Фиктивный брак

Глава 23

Распахнув дверь интересующей нас комнаты, мы с Мироновым одновременно проникли внутрь. Первое, что бросилось мне в глаза, – ярко-бордовые пятна на занавеске, которой прикрывалась София и кричала:

– Прекрати, ненормальная!..

Когда я понял, кто угрожает моей невесте, я чуть не выпал в осадок. Марина, мать ее за ногу!

Я бросился к Софии и отгородил ее от своей бывшей любовницы собственным телом. Миронов же действовал более радикально, но хотя бы оружие не достал, и на том спасибо. Не то чтобы я эту стерву Марину пожалел, скорее мне не понравилась мысль о том, что рядом с Цветочницей будут размахивать пистолетом.

– А-а-а! Отпусти! Ты мне руку сломал! – лежа лицом в пол, нечеловеческим голосом взвыла моя бывшая.

– София Николаевна, вы как? – сидя верхом на Марине и продолжая заламывать ей руку, спросил «безопасник».

– По-моему, в порядке, – выглядывая из-за занавески, отозвалась София, – и платье не испачкалось. А вот шторам капут, я их с корнем выдрала, – оглядывая окно, нервно хохотнула цветочница.

– Запомни этот день! – низко наклонившись к Марине, рявкнул Миронов. – Если бы хоть один волос упал с головы Софии Николаевны, я бы тебе, дрянь, шею свернул! – заявил «безопасник» и безжалостно поднял локоть девушки еще выше.

– А-а-а! Пожалуйста, отпустите-е-е! – Комната наполнилась стонами, как в пыточной. – Андрей, спаси меня!

– Я тебя только добить могу, но никак не спасти.

– Так и знал, что это с твоей стороны ветер дует, – бросил мне Миронов. – Насколько я понимаю, баба твоя пришла мстить из-за свадьбы?

– Она уже давно не моя! – прорычал я в ответ, одновременно освобождая Софию от выпачканной чем-то красным шторы.

София

Не успела я выдохнуть после битвы с Мариной, как началось новое сражение, но уже между мужчинами. Вадим Владимирович обвинял Андрея в том, что из-за него меня чуть не покалечили. Исаев же возражал, что не виноват и такое могло произойти с каждым.

– Значит, ты плохо объяснил, что между вами все кончено, раз эта дура сюда заявилась! – шипел Миронов.

– Как можно что-то объяснить сумасшедшей? – эмоционально возразил ему Андрей.

Похоже, надо брать ситуацию под контроль, иначе эти двое опять подерутся. Но сначала было бы неплохо выскользнуть из удушающих объятий Исаева. Он сжимал меня, как питон пойманную добычу, так и задохнуться недолго.

– Ты меня раздавишь, – прошипела я и вырвалась из крепкого захвата. – Вадим Владимирович, – получив свободу, обратилась я к «безопаснику», – отпустите эту девушку, а то и правда руку ей сломаете, если уже не сломали. Не думаю, что в присутствии двух мужчин она решится выкинуть что-нибудь еще. И надо как-то незаметно вывести ее отсюда и убрать в комнате. Вера Ильинична обещала скоро подняться ко мне. Как мы объясним ей весь этот бардак?

Миронов мгновение посомневался, но затем встал сам и поднял лежащую пленницу, правда, грубо, за волосы.

– Девушку я выведу, у нас с ней предстоит долгий и содержательный разговор, – сказал «безопасник», многозначительно поглядев на Марину. Ой, не завидую я ей, но сама виновата, будет ей урок: на каждую силу всегда найдется другая сила. – А комнату быстро в порядок не приведешь, липкие пятна повсюду, даже стены заляпаны. Но ничего, в случае чего – с Верой Ильиничной сын разберется. Да, Андрей Викторович? Вы ведь объясните присутствие этой дамы своей матушке?

– Ну ты… – Андрей смачно выругался и направился в сторону «безопасника», явно не для того, чтобы руку ему пожать.

– Куда? – преградила я путь жениху, при этом не забыв высоко поднять юбку, дабы не испачкать подол платья в лужах сока. – Хватит ругаться, – сказала я и добавила на полтона ниже, чтобы другие нас не услышали: – Миронов прав. В том, что Марина сюда заявилась, есть и доля твоей вины.

Исаев отреагировал на мою реплику очень резко: черты его лица заострились, взгляд похолодел. Больше Андрей не смотрел на меня как на ягненка, которого он только что спас от вертела и костра. Предполагаю, моего жениха разозлило не то, что я обвинила его в поведении его бывшей любовницы, скорее его задело, что я приняла сторону его противника, то есть Вадима Владимировича.

– И ты туда же? Разве за время, проведенное в обществе Марины, ты не поняла – объяснить ей что-либо невозможно?

– А не надо было связываться с невменяемой. Когда-то ведь ты ее выбрал, ухаживал за ней! Она что, была другой? – выпалила я и тут же заставила себя замолчать.

Мы с Исаевым в комнате не одни и скоро поженимся, а, как известно, сор из избы лучше не выносить. Хотя высказать жениху все, что накипело, мне хотелось безумно. И по поводу прошлого, которое в данный момент сидит в кресле и нервно дергает длинной стройной ногой, но особенно по поводу настоящего. Где-то же Исаев прохлаждался эти три ночи!

– Позже поговорим на эту тему, – процедил сквозь зубы Андрей и ухватил меня под локоток. – Давай поторопимся, а то опоздаем.

– Вряд ли, без нас все рано не начнут, – хмыкнула я.

Он довольно быстро зашагал вперед, и мне пришлось, можно сказать, бежать за ним.

Не успели мы выйти из комнаты, как столкнулись с запыхавшейся Верой Ильиничной и ее мужем. Моя будущая свекровь сообщила, что к церемонии все готово, ждут только нас.

Слушая проникновенную речь женщины-регистратора, я заметила, что почти после каждого ее напутствия мое сердце пропускает удар. Не говоря уже о том, что ладони у меня мокрые и ноги подкашиваются. Сложно себе представить, что чувствует девушка, выходя замуж за человека, с которым собирается прожить до конца дней. Мой брак должен продлиться ровно год, и то голова от переживаний кружится. Хотя, может быть, мое состояние объясняется взглядами нескольких сотен глаз, которые пристально за мной наблюдают, или недавним скандалом с бывшей пассией жениха.

Регистратор начала вещать на тему супружеской верности, и я осторожно отвела взгляд и покосилась на Исаева. Осанка прямая, но не напряженная, на лице полное согласие с тем, что он слышит. Такое ощущение, что мой жених сейчас закивает и пару раз поддакнет.

Вот актер погорелого театра! Наверняка Андрей ухмыляется в душе, прикидывая, когда бы вновь переночевать вне дома в отличной женский компании.

Лицемер!

Хотя, если разобраться, это его личное дело – где и с кем спать, мы друг другу ничего не должны, кроме как изображать на людях идеальную пару.

Грустно…

Я давно призналась себе, что злюсь на Андрея не потому, что страшусь огласки, а потому, что безумно его ревную, хоть и не имею на это никакого права.

Андрей надел кольцо на палец мне, а я ему, мы оба произнесли сакраментальное «да», и вот регистратор велела нам поцеловаться. Помня наш первый поцелуй, я ожидала второго с замиранием сердца, но Исаев лишь слегка прикоснулся к моим губам и тут же отстранился. Я надеялась ощутить вулканический жар, а в действительности меня обдало холодом до мурашек.

Нужно срочно взять себя в руки. Мои чувства к Андрею – а они, безусловно, есть – доведут меня до страданий и бесконечных переживаний, где он и с кем. Уверена, стоит мне пожелать, и уже завтра утром мы с ним проснемся в одной постели. Но Исаева интересует лишь ни к чему не обязывающая интрижка, мне же этого ничтожно мало.

После церемонии и утомительных поздравлений выдалась наконец долгожданная минутка одиночества. Вернее, я сама себе ее организовала, когда ушла из зала на террасу. Причем меня из-за густой растительности было не видно, а ресторан, полный людей, был как на ладони.

Для поднятия настроения я нашла среди приглашенных Сережу, любуюсь им и не нарадуюсь. Кто бы мог подумать, что несколько дней трезвости так преобразят человека? Во-первых, мой брат сразу же помолодел на несколько лет и теперь выглядел даже не на свой возраст, а гораздо моложе. Во-вторых, он не горбился, плечи расправились, походка просто загляденье – уверенная, без заносов в разные стороны, ну и, конечно же, главное – умный взгляд.

Если еще недавно, на помолвке, девушки шарахались от Сергея как от чумного, а он за ними нахально волочился, то сейчас все было с точностью до наоборот – Сережа отбивался от внимания дам, а они искали его расположения.

К Сереже подошел мой муж. По жестам и выражениям их лиц было заметно, они рады видеть друг друга. Андрей и мой брат обменялись крепким рукопожатием. А дальше (я даже моргнула, потому что подумала – мне это чудится) они обнялись, крепко, по-мужски, похлопывая друг друга по спине, как закадычные приятели.

Когда это они успели так подружиться?

После непродолжительной беседы отец подвел Андрея к компании толстосумов, для которых мы, собственно, и играли эту свадьбу. Да, праздник праздником, но дела прежде всего.

Я насторожилась. Возле моего брата притормозил официант и предложил ему взять с подноса напиток. Сережа посомневался, но потом все же потянулся к бокалу с бледно-желтой жидкостью. Издалека было не видно, но, похоже, это шампанское.

Хоть врач и советовал доверять Сереже и не следить за ним ежеминутно, я, подобрав юбку, рванула в главный зал ресторана.

Надеюсь, я ошибаюсь и это не шампанское, но все равно незаметно принюхаюсь к жидкости в бокале, так сказать, для собственного спокойствия.

Сережа встретил меня теплой улыбкой и, положив руку мне на талию, приобнял. Пока брат рассказывал о том, как ему нравится новая жизнь, мой нос следовал за бокалом в его руках, но не поспевал.

– София, это лимонад, – снисходительно сообщил мне Сергей, видимо все-таки заметив мое неестественное внимание к напитку.

В подтверждение своих слов он дал мне его не только понюхать, но и попробовать.

– Извини, – потупившись, произнесла я.

– Ерунда, ничего страшного. Я бы на твоем месте тоже сомневался.

Дабы утолить любопытство и заодно уйти от скользкой темы, я спросила:

– Видела, как вы поздоровались с Исаевым. Впечатляет. Неужели один утренний разговор по душам и совместная поездка в клинику способны породить дружбу?

– Почему один разговор и поездка? – искренне удивился Сережа. – А как же те несколько визитов в больницу, которые нанес мне Андрей.

– Понятия не имею, о чем речь. Исаев тебя навещал?

– Да. А ты разве не в курсе? Доктор посоветовал мне в моменты кризиса, если будет слишком уж тяжело, приглашать к себе родственников или близких знакомых. Ну я и подумал, что лучшей кандидатуры, чем Андрюха, мне не найти. И не ошибся. Он не только не отказал мне, но и помог, даже ночевал у меня.

– Ночевал?! – изумленно воскликнула я. – Когда?

– София, а почему ты этого не знаешь? Вы же вместе живете.

– Ответь, когда Исаев ночевал у тебя, и желательно поточнее! – зарычала я на брата от нетерпения.

Сережа задумался, потом глянул в мобильный на календарь и огласил: ровно три ночи, и числа были мне до боли знакомы. Именно в эти ночи я грызла ногти, бегала из угла в угол, думая, что Андрей проводит время с другой женщиной, а он на самом деле помогал моему брату.

Прикрыв лицо ладонями, мотаю головой из стороны в сторону и тихо-тихо ругаюсь.

– Так ты не знала, что Андрей ездил ко мне? А где тогда, по-твоему, он был? Вы вместе живете или нет? София, я с кем разговариваю?

– Да, конечно же, мы живем вместе, – отозвалась я. – Я думала, что он шастает по любовницам.

– А-а-а, – расплылся Сережа в хитрой улыбке. – Да вы, ребята, похоже, заигрались в жениха и невесту. То Исаев как бы между делом задает мне вопросы о тебе: что ты любишь, чем увлекаешься, были ли у тебя более-менее серьезные отношения с парнями? А теперь ты облегченно выдохнула, услышав, что Андрей не с бабами спал, а мозги мне на место вправлял. Давай уже, колись, что межу вами происходит? Любовь, помидоры и прочие неприятности?

Вместо ответа я тяжко выдохнула и пожала плечами.

– Понято, что ни черта не понято, – протянул Сережа. – Вам бы поговорить да разобраться во всем. Как тебе идея?

– Все наши разговоры обычно заканчиваются руганью, – заявила я.

Но, проанализировав последние дни, пришла к неутешительному выводу – абсолютно во всех наших ссорах виновата исключительно я. Если Андрей о чем-нибудь меня спрашивал, я не отвечала ему спокойно, а сразу вспомнив о том, что он не ночевал дома, либо рычала, либо язвила. Дошло до того, что мы и вовсе перестали общаться, а когда встречались, например, в кухне, делали вид, что друг друга не замечаем.

Обсудить с братом, как теперь исправить ситуацию, мне не дали. К нам подплыла очередная поклонница Сергея и стала весьма активно с ним флиртовать. Вот с нее мне и надо брать пример. Вряд ли она упустит интересующего ее мужчину из-за домыслов и неподтвержденных подозрений.

Оглядев зал и не увидев Исаева, я пошла его искать. Пропажа обнаружилась возле стола с закусками. Рядом с ним крутились две девушки. Опять двадцать пять!

Топнуть бы ногой и закричать во всеуслышание: «Дамы, Исаев теперь женатый мужчина, хватит к нему липнуть!»

Мечты-мечты…

Естественно, такого выпада я себе не позволю. Я подобрала пышную юбку, будь она неладна, развернулась и потопала в противоположном направлении от веселой троицы, пока они меня не заметили.

Я остановилась. Может, хватит уже наступать на одни и те же грабли и получать по лбу?

Опять сменив курс, я приблизилась к мужу и его собеседницам.

И не без удовольствия отметила, что мой приход ни у кого из троих не вызвал негатива. Напротив, девушки очень мило со мной поздоровались, вполне искренне восхитились моим платьем и даже попросили координаты стилиста, который воплотил в жизнь мой образ.

Лишь когда во время разговора выяснилось, что эти две дамы – жены бизнес-партнеров Исаева, я напряглась. Помню нашу первую встречу, когда я застала Андрея со спущенными штанами. Та дама тоже была женой партнера по бизнесу, только не Андрея, а его отца.

Я отбросила неприятные мысли подальше. Исаеву в ту пору было около двадцати, прошло уже десять лет, он повзрослел и поумнел. Ну, по крайней мере, я очень на это надеюсь.

– Нас, должно быть, уже мужья потеряли, – протянула одна из дамочек. – Да и новоиспеченным супругам, наверное, хочется побыть наедине.

– Верно. Да и носик припудрить пора, – поддержала ее подруга, и девушки мигом исчезли.

– Цветочница, ты что, пила? Ты, случаем, свой любимый лимонад с шампанским не перепутала?

Понятия не имею, к чему этот вопрос, но предположу – к очередной саркастической шуточке. Конечно же, теперь, когда мы остались одни, можно и пожалить друг друга, у нас ведь так заведено.

Здоровенная фига тебе, дражайший супруг, язви и кусайся сколько угодно, ни на одну из провокаций не поведусь. Я собственноручно создала такую схему общения, я же ее и разрушу.

– Нет, не перепутала, – спокойно ответила я и вместо вопроса: «А в чем, собственно, дело?», который помог бы Исаеву развить мысль и затеять ссору, улыбнулась.

Пока Андрей терялся в догадках, с чего это я такая добренькая, я взяла со стола миниатюрную (не больше пяти сантиметров в диаметре) тартинку, наполнила ее одной из предложенных начинок и полила обильно сырным соусом.

– Проголодался? – спросила я, протягивая Андрею закуску.

Он сначала внимательно посмотрел на меня, потом с подозрением на тартинку и изрек:

– Что ты положила в нее, кроме начинки?

Я закатила глаза и, дабы не объяснять Исаеву, что не добавляла туда ничего, кроме безопасной еды, и просто хотела ему сделать приятное, отправила лакомство себе в рот, а когда проглотила, облизнувшись, заметила:

– Между прочим, вкусно. Сделать еще одну для тебя?

– Давай, – кивнул мой муж.

Исаев умял тартинку, а затем положил мне на плечи ладони и, наклонившись близко к моему лицу, поинтересовался:

– Признайся, София, ты задумала что-то особенно гадкое и поэтому бдительность мою усыпляешь?

– Нет, – мотнув головой, лаконично ответила я.

– Тогда зачем подошла ко мне, разговариваешь, как будто я человек, а не зло вселенского масштаба, да еще и любезничаешь с моими знакомыми? Объясни.

Если я выложу карты на стол и расскажу мужу, почему все это время я, как злая собака, рычала на него, ему нетрудно будет провести параллель от моей ревности до нежных чувств к нему, и кто знает, как он этими знанием распорядится.

Андрей спас меня от Марины, помогает моему брату бороться с алкоголизмом, но это совершенно не значит, что он святой. Тогда, в саду, когда Исаев подумал, что я работаю в доме у дедушки, попытался же он хитростью затащить меня в койку. Вряд ли у него были далеко идущие планы. Так, пару недель покувыркались бы вместе, а дальше в лучшем случае он нашел бы мне работу, обеспечил жильем – и гуляй, красавица, на все четыре стороны света.

Нет, меня совершенно не устраивает легкий роман. Либо у нас с Андреем сложатся серьезные отношения, либо никакие. Да, трудно держать любимого мужчину на расстоянии, но труд – это не боль. А мне действительно будет больно, если Андрей, наигравшись, перестанет меня замечать и наши отношения постепенно сведутся к нулю. Поэтому я пока не тороплю события, сначала прозондирую почву.

– Почему-почему, – повторила я вопрос мужа. – Да потому, что мне надоело с тобой ругаться. Нам целый год жить под одной крышей, так давай хотя бы попытаемся вести себя как цивилизованные люди.

– Если честно, Цветочница, я считаю, что ты морочишь мне голову, – признался Исаев.

– Твое дело. – Я пожала плечами, а когда заиграла медленная музыка, попросила: – Андрей, имей совесть, пригласи законную супругу на танец.

Исаев оглядел меня с ног до головы, словно оценивая, стоящая перед ним партнерша или нет. Потом, видимо, решил, что все-таки стоящая, и подал мне руку.

Когда Андрей выводил меня в центр зала, гости расступались и, не сговариваясь, образовали почти правильный круг, весьма резонно рассудив, что пришло время главного танца – жениха и невесты, который, к слову, был назначен на полчаса позже.

Наш еще не начавшийся танец встретили аплодисментами. Не знаю человека, отвечавшего за музыку и освещение, но он оказался настоящим профессионалом: моментально сориентировался и приглушил в ресторане свет, а на нашу с мужем пару направил несколько достаточно ярких, но не слепящих лучей. Только свадебный распорядитель стоял с отвисшей челюстью и дергающимся глазом и все глядел в планшет, не понимая, что происходит, мотал головой и явно паниковал из-за того, что торжество идет не по плану.

Для постановки свадебного танца мы с Андреем каждую среду посещали модного и именитого хореографа. Раз за разом оттачивали движения до автоматизма, и этот танец нам обоим порядком поднадоел. Но когда Исаев обнял меня за талию, сжал мою руку и закружил под музыку, я тут же догадалась, что он не повторяет заученные движения, а импровизирует.

Как и положено хорошей супруге, я полностью доверилась чутью мужа: он вел, а я послушно следовала за ним. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что люди вокруг, их мнение и оценивающие взгляды абсолютно меня не волнуют. Интересно и важно лишь то, что я ощущаю в крепких, но в то же время нежных объятиях Андрея. Умопомрачительный запах Исаева дурманил мне голову, а исходящее от его тела тепло навевало весьма неприличные мысли и образы. Так хорошо мне еще никогда не было.

– Цветочница, ты еще со мной? – шепнул мне на ухо Исаев.

О-о да, и еще как!

– А где я, по-твоему? – произнесла я совсем не то, о чем думала.

– Да кто ж тебя разберет? Где-то далеко в облаках.

Ну уж нет, я тут, рядом с тобой, и если бы ты знал, о чем мечтает мое подсознание, то как минимум окрестил бы меня нимфоманкой.

– Я просто погрузилась в себя. Все эти люди, которые смотрят на нас, немного меня смущают, – нагло соврала я.

– София, в конце танца, исключительно для зрителей, я наклонюсь и поцелую тебя, ты уж потерпи и не брыкайся. Договорились?

Еще как договорились! И зачем ждать до конца танца, целуй уже, я в предвкушении.

– Ладно, чего только не вытерпишь для общего дела, – сказала я, а сама немного отклонилась назад, чтобы Исаеву было удобнее касаться моих губ, и еще и глаза чуть прикрыла.

Музыка стихла, и мгновения, когда Андрей склонял ко мне голову, показались мне вечностью. Понятия не имею, как я удержалась, чтобы не притянуть его к себе и не ускорить процесс. Нежное касание мужских губ с лихвой окупило томительное ожидание. От донельзя чувственного поцелуя мой разум окончательно помутился, и я мало того, что выдала протяжный, полный экстаза стон, так еще и обвила шею Андрея руками и бесстыдно прижалась к нему, словно опасаясь, что он убежит. Не было абсолютно никакой гарантии в том, что, если бы он действительно дал деру, я не пустилась бы за ним в погоню. В какой-то момент я осознала, что не просто позволяю себя целовать, а и со всем пылом отвечаю, и мне все мало, мало, тело настойчиво требует большего.

Андрей закончил наш поцелуй гораздо быстрее, чем я рассчитывала. У меня подкашивались ноги, тряслись руки, голова почти ничего не соображала, но слова мужа вскоре вернули меня к реальности.

– Цветочница, не переигрывай.

Восстанавливая дыхание, я вдруг ощутила потребность где-нибудь спрятаться. Как же я после этого представления покажусь на глаза дедушке? А что скажет Сережа? Хороша же у него сестрица! Миронов, конечно, промолчит, но это вовсе не значит, что он ничего не подумает.

А с другой стороны, какая мне разница, кто и что обо мне подумает и скажет? Я взрослая, а теперь и замужняя девушка, хватит оглядываться на других. Я выпрямилась и смело окинула взглядом толпу. Похоже, им все равно, даже дедушка нам с Исаевым аплодирует, а Сережа и вовсе улыбается во весь свой белозубый рот. Один Миронов стоит поодаль хмурый, но это обычное для него выражение, так что все в полном порядке.

Ровно с того момента, как я решила, что мнение окружающих – это их личное дело и меня не особо волнует, я заметила, что мне теперь легче дышать, и моя собственная свадьба стала гораздо веселее. Мы с Андреем не ограничились одним медленным танцем, от быстрых тоже не отказались. Ради этого я даже фату, а потом и туфли сняла – чтобы не мешали. Свадебный распорядитель не включил в сценарий забавные конкурсы, пояснив это тем, что статусные гости не будут в восторге от идеи бегать по залу с шариком между ног.

Как же он ошибся!

Мы с Исаевым и Сережей сами организовали несколько конкурсов, и что интересно, когда мы зазывали участников, самыми рьяными охотниками были как раз главные толстосумы вечера. Один весьма представительный дядечка радовался бутылке шампанского и корзине с фруктами, полученным за исполненный им стриптиз на столе, больше, чем компании, которую он в прошлом месяце купил у конкурента.

Все хорошее рано или поздно заканчивается, и вот мы с Исаевым усталые, но довольные крадемся по лестнице для персонала, покинув номер для новобрачных. Его в гостинице при ресторане арендовала для нас мама Андрея, и там просто чудесно: кровать с балдахином, лепестки роз, рассыпанные на постели, бутылка шампанского в ведерке со льдом…

Исаев не особо хотел уезжать из гостиницы, даже матрац на мягкость успел проверить, но я настояла на своем. Слишком уж тут пахло романтикой, а я твердо решила не торопить события.

Уже дома, перед тем как разойтись по комнатам, мы с новоиспеченным мужем пожали друг другу руки и пообещали постараться больше не ссориться и быть друзьями.

Андрей

Нет, ну каким надо быть ослом, чтобы окольцевать не женщину, а мечту, а после согласиться на дружбу с ней!