Головная боль майора Стрельцова

Глава 12. Катя

Клянусь, я еще никогда в жизни так не ждала выходного, как на этой неделе! В школе я училась с удовольствием, поэтому выходные не были для меня прям огромным счастьем, в универе в целом выходные не были отдыхом, потому что всегда было много работы, а тут…

Мне нравится моя работа, правда, очень нравится! И коллектив, хотя с ними и сложно, и пациенты мои нравятся! Просто эти военные, господибоже… Они словно забирают все силы, которые мне просто необходимо пополнить. И в качестве пополнения энергии я выбираю давно запланированный шопинг!

Не очень радует меня перспектива делать это все в одиночестве, но все подруги далеко, а муж мой… Ну он одно название, что “муж”. Я даже понятия не имею, в каком он городе сейчас. Больше никого у меня нет, так что приходится одной. Все лучше, чем сидеть в четырех стенах без парочки новых платьев.

Поэтому еду я в назначенное место с самого утра, забираю ключи от квартиры, что сняла на сутки, и иду гулять!

Прогулка по городу проходит отлично, погода сегодня волшебная! Я бы гуляла целыми днями, обожаю такие неспешные прогулки… От скуки правда все-таки звоню паре подружек и делаю вид, что гуляю с ними, потому что совсем одной как-то даже немного грустно, хотя я и стараюсь об этом не думать.

Обедаю в кафе, а потом делаю набег на магазины! Шопинг меня успокаивает, даже минус на карте не делает больно, я странно устроенный человек. Заработать я всегда найду где, при случае, а вот такое красивое платье мне может под руку больше не попасть. Именно поэтому я покупаю и платье, и еще одни новые туфли (я даже боюсь считать, сколько у меня пар обуви), и две юбки, брюки, джинсы, блузку, майку, новую пижаму, зачем-то купальник, хотя я явно ни на какое море в ближайшую вечность не собираюсь, и красивое кружевное белье. Больше, чем туфли, я обожаю только белье. Всем сердцем.

Вечером, уже когда почти темнеет, возвращаюсь в снятую квартиру. Руки отваливаются от количества пакетов, сил нет даже разобрать покупки. Бросаю их в прихожей и бегу в душ, а потом заказываю себе столько еды на ужин, словно осилю все это съесть. Честное слово, я не знаю, зачем столько, накидала в корзину от голода всего подряд, а когда курьер привозит два почти полных пакета, понимаю, что восемьдесят процентов этого улетит в мусорку.

Надеваю только купленную пижаму, на телевизоре в приложении ищу, какой бы фильм посмотреть, выбираю какой-то простенький ромком, чтобы отдохнуть с ним, начинаю накрывать на стол, и…

И вздрагиваю так сильно, что чуть не роняю упаковку с роллами на пол, еле успеваю подхватить ее и поставить на стол.

Потому что кто-то ломится в мою квартиру… И не стучит, это не просто стук! Натурально ломится, мне кажется от такого сильного стука дверь может запросто слететь с петель.

Руки дрожат сразу же, тут никакие практики от паники не помогут, потому что просто волнение — это одно, а когда в квартиру выбивают дверь — другое!

Мне страшно подойти, но выбора другого нет, я на цыпочках крадусь к двери и пытаюсь посмотреть в глазок. Отскакиваю тут же, потому что раздается еще один громкий стук, а потом…

— Открывай, красотуля, видели мы, что ты одна тут. И лучше бы тебе открыть самой, замочек тут хлипенький, справимся за пару минут.

Мать твою… А на это как реагировать-то вообще?! И какого черта? Откуда они видели? Что они видели? Что происходит?

Я стараюсь делать вид, что меня тут не существует, желание разреветься сумасшедшее, но я не позволяю себе. Сначала надо решить проблему.

Боже, зачем я вообще решила остаться тут! Вернулась бы туда, там куча военных, а тут что? Есть ли вообще смысл звонить в полицию? Успеют ли они…

Не знаю, что случается вдруг, но я вспоминаю слова Льва Степаныча о том, что майор Стрельцов живет где-то в городе, а не в военном городке, где всем выделяют квартиры. Я не знаю, насколько глупо будет позвонить ему и спросить, далеко ли он отсюда, но вдруг звезды сойдутся? Он бы точно мог помочь…

За дверью все затихает, я снова крадусь и смотрю в глазок и вздрагиваю, когда вижу там двоих… Отвратительной наружности мужчины перебирают в руках… что? Ни черта не видно, но я просто молюсь, чтобы это были не отмычки.

Хватаю стул, подпираю ручку, чтобы не могла открыться, и убегаю в дальний угол квартиру, набирая майора.

Это совершенно непрофессионально, учитывая его проблемы с агрессией и в целом проблемы в личной жизни и прочее, уже поздний вечер, да и мы не друзья, но я не могу не позвонить…

Он берет трубку на второй гудок, так быстро, что я даже теряюсь. А когда слышу, как в замке начинает что-то шуршать, меня бросает в холодный пот.

— Слушаю, — говорит он как всегда серьезным голосом. Я очень стараюсь не дрожать.

— М-михаил Викторович, а подскажите, вы в городе очень далеко от Пушкина сорок три живете?

— Минут десять пешком, а че такое?

— Ми-михаил, я… помогите, пожалуйста, ко мне тут в квартиру кто-то ломится, мне так страшно…

— Две минуты и я на месте. Точный адрес с этажом и квартирой смс-кой мне быстро! Спрячься в ванной.

Я слушаюсь его беспрекословно, даже не собираюсь ворчать, что он со мной на “ты”. Делаю, как приказал, и почему-то не бросаю трубку. Он, кажется, тоже. Потому что я слышу всю возню. Пару матов, шуршание, звук двери машины и двигателя. Еще пару матов, я даже умудряюсь улыбнуться, пока закрываюсь в ванной, как он и говорил. Тут не суперский замок, конечно, но еще одна преграда. Подпираю ручку двери шваброй, стараюсь держать себя в руках, трясусь.

Буквально через минуту снова слышу стук двери машины. Он приехал так быстро?!

Бросаю трубку и прислушиваюсь к происходящему за дверью ванной, она тут сразу у входа…

Там все еще шуршание в замке, кажется, у них не особо получается ее вскрыть. Это дает надежду хоть на что-то, пока они просто не начинают ее снова ломать… Стук сильный, дергают ручку так, что я слышу грохот стула: не помог…

А потом голоса. Много голосов, громкий, резких.

Миша?!

Не знаю, чем думаю, когда убираю швабру и вылетаю из ванной, но не могу не проверить. Бросаюсь к глазку и вижу, как огромный майор, который на голову, а то и больше, выше этих двоих, одной рукой умудряется с ними расправиться. Не шучу, одно! Они стоят от двери на таком расстоянии, что у меня хороший обзор.

Он как нашкодивших щенков их хватает за майки и спускает с лестницы. Не так сильно, чтобы они убились, но достаточно доходчиво, чтобы они сюда больше не сунулись.

А потом стучит сам. От его стука я тоже подпрыгиваю, но открываю сразу же. Уже собираюсь кидаться на шею с благодарностями, но он вручаем мне в руки… собаку?! Собаку, да… И говорит:

— Минуту мне еще дай, я ментам сдам их и вернусь. Дверь запри!

И уходит…

Я закрываю замок, стекаю по стене на пол прямо с этим чудом на руках. Откуда у него вообще такая собака? Как-то совершенно не вяжется с его устрашающим образом.

Собачонка начинает облизывать мое лицо и я только тогда понимаю, что плачу, а она слизывает слезы с моих щек.

Приступ собранности закончился, я снова маленькая и хрупкая девушка, которую хотели обидеть и напугали до чертиков. Я обнимаю этот белый пушистый и мягкий комочек и прижимаю к своей груди и позволяю себе еще пару минут поплакать.

Я испугалась до ужаса, и только быстрая реакция майора и его невероятная собранность и желание помочь спасают меня от истерики.

Он… он ведь даже не задал вопросов. Ни единого. Просто примчался. За минуту! Словно ему нечем было заняться вечером выходного и он нашел себе приключение.

С ума сойти…

Не знаю, сколько времени проходит, когда я слышу еще один стук. Уже аккуратный, не пугающий. И голос:

— Кать, это я. Открывай.

Не встаю с пола, протягиваю руку и щелкаю замком.

Он заходит и в прихожей моментально не остается места. Честное слово, он от стены до стены достает своими плечищами, это законно вообще?

— Я позвонил своим знакомым из ментовки, — говорит он, присаживаясь передо мной на корточки, — приехали, забрали. Квартира посуточно?

Киваю.

— Ну вот они с хозяином в сговоре. Он когда красивых девушек сюда пускает, они приходят… Сама понимаешь зачем. Отзывы чистят, огласки никакой, все боятся.

Боже мой… Боже мой!

Это на что я нарвалась вообще? Это что у них в голове-то вообще? Какой ужас… А что я бы делала, если бы не Михаил? Вот просто что я делала бы?

— Спасибо, — говорю хриплым голосом и шмыгаю носом, а собачка облизывает мне ноздри, заставляя хихикать сквозь слезы.

— И это… Я запрет нарушил. Ну, что людей не бить. Не сдержался.

— А это не люди, — говорю ему сразу. Во-первых, тут не было приступа агрессии, а только защита меня. Во-вторых… а так им и надо!

— Что ты делаешь тут? Ты ж в военке живешь.

Не знаю, с чего вдруг он перешел на ты, но пока мы не в стенах части, пусть уж так… У меня нет сил препираться.

— Я на выходные решила выбраться. По магазинам походить, погулять. Ну и… вот. Сняла квартиру…

— Испугалась?

Киваю. А что врать? Я в ужасе.

— Не думала даже, что могу попасть в такое. Спасибо, что вы приехали так быстро. Я не знала, кому еще позвонить, Лев Степаныч говорил, что вы в городе живете, а я больше никого не знаю здесь.

— Правильно, что позвонила. И если еще че надо будет — позвонишь опять. Поняла?

Киваю. Я вообще с ним сегодня со всем согласна, киваю и киваю раз за разом.

— А хотите покушать? — внезапно предлагаю ему. Он даже брови приподнимает от неожиданности. — Я просто еды заказала… С перебором. И одна боюсь теперь тут, если честно, и…

— Домой тебя отвезти? — спрашивает. Поднимается, подает мне руку, чтобы тоже встала, и я понимаю, что все еще прижимаю собаку к себе.

— Н-нет, что вы! Так поздно, мне неудобно, ехать все-таки не пять минут, и…

— Кать, ну одну я тебя теперь не оставлю тут. Поэтому выбирай: я остаюсь тут или ты едешь ко мне. У меня свободная комната есть. Решай. Шустро.

Мамочки… Вот привык своими солдатами командовать и мной командует! А я вместо того чтобы все-таки возмутиться и правда стою и думаю, как будет лучше.

Ну, допустим, одной я тоже оставаться не хочу! И благодарна ему за это рыцарство. Но на его территорию… Ох. Нет уж, это что-то слишком личное, я не готова.

— Тут есть лишний диван, — говорю ему, прикусывая губу.

— Идет, — теперь кивает он. — Бетти не будет мешать?

— Кто? — хмурюсь.

— Белоснежный пушистый шар в твоих руках. Бетти. Собака моя.

Я не сдерживаю смешок и качаю головой. Мешать она точно не будет. Но шпиц по имени Бетти у двухметрового майора, это, конечно, очень интересная история…

Надо узнать, откуда Бетти у него появилась.

Этим и займусь за ужином!