и потащил свою спутницу прочь. Будто просто мимо проходил и не имел никакого отношения к Танюхе с Петькой. А тот выпрямился, торопливо захлопнул дверь и тут же попытался дать леща подруге. Но та с неожиданным проворством увернулась и помчалась по тротуару. Мужик бросился за ней.

И что-то мне подсказывало, что для них здоровые семейные отношения — это пинок под зад сыну и тумак для жены, а в праздник — всего лишь пощёчина. Вот такие у меня фанаты…

— Куда едем-то? — прорезался виноватый голос водителя.

Я назвал адрес Котовой, после чего шофер кивнул, погнав автомобиль по ночной Северной Пальмире. Замелькали уличные фонари и немногочисленные машины. На Неве промелькнул кораблик с танцующей на палубе компанией, во всё горло подпевающей хиту русского рока.

А уже совсем скоро я вышел возле сиреневого цвета особнячка и поднялся на второй этаж. Постучал, досадливо зашипев. Надо было Котовой заранее позвонить.

— Кто там? — донёсся напряжённый голос из-за двери.

— Зверев.

— Ох! — удивлённо охнула Евгения и заскрежетала замком.

Дверь открылась, явив моему взору рыжую кудряшку всё в том же халате, но уже с сонной мордашкой и изумлённо хлопающими глазками.

Она прошлась по мне взглядом и вдруг весело усмехнулась:

— Игнатий Николаевич, надеюсь, вы под этим плащом не голый?