Фиктивный брак

Глава 21

С того дня как Андрей приводил в дом девушку легкого поведения, прошла неделя, и то ли он действительно погряз на работе в делах, как говорил, то ли обиделся на мои слова, но мы с ним почти не виделись. Исаев уходил из дома ни свет ни заря, а возвращался часто за полночь. Не то чтобы я переживала по этому поводу, но элементарного человеческого общения мне не хватало. Дом дедушки всегда был полон людей, а в этой квартире я почти постоянно находилась одна, лишь домработница, следившая за порядком, наносила нам нечастые визиты.

Звонок брата, попросившего пригласить его в гости, стал для меня настоящим подарком. Сергей обещал приехать к семи вечера. Раньше я никогда не готовила ужин самостоятельно, поэтому начала хлопотать на кухне уже в час дня. И поступила правильно: на один не очень замысловатый салат у меня ушло полтора часа. Нарезая рыбу, я чуть не поранилась. Об остальном и вовсе молчу.

К назначенному времени брат, как и следовало ожидать, не объявился. Он не отличался пунктуальностью, и если задерживался на двадцать минут или на полчаса, людей, которые хорошо его знали, это не удивляло. Но когда маленькая стрелка часов остановилась на восьмерке, я забеспокоилась.

Я позвонила Сергею, но он мне не ответил, и тогда набрала номер его водителя Антона. Он меня не обрадовал. Нет, Сергей по-прежнему собирался заехать ко мне в гости, но перед этим посетил бар, где, как выразился Антон, «знатно накидался текилы».

Еще водитель рассказал, что уговаривал моего брата перенести визит, но тот уперся как баран, и сейчас они уже подъезжают к дому и поднимутся в квартиру минут через десять.

Я прикинула. Сейчас восемь, Исаев вернется домой около двенадцати. Мне вполне хватит времени на то, чтобы привести Сергея в чувство, вызвать Антона и отправить своего брата к дедушке.

Чего я не учла, так это степени его опьянения. Открыв дверь, я чуть не расплакалась. Водитель, можно сказать, держал Сергея на руках.

– Заноси, – обреченно пробормотала я и показала Антону дорогу до моей комнаты.

Там он уложил моего брата на кровать.

Я отпустила Антона, сказав, что, когда наша «лялька» очухается, я ему позвоню.

Намочив полотенце ледяной водой, я присела рядом с братом и стала обтирать его красивое, но опухшее, нездорового цвета лицо. Давно задаю себе вопрос: сколько алкоголя может выдержать человеческий организм, где эта грань, когда последствия будут уже необратимы? Половину жизни бы отдала, чтобы вылечить Сергея от убивающей его привычки.

Мне пришлось настежь открыть несколько окон – из-за запаха перегара в комнате было не продохнуть. Но от моего брата несло не только алкоголем. Похоже, он сегодня не успел добежать до туалета.

Я вышла из комнаты. Наблюдать за Сергеем – то же самое, что в клочья рвать себе душу. Чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, я стала убирать со стола нетронутый ужин, но когда в замок на входной двери вставили и провернули ключ, замерла. Неужели сработал пресловутый закон подлости и Андрей вернулся сегодня раньше обычного? Исаев точно не обрадуется, увидев невменяемого и весьма «ароматного» гостя. Надо сделать так, чтобы Андрей не узнал, что мы с ним в квартире не одни.

Нацепив на лицо улыбку, я вышла встречать жениха.

– Привет, а я ужин приготовила. Есть будешь?

Черт, переборщила с любезностью. После этого вопроса Исаев удивился и теперь с прищуром меня рассматривал.

– Что это с тобой? А где твое любимое приветствие: «Явился не запылился»? А то, что ты ужин приготовила, я слышу. Запах просто отвратительный. Открой окна, а то тут дышать нечем, – поморщился Исаев и помахал ладонью возле лица.

Спорить с ним я не стала, защищаться тоже. Пусть лучше думает, что это так от моей стряпни несет.

– Хотя… – Андрей принюхался и подошел поближе к гостиной, где я накрыла стол, – здесь пахнет вполне приятно. Откуда же так несет?

Хоть мне этого и не хотелось, похоже, придется во всем признаться, иначе Исаев сам узнает о Сереже.

Мне не пришлось объясняться – за меня это сделал брат.

– А я вообще где и как здесь оказался? Люди, ау-у! – послышался его голос из коридора, а потом и он сам «нарисовался», прошел на полусогнутых ногах вперед, споткнулся и упал на колени.

Как же мне стыдно и одновременно больно за брата! Андрей теперь мне этой сценой до конца нашего брака в лицо будет тыкать.

– А, ну теперь все понятно, – произнес Исаев. – Почему у нас в доме шастает чудовище в мокрых штанах?

– Андрей, извини, это я Сережу в гости позвала. – Я подбежала к брату и попыталась его поднять. – Ну откуда мне было знать, что он в таком состоянии явится? А когда он уже пришел, я решила, пусть поспит. Если бы ты не вернулся так рано, вы бы с ним не встретились. Не ругайся, сейчас мы уйдем, – пообещала я.

Я старалась говорить ровным голосом, но на последней фразе он все-таки дрогнул, да еще и слезы из глаз как назло брызнули.

– Куда это ты собралась? – нахмурился Андрей. – Да еще и в компании этого неподъемного тела.

– Разве ты позволишь Сереже остаться? – пропищала я, глядя на Исаева снизу вверх.

– Цветочница, по-твоему, я совсем отморозок – выгонять человека из дому в полубессознательном состоянии? Так вот что ты обо мне думаешь? Ну спасибо. – Мой жених в три шага преодолел расстояние между нами и скомандовал: – А ну брысь, тебе его не поднять.

В отличие от меня Исаев легко поставил пьяного Сергея на ноги.

– Какую постель в доме он уже успел обгадить? – перекинув моего брата через плечо, поинтересовался Андрей.

– Мою, – выдохнула я.

– Ну, тогда к тебе его и понесу. А ты пока сбегай ко мне в комнату и принеси все необходимое, чтобы его переодеть. Иначе мы тут задохнемся.

– Даже нижнее белье? – уточнила я на всякий случай.

– Нет, пусть без трусов ходит. Конечно, белье тоже, куда же без него?

Несмотря на экстремальную ситуацию, я почувствовала неловкость: мне еще не доводилось шарить по полкам с мужским бельем. Но деваться некуда, надо так надо.

Я помчалась к Исаеву в комнату и сразу же направилась в гардеробную. Андрей очень аккуратен, такому порядку можно только позавидовать. Я очень легко и быстро нашла все необходимое. Когда я вернулась к мужчинам, Исаев уже успел отнести моего брата в ванную и поставить его под душ.

– Ты как, поможешь мне или от вида голого мужика грохнешься в обморок? – спросил Андрей, когда я заглянула в дверную щель.

– Я что, по-твоему, совсем дикая? К тому же это не посторонний мужик, а мой брат.

Не то чтобы мы тщательно вымыли Сергея, скорее наскоро намылили его и облили водой, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы избавиться от неприятного запаха. Я во всем этом особо не участвовала, скорее была на подхвате – принеси то, подай это. Основную работу выполнял Исаев. А потом он же взвалил тело моего брата себе на плечо и отнес его в кровать, после чего натянул на него «боксеры» и футболку.

– Ну вот, ребенка уложили, можно и отдохнуть. Что ты там, говоришь, приготовила? Ужин?

– Да в гостиной стол накрыт, только все уже остыло, а кое-что я успела в холодильник убрать. Ничего, если ты сам поешь? Не хотелось бы оставлять Сережу одного, – солгала я.

На самом деле, при всей моей благодарности к Андрею, я смущалась в его присутствии. Хоть Исаев, пока мыл Сергея, ни разу меня не упрекнул и не съязвил, но, думаю, ему не особо понравилось натирать мылом взрослого мужчину, который, по сути, ему абсолютно никто.

– Лично я считаю, что сидеть возле Сергея бессмысленно, но если тебе так спокойней, то флаг, как говорится, в руки.

За Андреем захлопнулась дверь, и я с облегчением выдохнула – устала держать хорошую мину, когда от стыда хочется провалиться сквозь землю.

Брат спал неспокойно: то кряхтел, то что-то бормотал, иногда похрапывал, я же включила на ноутбуке фильм и делала вид, что смотрю его, хотя, если бы меня спросили, я бы даже основную сюжетную линию не вспомнила. Исаев нас не беспокоил, в мою комнату не заглядывал, за что ему огромное спасибо.

Нервы нервами, а спать хочется. Я улеглась на самый край кровати и, как ни удивительно, мгновенно отключилась.

Проснулась я от странной качки. Оказалось, что меня несут куда-то на руках.

– Ты что делаешь? – кое-как разлепив глаза, спросила я у Исаева, а сама любуюсь его подбородком – мужественным, волевым, с небольшой ямочкой.

И сколько же женских сердец разбила эта самая ямочка?

– К себе тебя несу, там будешь спать.

Ничего себе заявочки!

– А с какой это радости? – задрыгала я ногами.

– Сама подумай: проснется Сергей, обстановка незнакомая, голова шальная, ты рядом лежишь. Кто знает, что ему на ум придет? Начудит еще.

– Подумала, – кивнула я, – и вот что скажу. В кровати рядом с выпившим братом мне гораздо безопасней, чем с тобой. Взбредет что-нибудь в голову Сереже или нет, еще неизвестно, а с тобой давным-давно все понятно.

– Цветочница, даже не мечтай, я с тобой спать не собираюсь, – шутливо ответил Исаев.

– А, ну тогда ладно, – протянула я и перестала вырываться – пригрелась.

У Исаева на руках комфортно и кажется, что ни одна беда не страшна.

Так, стоп. Что-то меня не в ту степь понесло. Сама только что рассуждала и задавалась вопросом, на скольких женских сердцах Андрей оставил неизгладимые шрамы, а теперь туда же…

Жених аккуратно уложил меня на постель, укрыл одеялом, подушку поправил и направился к выходу.

– Андрей, – окликнула я его, – а ты где будешь спать?

– У меня большая квартира, найду себе местечко.

Исаев испарился, прихватив с собой мой сон. Первым делом я отметила, что его одеяло и матрац еще теплые. Тот факт, что на моем месте совсем недавно лежал Андрей, вызывал у меня трепет и смущение, а еще кровать окутывал уже знакомый запах, будь он неладен. Словно токсикоманка, я уткнулась в подушку и стала жадно вдыхать ее аромат.

Да что же это такое со мной творится?

Я отбросила подушку, на которой спал Андрей, и взяла другую. Судя по ее запаху, она на кровати лишь для комплекта и хозяин ею не пользуется. Я укуталась одеялом и приказала себе заснуть. Какое там! Едва я закрыла глаза, мне в такие голову образы и мысли полезли, любой режиссер эротических фильмов позавидует. Как я себя ни ругала, но не могла не представлять нас с Исаевым вместе, и в царство Морфея отправилась, лишь когда мы с женихом в моем воображении испробовали все известные мне позы Камасутры.

Утром я боялась выйти из комнаты и встретиться взглядом с Андреем. Дикость, конечно, он же не экстрасенс, но мне кажется, по моему виду сразу поймет, о чем именно я мечтала всю ночь.

Делать нечего, надо выйти посмотреть, как там Сережа. Я высунулась в коридор, воровато огляделась по сторонам. Дорога была свободна, и я на цыпочках побрела к своей комнате. Но, не доходя несколько шагов, притормозила. Из-за приоткрытой двери доносились два мужских голоса. По всей видимости, мой жених разговаривал с моим братом. Я подошла ближе и прислушалась.

Беседа шла об алкоголизме. Андрей не ругал Сергея, не стыдил его, скорее рассказывал ему, чего он лишается из-за своей пагубной и крайне опасной привычки. Я слушала и соглашалась с каждым доводом, даже поймала себя на том, что время от времени киваю.

Исаев говорил просто, но в то же время такие правильные вещи, что мое представление о его приоритетах кардинально изменилось. Оказалось, у нас с ним гораздо больше общего, чем я думала. Как я поняла, Андрей видит себя в будущем отцом семейства и мечтает о куче детишек, которым собирается дать все самое лучшее. Для этого, собственно, он сейчас и надрывается на работе. Даже жаль, что Исаев вынужден взять меня в жены, ведь за год нашего брака он мог бы создать не фиктивную, а настоящую семью.

Едва я представила Андрея в окружении ребятишек и рядом с заботливой супругой, как мне нестерпимо захотелось прогнать из видения девушку, державшую Исаева за руку.

Наверное, я рехнулась, но не могу не признать, что приревновала Андрея к матери его еще не родившихся детей.

В какой-то момент до меня дошло, что Исаев не просто ведет с Сергеем беседу, а, можно сказать, изливает душу, и никак не рассчитывает, что его услышит кто-то кроме моего брата. Угрызения совести оказались сильнее любопытства, и я попятилась. Дам мальчикам возможность продолжить общение, а сама пока кофе для всех сварю и бутерброды сделаю.

– Цветочница, что ты как не родная у двери пыхтишь? Заходи уже, у нас для тебя новости есть! – крикнул Исаев, и я, замерев на месте преступления, зажмурилась и съежилась.

Стыдно-о-о…

– Цветочница? – вопросительно выгнув бровь, посмотрел мой брат на Андрея, когда я вошла в спальню.

– Ага, это домашнее прозвище твоей сестры. Сама просила называть ее так и никак иначе, – с ходу сочинил Исаев.

– Привет, – подойдя к брату, поцеловала я его в щеку. – Что у вас за новости?

– Серега решил лечь в клинику и подлечиться, – сообщил Исаев, и я от счастья чуть в обморок не свалилась.

Похлопав ресницами, еще раз прокрутила фразу Андрея в голове и убедилась, что поняла ее правильно.

– Это просто замечательно, – воодушевленно произнесла я и кинулась Сергею на шею. – Я так рада, что даже не знаю, как это выразить! – Я стала целовать родного человека, захлебываясь от нахлынувших чувств.

Мы все вместе позавтракали. Мужчины непринужденно разговаривали, в основном об автомобилях, я же сидела тихо и беспокоилась: боялась, что Сережа вдруг взбрыкнет и пойдет на попятную. Но вот мы, прихватив вещи, которые привез брату его водитель, добрались до клиники, побеседовали с главным врачом, Сергей подписал договор, и сейчас его проводят в палату, а он до сих пор не сбежал.

Клинику мы с Исаевым покидали молча – этому способствовала спокойная обстановка учреждения. Но когда мы сели в автомобиль, я почувствовала потребность выразить, насколько я благодарна Андрею за помощь моему брату. Однако как только я открывала рот, придуманные фразы вылетали у меня из головы.

– Спасибо, – единственное, что удалось мне из себя выдавить.

Андрей сначала завел двигатель, потом обернулся ко мне и ответил:

– Не за что.

– Нет, есть за что! – уверенно сказала я. – Ты такой молодец. Я столько лет боролась с Сережей, и никакого результата, а ты… а ты… – запиналась я, подбирая нужное слово, чтобы дать понять Андрею, что он для меня теперь настоящий герой, но нужного определения все не находилось.

Тогда я привстала с кресла, обняла Исаева за шею и поцеловала его в губы.

Пока я проявляла инициативу, Андрей бездействовал, не отстранялся, но и на поцелуй не отвечал. Решив, что не очень-то ему моя благодарность нужна, я села обратно в кресло, и вот в этот момент Исаев ожил. Я не успела даже глазом моргнуть, как он подтянул меня обратно к себе и впился в мои губы так, что у меня голова пошла кругом и онемели конечности.

О-о-о, даже не предполагала, что бывают такие поцелую, одновременно страстные и нежные. Теплые мягкие прикосновения Андрея сводили меня с ума, все мое тело дрожало. Теперь мне стала понятна фраза о бабочках, порхающих внизу живота, а ведь раньше я считала, что это выдумка.

Как Исаев ухитрился переместить меня к себе на колени – неизвестно. Я вообще сейчас плохо соображала. Но напористость Андрея и его уже совсем недетские ласки понемногу приводили меня в чувство. Нет, они, конечно, были мне приятны, но в таких местах, до которых добрался Андрей, меня еще никто ни разу не трогал, и это чрезвычайно меня смущало. В какой-то момент мне показалось, что он перестал себя контролировать, и у меня возникло чувство, что меня либо задушат в объятиях, либо, что вероятнее, просто съедят. А когда, чтобы набрать воздуха, я оторвалась от губ Андрея и встретилась с ним взглядом, чуть не ахнула. Его глаза были затуманены; он был похож на одержимого.

К чему ведут подобные кувыркания, догадываюсь и осознаю – я сама его спровоцировала. Нечего было лезть к взрослому мужчине с поцелуями, не готова я к последствиям, да и автомобиль – не самое подходящее место для первой близости. Я всерьез заволновалась. Если я попрошу Исаева остановиться, он ведь сделает это и не возьмет свое силой?

– Андрей, – уперлась я ладонями в грудь своего жениха и легонько оттолкнула его. – Я… я… прости, но…

– Ты не настолько мне признательна, – тяжело дыша, закончил за меня фразу Исаев. – Что ж, это вполне ожидаемо.

Одним движением он вернул меня в кресло пассажира, а сам стал задумчиво смотреть вперед; его лицо не выражало никаких эмоций, и было не понятно, что творится у него в голове.

– Ты же не злишься на меня? – тихонечко спросила я, чем вызвала у него крайнее удивление.

– А я думал, это ты на меня сейчас всех собак спустишь, скажем так, за несдержанность, – усмехнулся мой жених.

– Я слишком тебе благодарна, – отозвалась я, глядя в окно.

После поцелуя и смелых объятий у меня не хватало смелости смотреть Исаеву в глаза.

– Я заметил, что благодарна. Только вот что я тебе скажу. – Андрей шлепнул меня по голой коленке, но когда я тут же отпрянула к дверце, тяжело вздохнул и убрал руку. – Ты особых надежд на клинику не возлагай. Сама же слышала, лечение добровольное, если Сергей захочет уйти, никто его насильно удерживать не станет, – сообщил Исаев и добавил: – И не жмись к двери, не собираюсь я на тебя набрасываться.