Идеальный мир для Химеролога 6

Глава 11

Императорский Дворец

Петербург, Российская Империя

Глава Высшей Канцелярии выглядел так, будто не спал последние сорок восемь часов — что, скорее всего, было чистой правдой.

— Ну что, Алексей Петрович? — спросил Император. — Докладывай, как там дела. Всё-таки уже два дня прошло. Началось?

— Началось, Ваше Величество, — Волконский подошёл к столу и положил сверху толстую папку с грифом «Аналитика». — Эффект… взрывной. Я бы даже сказал, лавинообразный.

Император подошёл к столу и сел.

— Ты же знаешь, Алексей Петрович, меня интересуют конкретные цифры.

— По предварительным данным, около тридцати процентов зарегистрированных ранее химерологов уже покинули черту города или находятся в «жёлтых» зонах приграничья, — начал доклад граф. — Они бросились наружу.

Фёдор Владимирович хмыкнул.

— Ну, жадность — это великий двигатель прогресса. Я знал, что это сработает.

— Это не просто жадность, государь, это азарт, — уточнил Волконский. — Они поняли суть системы. Баллы дают за голову. И не важно, чья это голова — баллы начисляют за всех.

— И они решили выкосить «мелочь»?

— Именно. Сейчас у Стен творится настоящее безумие. Химерологи, которые раньше боялись нос высунуть из своих лабораторий, теперь рыщут по кустам. Они понимают: «безопасные» монстры — ресурс конечный. Кто успеет набить рейтинг на слизнях и зайцах-мутантах, тот получит статус и доступ к ресурсам. А кто опоздает — тому придётся идти вглубь леса, к настоящим чудовищам.

Император позволил себе скупую улыбку.

— «Фармят», как говорит молодёжь. Ну что ж, пусть фармят. Нам нужно зачистить буферную зону. Если они перебьют всю мелочь, крупным хищникам нечего будет жрать у самых границ, и они либо уйдут вглубь, либо полезут на рожон, где их встретит армия. А что со второй группой?

Волконский скривился.

— А вторая группа, Ваше Величество… воет.

— Громко?

— Ассоциация Химерологов подала петицию. Союз Заводчиков Элитных Питомцев угрожает забастовкой. Вчера на Невском пытались собрать митинг под лозунгами «Руки прочь от искусства» и «Не дадим превратить науку в бойню».

— И что вы сделали?

— Разогнали водомётами, — буднично сообщил глава Канцелярии. — А зачинщиков отправили на принудительные работы по укреплению фундамента Стены. Пусть посмотрят в глаза той реальности, от которой они так старательно отворачивались.

— Мятежи?

— Планируются, — кивнул Волконский. — В закрытых клубах, в аристократических салонах… болтают много. Грозятся, что уедут из страны, что выведут капиталы. Некоторые горячие головы даже шепчутся о смене политического курса.

Император тяжело вздохнул и посмотрел на графа.

— Пусть шепчутся. Пока они только болтают — они безвредны. Мы знали, что будет сопротивление. Никто не хочет слезать с насиженного места и лезть «на баррикады». Но у них нет выбора.

Фёдор Владимирович встал и подошёл к огромной электронной карте на стене. Красные точки — очаги прорывов и скопления тварей — пульсировали, как нарывы на теле страны.

— Результат хороший, Алексей Петрович. Даже лучше, чем я ожидал. Треть специалистов уже в поле. Они работают, убивают тварей, приносят пользу. И это только начало.

Он провёл пальцем по границе одной из областей.

— Но этого мало. Мы выиграли время, но не войну. Химерологи — это только первый этап.

— Вы хотите запустить вторую фазу? — тихо спросил Волконский. — Сейчас, когда общество и так на взводе?

— Именно сейчас, пока они в шоке и дезориентированы. Нужно бить, не давая опомниться. Готовь указ по аристократии.

Волконский побледнел.

— Ваше Величество… Но, роды не простят. Они веками пользовались привилегиями. Если вы заставите их платить «налог кровью»… Это может привести к гражданской войне.

— А если я этого не сделаю, никакой войны не будет, — жёстко отрезал Фёдор Владимирович. — Потому что некому будет воевать. Нас просто сожрут. Ты видел сводки из Великих Лук? Видел, что осталось от города? Ничего. Люди думают, что это где-то далеко, что их это не коснётся. Что их высокие заборы и деньги спасут от когтей и клыков. Но они ошибаются. Твари не берут взяток и не смотрят на титулы. Аристократы обязаны служить. Это основа их статуса. Они забыли об этом, превратились в паразитов. Но мы им напомним. Каждый род, владеющий землями, обязан выставить боевые отряды. Лично. Или лишится титула и владений. Без исключений.

— Будет много крика, — покачал головой граф.

— Плевать. Пусть визжат. Потом, когда их детей не будут жрать в собственных спальнях, они ещё спасибо скажут. А потом мы возьмёмся и за остальных. Корпорации, гильдии, все остальные… В этой войне нет нейтральных. Либо ты с Империей, либо ты корм.

Он посмотрел на садившееся солнце, окрасившее город в кроваво-красные тона.

— Жёсткие меры, Алексей Петрович. Самые жёсткие. Мы будем резать по живому, чтобы спасти организм. Готовь бумаги.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Волконский поклонился и вышел. Император остался один.

— Вы меня возненавидите, — прошептал он. — Но вы останетесь живы. И это единственное, что имеет значение.

Я сидел в операционной, одной рукой лениво листая распечатанные документы с новыми имперскими постановлениями, а второй удерживал на столе огромную чёрную пантеру.

Зверюга была что надо. Мышцы как канаты, шкура лоснится… Это была не какая-то декоративная кошечка для аристократки, а боевая единица из отряда зачистки.

Но, как говорится, был нюанс.

На мощной спине этой машины смерти прорезались… крылья. И ладно бы это были кожистые крылья летучей мыши или орлиные, покрытые стальными перьями. Но нет. Это были жалкие общипанные куриные крылышки. Они нелепо трепетали, пытаясь поднять в воздух тушу весом под сто пятьдесят килограмм.

— Ну и уродство, — честно признался я, разглядывая это биологическое недоразумение. — Это ж надо было так умудриться.

Суть проблемы была понятна. Пантера явно сожрала кого-то не того. Скорее всего, во время зачистки загрызла какую-то химеру-птицу, напичканную нестабильным мутагеном. Активные частицы атрибутов вступили в реакцию, произошла спонтанная трансмутация, и вот результат — гроза химер теперь похожа на перекачанную курицу.

Я отложил бумаги в сторону. Баллы и рейтинги подождут. Тут у нас случай поинтереснее.

— Эй, подруга, — я легонько похлопал пантеру по морде. — Просыпайся.

Хищница открыла глаза. Жёлтые вертикальные зрачки сфокусировались на мне.

— Давай-ка посмотрим, что там у тебя внутри и как ты докатилась до такой жизни. Покажи мне, чем ты занималась.

Пантера фыркнула, дёрнула ухом и телепатически, на уровне простых мыслеобразов, послала мне чёткий сигнал:

«Нет. Секрет».

— Секрет? — я усмехнулся. — У тебя от меня секреты?

Я взял со столика огромный шприц с толстой насадкой, которым обычно промывают раны.

— Видишь это? — ласково спросил я. — Это называется «Сыворотка Болтливости». Вводится ректально. Очень больно, но зато память освежает мгновенно. Ты же не хочешь, чтобы мы переходили к таким мерам, правда?

Пантера посмотрела на шприц, потом на меня. В её взгляде читалось презрение. Она медленно приподняла верхнюю губу, обнажая большие белоснежные клыки. Рык был тихим, но многообещающим. Она как бы намекала: «Убери железку, человечек, а то я откушу тебе руку».

— Ну ладно, — я отложил шприц. — По-плохому, так по-плохому. Не хочешь по-человечески, будем по-звериному.

Я закрыл глаза на секунду, концентрируясь. Позволил своей сущности слегка поменять форму. Моя челюсть хрустнула, выдвигаясь вперёд. Я широко улыбнулся. Мои зубы стали длиннее, острее и их стало гораздо больше. Это была не улыбка человека, а оскал глубоководного чудовища, способного перекусить якорную цепь.

— Видишь? — прорычал я искажённым голосом, клацнув зубами у самого её носа. — Я тоже так могу. И поверь, мои зубы покрепче твоих будут. Будем меряться или покажешь картинку?

Пантера вздрогнула. Её уши прижались к голове, а куриные крылышки жалко затрепетали. Она поняла, что перед ней не просто ветеринар, а кто-то, кто стоит как минимум на пару ступеней выше в пищевой цепочке.

«Смотри», — покорно передала она.

Барьеры в её разуме исчезли, и я погрузился в её память. И, должен признать, остался под впечатлением. Эта кошка была настоящим ветераном. Я увидел десятки боёв. Видел, как она в одиночку удерживала узкий проход в коллекторе, не давая прорваться стае смертоносных химер. Видел, как она закрывала своим телом хозяина от кислотных плевков, принимая удары на броню. Видел горы трупов врагов…

Она уничтожала химер пачками. Часто была ранена, но всегда выживала. Настоящий боец.

— Уважаю, — сказал я, возвращаясь в реальность и приводя лицо в порядок. — Ты крутая.

Такого бойца портить куриными крыльями — преступление.

— Ладно, бонусом я тебе тут немного подшаманю.

Я положил руки на её спину. Куриные отростки втянулись обратно, растворились, став строительным материалом. Я укрепил ей кожу, сделав прочнее. Усилил сухожилия. Добавил пару незаметных, но полезных фишек в метаболизм — чтобы регенерация работала быстрее, а токсины выводились активнее.

Короче, нахреначил я ей улучшений от души. Внешне она не изменилась, но теперь это была машина смерти версии 2.0.

— Всё, свободна. И больше не жри всякую дрянь.

Отправив довольную пантеру в вольер отсыпаться, я снова вернулся к бумагам. Мысли вернулись к новым законам.

— В интересное время мне довелось жить…

Император не соврал — реформа была масштабной. Но то, что они опубликовали, было только вершиной огромного айсберга. Всего двадцать процентов информации. Остальное будет выдаваться дозировано, по мере прохождения этапов. Постоянно появлялось что-то новое, какие-то поправки, дополнения…

Я открыл на планшете закрытый раздел реестра. «Имперские мануфактуры». «Литейные цеха высшего класса». «Лаборатории синтеза». Оказывается, многие производства, которые раньше работали на аристократов или корпорации, теперь перешли под прямое управление Империи. И купить их продукцию за деньги стало невозможно. Вообще.

Хочешь уникальный анализатор генома? Плати баллами. Нужен адамантитовый скальпель? Баллы. Реактор холодного синтеза для лаборатории? Гони баллы, да побольше.

Там был список из тысячи пунктов. На что-то нужно было совсем немного, на что-то — какие-то космические суммы.

Я проверил свой счёт. «Баланс: 1042 балла».

— Тысяча… — задумчиво протянул я. — Много это или мало?

С одной стороны, я не лез на рожон. Не валил тварей S-класса, чтобы не привлекать внимание спецслужб. Так, прошёлся по всякой мелочи, зачистил пару гнёзд, перебил три сотни монстров… Для анонима «Санитара» — вполне себе неплохо.

Но глядя на цены в этом каталоге, я понимал, что я нищеброд. На нормальную лабораторию тут нужно по меньшей мере тысяч пятьдесят.

Зато я мог купить разные приятные мелочи. Расходники, редкие реагенты, инструменты… И это меня радовало. Система работала. Пусть анонимность там была условная (я не верил, что в Канцелярии не знают, кто скрывается под псевдонимом), но пока меня не трогали — меня это устраивало.

Но главный прикол был не в баллах. А в том, как всё это меняло расклад сил.

Я пошёл в свой кабинет.

— Кеша!

Попугай спрыгнул со шкафа, жуя какую-то булку.

— Тута я, босс!

— Кеша, а теперь расскажи ещё раз, что ты мне утром говорил? Только, пожалуйста, без своих художественных преувеличений.

Кеша проглотил кусок, вытер клюв о крыло и с энтузиазмом начал:

— О, хозяин! Там такое было! В пекарне у тёти Зины пирожки испекли с капустой — просто бомба! Я один спёр, пока она отвернулась…

— Кеша…

— А, ну да. А ещё кот Василий! Ну, тот рыжий валенок, про которого я тебе рассказывал! Ты представляешь, он полез на крышу за голубкой, поскользнулся на мокрой черепице и навернулся! Эпическое было падение! Он летел и орал так, что во всём квартале сирена тревоги сработала! Люди подумали, что это химера какая-то напала, начали по подвалам прятаться! А это Васька жопой в мусорный бак приземлился!

Я потёр виски.

— Нет, давай о другом. О том, что ты слышал в поместье.

— А, про эту твою аристократку… Ну, там всё грустно, хозяин. Кеша, как обычно, просто сидел на карнизе, слушал, как она с Макаром разговаривала. И была в печали.

— Почему?

— А потому что нет у неё боевых химерологов. Вообще ни одного.

Я кивнул. Это то, что я и предполагал.

— Есть учёные, теоретики… Есть эти, которые котиков пушистыми делают… А бойцов — ноль. Зи-ро! И это, хозяин, самый жирный минус этих новых законов ваших для таких, как она. Сейчас не нужны учёные. Так что аристократка боится.

Да, Агнесса явно понимала, что без силовой поддержки её род просто сожрут. Контракты уходят, влияние падает. Ей нужны не пробирки, а клыки.

В принципе, я был с этим согласен. Химеролог — это не просто врач для монстров. Это — создатель силы. И он сам должен иметь силу. Если ты химеролог, который не может постоять за себя, не имеешь боевого потенциала, — ты будешь всю жизнь заниматься тем, что скажут другие. Лечить геморрой у драконов, смешивать крема от морщин или сидеть на цепи в подвале у какого-нибудь барона, штампуя ему дешёвых уродцев.

Если ты талантлив и хочешь заниматься наукой, изучать тайны мироздания, создавать шедевры… тебе нужна защита. И лучшая защита — это способность убить любого, кто попытается тебе помешать.

Мой пример чётко это показывал. Сколько раз на меня нападали только в этом мире? Десять? Или двадцать? Если бы я был просто ветеринаром, меня бы уже давно закопали или продали в рабство.

Агнессе нужны бойцы. А мне нужны её ресурсы и прикрытие.

— Ладно, Кеша, — сказал я. — Спасибо за информацию. Лети, доедай свою булку.

— Есть, хозяин! — попугай снова забрался на шкаф.

Я же уселся за ноутбук и открыл специальный раздел для тех, кто набил рейтинг в новой системе. Мой баланс: 1042 балла.

Я пролистал список лотов. Ага, вот оно! «Универсальный био-смеситель „Циклон-3“. Патент Империи. Используется для стабилизации сложных алхимических соединений в промышленных масштабах».

Цена: 100 баллов за штуку.

Я прикинул. Агнесса говорила, у неё проблемы на производстве. Старое оборудование не тянет новые рецепты, а новое купить негде, потому что Империя монополизировала рынок высоких технологий.

Я выбрал количество — десять штук, нажал кнопку «Оформить заказ», ввёл адрес, подтвердил. Баланс мигнул и превратился в жалкие 42 балла.

Система выдала сообщение: «Заказ принят. Доставка осуществляется Тайной Курьерской Службой Империи. Ожидайте в течение пяти часов».

— Ну-ну, — хмыкнул я. — Посмотрим на вашу супер службу.

Прошло ровно три часа.

К крыльцу клиники подкатил ярко-розовый фургончик, с нарисованными на бортах вафельными рожками и весёлой надписью: «Мороженое от Снеговика!». Из динамиков на крыше лилась какая-то идиотская детская песенка.

Дверь открылась, и оттуда вылез здоровенный мужик с каменным лицом. По телосложению я мгновенно понял, что под рубашкой и фартуком надет бронежилет. На голове красовалась кепочка мороженщика.

— Доставку заказывали? — басом спросил он, сверившись с телефоном.

— Ну, допустим.

— Код подтверждения?

Я назвал код, пришедший мне на телефон.

Амбал кивнул, открыл задние двери фургончика и принялся выгружать коробки с пломбиром.

— Конспирация уровень «Бог», — оценил я.

Мороженщик даже не улыбнулся. Он сгрузил коробки прямо в холле клиники, а потом сел в свой розовый фургон и укатил под весёлую музыку.

Я посмотрел на гору коробок. Ладно, теперь вторая часть плана. Достал телефон и набрал Агнессу.

— Да, Виктор? — голос у неё был замученный. — Я сейчас очень занята, у нас тут совет директоров и…

— Давай, дуй ко мне, — перебил я её.

В трубке повисла тишина.

— Виктор, ты не слышал? Я занята. У меня производство стоит, инвесторы бунтуют, я не могу просто так сорваться попить кофе.

— Я сказал — дуй ко мне. Это в твоих интересах.

И положил трубку. Валерия, наблюдавшая за этим, покачала головой.

— Вик, ты когда-нибудь доиграешься. Она же графиня.

— Она партнёр, — поправил я. — А партнёры должны понимать намёки. Какая она, однако, непонятливая…

Агнесса приехала через сорок минут. Злая, как фурия. Влетела в клинику, готовая разнести меня на молекулы.

— Виктор! Почему нельзя прямо сказать, зачем я нужна? Если это очередная шутка или ты хочешь показать мне хомяка в новой шляпке, я клянусь, я…

Она осеклась, увидев гору коробок с «пломбиром» посреди приёмной.

— Кофе будешь? — невинно спросил я, сидя на одной из таких коробок.

— Нет! — рявкнула она. — У меня завод встал! Мы не можем запустить линию регенерации, старые смесители не справляются с вязкостью твоей мази! Мы теряем потенциальную прибыль!

— Ай-яй-яй, — покачал я головой. — Какая печаль. А мне птичка нашептала, что вы просто вовремя не успели закупить оборудование.

Агнесса посмотрела на Кешу, который сидел на стойке и делал вид, что он просто элемент декора.

— Это ты разболтал⁈

— Ничего не знаю! — возмутился попугай. — Кеша нем, как рыба! И вообще, Кеша в тот день был занят. Знаешь ли, дамочка, уроки по карате сами себя не выучат…

— Да неважно, кто сказал, — перебил я. — Важно, что у вас проблемы. И я так понимаю, вы уже бросили жребий, кто из ваших аристократов пойдёт в боевые химерологи, чтобы заработать баллы на покупку техники?

Агнесса устало опустилась на стул для клиентов.

— Не сыпь соль на рану, Виктор. Это, блин, ужас какой-то! Мы пытались получить квоту, но ничего не вышло. Чтобы купить то, что нам нужно, нужны сотни баллов. А они начисляются по чайной ложке…

Она нервно поправила причёску.

— Я уже формирую боевые отряды. Но ты же понимаешь, это не так просто. Сделать боевого химеролога из лабораторной крысы — это годы тренировок. Они не умеют воевать. Мне приходится приставлять к каждому по двадцать-тридцать гвардейцев, чтобы их не сожрали в первом же рейде. Мы тратим больше ресурсов на охрану, чем получаем прибыли. Это тупик.

— Понимаю, — кивнул я. — Тяжёлая жизнь у олигархов. Ну, тогда у меня для тебя сюрприз.

Я спрыгнул с коробки и похлопал по крышке ладонью.

— Это тебе, кстати, подарок. За который тебе придётся заплатить всего лишь двойную цену.

Агнесса посмотрела на ящики без особого интереса.

— Что это? Мороженое? Виктор, я не люблю ванильное. И у меня нет времени на твои приколы.

— Никто не любит ванильное, — согласился я. — Но ты открой.

Агнесса вздохнула, подошла к коробке, открыла крышку, заглянула внутрь и… застыла.

В коробке, в плотном пенопласте, стоял агрегат размером с хорошую профессиональную кофемашину. Хромированные трубки, матовые колбы, артефактные кристаллы-стабилизаторы, встроенные в корпус…

— Да ладно… — прошептала она, протягивая руку и касаясь холодного металла. — Это же… «Циклон-3»? Имперский патент?

— Ага. Десять штук. Как раз хватит, чтобы запустить твой цех на полную мощность. По спецификации подходит идеально.

Она медленно подняла на меня глаза. В них был шок.

— Так это ты смог, что ли?

— Что смог? — я пожал плечами.

— Купить это! Откуда у тебя столько баллов⁈ — она начала лихорадочно соображать. — Это же… тысяча баллов! Тысяча! У всех моих химерологов вместе взятых нет и половины! Мы уже два дня бьёмся… А ты? Ты же сидишь здесь, лечишь кошек! Откуда⁈

Она резко повернулась к Кеше.

— Ты… Ты тоже летал с ним? А ну, говори!

— Эй! — обиделся попугай. — Кеша не дурак. Кеша жить хочет. Кеша на всякое такое не летает. Я только по помойкам и светским раутам!

Агнесса снова посмотрела на меня. Она была в полном ауте.

— Виктор… Как?

— Ну, скажем так, я иногда гуляю по ночам. Для здоровья полезно. Свежий воздух, физические нагрузки…

— «Гуляю»… — повторила она. — Ты понимаешь, что чтобы набрать столько, нужно совершить подвиг? Или геноцид монстров в отдельно взятом районе!

— Ну, подвиг — это громко сказано, — я улыбнулся. — В общем, так. Техника твоя. Но, как я и сказал, извини, придётся по двойному прайсу платить. В рублях, разумеется. Всё-таки баллы тоже на дороге не валяются, я их потом и кровью зарабатывал. Ну, больше кровью монстров, конечно…

Она смотрела на оборудование, как на спасательный круг.

— Двойной прайс? Да легко! Хоть тройной! Ты даже не представляешь, сколько я теряю за каждый день простоя!

— Отлично. Самые лёгкие деньги в моей жизни. Забирай.

Через час коробки были погружены в грузовик Новиковых, а мой банковский счёт «потяжелел» на очень приятную сумму.

Когда суета улеглась, я вышел на задний двор, где меня уже дожидались Кенгу и Рядовая.

— Значит так, бойцы, — сказал я. — Баллы мы потратили, казна пуста. Нужно больше золота… то есть, пополнить баланс.

Я вручил Кенгу фотоаппарат «Око-3М».

— Схема прежняя, но с нюансами. Рядовая, ты — ударная сила. Кенгу, ты — военный корреспондент.

Кенгуру важно кивнул и повесил камеру на шею.

— Я настроил её на твою биометрию, но через подмену. Для системы это буду я. Твоя задача — фоткать трупы. Чётко, в фокусе, чтобы было видно, что тварь мертва. Понял?

— Угу.

— Теперь по целям. Мелочь не трогаем. Крыс, слизней, жуков — игнорируем. Это мусор, за них копейки дают. Мне нужно качество.

Я развернул карту подземелий.

— Идёте вот в этот сектор. Твари там опасные, ранг D и C. За каждую дают нормально. Мне нужно всего лишь тридцать голов. Но жирных.

Рядовая хрустнула костяшками и хищно улыбнулась.

— Тридцать, — повторил я. — Не триста, не тысячу. Тридцать. Сделали дело — и домой. Не надо устраивать там апокалипсис, ладно?

Они переглянулись и кивнули.

— Вперёд.

Я посмотрел, как они исчезают в люке, и вернулся в кабинет.

Жизнь налаживалась. Я всё сделал правильно. Не полез в политику, не стал играть в аристократа, не ввязался в клановые войны напрямую. Я выбрал свой путь независимого специалиста, у которого есть то, что нужно всем.

Скоро у меня будет статус, который выше любого титула. Будут ресурсы, которые не купишь за деньги. И у меня естественно будут баллы — новая валюта этого мира.

Император не дурак. Он понимает, что сразу вываливать все плюшки нельзя. Он будет открывать новые возможности постепенно, подсаживая химерологов на крючок рейтинга. Новое оборудование, доступ к запретным зонам, личная гвардия, земли… Наверняка всё это будет. И я буду первым в очереди.

Пока аристократы грызутся за старые заводы, а новички умирают в лесах ради пары баллов, я выстрою свою империю.