Долг человечества. Том 3

Глава 7

Минуло около пятнадцати минут как девушки ушли. Я сидел спиной к одной из стен, реальных, конечно же, а сам вглядывался сквозь полупрозрачную пелену иллюзорной скалы вверх, туда, где эти твари, все еще многочисленные, выискивали нас и размышлял.

Значит, что я могу сделать. Я могу призвать лягушонка, наделить его внешне характеристиками огромной и ужасной твари и отправить его бегом вниз. Пусть разворошит это гнездо и перепугает сколопендр, вдруг сработает. Хотя, что-то мне подсказывает из опыта прошедшей битвы, что чувства страха или инстинкта самосохранения сколопендроморфы начисто лишены. Это же чёртовы насекомые.

Могу сделать так, чтобы мое копье сияло с силой в пару миллионов люменов. Зрительная иллюзия, факт, но вспышка будет такой, что она вполне могла бы обрести физические характеристики и лишить ползучих гадов зрения. Хотя я не уверен насчет этой идеи, как, впрочем, и во всех остальных. Тяжко быть первопроходцем.

Могу попробовать скрыть иллюзией нас. Ведь, иллюзия существования отсутствия возможна? Грубо говоря, я загадываю сделать так, чтобы внешне человек, вот например Боря, просто исчез. Аналог невидимости Кати, только другим способом. Ограничений ведь нет? Цитата — созданных воображением заклинателя. Ну, прости, друг, возможно будет щекотно.

Использовав магию, я пожелал скрыть наше присутствие от глаз. Но сработало это, к сожалению, только на одежду. Она приобрела полупрозрачную форму, что свидетельствовало о том, что для наблюдателя мы сейчас голые. Чертовски странная ситуация, и я, поняв, что совершил глупость, тотчас развеял эту попытку.

Значит, на живых все-таки не работает эта магия, хотя и не было какого-то ограничения в описании. Полагаю, это справедливо почти для каждого навыка, что предлагает нам система в лице этих уполномоченных за нами приглядывать. И это логично, иначе та же Варя, вместо того, чтобы швыряться огненными шарами, могла бы поджаривать врагов изнутри. Или, если бы у неё был водный навык, могла бы обезвоживать абсолютно любого противника, за исключением может каких-нибудь големов, если они конечно существуют.

Ведь даже взять людей. Процентное содержание воды в организме, — это хоть и динамический показатель, но чертовски большой, от пятидесяти до семидесяти пяти процентов. Заморозить эту воду или вскипятить — итог один. Труп.

Так со всеми навыками. Можно придумать вариации применения к каждому, причём такие, что это стало бы смертельно опасно. Про своё разложение и не говорю. Одно применение и любой человек, хоть это даже закованный в броню двухметровый воин с двуручником, превратится в набор химических элементов. Кислород, углерод, водород, азот, кальций, цинк, медь, йод, фтор и ещё немного микроэлементов в совсем микроскопических пропорциях.

Тишина, волны этих стуков и шумов почти перестали доноситься до нашего укрытия. Стих бесконечный топот мириад лапок сколопендр. И глазами я тоже никого не вижу, несмотря на то, что единственный источник света — это одна кладка-гроздь у противоположной стены. Я, осознав, что бой закончился не только фактически, но и формально, ощутил невероятную тяжесть сегодняшнего дня.

Интересно, как там Ульяна? Справляется ли? Выпадают ли на ее долю такие испытания? Какой класс она выбрала? Может, целительницу, или заклинателя, как я? Хотя, зная ее пылкий и боевой характер, не удивлюсь выбору какого-нибудь бойца.

Так, что-то я не о том задумался. Неужто чутье подсказывает мне примириться со своим существованием, вспомнить близких и готовиться рассматривать корни ромашек оставшуюся вечность? Ну уж нет. Я поперек горла каждой гадости ползучей встану, не дождетесь!

Заставив себя думать рационально, а не поддаваться волнам тяжелых измышлений, я прикинул свои перспективы. У меня астрономическое количество как очков обучения, так и очков достижений. Зная шаг стоимости в пять пунктов для каждого нового уровня и уровня навыка, могу предположить, что где-то начиная с пятнадцатого, край двадцатого уровня, скорость прокачки невероятно сильно замедлится. На каждое повышение будет требоваться сотни очков. А это больше, чем все, что мы добыли за первую неделю.

К тому же, никто не гарантирует, что повышения после десятого уровня не изменят прогрессию. Пока что шаг в пять единиц, но меня терзают смутные сомнения, что так оно и останется, иначе было бы слишком просто.

Думал я об этом только потому, что у меня сейчас выдалась минутка, когда я мог бы пустить очки в дело. Не самая комфортная минутка, но что поделать — жизнь в принципе штука сложная. Значит, трачу свои девяносто пять очков обучения для нового уровня. Посмотрим, что за навык мне достанется. И фиксирую остаток — двести сорок три пункта.

Перед глазами появилась уже привычная надпись. Поздравляем, да-да, в соответствии, ага. Фоном отметил её в сознании, концентрируясь на главном.

Получен десятый уровень.

Давай, рулетка, не подведи!

Вперился глазами в предлагаемый набор навыков, вычленяя самое важное.

Воздушный пузырь, позволяющий игнорировать едкую воздушную среду и дышать под водой. Хороший навык, я сразу же придумал ему массу применений, причем одно из них напрашивалось уже в ближайшее время, когда мне потребуется вытопить аммиак, чтобы выделить летучую азотную кислоту. И еще более убойную серную. Но пока отложим, ведь даже школа неподходящая. Поглядим дальше.

Дальше интересно. На расстоянии до пятнадцати метров можно сделать кого-то слепым или глухим на выбор, но никогда одновременно. Причем, отдельной припиской значится, что на живых вполне себе работает, а это важно. Но школа… некромантии? Серьезно, тут и такое есть? Можно ждать зомбиапокалипсис? Ходячих скелетов? Светящихся на солнце вампиров? Костяных драконов? Или это аналог школы Вуду? Пожалуй, я бы хотел держаться в стороне от темной магии.

Впрочем, в купе с заклятиями иллюзии, которые я планирую развивать, можно устроить кому-то неугодному локальный ад и депривацию. Делаешь противника глухим, а затем иллюзией генерируешь серию вспышек перед глазами и готово. Он совсем беспомощен.

А третий навык был из школы трансмутации, и он мгновенно меня заинтересовал. Но непосредственное описание, на первый взгляд, оказалось разочаровывающим. Я могу уменьшить фактическое количество своих ячеек инвентаря, чтобы перенести их в реальность в виде сундучка. Девять ячеек на первом уровне могу перенести. И, раз объект появляется в реальности, доступ к нему могут получать и другие, но мысленной командой могу сделать его постоянно закрытым для всех, либо для некоторых.

Итак, выбор — навык, который позволит мне дышать в ситуации, когда дышать нельзя, навык контроля врагов, чтобы давать себе преимущество в бою и утилитарный навык, применение которому я сходу придумать не могу.

Но, вопреки очевидной полезности первых двух, я выбираю третий навык. Во-первых, чуйка. Я найду ему применение, и буду постоянно использовать. Во-вторых, он из категории «Трансмутация», что автоматически делает его подходящим для меня. Каких-то очевидных выгод выбор своей родной школы навыков мне не дает, но я верил, что это даст мне преимущество в будущем. Вопрос закрыт. Пора брать двенадцатый уровень.

Из имеющегося у меня банка очков трачу еще сто пятнадцать. Прогрессия бессердечна… И, вопреки ожиданиям, я не получаю двенадцатый! Шкала прогресса заполнена примерно на восемьдесят процентов. Зараза, все-таки прогрессия выросла! И, могу предположить, что еще на пять пунктов. Если так и продолжится, так действительно никаких очков не напасешься.

Начинаю мысленно отсчитывать очки и считать их поштучно. До двенадцатого уровня не хватило пятнадцати, что означает, что шаг действительно вырос ровно на пять единиц. Это плохо, но терпимо. В запасе остается еще сто тринадцать. На четырнадцатый этого уже не хватит, значит, будем развивать навыки.

Но сейчас разберусь с еще тройкой новых — вдруг, мне повезет выкрутить что-то мега-полезное?

Все три навыка — пассивные. Вот так случайность, ведь я за все свои предыдущие уровни видел такой навык всего лишь один раз, да и тот был не слишком-то для меня полезен! Признаться, он был настолько невзрачным, что я даже не запомнил конкретно, для чего он нужен.

Первым пассивным умением система предложила мне устойчивость на льду. Круто, но я выжить пытаюсь или в фигуристы или хоккеисты затесаться? А система точно подбирает навыки исходя из предположений на основе личности и опыта того, кому эти навыки предлагает? Помнится, именно так наблюдатели преподнесли эту систему, как нечто, что выявляет сильные стороны или задает вектор для развития. Но хождение по льду? Класс.

Вторым пассивным навыком мне предложили улучшение физических характеристик моего тела. Якобы, быстрее, выше, сильнее. В моей ситуации, похоже, вариант безальтернативный, но ради чистоты и объективности выбора глянул и на третий.

И он — полный антипод второму. То есть, улучшается ряд моих магических возможностей, снижается нагрузка и улучшаются возможности. Какие, непонятно… Конкретики, как обычно, ноль. Зараза… И вот я теперь и не знаю, что выбрать. С одной стороны, сила и выносливость мне понадобятся вот прямо совсем скоро, когда друга, весом сто двадцать кило, придется тащить в гору и не шуметь при этом. С другой, в этом случае я пожертвую своим магическим потенциалом, и возможно никогда больше не получу такое предложение. А я опираюсь на магию в… девяносто девяти процентах случаев?

Да и опять же… Я не самый большой и сильный в мире человек и сомневаюсь, что навык превратит меня в аналог сверхчеловека. Даже с ним, всегда найдутся люди сильнее и быстрее. А я всегда считал, что развивать нужно в первую очередь сильные стороны, чтобы быть выдающимся специалистом, пусть и в довольно узком ключе. И как я уже знаю, местная магия мне неплохо даётся.

Таймер неумолимо клонился к отметке с последним десятком секунд, а я все еще не мог решиться, что выбрать. Главным образом я размышлял над тем, что получу и потеряю, выбери я что-то одно. Перспективы или надежность? Польза в моменте или потенциал в будущем? Синица, журавль…

К чёрту всё это!

Беру магический потенциал, ведь именно его я и развиваю, а всякие там телесные практики оставим фанатикам и прочим воинам.

Голова беспощадно заболела, едва я скрыл с поля зрения все эти окошки. Но, вместе с головной болью, я почувствовал, как подступающее магическое истощение отступило, освободив мое сознание и тело для новых свершений.

Сто тринадцать пунктов в запасе. Распылю их понемногу, ведь с усложнением прогрессии расход очков идет все безжалостнее. Подниму импульс, иллюзию и лягушонка до третьего уровня. Оставшиеся тридцать восемь теперь ни туда, ни сюда, но и неважно это. В будущем, надеюсь, я смогу снова быстро пополнить их количество. Ведь скопендроморфов и яиц в пещере полно, нужно лишь научиться правильно сражаться.

Импульс, как сказано в описании, теперь менее трудозатратен и позволяет искривлять векторы сильнее. Это — отличнейшее улучшение, которому я наверняка найду множество применений. Вероятно, даже ранее обсуждаемый нами с Варей полёт станет возможным. И, что гораздо важнее, это трудозатраты. Я очень боюсь этого навыка, ведь он реально как существо из детской книжки про школу волшебников, просто выпивал из меня все силы. Надеюсь, сейчас расход энергии будет меньше на какое-то ощутимое значение. А учитывая пассивный навык магического потенциала, я верил, что мне теперь будут открыты реально новые возможности.

Иллюзия получила не просто внешнюю функцию создания несуществующего, а еще и звуковую. Что сразу же выводило этот навык чуть ли не на вершину моего личного хит парада. Сколько чудесных идей с этим можно провернуть — ни счесть. Ну и устойчивость подросла, что бы это ни значило. Вероятно, мои иллюзии, едва я научился ими пользоваться, станут еще более реальными.

А вот описание лягушки не изменилось совсем. Я даже несколько раз перечитал — все тоже самое, как будто и не улучшал навык вовсе. Ну ничего, вернусь в лагерь, вызову его повторно и прогоню по чек-листу, как я делал это ранее. Возможно, просто функционал слегка расширился, и теперь он сгодится не только на вязание веревок.

— Ху-у-ух… — Шумно выдохнул я, отпуская тяжелые раздумья. Нет, выбор навыков сам по себе не трудный, как правило, но то, что я должен выбрать и оценить перспективы каждого и уложиться при этом в три минуты — вот это выматывало.

Мой вздох не остался незамеченным. Борис, спящий рядом, проснулся.

— Шеф?.. — Предпринял он попытку подняться, чтобы сесть.

— Лежи, дуралей, не дергайся. — Остановил я его. — Наберись сил, скоро мы с Катей вытащим тебя.

— А где… где все? — Обвел он полутемную пещеру, в которой мы все это время прячемся.

— Я отправил девочек наверх. Катя, пока ты был без сознания, научилась укрывать под полог невидимости не только себя, но еще и союзников, согласных на это. Так и родился план по спасению. Скоро она должна будет вернуться за нами, полагаю, еще максимум полчаса. — Негромко я объяснил ему обстановку, и в целом решил говорить с ним, раз уж он проснулся, чтобы парень не чувствовал себя так скверно.

— Это… хорошо, да? — Вяло и слабо спросил он, скорее просто для того, чтобы не молчать.

— Это отлично. Скоро будем в лагере. Как самочувствие? — Вовлечено поинтересовался я.

— Спина и голова болят, тошнит сильно и пить хочется. Ой… — Воскликнул он и перевернулся на бок, исторгая из себя завтрак. Похоже, его голове досталось больше, чем я думал. — Прости, шеф…

— Ничего, всё будет нормально. Но у тебя похоже сильное сотрясение. Это поправимо, кризис миновал. Я в тебя лечебное зелье влил, как оно, хоть чуть помогает? — Отвлек я его от казуса, а сам при этом полез во вкладки магазина за чистой питьевой водой.

— Мне было сильно хуже. Спасибо, ты спас мне жизнь. — Потянулся он рукой вытереть себе рот, и запоздало обнаружил, что мантии и кожаного доспеха на нем больше нет, и он лишь прикрыт меховыми накидками. — А что с моей одеждой?

— Не только я. Все старались тебе помочь. Не думай об этом, потом поблагодаришь, когда очнёшься. Вот, попей, небольшими глотками. И вот тебе тряпочка. — Протянул я ему кувшин и отрез чистой ткани из инвентаря, которые я использовал ранее. — А насчет одежды, тут все просто, она была насквозь мокрой после озера. Не хватало тебе еще пневмонию подхватить, так что я уничтожил ее, но сейчас присмотрим тебе новый комплект из магазина. Очков теперь хоть отбавляй.

— Ого… — Воскликнул он, принял у меня предложенные ему воду и ткань, но взгляд его сейчас был сфокусирован на внутреннем системном меню. — У меня вклад вышел всего в одиннадцать процентов… Опять я самый неумелый.

— Брось ты это, ты сегодня столько ожогов от кислоты вылечил, что система должна была тебя гораздо щедрее наградить. Но, зараза, она считает только убийства. — Посетовал я на несправедливость, которую мы уже обсуждали когда-то.

Мысленно я прикинул, что около шестидесяти очков здоровяк заимел. И, пока суть да дело, ему бы их раскидать, вдруг что-то полезное выпадет, но я сомневался в том, что ему сейчас есть дело до прокачки.

Боря провел пухлой ладонью в ссадинах по своему лысому черепу с ужасающей прижженой раной от лба и дальше, за висок, и задумчиво на меня посмотрел.

— Да, тебе пришлось экстренно прижигать рану. Волосы частично сгорели, так что Катя их убрала. — Объяснил я.

— Мне было восемнадцать, — внезапно начал он рассказ, — я тогда только-только в университет поступил. Думал в армию заберут, потому уже готовился, налысо брился, и даже привык. И тогда самая красивая девочка с потока филологов сказала, что я с лысиной выгляжу брутально. В армию меня не взяли, телом рыхлым не вышел, да и родители были против, говорили, что служение в армии противоречит идеям Бога.

— Тебе и правда идет. А то ты все время с горшком ходил своим. — Хмыкнул я.

— Родители говорили вообще себе гуменцо выстричь. Но я кое-как отбился, говорил, что меня колотить за это будут. — Слабо улыбнулся Борис.

— Гуменцо? Что это? — Вскинул я бровь, впервые услышав это слово.

— Ты знаешь, просто название не попадалось. Это когда у мужчины темечко выбрито. Так что мы сошлись на том, что буду носить горшок, но темечко мое трогать не дал. — Объяснил он, и я заметил, что разговор пошел ему на пользу. Мутные и белесые глаза стали более цепкими, сконцентрированными. Сложно объяснить, но по человеку видно, когда его глазам возвращается ясность. Блестят больше, что ли.

— А ты не рассказывал, что у тебя родители такие набожные. — Удивился я.

— Сейчас это не в почете у молодежи. Я скрывал, но, а вообще я церковно-приходскую школу заканчивал, все молитвы наизусть помню. Ты бы знал, как мне тяжко было, мало того, что старомодный, так еще и сын дьякона и послушницы. — Он во второй раз предпринял попытку подняться в сидячее положение, и в этот раз я не стал его останавливать, только помог.

Усадив Бориса у противоположной стены, я подумал о том, что навык иллюзии мог бы дать мне возможность изменять и создавать ложные запахи, а не звуки. И с проблемой Бори следовало бы разобраться, так что я просто разложением уничтожил то, от чего желал избавиться, и засыпал все это землей в углубление. Вот так будет комфортнее нам тут сидеть, в стесненных условиях.

— На бога надейся, но сам не плошай. — Выдохнул я, понимая, что господь, если и приглядывает за нами, то вмешиваться точно не собирается.

— Это верно… А что с…? — Он поводил рукой вдоль иллюзорной стены и коснулся ее, и она мгновенно исчезла, открывая наше убежище!

Я переполошился, моментально загадал такую же стену, подорвался на две ноги и тут же вынул из инвентаря копье. Потому что сколопендроморф, сидящий неподалеку, возле кладки, нас увидел! Стена появлялась, когда я ее загадывал, но существо четко знало, что ее там нет. Оно стало наблюдателем! Боря, не зная, что я спрятал нас за иллюзией, стал наблюдателем! Не получается!

— Берегись! — Рыкнул я и приготовился сражаться.

Плевок кислоты я смог предугадать, ощущение опасности сработало как надо, и я отвел корпус в бок, а затем рывком выскочил из пещеры, где сидел Борис, вступая в схватку.

Мне нужно всего лишь разорвать дистанцию, уклониться от еще одного плевка и упрочненным всеразрезающим копьем поразить насекомое. Это солдат, не рабочая особь, так что можно ожидать сюрпризов. Но мы немало их сегодня уничтожили, пусть и не разбирая, кто где.

В трех шагах до цели я пропустил мимо себя еще один плевок, а затем резко выкинув руку вперед, заколол тварь, нанизав ее на древко. Глубже, чем хотел, потому с силой сдернул, импульсом выдирая существо с желтыми внутренностями, которые новогодней гирляндой потянулись следом за отлетающим сколопендроморфом.

Мигом оглядевшись, я вернул стену, прячущую Бориса, а затем создал источник звука на нескольких этажах ниже, все той же иллюзией. Услышанный ранее мной писк, когда существо из их роя погибает, теперь разносится эхом по всей пещере. Я зациклил его внизу, а сам, дабы не стать их обедом, прильнул к стене, в самую тень, и замер, не двигаясь.