Его звали Тони. Книга 12

Глава XXIV

Семь. Шесть. Пять.

На экране внутри шлема бежали те же цифры, что озвучивал голос. Красным, по самому центру, поверх всех остальных данных.

Бежать было некуда. И это не потому что я сдался. Просто непонятно ведь, что именно сейчас рванёт. Реактор? Топливный контур? Гравитационная компенсация? Может это вообще система вентиляции, и нам перестанет поступать воздух. Без понимания угрозы любое направление — русская рулетка с закрытыми глазами. Поэтому я остался на месте.

Наёмник тоже стоял. Потом медленно, словно не веря самому себе, поднял руки. Стволы пушек смотрели в потолок.

Четыре. Три.

— Вылезти я всё равно не смогу, — голос из динамиков его доспеха. — Кабину заклинило. Дым кругом. Система показывает какую-то херню. Если вы знаете, как отсюда выбраться — я с вами. Если нет — хотя бы подыхать веселее в компании.

Два.

— Тогра, Айша, — бросил я. — Обезоружить.

Один.

Орчанки метнулись к пленному. Мелькнули виброклинки. Стволы пушек отлетели, срезанные под корень. Айша сорвала термогранаты с магнитных креплений. Тогра рубанула ракетный блок на спине.

Ноль.

Вибрация ударила так, что у меня потемнело в глазах.

Та самая, о которой вы подумали. Астральная. Источник которой был совсем рядом. Что-то вроде Обсерватума. Только крупнее. В десятки раз.

Букварь раскалился так, что я чувствовал жар сквозь доспех. Как стрелка компаса, которую развернуло на магнит.

— Шеф, чё за тряска⁈ — Гоша. — У меня башку кружит малость и бухать не хочется? Нас чё, кодируют?

— Препарируют, — машинально отозвался я. — Двигайте за мной.

Вот теперь пазл сложился. Не до конца, но основные куски встали на место. ОКС не просто построили станцию и заглушили тут всю магию, потому что какого-то адмирала в жопу космическая курица клюнула.

Не, они нашли здесь артефакт. Гигантский. Похожий на Обсерватум, но совершенно других масштабов. Начали изучать видимо. Может — пытались изменить. А чтобы он не фонил, выстроили вокруг защитное кольцо. Которое полностью глушило излучение. Заодно погасив и всю остальную магию внутри периметра.

— Идёшь с нами, — посмотрел я на пленного. — Будешь себя вести нормально, как выберемся, сохраним жизнь.

— Тока ты всех сдашь, — тут же добавил Гоша. — А я счета их наследникам выставлю. Лям, лям и ещё лям сверху!

— Идти-то куда? — слегка мрачно поинтересовался наёмник, глядя на обрубки своих пушек.

— Следом, — хохотнула Тогра. — Шаг вправо, шаг влево — располовиним.

Ну мы и двинули. Не по лестницам само собой — пустили в дело движки, прыгая наверх по полуразрушенной станции. Неизвестный объект становился всё ближе, а вот букварь жёг бедро всё сильнее.

Вот и первая палуба. Самый верх. Тут мы уже потопали ножками. И оказались в помещении, от которого я на секунду потерял дар речи.

Обзорная секция. Панорамное бронестекло во всю стену. От пола до потолка. А за ним — космос.

Звёзды. Тысячи. Россыпь белых точек на абсолютной черноте. Знаете, в прошлой жизни я летал бизнес-классом и думал, что из иллюминатора на высоте десяти километров открывается замечательный вид. Наивный человек.

— Красиво, — тихо сказала Айша. — И там ведь везде могут быть орки.

Я бы наверное ответил. Но взгляд уже сместился к тому самому объекту, из-за которого трясло всю округу.

Гигантская скала. Висящая в космосе без видимой опоры. Синяя. Светящаяся изнутри ровным, пульсирующим светом. Размером с небольшую гору. А может и большую — я сейчас был не в том состоянии, чтобы адекватно оценивать размеры. Сами попробуйте — прекрасно меня поймёте.

Что до нашей станции — она была одной из четырёх. Теперь я видел остальные — такие же угловатые конструкции, соединённые фермами. Защитное кольцо, которое только что рухнуло. Всего четыре штуки.

— Ни хрена себе булыжник, — выдохнул Гоша. — Эт чё за хреновина ваще? Обсерватум космодаргов? Чё из неё торчит-то?

Тут он был прав. Из скалы торчали предметы. Абсолютно инородные. Кусок бетонного здания — стена с оконными проёмами, вросшая в синий камень. Корма деревянного корабля со сломанной мачтой. Ствол дерева, толстый, с обрубленными ветками. Ещё одно здание — побольше, кирпичное, под углом. Десятки других объектов. Разного размера — от огромных до совсем крохотных. Как будто скала собирала мусор из разных миров. Или засасывала. Возможно кто-то бы назвал это свалкой. Очень дорогой и опасной свалкой.

Ладно. Красиво, конечно. Но нам бы назад вернуться. Кто его знает, как тут время течёт и сколько в нашей реальности прошло?

Стоп. А это ещё что? Дохлый свенг?

Он лежал у самого перехода.

Кожаные штаны, какие-то нелепые сапоги и валяющийся на полу пистолет. Самый обыкновенный — ничего технологического. Левая лопатка натурально вскрыта когтями. Как будто медведь поработал. вспорот. Засохшие внутренности снаружи, на полу. На виске — рана от лезвия. Контрольный удар.

На лбу вырезанное изображение. Три параллельные черты, похожие на царапины от когтей. А под ними — схематичное изображение глаза. Занятный у кого-то фетиш.

— Шеф, — Гоша остановился рядом. Посмотрел на труп. — Ты это. Если я не выберусь, проследи, чтобы Тогра ни с кем не того. Не япалась, значит. Фьючерсы ей отдай. Ну и Сорку с Кэпом по десять процентов, чё уж.

— Если тебя сожрёт космос, зелёный, я выпью, чтобы твою зелёную жопу в другой мир занесло, — мрачно отозвалась Тогра. — А трахаться буду с кем захочу. Твоего разрешения мне на это не нужно.

— Видишь, шеф! — трагично взвыл Гоша. — Никакого уважения к искренним гоблинским чувствам и честной похоти!

Я молчал, рассматривая труп. Выглядит относительно свежим. Хотя здесь, в таких условиях, это мало о чём говорило. Мы в семидесяти семи световых годах от дома, на мёртвой станции, рядом со скалой, которая собирает обломки чужих миров. Этот свенг мог умереть вчера. Или пятьсот лет назад. Или вообще в будущем. Одно ясно — он пришёл сюда из другого мира. И был убит. Скорее всего кем-то, кто заявился следом.

— Вперёд, — вышел я из короткого ступора. — К шлюзу.

Тот был отмечен на карте и оказался простым. Банальная кнопка на панели. Нажал — створка ушла в сторону. За ней — открытый космос. И скала. Прямо под нами, метрах в двадцати-тридцати. Синяя, пульсирующая.

— Прыгать? — заявил пленный. — Прям туда? Мы же сгорим.

— Ты просто верь, — бросила Тогра. — И не сгоришь.

Тот молча повернул к ней голову. То ли не нашёлся, что сказать, то ли просто решил не спорить с вооружённой орчанкой.

— Реально красиво, — Айша стояла у шлюза и смотрела на звёзды. — Вот бы к ним слетать.

— Я первым, — сухо озвучил я приказ. — Вы начинайте разгон уже после того, как сдвинусь с места.

Букварь натурально пылал. Кажется сжигал мою плоть и заодно плавил металл брони. Так что ждать дальше я не стал — вдавил пальцем большую кнопку и шагнул внутрь. Потом клацнул по второй. Дождался, пока меня выкинет наружу. И врубил маневровые движки, помчавшись прямо на скалу.

Вспышка. Сверкающее белое сияние.

Потом — каменный пол. Забралом вниз. Доспех оказался на боку, гидравлика хрипела, пытаясь выровнять корпус. На экране метались строки ошибок.

Хорошая новость — я знал этот пол. Эти стыки плит. Эту резьбу на камне. Зал Обсерватума. Мы вернулись.

Сервоприводы пришли в норму, а на экране перестали мельтешить ошибки. Экран стабилизировался. Тактическая карта развернулась, подтянув данные с датчиков.

Первое, что я увидел — три фигуры, которые бежали прямо на меня от входа в зал. Лёгкая пехота. Оружие наготове. Рты раскрыты в крике, которого я не слышал за бронёй.

Они остановились, конечно. Но мой палец уже нажал гашетку. Пушка рявкнула и очередь снесла всех троих, разбросав останки по каменному полу.

— Та-а-ак, — голос Гоши в динамике. — Эт чё, наш зал?

— Он, — ответил я, вглядываясь в карту.

Мощная у этого доспеха система анализа. Карта показывала всё. Зал Обсерватума с территорией общины. Снаружи — бой. Дарги у частокола. Наёмники всё ещё рвутся сюда, к скале. Машины огневой поддержки бьют из тыла.

Расположение сил было почти таким же, как в момент, когда нас затянуло. Разница совсем крохотная. Дарги отступили к частоколу на три десятка шагов. Наёмники чуть перегруппировались.

Три секунды. Максимум четыре. Ну может пять. Вот сколько прошло здесь, пока мы вели бой на станции за семьдесят семь световых лет отсюда.

— Пленного обесточить, — сориентировался я. — Оставляем здесь. И не убейте случайно.

Движки ему вскрыли тут же. Заодно и стекло шлема немного прорубили, чтобы дышать мог.

Ну а мы вчетвером двинулись ко входу. На ходу ускоряясь и проверяя заряды батарей. Оставалось не так много. Но на этих типов должно хватить. В конце концов, у нас броня качественного иного уровня.

Врагов тут было прилично. Сотни под три стягивалось с разных направлений. И все они изрядно охренели, когда мы вылетели наружу.

Вообще, логично, если подумать. Потому что, как это выглядело с их стороны? Из тёмного зала, где только что пропал их авангард, выносятся четыре трёхметровые бронированные фигуры. Незнакомая конструкция. Оружие, которого они раньше не видели. Странные щиты. Гудящая гидравлика.

— Гоблин Апокалипсиса видел звёзды! — заорал Гоша, врезаясь в строй на ускорении от движков и орудуя мечом. — А что видели вы, пришлёпки?

Ответа он не услышал, понятное дело. Тем более врагам было не до того — в бой пошли все остальные.

Противник к такому оказался не готов. Их тактика строилась на численном превосходстве, магии и огневой поддержке. На схватку с врагами в доспехах иного технологического уровня, они не рассчитывали.

В самом начале они попытались дать отпор. Маги били заклинаниями, а остальные вовсю стреляли. Но смысла в этом не было — как выяснилось, наши доспехи прекрасно защищали от магии.

А вот мы уничтожали их массово. Как бесполезные пластиковые манекены.

Гоша пёр по левому флангу, как зелёный шар для боулинга. Стрелял, таранил, рубил. Кажется, выставлял счета за моральный ущерб каждому, кого убивал.

Тогра и Айша на правом. Методично. Клинок, шаг, клинок. Ракета в скопление. Клинок.

Я по центру. Поливаю снарядами из пушек. Что-то кричу. Вот в башке мелькнула связная мысль и пальцы навели ракеты — сразу несколько ушли к машинам огневой поддержки противника, которые моментально вспухли взрывами.

Батарея уже двадцать один процент. Но наёмники вовсю ломились в обратном направлении. Да и их собратья по оружию, которые были дальше от Обсерватума, кажется изумились. В плохом смысле этого слова.

Я запрыгнул на крышу ближайшего строения. На пару секунд поднял забрало шлема. Проорал что-то невнятно-героическое, потому как ничего осмысленного в голову сейчас не пришло. Чтобы дарги увидели мою морду. Зелёную, клыкастую и вернувшуюся к своим воинам.

Рёв сотен глоток. Поднявший молот Хорг, который отдавал новые приказы.

Дарги пошли в контратаку. Всей массой. Развернувшись и набросившись на тех, кто совсем недавно ощущал себя победителем.

Я опустил забрало и спрыгнул. Гоша накрыл ракетой ещё одну машину огневой поддержки. Вторую достали Тогра с Айшой — синхронный пуск, два попадания. Готово.

Мы стреляли, рубили и таранили. Прыгали, используя маневровые движки — разом оказываясь за десятки метров и врываясь в гущу врага. Вот это я понимаю, броня космодесанта. Не то, что местные поделки. Фальсификат китайский.

Момент, когда всё закончилось, я по сути пропустил. Просто в какой-то момент вдруг стало ясно, что стрелять больше не в кого. Все, кто пытался сопротивляться — мертвы. Ещё с десяток — в плену. Неплохо. Будет кого разговорить.

Руины. Дым. Тела с воронками. Горящие обломки машин. И дарги — грязные, окровавленные, с безумными глазами. Готовые идти дальше и убивать, если им указать путь. Скажи я сейчас, что на нас напал император — попрут потрошить Красного. Не смогут, понятное дело. Однако, наверняка попытаются.

Батарея — одиннадцать процентов. Что ж. Мы выжили. Более того — даже выиграли. Пусть в какой-то момент предприятие и казалось полностью безнадёжным.

Теперь осталось самое сложное. Снять эту броню, выглушить литр кофе и понять, что это вообще такое нахрен было.