Его одержимость

Глава 30

По дороге до университета мы едем молча, потому что меня, честно говоря, клонит в сон после перенесённого с утра оргазма.

Кажется, словно все мышцы в моём теле расслабленны, как после часового сеанса массажа. Это очень необычное ощущение.

Но самое необычное это то, что я сейчас сижу в пол оборота, и смотрю на Костин профиль, до сих пор чувствуя при этом, что недавно он был во мне.

И дело даже не в саднящей боли между ног. У меня внутри до сих пор остаётся чувство наполненности, как в тот момент, когда Костя вошёл в меня.

От этих мыслей я снова густо краснею и, выровнявшись на сидении, отвожу глаза в сторону, стараясь подумать о чём- то другом.

В памяти всплывает Костин утренний телефонный разговор. Я знаю, с кем он говорил. И мысль об этом не даёт мне покоя уже несколько часов.

— Костя, — повернувшись, смотрю на мужчину, до конца не уверенная, могу ли я задавать ему вопросы. — А ты по телефону сегодня… ты с Ольгой разговаривал? Просто… ты кричал, и…

— Она к тебе больше не подойдёт, — отрезает, перебив меня на полуслове. — Ты вообще её больше не увидишь, так что расслабься.

Не скажу, что я не рада перспективе никогда больше не видеть Стрельникову, но, честно говоря, мне не по себе от того, как Костя с ней разговаривал.

— Я не хотела ничего плохого, — шепчу, опуская взгляд к своим сцепленным в замок рукам. — Просто… мне кажется, она в тебя влюблена и… тебя ко мне ревновала.

— Она в бабло влюблена, Лера, — пренебрежительно фыркает, включая поворотник и заруливая на парковку возле университета. — Вобщем-то я всегда это знал, но не думал, что Оля настолько дура, что рассчитывала со мной на какие-то отношения.

Костя паркует машину на стоянке и поворачивается ко мне лицом, глуша мотор.

— Мы знакомы с Ольгой уже очень много лет, Лера. И я уже говорил тебе, что спал с ней, — говорит спокойно, а у меня в этот момент в груди начинает неприятно шкрябать. Но я изо всех сил стараюсь сохранить расслабленное выражение лица. — Это ничего не значило. Ни для меня, ни для неё. Формат, удобный нам обоим, потому что я не хотел заводить долгосрочных отношений, а Ольга была не против секса без обязательств. Но видимо на обязательства она, всё же, рассчитывала рано или поздно.

Чернов говорит это с таким хладнокровным выражением лица, что мне становится не по себе. Внутренности начинает потряхивать и за рёбрами расползается холодное чувство безотчётной тревоги.

— А я? — спрашиваю дрожащим голосом, отводя взгляд в сторону, потому что боюсь смотреть мужчине в глаза. — Со мной вчера это тоже было… без обязательств?

Замолкаю и вся внутренне сжимаюсь, у себя в голове уже тысячу раз отругав себя за этот вопрос. Зачем я спрашиваю о подобном? Это выглядит так, как будто я навязываюсь. И если Костя переспал со мной, не придавая при этом никакой значимости произошедшему, как с Ольгой, то я буду выглядеть полной дурой.

Тем более он сам сказал, что думал, я не девственница…

Чернов ловит пальцами мой подбородок и поворачивает к себе лицом.

— Ты должна была уже понять, что с тобой я никогда ничего не делаю без обязательств, Лера.

Мужчина выходит из машины, открывает мне дверь и протягивает руку, помогая вылезти из джипа.

На площадке перед университетом столпилось много людей, но Костю, кажется вообще не смущает чужое внимание, потому что как только я оказываюсь на улице, он тут же кладёт руки мне на талию, прижимая к себе.

— В своей комнате ты больше спать не будешь, — говорит, за подбородок задирая мою голову вверх. — Я перенесу твои вещи в свою спальню. С сегодняшнего дня она наша. Надеюсь, это достаточно понятно отображает моё к тебе отношение?

Киваю, чувствуя, как в груди в тот же момент становится очень тепло, как будто у меня за рёбрами разливается что-то горячее. Не обжигающее, а греющее меня изнутри.

«Наша». От того, как Чернов произносит это слово, внутри у меня всё переворачивается и трепещет.

«Наша спальня». Теперь мы с ним не просто живём в одном доме, мы живём вместе. Костя мой мужчина, а я его женщина.

— Мы теперь вместе? — спрашиваю дрожащим голосом, просто потому что очень хочу, чтобы он произнёс это вслух. — Официально?

Но, судя по всему, мой вопрос кажется Косте забавным, потому что он ухмыляется в ответ, как только я его задаю.

— А ты этого хочешь?

Густо краснею, когда мужчина отвечает вопросом на вопрос.

— А ты разве сам не понимаешь? — опускаю голову и отвожу глаза в сторону, но Чернов обхватывает ладонями моё лицо и снова поворачивает к себе.

— Скажи, Лера, — требует, крепко держа меня в своих руках.

Ненавижу, когда он так делает. Я спросила, потому что хотела услышать эти слова от него, а в итоге он всё вывернул так, что отвечать должна я. Чернов даже сейчас остаётся самим собой.

Вся аура, витавшая надо мной с сегодняшнего утра, рассеивается. В груди больше не греет, а жжёт от гнева, и гортань сводит спазмом, потому что Костя ведёт себя как всегда. Неужели так сложно было просто ответить на мой вопрос? Пусть на его взгляд это глупо, но разве он не понимает, что это очень важно для меня?

— Хочу, — выдавливаю из себя, чувствуя, что начинаю злиться.

Тряхнув головой, освобождаюсь от Костиных рук, сжимающих моё лицо. Единственное, чего я желаю в данный момент, это побыстрее зайти в университет.

Но мужчина ловит меня за руку в тот момент, когда я уже собираюсь уйти.

— Ну тогда с этого дня, ты это больше не снимаешь.

Засунув руку в карман брюк, Чернов достаёт оттуда маленькое золотое колечко и, не успеваю я опомниться, как оно оказывается на моём безымянном пальце.