Его звали Тони. Книга 12

Глава III

Странное дело — трон. Не, серьёзно. Вот сидишь ты на куске камня и пытаешься осознать, что произошло. Стараясь уложить в голове мысль, что несколько тысяч вооружённых до зубов даргов, которые совсем недавно были готовы вцепиться друг другу в глотки, теперь подчиняются лично тебе. Тони Белому. Культурному даргу, который вообще сюда случайно попал.

Теорг. Я покатал слово на языке. Не «вождь» или «глава». Теорг. Военный лидер. Тот, чьё слово становится законом в момент произнесения. Дарг, что отвечает за каждую жизнь и с кого спросят за каждую смерть. Раньше только во время войны. Ну а теперь — на постоянной основе.

Мне бы радоваться. Или хотя бы пафосно задуматься о бремени власти. Подпереть подбородок кулаком например и уставиться вдаль. А вместо этого я разглядывал подлокотники. Тёмный камень, гладкий, как кость. Резные волки на спинке, переплетённые в вечном беге. Вырезанные изображения медведей, отполированные до блеска ладонями поколений вождей, которые сидели здесь до меня. Принимали решения, отправляли даргов умирать и, надо полагать, тоже порой не понимали, какого хрена они тут делают.

Хотя чего это я? Где дарги и где рефлексия? Я вон и то почти не раздумываю о природе обстоятельств, своих рисках и всём остальном. Просто задницу на троне протираю, да на фигурки пялюсь. Начинаю понимать императоров. Не самая простая это задача — корчить умную морду, когда на тебя подданные смотрят.

Подушек, кстати, нет. Камень холодный и твёрдый. Такое себе. Надо бы подогрев к трону этому подвести. Или вообще его заменить нахрен.

Процедура официальной передачи власти закончилась буквально десять минут назад. Выполненная никем иным, как Торваком. Именно он произнёс нужные слова и задал традиционные вопросы. Мол, не желает ли кто-то оспорить власть нового вождя и бросить ему вызов? Или возможно в курсе какого-то секрета, который не позволит тому возглавить даргов.

За всем этим наблюдала элита общины. Четверо старейшин и несколько десятков глав крупных семей, которые набились в салр, неотрывно следя за процедурой. Все прочие столпились снаружи, ловя доносящиеся изнутри слова и бурно их обсуждая.

Вообще я предполагал, что мне всё-таки бросят вызов. Но нет. Смельчаков не нашлось. Или подумали, что это перебор — всё-таки не каждый день выясняется, что предыдущий вождь был тем ещё мудаком, а его сын вообще связан с эльфами. При этом с обоими разобрался пришлый чужак, которого совсем недавно все дружно ненавидели. Да ещё и шаманка, которая публично поддержала мои притязания.

Она кстати сейчас стояла по левую руку от трона. Уже одетая — всё в той же куртке на голое тело. И молчаливая — за всё время, пока девушка там тусовалась, я не услышал ни единого слова. А прошло уже минут двадцать, не меньше. Около десяти длилась процедура и болтовня Торвака. Приблизительно столько же я тут сидел после её окончания.

Стоп. Это Хорг? Какого хрена он тут делает? Я думал он в постели — спит и отдыхает. Но нет — гигант только что шагнул через порог.

Громадный. Бледный несмотря на зелёную кожу. Каждый шаг — через стиснутые зубы. Печать регенерации срастила лёгкое и мышцы, но кровопотери никто не отменял. Как и переработанную духовную ткань. Ему бы отлежаться хотя бы сутки.

Он дошёл до подножия трона. Встал. В руках — молот. Тот самый, которым он совсем недавно сражался. Корпус прикрыт чем-то вроде меховой безрукавки. Но уверен — рана полностью не зажила. Наверняка пульсирует.

Посмотрел мне в глаза. Секунду постоял. И опустился на одно колено.

Сорок гигантских орков, кажется перестали дышать. Историю о Хорге Молотобойце я уже слышал. Дарге, который не кланялся Баразу. Следуя традиции, согласно которой каждый дарг, прошедший обучение кузнечному делу, считается навечно свободным.

Кузнец положил молот перед собой. Рукоятью ко мне.

— Сорок лет я ковал железо, — голос хриплый и тихий, но в мёртвой тишине зала каждое слово звучало на весь салр. — Видел разных вождей.

Перевёл дыхание. Прижал ладонь к груди — там, где вчера зияла рана.

— Ни один из них не стал бы тратить силу на кузнеца, — подняв голову, он посмотрел на меня. — Ты стал. Спас мою жизнь.

Его взгляд ушёл в сторону. К Гоше. Вернее к коту, которого гоблин держал на руках.

Сфинкс открыл глаза. Уставился на кузнеца. Хорг не отвёл взгляда.

— Ты привёл смерть, — сказал кузнец. Тихо. — Она сидит на руках у твоего спутника. И она никогда не стала бы водиться с мерзостью.

Шёпот по залу. Дарги — они такие. Впечатлительные. Особенно консервативные. Слово «смерть» в ритуальном контексте — для них совсем не метафора.

Но вообще, у нас же кот. Он мужского пола. Хотя говорить об этом прямо сейчас, наверное будет лишним.

— Мой молот — твой молот, Тони Белый. Моя кузница — твоя кузница. Моя жизнь — твоя жизнь, — торжественно озвучил Хорг, повышая громкость голоса по нарастающей. — Пока дышу — буду ковать для тебя и биться за тебя. И в том даю слово!

Склонил лысую голову.

Я сидел на троне и смотрел на согнутую спину самого упрямого дарга в общине.

Окажись тут полноценный я из старого мира — назвал бы это окончательной победой. Хорг — авторитет среди тех, кто обычно держится в стороне. Среди старой гвардии. Тех, кто помнит времена до Бараза. Относительно самостоятельных, колючих даргов, за спиной каждого из которых что-то есть. Навыки, способности или влияние.

Однако сейчас здесь была новая версия меня. Та, что пережила всё произошедшее в этом мире и успела долго пробыть в теле дарг, со всеми его биохимическими реакциями.

— Встань, Хорг, — сказал я. — Мы станем ковать наше будущее. На коленях делать это неудобно.

Кузнец поднял голову. Ухмыльнулся. Криво, но вполне себе живо. Оперевшись на молот, встал.

Пафос можно было резать ножом. Сорок даргов стояли с лицами, при которых обычно играет оркестр и ползут титры. Ну вот, а что я ему ещё должен был сказать? «Да не заморачивайся, спас и спас, с кем не бывает»? Или что-то в таком духе? Когда мне кузнец общины личную присягу приносит? Не пойдёт ведь так. Чтобы оставить это место за собой, боюсь потребуется ещё не раз врубить режим пафоса. Выкрутив тот на полную.

— Знаете что? — в наступившей тишине голос Гоши был отлично слышен в каждом уголке салра. — Мне кажется пришло время научить вас действительно важному делу. Великой тайне, к которой допускаются лишь самые посвящённые.

На лицах даргов появилась заинтересованность — взгляды моментально скрестились на ушастике. Кто-то даже попытался сунуть голову в проход, раздвинув висящие шкуры. Но его тут же вытолкнули обратно.

— Секрету, который вы станете передавать детям и внукам, — не успокаивался Гоша. — И станете спрашивать себя, как жили без него раньше!

Короткая пауза. Торжествующий взгляд гоблина, на руках которого сидит кот.

— Сегодня мы научим вас! — зеленокожий коротышка втянул воздух в лёгкие. — Как правильно жарить сардельки!

Научил ли он заинтригованных даргов? О, да. Только вот сардельки закончились через двенадцать минут.

Я серьёзно. Двенадцать минут. Гоша извлёк из седельных сумок четыре вакуумных пакета «Императорских» с чесноком и паприкой, торжественно вскрыл их и продемонстрировал базовую схему. После чего выдал желающим шампуры и сардельки. Совсем скоро «блюда высокой кухни по-гоблински» остались только запах и воспоминания.

— Вкусно, — пробасил Хорг, пережёвывая одну из последних, собственноручно зажаренных им сарделек. — И остро. Прям, как надо.

Когда последняя сарделька исчезла в пасти одного из старейшин, Гоша не расстроился.

— Дефицит ресурса! Клиент созрел, товар кончился! — гоблин прищурился, оглядывая зал. — План Б! Берём мясо, хреначим тонкими ломтиками и на жар! Только это — решётка у вас есть?

В ход и правда пошло местное мясо. Потом появилось пиво. Сначала один кувшин. Потом ещё парочка. Кто-то приволок ящик.

— Сорк, — Гоша воззрился на своего адъютанта. — Бери бабло и дуй в город! Нам срочно нужны сардельки! Все, какие найдёшь. Добровольцев из местных возьми. И Геошу.

Трое желающих даргов отыскались сразу же. Молодые и любопытные.

Я же наблюдал за всем с трона, постепенно приходя в себя и чувствуя, как тело начинает восстанавливаться после боя.

— Вождь должен есть, — послышался сбоку голос полукровки. — Иначе у него не будет сил.

Нарга. Подошла неслышно. В руках — деревянное блюдо с кусками мяса. Меховая куртка распахнулась, демонстрируя обнажённый верх её тела. Она ещё и наклонилась, протягивая блюдо. Хотя, возможно специально.

Как-то туплю я. Точно специально. Какая женщина станет делать подобное случайно? Да ещё вот так мне в глаза сейчас смотреть.

— Ешь, — сказала она, не отрывая взгляда. — Ты потратил много сил.

Стоило мне протянуть руку и взять кусок мяса, как с другой стороны появилась Арина. Совсем недавно вырубившая свой стрим, который собрал рекордное количество зрителей.

— Интересный орнамент, — сказала девушка, окинув нас взглядом. — На куртке. Ручная работа?

— Да, — глянула на неё Нарга. — Волчья шкура. Люблю работать руками.

— А я вот больше головой, — Арина улыбнулась.

Температура между ними мгновенно рухнула в область абсолютного нуля. Две хищницы и один самец, которому очень хотелось прикинуться невидимкой.

Правда, в итоге они всё же разошлись без крови. Я же решил, что самое время подумать о другом.

О чём? Ну, давайте начистоту. Я сижу на каменном троне в бревенчатом зале, окружённый орками, большинство из которых недавно хотели меня убить. Они жарят мясо на моём очаге и пьют из запасов, которые теперь формально мои. Но это не доверие. Скорее уж ожидание. Местные хотят посмотреть, как я буду действовать, и только потом решат — любить или резать.

Лояльных — двое. Нарга и Хорг. Она — потому что хочет от меня детей и политическую позицию рядом с вождём. А может и нет. Хрен его знает, что в голове у шаманки. Он — потому что я вырвал его у смерти. Остальные — флюгеры. Торвак передал власть, но это не значит, что он мой до мозга костей. Старейшины поклонились, но за каждым — семейные интересы. Один неверный шаг — и тёплая вечеринка с сардельками станет очень короткой.

Ещё были клетки. Две штуки. Железные и тяжёлые. Подвешенные к столбам на высоте семи метров. Достаточно, чтобы сидящий внутри наслаждался видом из своего пентхауса.

Висели они снаружи. Внутри — Адис и Гримм. Оба — допрошенные повторно и максимально детально. Но не давшие ничего ценного. Пока во всяком случае. Всю технику мы изъяли и с ней сейчас как раз возилась Арина.

Охранял клетки племянник Хорга. Молодой, с перебитой скулой и не слишком умным взглядом. Не лучший вариант. Но в общине, где верность идёт по крови, это лучшее из того, что есть. Корн, второй сын Адиса, сидел под домашним арестом. Мелкая рыба, однако оставлять без внимания стало бы глупостью.

По традиции даргов, оба клеточных должны умереть. Адис — за предательство. Гримм — за соучастие. К тому же он был свенг. Который влез во внутренние дела даргов.

При всём этом, Гримм — блогер. С аудиторией. Подписчиками, которые привыкли видеть его рожу на экране. Убей его — и через час появятся заголовки «даргский вождь убил журналиста». Петиции. Расследования. Внимание, которого не хочется. Я буду в своём праве целиком и полностью. Но общественное мнение ориентируется совсем не на юриспруденцию.

— Эй! Народ! — Гоша взобрался на стол. — Я не могу больше от вас это скрывать!

Гоблин осторожно положил кота на столешницу. Достал из кармана знакомую стеклянную колбу.

— Уникальное предложение! Ограниченный объём! — обвёл он зал взглядом коммивояжёра. — Вы все знали Бараза. Мощный был дарг, пусть и сволочь! Огонь!

Пауза. Скорбное лицо.

— Буквально огонь, — добавил Гоша, смотря на лица гигантских орков, которые выражали занятный спектр эмоций. — Сгорел на работе. Пока пытался убить шефа.

Дарги притихли. Принялись настороженно переглядываться.

— Но его дух с нами! И не только он! — потряс колбой. — «Пыль Бараза»! Настоящий прах вашего вождя!

Собравшиеся внутри салра дружно выдохнули. Шаманка прекратила разглядывать Арину и повернув голову, уставилась на ушастика. Хорг поперхнулся пивом.

— Это не просто пепел! Перед вами инвестиционный актив! — Гоша поднял палец. — Кто хочет прикоснуться к легенде? Начальная цена — всего тысяча за грамм! Курс растёт! Покупайте фьючерсы на деда! Вы обязаны верить в котировки! Это ваш долг!

Я ждал линчевания. Осквернение праха — такая себе тема. Особенно, если речь идёт о вожде даргов.

Но орки заинтересовались. Принялись переглядываться. Шептаться. Интересоваться друг у друга, что такое фьючерс и для чего он нужен?

Время шло. Мясо жарилось. Пиво текло. Зал наполнился гулом, который бывает, когда чужие начинают привыкать друг к другу. Не дружба. Совместная попойка, стирающая углы.

Когда я разобрался с первым подносом мяса и влил в себя поистине гигантскую кружку пива, около трона появился Пикс. С ноутом в одной руке и банкой пива во второй.

— Босс, — негромко сказал он, усаживаясь около престола и опираясь на него спиной. — Есть контакт.

Я подобрался. Опустил взгляд на изрядно вымотанного ушастика.

— Нашёл я про эту белую хреновину, — покосился на меня коротышка, клацая по клавиатуре. — Тока не знаю даж, чё сказать. Тут лучше самому посмотреть.

Сделав глоток пива я посмотрел на зал, где не совсем трезвый дарг пытался научить Гошу метать топор. Потом снова глянул на Пикса.

— Показывай, — вздохнул я. — Посмотрим, что ты там нарыл.